Глава 14

Инесса

    Забежав обратно в спальню, я перевожу дыхание, стараясь не разбудить Ари. Прислушавшись в тишине, я улавливаю лишь отдаленный голос сестры и Макса. Пройдя в ванную, я принимаю холодный душ, надеясь, что остыну и не буду по крайней мере в ближайший час думать о губах и руках Примо. — Черт, — выругалась, вновь вспомнив, как его щетина царапала мою кожу на бедрах. За последние два дня, я не переставала думать о его стонах, грязных словах и чертовски привлекательном члене. Я вспомнила, как он назвал его «Армагедоном» и поэтому рассмеялась, стоя перед зеркалом и готовясь ко сну, но затем припоминаю его слова о разрушении. О том, что он боится довериться. — Что же она сделала с тобой? — тихо спрашиваю, выходя из спальни. Зайдя в гостиную, я замечаю сестру на руках Макса. — Все в порядке? — резко останавливаюсь я. — Сара немного выпила, — усмехается Макс, пока лицо моей сестры касается его и она что-то шепчет, улыбаясь. — Оу, понятно, — хихикаю. — Эли уснула поздно, поэтому возможно, что проснется не рано завтра. — Хорошо, спасибо Несси, — улыбается Максимус. — Все прошло без происшествий? Перед глазами всплывает картина, когда Примо был между ног и наслаждался моей киской. — Конечно, — шепчу я, увидев, как Сара высунув язык проводит им по челюсти Макса. — Я пожалуй пойду, — скорчив лицо, скорее выхожу и направляюсь обратно, но две крепкие руки хватают меня и прижимают к стене коридора. — Ты сбежала, — говорит Примо, гневно смотря на меня. — Про каких мужчин ты говорила? С кем ты была, Инесса?! — шипит он, удерживая меня. — С каких пор, ты стал обращаться ко мне полным именем? — вздергиваю бровь. — Ты играешь в свои игры в этой голове, — тыкаю пальцем в лоб. — Думаешь, что обманешь свой мозг, устроившись между моих ног и при этом зовешь меня полным именем?! — Я думал, что тебе не нравится моё обращение, — усмехается он. — Не переводи тему, — снова становится серьезным. — С кем ты была, Нес?— Не твое дело, stronzo, — корчу рожицу. — Это моё дело, оно стало таким, когда ты пустила меня сюда, — опускает он руку на низ моего живота. — Имена, Нес, — прищуривается он. — Или ты лжешь? — Зачем мне лгать? Ты же все равно ничего не чувствуешь ко мне, правда? — приподнимаю бровь. — Когда наберешься смелости отпустить свое прошлое и признаться в первую очередь себе в том, что я значу для тебя намного больше, — хмыкаю, — то можешь запросить список членов, посещавших эту киску! — прошипела и выскользнула из его рук, направляясь обратно в спальню. — Ты не уедешь в Бостон! — теперь шипит и он, как кошка. Но в ответ я лишь разворачиваюсь и показываю средний палец, давая понять, чтобы он шел к черту.

***

— Я сяду за руль, — объявляет Макс, когда мы подходим к машине. — Нет, я хочу смотреть с тобой «Историю игрушек», — дергает его за руку Ари. — Примо поведет. — Хорошо, командир, — смеется засранец, направляясь к водительской двери. Наше пребывание в Хэмптоне подошло к концу и жаркое, хоть и дождливое лето заменяет золотая осень. Я люблю осень и дождь, но не грозу. — Все в порядке? — тихо спрашивает Сара, так как понимает, что я буду возле Примо, которого игнорирую с ночи, возвращая в реальность. — Конечно, — быстро улыбаюсь я ей. — Но с тебя ужин, так как родители еще не вернулись. Устроившись спереди, я продолжаю не обращать внимания на Примо, игнорируя его присутствие, но пока моя сестра и её муж были заняты детьми, его голос оказался слишком близко. — Ты хочешь, чтобы я снова отшлепал тебя в качестве наказания, Нес? Не игнорируй меня. Картинки прошлого всплывают перед моими глазами и я быстрее сглатываю и сжимаю ноги, продолжая молчать.— Помни, что оставив Макса и Сару, я повезу тебя домой, светлячок, — прикусывает мочку уха и оттягивает. — Гребаный персик, — рычит он и отстраняется.    Это было пугающе приятно, но я должна держаться какое-то время от него подальше.— Тебе же плевать на моё существование, — шепчу, пока Максимус устанавливает автокресло для Ари.— Ты действительно думаешь, что мне плевать? — задает он вопрос. Сдавшись, я всё же смотрю на мужчину рядом со мной. Морщины в области глаз и между бровью делают его старше своих лет. Он разочарован?— Да. Ни мой язык на твоем члене, ни твой рот в моей киске не делают нас близкими людьми. Разве не так? Этого же ты всегда хотел, Примо, — улыбаюсь я. — Да, но ты не одна из шлюх, которых я не хочу видеть после, — прищуривается он. Я тихо рассмеялась и отвернулась, прошептав: — Но ты делаешь так, что я буду чувствовать себя намного хуже, чем шлюха. — Кто такая шлюха? — спрашивает Ари громко. — Господи, — вскрикивает Сара, садясь в машину. — Ты не будешь произносить это слово. — Я забыла что такое «шлюха», — не успокаивается племянница. — Примо ответит тебе, — облокотив голову на стекло, произношу. — Он разбирается в этом. — Вы снова начали препираться, — говорит Макс. — Мы можем трогаться. — Слушаюсь, — выдыхает мой принц.     Всю дорогу по пути обратно меня не покидало чувство одиночества. Быть может, я всё усложняю и я просто избалованна вниманием, которого не могу получить от мужчины? Я не хочу уезжать и быть на расстоянии от семьи, но и рядом с Примо я не могу больше находиться. Я ощущаю и чувствую, как тону в безответной любви, пока он думает о том, удержать ли меня. Если бы он просто сказал, что действительно что-то испытывает ко мне, помимо физического влечения. В прошлый раз он ни раз шептал мне, какая я потрясающая и красивая, но только сейчас я осознала, что хотела бы услышать от него совсем не те слова.   Мне нужно оборвать все прорастающие корни любви как можно скорее, и я не буду больше ждать. — Флавио знает, что ты вернулась? — спрашивает Примо, когда мы остались вдвоём.— Да. Он на работе. Папа оставил немного дел незавершенныж. Они с Валерио решают их, — отвечаю, смотря на темное небо за окном. — Собирается гроза. — Позвони брату и скажи, что ты уже дома. Ты не будешь одна там, — указывает мне Примо. — Антонио скорее всего уже дома. Папа говорил, что он пошлет его. Примо снова замолчал, но не надолго. — Может, мне стоит отвезти тебя обратно к Саре? — Не стоит. У них своя семья, Примо. Я не буду путаться под ногами еще несколько дней, — раздражаюсь. — Я не ребенок, чтобы ты искал мне няню.— Ты не любишь быть в одиночестве, Нес, — произносит, когда мы останавливаемся возле ворот моего дома и он заглушает двигатель. — Ты плохо знаешь, что я люблю, — отвечаю безэмоционально. — Что с тобой? — схватив меня за руку, он разворачивает меня к себе. — Где твоя улыбка? Что с настроением? — У меня тоже бывает, что садится батарея, — смотря в голубые глаза говорю. — Спасибо, что подвез, береги себя. Не дожидаясь ответа, я тянусь к ручке. — Сиди смирно, блять, — приказывает он, из-за чего я тут же отдергиваю руку. Через несколько секунд Примо открывает мне дверь и я вопросительно выгибаю бровь. — С чего бы это? — Меня учили манерам, Нес, — ухмыляется он. — Да? Но когда ты отшлепал меня, то видимо забыл про эти манеры, — усмехаюсь, не прикоснувшись к его руке, а спрыгиваю сама на землю. — Спасибо еще раз, — иду к багажнику, чтобы достать сумку. — Уйди, черт возьми, — снова ругается он, а я закатываю глаза, но не спорю. Взяв мою сумку в руки, он велит мне идти вперед, из-за чего я стараюсь игнорировать его присутствие, но все же резко останавливаюсь и наклоняюсь вниз, поправив босоножки.— Ты хочешь моей смерти, — раздается его голос, а на моем лице появляется дьявольская ухмылка.     Входную дверь дома открывает Антонио и отходит в сторону. — Мисс Кансио, как провели каникулы? — спрашивает он с вежливой улыбкой. — Спасибо, все прошло хорошо, — улыбаюсь в ответ. — Как Кларисса? Она успела насладиться твоими свободными днями? — смеюсь я. — Она благодарна за такой отпуск в моем загруженном графике, — протянул он руку к Примо. — Я возьму.     Только сейчас я подумала и о семье Антонио. Мой телохранитель улетает минимум на год, защищая мою жизнь. Но у него есть семья и дети ... Из-за этого я стала чувствовать себя еще паршивее. — Я попрошу папу, чтобы тебя отпустили через месяц обратно, — улыбаюсь быстро ему и прохожу в дом. — Не переживайте за меня, Несси, — отвечает он мне. — Куда отпустили обратно? — раздается вопрос позади меня. — В Нью-Йорк, — во все зубы стараюсь улыбнуться. — Я улетаю, Примо. — Через неделю. — Как факт выдает он, чем удивляет меня. — В Бостон. Я помню. Твои родители прилетят через три дня.     Прищуривавшись, киваю. — Да. Чай, кофе? — Нет, я поеду, — продолжает он пристально смотреть на меня. — Нужно отвезти Шанель и Гуччи на плановый осмотр. — Точно, — прочищаю горло. — Тогда пока.— До встречи, — говорит он и направляется на выход. — Береги себя, — полушепотом произношу я, сделав шаг.     Спина Примо резко выпрямляться и он тут же поворачивается лицом ко мне, когда пара голубых глаз встречается с моими. — Ты прощаешься? — Ты уходишь. — Я буду здесь.— Но я нет. — Мы еще встретимся, — ухмыляется он. — День рождение Ари. — Конечно, — быстро отвечаю и отвожу взгляд. — Пока. — Посмотри на меня, — на расстоянии вытянутой руки произносит. — Чего ты хочешь, Нес?     Вернув свой взгляд на него, я выдыхаю наслаждаясь голубизной неба в этот пасмурный день. — Того, чего ты не сможешь дать. Прощай, Примо, — не выдержав я все же отворачиваюсь и ухожу дальше в дом.     За спиной я слышу как захлопнулась дверь, да, с такой силой, что моё сердце разбилось на осколки.

Примо

— Встретимся у родителей через пол часа, — говорю в телефон, садясь в машину.— Мы только вернулись домой, — устало вздыхает Макс. — К чему такая спешка? Ты уже скучаешь по мне?— Это срочно, Максимус, — сказал как можно серьезнее. — Я завезу кошек к Сес, после буду у родителей. — Ладно, — вздыхает он. — Это не должна знать Сара, Максимус. Прошу тебя, не говори ей. — Черт, — простонал он. — Ты же знаешь, что я не люблю врать своей жене. — Ты не врешь. Ты просто умалчиваешь. Через пол часа у родителей. — Ладно, — вздыхает он поражено. Я подъезжаю к квартире на окраине Манхэттена и забрав Шанель с Гуччи, подхожу к зеленой двери, когда она открывается и темноволосая девушка появляется перед мной.— Что случилось? Я не совсем поняла тебя по звонку. — Шанель и Гуччи, — заношу я переноску в дом. — Через час придет девушка и заберет их на осмотр. Тебе ничего не нужно делать, просто передай их. — Хорошо, — нахмурила подруга брови. — Ты куда-то опаздываешь? — Нет. Просто мне нужно поговорить с отцом. — Ладно, — снова нахмурилась она. — С тобой ведь всё в порядке?— Да, ты одна дома? — Али здесь. У неё мини депрессия, — поджав губы ответила девушка. — Что случилось? — О, значит ты не читал новостные таблоиды? — Я не читаю эту светскую хрень, — вздрагиваю я.— О, тогда прочти. Это долгая история, — вздыхает девушка. — Я надеюсь, что у тебя всё наладится. — И я надеюсь на это. Спасибо еще раз, Сес, — целую её в макушку головы. — Пока, — подмигивает подруга и заходит в дом. Что за история с Алисией? Но сейчас мне нужно подумать о кое-ком другом. Припарковав машину за городом, возле ворот дома, я вижу тут же маму на крыльце. Черт. — Твой брат позвонил мне и сказал, что ты едешь к нам. Отец твой тоже был в курсе, но почему не я? — спрашивает она приподняв бровь. — Я рад тебя видеть, — улыбаюсь и целую, заключив в объятия. — Я тоже счастлива тебя видеть, — проводит она рукой по моим волосам. — Но не убегай от моего вопроса. Я приехала сюда прямо с работы. Что случилось?— Ничего, — лгу я. — Хотел увидеть вас. Соскучился. — Поэтому решил маму не звать на встречу, — качает она головой. — Заходи в дом. — Хорошо, — ощущаю неловкость из-за своего вранья. — Как дела? — Всё хорошо. В следующем месяце я возьму отпуск. Хочу устроить твоему отцу сюрприз, — улыбается коварно она. — Отец не любит сюрпризы, — смеюсь я, встречая Ареса и погладив его мягкую шерсть. — Я знаю это прекрасно, но иначе он по-другому не сделает перерыв. Ты же сможешь его взять обязательства на себя? — спрашивает мама, обняв меня с боку. — Гроза собирается.     Я смотрю через окно двери во внутренний двор и замечаю всё больше, как тучи сгущаются не только над моей головой, но и над всем Нью-Йорком. — Да, гроза, — вздыхаю, вспоминая про Нес. — Ты вернулся, — слышу голос отца позади нас, когда он входит в кухню. — Как отдохнул? — Отлично. Того же желаю и тебе, — обнимаю его, похлопав по спине. — Думаю, что завтра приедет Сара с девочками. Они скучали. — Я тоже соскучился по внучкам, — улыбается папа. — Что случилось? — Да, насчет этого ... — Я вызову тебя на спарринг, если твоя причина будет столь глупа, — входит Макс, направляясь к маме, которая заваривает чай. — Привет, как отдохнули? — спрашивает она, целуя старшего брата. — Отлично. То в чем я нуждался несколько месяцев, — обнимает папу и садится к нам за стол. — Что случилось, Примо? Я его оставил пару часов назад, но он уже что-то вытворил. Это касается Инессы? — Она улетает, — первое что вылетает из моих губ.— Мы все это знаем, — мягко улыбается мама. — А тебя это тревожит? Почему? — Только не Кансио, — пророкотал отец, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. — И что ты сделал? — Я? Я ничего не делал! — защищаюсь я. — Вот именно, что ты так ничего и не сделал! — повышает голос мама, поставив печенье и чай на стол. — А мог. Почему бездействуешь?— Я проспорил Саре, — закрыв рукой глаза произносит Макс. — Ты споришь со своей женой? — удивляется папа. — Я знаю уже как факт, что не стоит связываться с твоей матерью, когда дело касается насчет любовных дел. — Я не люблю Инессу, — встреваю я, но меня будто и не слышат. — Кстати, насчет вас с Сарой, твоя мама тоже хотела поспорить со мной. Я думал уже, что это её выдумка, но ты объявил что женишься на Саре. — Пожал плечами отец. — Я не люблю Инессу, — снова повторяю, когда все взгляды устремляются в мою сторону . Мама закатывает глаза и театрально громко вздыхает, а у отца появляется снова морщина между бровями.— Тогда зачем она нужна тебе? — спрашивает Макс, скрестив руки на груди. — Она не нужна мне. То есть нужна. Я не знаю. — Конечно, — хмыкнув произнесли одновременно брат и мама. — Все сложно, — поднимаюсь из стола и начинаю ходить из стороны в сторону. Моя семья не понимает, что стоит мне увидеть будущее с Нес, как перед глазами всплывает Наоми. Её клятвы, слова о любви, объятия, секс и главное - поцелуи. После Наоми, Ники помогала собирать меня по частям, пока члены моей семьи видели и знали лишь всё поверхностно. В тот день Максимус прибыл слишком поздно, когда жизнь разделилась на до и после. — Вы сами мне говорили о том, что Нес хорошая девушка, чтобы жениться, — вспомнил я, развернувшись к родителям. — Что произошло в Хэмптоне, брат? — вздернув бровь задает вопрос Макс. Моё дыхание заметно учащается и я вспоминаю прошедший сумасшедший и такой приятный месяц. Наши разговоры, препирательства, её стоны, тело блондинки под мной, её губы на моем члене и черт возьми ... этот поцелуй, от которого у меня вскружилась голова и я почувствовал себя пятнадцатилетним подростком. Это плохо. Нельзя, чтобы это выходило за рамки моих давно запертых чувств. — Ничего. Просто вспомнил о словах мамы. — Как можно спокойнее пожимаю плечами. — Ты же говорила это, не так ли?— Но ты не любишь девушку, — бросает она мне вызов. — Но это хорошая партия, да? Я не люблю её, но она мне не безразлична. Инесса хорошая девушка, которую я не хочу потерять, — отвечаю. — Тогда женись, — откусывает печенье Макс. — Ты готовила? — обращается он к маме. — Нет, в выпечке я в последнее время стала хромать, — поджимает она губы. — Ромеро прилетает через несколько дней. Затем они улетают в Бостон. Нам нужно успеть до отъезда поговорить с ним, — делаю глоток чая, замечая тишину вокруг. — Нам? — засмеялся Максимус. — Тебе, Примо. Не нам. — Семья Кансио чертовые традиционалисты, Макс, — рычу я. — Представители нашей семьи должны придти к ним в дом и попросить руки Нес. — Тебя Ромеро и на метр не подпустит к дому, если узнает что ты пришел за Нес, — улыбается брат и начинает меня раздражать. — Но ты должен поторопиться ... я слышал, что Моретти не отстают от капитана.— Нес - моя, — четко отвечаю я, метнув в него злобный взгляд, но вызвав улыбку на его лице. — Не ухмыляйся, а то мне хочется стереть это выражение лица кулаком. — Меня забавляет, как ты пытаешься контролировать свои чувства, — подмигивает он мне. — Тогда нам нужно действительно поторопиться, если ты решил забрать девушку к себе, — потирает рукой свой подбородок отец. — Ты не будешь женится на Инессе, — как гром среди ясного неба раздается голос мамы, из-за чего мы все смотрим в её сторону. — Что? Недостаточно сказать, что она твоя и играться с чувствами девушками! — Я не играюсь с ними! Мне не пятнадцать лет! — Но ты не любишь Несси! — повышает она голос и хмурится, встав из стола. — Либо дай ей любовь , которую она заслуживает , либо оставь её в покое и не трать её время! — Мам, успокойся. Примо уже ясно дал знать, что девушка его, — целует её руку брат. — Недостаточно сказать: «Она моя»! — выдергивает запястье.     Мы переглядываемся взглядами с отцом и братом, прекрасно зная, что значат эти слова.— О мой бог! Вы поддерживаете его! — обводит мама пальцем брата и папу. — Какие вы ...! У меня нет слов! — Не нервничай, дорогая, — притягивает отец её тело к себе. — Вы думаете, что достаточно обозначить девушку перед всеми своей, — качает она головой, сведя брови на переносице. — Но этого мало! Я не воспитывала в тебе это!— Ну, а папа - да, — улыбаюсь я, подмигнув отцу и получив в ответ ухмылку одобрения. — Макс в восемнадцать лет обозначил в школе и в нашем кругу, что Сара его. Но ты не обвиняла его в своих действиях. Что за двойные стандарты? — Ты сказал всем парням, что Сара твоя? — смотрит она недовольно на старшего брата. — Спасибо, Примо, — вздыхает тот и виновато улыбается маме. — Прости, но я должен был никого не подпускать к своей малышке. — О мой бог! Почему вы такие? — качает она головой и отстраняется от отца. — Поддержи меня! — Я всегда на твоей стороне, — отвечает папа. — Но ...— Но ты также считаешь, что это нормально, — отходит мама от отца. — Вы мужчины всё усложняете! Если бы признавались в своих чувствах сразу, то не платили бы потом за свои ошибки, — разочарованно осматривает нас всех. — Пока ты не признаешься Несси в своих чувствах, я не одобряю этот брак, — вздернув бровь, мама выходит из кухни. — Она не поймет, Примо. Это женщина, — вздыхает Макс.— Почему им так важно услышать эти три заветных слова? — опускаюсь я снова на стул. — Но и мир не перевернется, если ты их озвучишь вслух, — проговаривает отец, поднимаясь. — Женщине важно знать, что она значит для тебя, сынок.    Отец уходит вслед за мамой, в мы остаемся с братом наедине, когда он поднимается и встает рядом со мной. Я смотрю в идентичные глаза отца цвета свежего янтарного виски. — Поделись со мной, что сказала тебе та женщина, — шепчет он.     По телу пробегает неприятный холод и воспоминания снова выдергивают меня из реальности, пока я борюсь с ними.

— Что ты имеешь ввиду? — хмуро смотрю на Наоми, пока девушка продолжает покрывать мое лицо поцелуями. — Не говори мне слова любви, Примо, — высунув язык проводит по моей челюсти и потом резко кусает. — Никогда не знаешь, взаимны ли эти чувства.     Что-то тяжелое опускается на моё сердце, вызывая тошноту. — Ты не любишь меня? — беру её лицо в свои руки, разглядывая черный омут глаз. — Мой милый, — улыбается она, — конечно, люблю и ты меня любишь. — Опускает свою руку на мою шею и нежно сдавливает. — Я буду единственной женщиной, которую ты будешь любить. Ты всегда будешь любить меня и только моим, — сильнее сдавливает горло. — Я люблю тебя, Наоми и ты единственная, кто есть здесь, — отпускаю лицо и ложу руку на грудь.— Мой хороший мальчик, — дерзко улыбается девушка и прижимается к моим губам.     Все было в порядке, но её глаза ... в тот момент они мне показались устрашающе странными.

— Брат, — выдергивает из очередных воспоминаний меня Макс. — Поделись со мной, — шепчет он. — Тебе не нужно знать это дерьмо, — качаю головой и делаю шаг назад. — Не надо. — Ты винишь себя? Это та сука всё устроила, — шипит он. — Макс, — невесело смеюсь я, — если бы ты знал, как я вел себя ... я был таким влюбленным дураком, не замечая правды лежащей перед глазами. Я был настолько ослеплен. — У Нес нет грязных мотивов, Примо. — Не называй её Нес, — рычу я. — Хорошо, извини, — снова улыбается он хитро. — У Инессы нет грязных мотивов. — Я знаю, но всё же ... — Тебе страшно вновь доверить свои чувства? — Мне страшно утонуть в другом человеке, Макс, — прочищаю горло и иду на выход. — Передай отцу, что я буду ждать его звонка. — Ты не попрощаешься с мамой?— Она на меня зла, лучше оставлю её, — поджимаю губу. — До встречи, не звони мне сегодня вечером, потому что я собираюсь быть с бутылкой виски. — Ладно, — выкрикивает брат, когда я закрываю входную дверь и еду домой, чтобы немного расслабиться.

Инесса

— Ты рассталась с Валерио? — спрашиваю Али, делая очередной глоток какой-то гремучей алкогольной смеси. — Да, — повторяет она моё движение и опрокидывает содержимое в желудок. — Я сказала, что мне девятнадцать и я хочу быть в настоящих отношениях. — А он? — Этот болван сказал, цитирую: «Али, у нас же был уговор. Если ты хочешь перепихнуться, то я могу найти тебе парня». Представляешь? Какой он идиот! — Да, действительно идиот, — вздыхаю, отпивая коктейль. — Что мой кузен еще успел тебе сказать? — Про то, что у нас была договоренность. Также он добавил, что это классно, когда у нас обоих нет чувств друг к другу, но при этом на публике мы можем целоваться ... — Он кроме кисок ничего больше и не видит, — закатываю глаза. — Нет, Несси. Он видит все киски города, но не мою, — обречено и громко вздыхает подруга и тянется за моим коктейлем. — После того я сказала, что он ошибается, и что я не играю на публику ... — Срань Господня! Ты призналась ему?! — Да, — пищит она. — Я сказала ему, что мои поцелуи несут смысл ... ты бы видела его лицо. — Он испугался? — О, да. Вали сказал, что он думал о нас, как о друзьях и ему не хочется терять такого друга ...— Боже, — простонала я, обнимая подругу.— Я сказала, что если он не может предложить что-то большее, чем дружба, то нам не стоит и вовсе общаться. — Ауч. — Да, я так и сказала. — Он ответил? — Он молчал и смотрел на меня недоуменно, — промачивает салфеткой глаза. — В ту же минуту я позвонила Марселле и сказала, чтобы она объявила прессе, что мы расстались. Валерио продолжал молчать и смотреть на меня. Мы были в их доме, в гостиной, так как его мама пригласила нас на обед. Я не смогла остаться и ушла, встретив её в дверях. — Ой, и как она отреагировала? Что ты ей сказала? — Я сказала ей, что скорее всего больше не увижу её, так как наши фиктивные отношения с Вали подошли к концу, потому что я хочу настоящих, которых не сможет предложить ее сын ... Вот и всё. — Черт, ты ей нравилась. — Знаю и она мне. Ария очень милая женщина, но я не хочу видеть никого, кто напоминает мне, кто такой Валерио.    Ни шум в баре, ни веселая компания рядом сидящих ребят не поднимают нам настроение в этот грустный и одинокий вечер. — Если честно, то я бы уехала вместе с тобой, но я не могу оставить Сес. — Я понимаю, — вздыхаю. — Я бы не стала уезжать, но Примо ... Всё сложно, Али.— Вы спали? — пьяным голосом спрашивает подруга.— Ну, не то чтобы мы спасли ...— Несси! — вскрикивает она, взмахнув руками. — И ты молчала?! — Я хотела рассказать всё лично, —цокнув, забираю у неё напиток. — Достаточно, Али. Ты уже пьяна. — Я очень пьяна, — смеется она. — Это мой первый раз. А мог быть первый раз и с Вали, — снова вздыхает она. — Я слишком жалкая?— Нет. Ты просто влюблена, — зову бармена рукой. — Счет, пожалуйста. — Не уходи от темы, — всё же выхватывает она у меня коктейль. — Что было между вами?— О нет, — смеюсь. — Я не буду рассказывать тебе. — Ладно, скажи просто: как он тебе? Он горяч? Он пылкий? Он доминировал? Он отдает контроль? Как тебе его член? А язык? Он пробовал ... — Молчи, — закрываю рукой её рот, пока Алисия продолжает задавать вопросы. — На нас смотрят. — Так ты трахалась с ним? — Нет, Али, — шепчу я. — Мы просто развлекались, но его член не был в моей вагине. Если ты хочешь знать про это. — Оу, жаль, — вздыхает она, когда её телефон начинает звонить. — Катись к черту. — Мой кузен? — оплачиваю наш счет. — Я угощаю. Не стоит. — Спасибо, но ты же не думаешь, что я дружу с тобой из-за денег? — хмурится она. — Нет. Не думаю, — искренне улыбаюсь я. — Ты не ответишь ему? Может, он беспокоится.     Алисия шумно вздыхает, но всё же отвечает на звонок. — Зачем ты звонишь? Мы с тобой не друзья, Вали ... Какая разница где я ... Прекрати заботиться обо мне! ... Нет ... О, да, я сейчас ищу самого горячего мужчину, чтобы трахнуть его!     Несколько голов оборачиваются в нашу сторону, а я виновато улыбаюсь, спускаясь со стула. — Мы едем домой, — шепчу подруге в другое ухо, пока помогаю ей слезть со стула. — Вам помочь? — подходит молодой привлекательный парень.     Если бы не Примо, то я точно бы запала на него, рассмотрев его татуировки и улыбку. — Нет, спасибо. Наша машина ждет нас снаружи, — отхожу в сторону. — Тебе незачем знать, кто это, Вали, — продолжает препираться подруга, когда мы покидаем бар.     Выйдя наружу, я вижу, как улицы заливает проливной дождь, что дальше пятидесяти метров не видно дороги. Подняв руку, я останавливаю первое такси и мы с Али быстрее запрыгиваем в машину. — Ты же останешься у меня? — спрашивает Али, облокотившись на моё плечо. — Я сказала Валерио, что еду домой к тому парню. Он стал кричать, что я легкомысленно отношусь к жизни и что он найдет меня. Но он не сможет, правда же? — Не знаю, — целую её в лоб. — Тебе стоит поговорить с ним. — Нет, Несси. Он не сможет мне предложить то, чего хочу я. Вали сам говорил, что в ближайшие десять лет не будет думать о серьезных отношениях. А я не хочу быть той очередной девушкой, уходящей неловко из квартиры на следующее утро. — Почему нам не везет в любви? — вздыхаю я. — Может, повезет в чем-то другом? — хихикает она.     Приехав к Мартинез домой, я укладываю Али спать, пока она продолжает рассказывать о Валерио и их времяпрепровождении. Я сказала родителям, Саре и Флавио, что останусь на ночь у Али и Сес дома, поэтому Антонио спокойно отпустили домой и мы смогли вырваться из дома в бар. — Я бы переспала с Вали, — мечтательно вздыхает подруга, по-прежнему лежа в коктейльном платье, задравшимся на её бедре. — Принято к сведению, — смеюсь я, когда в дверь стучат. — Разве Сес не пошла в театр с той подругой? — Только десять, не думаю, что это они, — поднимается она с постели. — Не вставай. Я открою, — укладываю её обратно и выхожу из спальни. Посмотрев в глазок, я не удивляюсь увиденному. — Ты опоздал, — открываю дверь и смотрю на рассерженного кузена с мокрыми волосами. — Ты выглядишь не очень. Как ты смог так выйти на улицу? — Не смешно, — трясет он головой, разбрасывая капли. — Моя укладка испорчена, а от этого кислотного дождя могут появиться преждевременные морщины. — У тебя появятся морщины, если не поговоришь с ней, — указываю в глубь квартиры.— Она рассказала тебе? Ну, конечно, Али всё рассказала тебе, — шумно вздыхает кузен. — Ты пропустишь меня? — Ты сделаешь ей больно? — перекрываю ему дорогу, когда он делает шаг. — Тут холодно, Несси и я продолжаю намокать, — всё же убирает моё тело со своей дороги. — Али! — Несси! — вскрикивает подруга. — Я оставлю вас, — улыбаюсь и накидываю пиджак на плечи и забираю сумку.— Антонио здесь? Или мне отвезти тебя домой? — Антонио возле дома, не беспокойся, — лгу я. — Присмотри за ней. Она пьяна. — Я заметил, — ухмыляется он и направляется внутрь дома, встречая ряд женских ругательств. Пока меня не остановила подруга, я выбегаю из дома Мартинез и прикрываю голову сумкой, забежав под козырек и прислушиваясь к шуму дождя. — Будет гроза, — вспоминаю слова Примо и хмурюсь мысли, что дома никого нет. Взмахнув рукой вверх, я выбегаю на дорогу и останавливаю такси, взметнув голову к небу. — Это последний раз, когда я мчусь к принцу, — обращаюсь к богу. — Прошу тебя, пусть его не будет дома, тогда я смогу остаться со своей гордостью в одиночестве.

***

— Привет, Луи, — приветствую консьержа, когда вхожу в многоэтажный дом Примо. — Мисс Кансио, — улыбается мне мужчина пятидесяти лет. — Шанель и Гуччи привезли сегодня обратно с клиники. — О, это прекрасно. Я и направляюсь к ним, — улыбаюсь невинно. — Не предупреждай Примо. Это сюрприз. — Ради вас, — поднимает руки вверх. — Спасибо, — подмигиваю ему и захожу неровной походкой в лифт. Все же два коктейля дают о себе знать. Нажав нужную кнопку, я привожу себя в порядок, быстро накрасив губы розовым блеском с шимером и поправив волосы. — Я похожа на промокшую кошку, — вижу отражение в зеркале и ужасаюсь. Подойдя к двери, я звоню и стучу несколько раз. Через пару мгновений дверь распахивается и весь воздух вылетает у меня из легких. — Привет, — произношу, рассматривая обнаженный торс мужчины. — Нес, — говорит грубым голосом Примо, привлекая мой взгляд к лицу. Его брови сведены на переносице, а глаза расфокусированы. — У тебя мокрые волосы, — протягивает он руку к светлой пряди и выжимает двумя пальцами капли воды. — Гроза? — Ты приютишь меня на одну ночь? — тихо спрашиваю, делая шаг вперед. — Так и не научилась не бояться грозы, — усмехается он и только сейчас я улавливаю аромат виски. — Ты пьян, — усмехаюсь, положив ладони на разгоряченную грудь мужчины и проталкиваю его во внутрь. — Так и не научился пить виски? — Нет, — послушно двигается он, но затем резко останавливается. — Ты промокла, — выдает он факт и вцепляется в моё запястье, уволакивая за собой. — Почему ты на улице? Опустив взгляд вниз, я любуюсь его рукой на моей. Этот жест перекрывает мне дыхание и я будто начинаю летать, как бабочка. — Я была с Алисией в баре, — рассказываю ему и он заводит меня в ванную. — Почему ты была в баре? Ты пьяна? — Да, но я трезвее тебя, — усмехаюсь, когда он ударяется плечом об дверь. — Как ты провел свой вечер? — Где полотенце? — потирает он подбородок рукой, пока я ложу голову на дверь и любуюсь его телом, движениями и этими сдвинутыми на переносице бровями. — Возьми тогда это, — передает он синее. — Спасибо, но ты не ответил, — спускаю лямки розового платья по рукам и ткань медленно ползет вниз по груди, талии и бедрам, растекаясь лужицей возле ног. — Как ты провел вечер? — Никак. Старался не думать о тебе, но ты явилась будто из преисподней, — ворчит он, доставая еще полотенца из шкафа. — Я нашел еще что-то, — оборачивается ко мне и замолкает. Я стою в его ванне полностью обнаженной, лишь белые трусики прикрывают мою последнюю каплю гордости, но еще есть туфли, которые он прислал мне в качестве подарка. — Ты выглядишь, как самая приятная и заветная мечта, — шепчет он, осматривая тело, пока я прикрываю грудь рукой. — Ты думал обо мне? — К сожалению, — шумно выдыхает он и накидывает на меня полотенце. — Ты замерзла. Тебя нужно согреть, — хрипит он, укутывая моё тело в еще одно полотенце. — Ты делаешь мне кокон боясь, что светлячок вырвется на свободу? — улыбаюсь, когда он поднимает моё укутанное тело на руки. — Ты пьян. Может, всё же поставишь меня на ноги? — Не думаю, что смогу, — крепче прижимает к своей груди и бросает нас на диван в гостиной. — Я позвоню Максу и попрошу его забрать тебя. Я зажата между ним и диваном, но не вижу его глаза, так как Примо скрывает их от меня, отвернувшись. Мои руки зажаты и укутаны в полотенце, поэтому я просто начинаю быстро дергаться, привлекая внимание к себе. — Я хочу быть здесь. С тобой, — произношу, ожидая его глаза. — Посмотри на меня. — Нельзя Нес, я пьян и не могу контролировать себя, — мямлит он мне в волосы. — Потеряй этот контроль, — прошу его. — Один раз, Примо. Только один раз. — Нет, — рычит он и скатывается с меня, поднимаясь на ноги. — Я звоню брату. Он заберет тебя к себе, раз ты не хочешь возвращаться домой. — Почему ты избавляешься от меня? — спрашиваю, поднимаясь и сбрасывая ткань со своего тела. — Хватит бороться с самим собой, Примо. — Я стараюсь из всех сил поступить правильно, Нес, — выбрасывает он бокал с виски в сторону. Шанель и Гуччи тут же оказываются поблизости, но не приближаются, стороной уходя в кухню. — Просто отпусти, — делаю шаг в его сторону, когда он снова оборачивается ко мне. — Не могу. Нельзя, Нес.— Можно, — вздрагиваю я, когда звук грома сокрушает комнату. — Не выставляй меня за дверь. — Мой разум в нетрезвом состоянии, светлячок, — говорит так заворожено смотря в мои глаза. — Не надо, Нес. — Подари мне эту ночь. Только её. Я ничего не прошу больше, — шепчу, подойдя ближе и положив руку на его плечо.— Но ты достойна больше, принцесса, — вздыхает он. — Я чертовски ложаю, находясь рядом с тобой. — Лишь эта ночь, Примо. Я уеду через несколько дней и не буду тебе больше надоедать, но будь этой ночью моим, — прошу его, теряя свою гордость. — Первый и последний раз, засранец. — Ты заслуживаешь лучшего первого раза, — говорит, проводя рукой по моим влажным волосам. Я резко отстраняюсь от него и делаю шаг назад. — А кто сказал, что это будет мой первый раз?! — Ты девственница, Нес, — усмехается он, теперь приближаясь ко мне. — Ты ошибаешься, — смеюсь я. — Примо, тебя не было около года в городе. Ты действительно думаешь, что я буду хранить это для тебя? — Ты лжешь, — прищуривается он. — Нет, — продолжаю провоцировать мужчину, делая еще шаг назад. — Я могу рассказать тебе в подробностях, потому что он был незабываем. — Он не довел тебя до оргазма? — усмехается мужчина, надвигаясь на меня. — Или кончил только посмотрев на тебя? — О, нет, — смеюсь во весь голос, обходя диван, создавая себе барьер. — Он довел меня до оргазма за две минуты своим языком, засранец. Еще один оргазм я получила, когда он игрался с этой грудью и ласкал мои соски! — Ты лжешь! — рычит он, огибая диван. — Никто не трахал тебя! — Нет! Он трахал меня! Членом! И знаешь, чем мне запомнился мой первый раз больше всего? Тем, что он довел меня до третьего оргазма своим пирсингом! — Лучше тебе нахрен убежать, Нес, — рычит мужчина, дергаясь с места. Вскрикнув, я бегу в сторону кухни, когда две большие руки ловят меня за талию и прижимают к горячей груди. — Ты доигралась! Ты хотела меня спровоцировать?! Тогда ты получишь самый жесткий трах в своей жизни! — Одни угрозы, — ухмыляюсь я, когда он нагибает моё тело через кухонный стол, раздвигая ноги.— Эта задница получит свое, — опускает руку на мою мягкую плоть. Примо приподнимает моё тело и разворачивает голову к себе. Его губы больно прижимаются к моим. Мгновенное неверие сменяется возбуждением, за которым следует прилив адреналина к моему телу. От этого сочетания у меня кружится голова. Я хочу вцепиться в него, но он держит меня в ловушке. Он использует свою хватку на моей шее, чтобы поднять мое лицо вверх, предоставляя ему доступ к моему рту. Его губы жадны в своей атаке, когда они заявляют на меня права, отчего у меня легко перехватывает дыхание. Волнение пульсирует в моих венах. На его губах вкус терпкого виски, и это словно подливает бензина в пламя моего возбуждения. — Ты же не целуешь женщин, — напоминаю ему, оторвавшись. — Ты пока исключением но не всегда, — отпускает он меня снова на стол и загибает руки за спину. — Кто этот мужчина, Нес? — Не скажу, — просто отвечаю. — Хорошо, — раздается темный голос возле уха. — Спрашиваю еще раз: кто этот сопляк? Он обхватывает ладонями мою задницу, собственнически сжимая плоть, пока ждет моего ответа. Когда я не делаю этого, слишком увлеченная тем, как он прикасается ко мне, он шлепает меня. — Черт, — шиплю я. Импульс тепла пронзает прямо мой центр. Он снова шлепает меня, и я сжимаю свою киску в ответ. Я чувствую как возбуждение вытекает из меня. — Не заставляй меня просить тебя снова, Нес, — предупреждает он. Тон его голоса подобен лезвию ножа.— Я не помню его имени, — упрямо говорю я. Его рука снова опускается на мою задницу, на этот раз удар за ударом, нагревая кожу моих ягодиц, пока они не становятся влажными. Каждый удар - это смесь боли и удовольствия, которые устремляются прямо к моему клитору, пока я не сжимаю свои дрожащие бедра, чтобы не кончить. Меня смущает то, как легко я оказываюсь на грани. Мне нужно сдержаться, но это чертовски невозможно. — Примо, — говорю я, мой голос дрожит от усилий держать себя в руках. Он мрачно хихикает мне на ухо, его губы опускаются, чтобы поцеловать изгиб моей шеи. Мою кожу покалывает, когда его рука снова опускается вниз, задевая чувствительную плоть. — Ты промокла, светлячок, — хвалит он. Его голос такой горячий и самодовольный, что по мне пробегает невменяемая дрожь. — Но этого недостаточно. Мне нужно больше, чтобы трахнуть тебя. Он надавливает на мой клитор и так же легко, как если бы нажал на спусковой крючок пистолета, вызывает взрывной оргазм. Мои колени подгибаются, когда неожиданный, но мощный оргазм настигает меня. Я громко стону, радуясь, что стол поддерживает меня, когда мое тело становится невесомым и обмякшим. Одно прикосновение. Это все, что ему потребовалось, чтобы разорвать меня на части. Он накрывает мое тело своим и шепчет мне на ухо:— Ни один мужчина не прикоснется к тебе, Инесса Кансио. Если чей-то член был в этой киске, то его ждет смерть и кастрация. Если чьи-то руки блуждали по этому телу, то его ждет ампутация. Если чей-то язык ласкал эту киску, — сжимает он мой клитор двумя пальцами, — то ему стоит попрощаться с ним и привыкнуть молчать. Я поворачиваю лицо обратно, прижимаюсь щекой к столу и смотрю на него через плечо. — Ты не трахнешь меня? — Я ненавижу, как жалобно звучит мой голос.— Я обязательно трахну тебя, но не здесь, — поднимает моё тело и разворачивает лицом к себе. — Такая чертовски красивая и нежная, — проводит пальцами по щеке. Его руки поднимают меня и мои бедра обнимают талию мужчины. — Я не хочу чтобы ты меня трахал, где и трахал своих шлюх, — шиплю ему в губы. — Трахни меня на столе. — Мы идем в спальню. В мою кровать, Инесса, — смотрит он на мои губы.— Там были шлюхи? — Ни одной. Но сегодня будет принцесса, — опускает лоб на мой. — Скажи мне остановиться, — вздыхает он. — Никогда, — выдыхаю, прикасаясь губами к его шее и оставляя укус. — Ты будешь моим на протяжении всей ночи. Любая женщина, если ты пойдешь к ней завтра, найдет следы моих губ, зубов и ногтей на твоем теле, Примо. Мужчина бросает меня на свою кровать. Я не успеваю разглядеть его спальню, как он сразу же переворачивает меня на живот и шлепает по и так красной заднице. — Ты оставишь следы! Я не смогу потом учавствовать в фотосессиях! — Эта задница не будет никому показана, — рычит он и я чувствую, как губы целуют мою спину. Его руки снова хватают за задницу, поглаживая и массируя , когда я слышу, как он издает одобрительные звуки позади меня. Он облизывает заднюю часть моего бедра и половину правой ягодицы, где вытатуирована надпись и затем впивается зубами в мою плоть. За этим следует раскаленная боль, и я вскрикиваю, мои пальцы хватаются за простыни. — Мы только начали, — переворачивает моё тело на спину. — Я буду трахать тебя в этих туфлях, — поднимает мою ногу вверх и укладывает к себе на плечо, целуя лодыжку. — Я вытрахаю того мужчину из твоей головы и этой киски, — другой рукой он шлепает меня по самому центру. Мой писк раздается в комнате, но его заглушает раскат грома. Опустив ногу, я провожу каблуком по его груди, пока он рассматривает меня сверху. Каблук касается его спортивных брюк и спускается на заметную выпуклость. — Освободи свой член, Примо, — отдаю приказ. — И избавь меня от трусиков. — Ты снова командуешь, — усмехается он, но всё же подчиняется, встав с постели и одним движением спустив ткань. Он разорвет меня. Ты идиотка, Несси. Еще есть время признаться ему. Он же не узнает, что я девственница, если я стерплю боль? Кровь не всегда бывает и здесь темно. Черт, я в заднице. — Ты передумала? — хриплым голосом задает мне вопрос. — Никогда, — приподнимаю бедра и стягиваю трусики. — Ты трахнешь меня, или мне нужно идти к тому парню с пирсингом? — Ты доиграешься, — рычит он и накидывается на меня сверху, прижимая к простыни. Его руки и губы блуждают по шее, груди и животу, оставляя заметные следы даже в темноте. Достаточно. Уперев руки в его плечи, я переворачиваю нас, оказавшись сверху. — Кто-то оседлал твой член, будучи в таких сексуальных туфлях? — приподнимаю бровь с вызовом, потеревшись о разгоряченную плоть.— Ты мокрая, — стонет он, дергая бедрами вверх. — Где презерватив? — В другой комнате, — дышит тяжело мужчина. — Так достань его! Я не разрешу тебе трахать меня без него! Я не хочу умереть от венерических заболеваний! — Ты невыносима, — кусает меня за шею и поднимается с постели вместе со мной. Мы идем криво, потому что сначала ударяется Примо об дверь, а следом я об стену. Зайдя в другую комнату, где с одной стороны расположен на всю стену стеллаж с книгами, а по другую сторону стол и матрас, Примо подходит к столу и забирает оттуда пачку презервативов. Что-то еще находится в углу и кажется это напоминает мне холст. Вернувшись в спальню, он снова опускает нас на кровать, не меняя положения. Вырвав из его рук презерватив, я накачиваю член рукой, услышав одобрительные стоны, после чего натягиваю его. — Трахни меня, Примо. Этой ночью я твоя, — произношу смотря в любимые глаза, понимая, что ничего как прежде уже никогда не будет.

Примо

— Трахни меня, Примо. Этой ночью я твоя, — шепчет Нес, смотря в глаза.     Я осматриваю её черты лица, запоминая этот мелкий шрам на лбу, горбинку на носу и мелкую родинку над губой, которую хочу целовать вечно и обозначить, что она моя.     Эта девушка моя и будет всегда моей.     Я не вижу и не замечаю ничего, кроме блондинки в моих руках. Комната продолжает плыть и мой нетрезвый мозг до конца не осознает последствия действий, принятых в эти минуты.     Я отчетливо припоминаю, как сидел в гостиной с бутылкой виски восьмидесятого года и двумя кошками под боком, когда раздался звонок. После появился мой светлячок и внес свой свет в эту тьму.     Я не помню и половины слов, сказанных ей мне и наоборот. Я помню лишь, что хочу ощущать её рядом со мной и устал сопротивляться.     Но я вспоминаю, что она, блять, трахалась с другим и злость пробивает во мне стены жестокости.     Моя длина прижимается к ней, и она выгибает бедра, жадно потираясь, как будто поддразнивание не заставит меня ее трахнуть. Я сжимаю ее бедра, не давая ей пошевелиться. — Хватит, — рычу я, и ответная самодовольная улыбка растягивается на ее лице. — Введи меня в себя.— Властный, — шепчет она со вздохом.     Я хватаю ее за горло, заставляя посмотреть мне в глаза. Она хватает мой член и прикладывает к своему входу. Она замолкает, но продолжает смотреть. Смесь предвкушения и опасения мелькает в ее глазах, но я сойду с ума, если она и дальше будет прижимать мой кончик к своему теплому входу, не впуская меня внутрь.— Тебе это нравится, — встряхиваю её за горло.    Полностью обхватив одной рукой ее талию, чтобы прижать ее к себе и не дать ей двигаться, мой член раздвигает ее складки, и я начинаю толкаться внутрь, входя на столько глубоко, вызвав дрожь в ее теле. Она стонет и сильно кусает за плечо, ее голова опускается, пока она пытается взять меня. Под этим углом она полностью растягивается для меня, и мои глаза снова закатываются, когда я преодолеваю все сжатые барьеры и проникаю еще глубже, чем раньше. Она тугая, что мне чертовски нравится и я ощущаю, как она сжимает меня.     Блять.     Я начинаю играть с ее правой грудью, а левую беру в рот. Мой член продолжает свой путь внутри нее, теперь пронзая полностью. Я замечаю, что она нервничает, ее руки обвиваются вокруг моих плеч, когда она двигает бедрами, пытаясь погрузить меня глубже в себя. Но на этот раз я не тороплюсь.     Я обхватываю ее затылок, когда мой рот находит раковину ее уха. — Ты чувствуешь, как я погружаюсь глубоко в твою тугую киску? — Я чувствую, как она кивает мне через плечо. — Произнеси это.— Да, — выдыхает она. — Ты такой большой, — стонет она, и я вижу бисеринки пота у нее на лбу. Я слизываю их, наслаждаясь солоноватым вкусом ее усилий. — Ты душишь мой член. — Подчеркиваю я толчками. — Я собираюсь получить огромное удовольствие, растягивая тебя.    Нес вскрикивает, ее голова запрокидывается, шея выгибается дугой, рот приоткрывается, по телу пробегает сильная дрожь. — О-остановись! — Остановиться? — Я спрашиваю.    Блондинка поднимает голову и открывает глаза, глядя на меня взглядом, который почти ослеплен похотью. — Я должна была прокатиться на тебе, помнишь? — Говорит она, кладя руки мне на плечи. Ее грудь двигается, когда она делает глубокий вдох.    Светлячок прикусывает губу слишком невинно, напоминая мне о её юном возрасте. В глазах у меня темнеет, а из горла вырывается рычание. — Тогда оседлай меня, — приказываю я.     Ей не нужно дальнейших приглашений, чтобы выполнить приказ. Удерживая меня, она выгибает свою задницу назад, а затем снова опускает вниз. Дюймы разделяют наши лица, и она улавливает каждую микроскопическую реакцию на моем лице, когда начинает подпрыгивать на моем члене.    Сдавленный стон и неразборчивые слова похвалы срываются с моих губ, одно за другим, по мере того как ощущения захлестывают меня. Принцесса замедляет ритм, ее руки поднимаются, чтобы обхватить мое лицо, когда она прижимается своими губами к моим, но я отдергиваю её. — Нет. — Да! — Нет, — рявкаю я. —  Только не в губы. Этого не будет.    Она отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза, пока вращается на моем члене, ее бедра ходят из стороны в сторону, сводя меня с ума. Я рычу, когда ее рука обхватывает мое горло и сжимает, давление ограничивает приток кислорода. Моя голова откидывается назад, когда я смотрю на нее потемневшими и возбужденными глазами.     Только сейчас я осознаю, что она единственная женщина после Наоми, получившая контроль в постели. Нес держит руку на моем горле, продолжая оседлывать меня.     Остекленевший взгляд в ее глазах показывает, что этот момент власти надо мной только разжигает пламя возбуждения внутри нее еще жарче и она зла, чертовски зла.— Ты любишь меня? — спрашивает она, сильнее сжимая моё горло. — Ответь мне. Ты любишь меня? — Зачем мне говорить, если ты знаешь ответ, — произношу, вгоняя свой член. — Ответь мне, ты сможешь разлюбить меня? — Зачем мне отвечать, если ты знаешь ответ, — выстреливает она, отпуская моё горло и сильно впивается ногтями в мои плечи. Моя рука скользит к её клитору и она чувствует это прикосновение. Я обхватываю её руку и завожу ей за спину, прижимая другой рукой к пояснице. Свободной рукой я несколько раз касаюсь ее клитора. Я далек от нежности, когда мой большой палец выбивает дикий ритм на ее плоти, но я хочу, чтобы она почувствовала, что я делаю с ней. Я чувствую, как сжимаются ее мышцы, как внутри нее начинает подниматься волна, когда она приближается к оргазму. Ее голова наклоняется вперед, и она зарывается лицом в изгиб моей шеи, постанывая что-то неразборчивое. Она выгибает бедра, ища моего очередного прикосновения. Я сжимаю ее клитор, и она замирает на середине толчка. Она изо всех сил пытается высвободить руки, но я крепко прижимаю их к ее спине, когда волны удовольствия захлестывают прекрасное тело и Нес кричит от облегчения и обессиленно прижимается к моей груди. Её сокращение мышц подталкивает меня к оргазму и делаю последние толчки, наслаждаясь ею. Я падаю на спину, увлекая хрупкое тело за собой. Мы лежим и тяжело дышим. Постепенно мой фокус возвращается к комнате и ощущаю, что секс протрезвил мой разум. — Блять, — говорю я, по-прежнему держа блондинку в руках на своей груди. — Мне надо в ванную, — тихо произносит она и аккуратно спускается с моего члена, шипя. — Ты в порядке? — хмурюсь я, приподнявшись на локте. — Да, я просто ... минуту подожди, — быстро говорит она и спрыгивает с кровати побежав в ванную. Я снимаю презерватив и завязываю его, выкидывая на пол и обратно рухнув на кровать. Черт. Я трахнул дочь Ромеро. Блять. Я должен был держаться до свадьбы. Но и она не была девственницей. Я сажусь в постели и прокручиваю весь последний час в своей голове, когда девушка выходит из ванной и на ней одета моя старая футболка. — Ты не против? Я ... — Не против, — смотрю, как она неловко садится на другой край кровати. — Не делай так. — Как? — Будто мы с тобой не родные люди. — А мы родные люди? — Конечно, черт возьми, — встряхиваю головой. — Но ты не поцеловал меня. — Я говорил тебе о том, что не целуюсь.— А я не исключение? — Нет, — шепчу, ощущая вину. — Нес ... — Все в порядке, — перебивает она меня. — Я останусь и посплю на диване. Утром ты уже не увидишь меня . — Нет! Не смей говорить так, будто между нами ничего нет, — поворачиваюсь к ней. — Между нами ничего и нет! — вскрикивает девушка, поднимаясь. — Это был секс на один раз! Я уезжаю из города и увижу тебя только через несколько месяцев. Поэтому, нет. Между нами ничего нет! — Да, есть! — встаю и я. — Ты голый, сядь, — показывает она рукой на моё тело. — И не кричи на меня! — Твой отец приезжает через три дня? Два? Я иду к нему и прошу твоей руки. — Без обсуждения говорю я, направляясь в ванную. — Нет! — вскрикивает девушка, перегородив мне дорогу. — Что ты сказал? Попросишь моей руки? — Да. Это игра не может продолжаться вечно, Нес. — Ты действительно попросишь моей руки? — снова спрашивает она, когда её глаза приобретают блеск. — Ты женишься на мне? — Да, Нес, — вдыхаю я и подмигиваю ей. — Почему? — Мы только что трахнулись с тобой, Нес. Ни тебе, ни мне не нужны проблемы, — вспомнив о презервативе, я возвращаюсь к тому месту куда выкинул его. — Мы с отцом и Максом придем к вам домой. Надеюсь, что твой отец даст мне возможность высказаться, — оборачиваюсь к ней, увидев хмурое выражение лица. — Что? — Чтобы у нас не было проблем, — шепчет девушка, качая головой. — Ты хоть что-то чувствуешь ко мне? — Конечно, блять, да. Иначе, мы разве были бы с тобой здесь?— Не знаю, — пожимает она плечами, отводя свой взгляд в сторону. — Что это будет за брак? Где будет любовь? — Люди и без любви справляются, — твержу я, раздражаясь. — Можешь мечтать дальше, потому что я не подарю тебе этой любви в нашем браке. Словно от пощечины, Нес вздрагивает и смотрит мне прямо в глаза. Из-за темноты я не вижу голубизну неба, но всё же замечаю нехарактерное ей выражение. — Я позабочусь о тебе, Нес. Я сделаю всё возможное, чтобы ты была счастлива. Да, я не достоин тебя, но ты моя, светлячок. — Хорошо, — резко улыбается она, снимая только сейчас свою обувь. — Тебе нужно было идти в ванную, — провожает она меня рукой. — Если ты не против, то я пока приготовлюсь ко сну. — Ладно, — произношу, настораживаясь её реакции, но всё же ухожу в ванную. Закрыв дверь, я выбрасываю в урну презерватив и включаю кран, обдумывая свои слова. Идиот. Ты должен был сказать, что думал об этом еще в Хэмптоне. Нес теперь думает, что только после секса я решил жениться на ней. Ополоснув свое тело, я выключаю душ и обматываю тело полотенцем, встав напротив зеркала и смотря на себя. Голос в моей голове говорит о том, что я солгал девушке и укрыл подальше от всех свои чувства. Другой голос напоминает мне о женщине, оставившей дыру в сердце. — Так нельзя поступать с девушкой, — провожу рукой по волосам и опускаю взгляд вниз. — Что за...? Я просовываю руку в урну и достаю использованный презерватив, замечая следы крови. Моя другая рука обхватывает край раковины и я зажмуриваю глаза, понимая, что Нес солгала и я повелся. Или же у неё может быть менструальный цикл? Напрягая мозг, я вспоминаю её вскрик и укус на своем плече, когда я вошел а неё так безжалостно. — Блять, — шепчу я, осознавая какую боль причинил девушке. — Блять! — запускаю кулак в зеркало, разбивая его на части. — Блять, Инесса! — выкрикиваю я и выбегаю из ванной. Но я замечаю лишь её туфли на кровати, а рядом что-то еще. Подойдя ближе, по моему телу проходит неприятная дрожь, когда я беру в руки подвеску с цепочкой, которую она носила все эти годы. — Инесса! — кричу я, выбегая из спальни! — Где ты?! Инесса?!

Инесса

Дверь в ванную закрывается и я тут же делаю глубокий вдох, сдерживая слезы и боль. — Не сейчас, — шепчу самой себе и подбегаю к мужской гардеробной, доставая первые попавшиеся спортивные штаны и носки. Все это время за окном была гроза, а сейчас продолжается ливень. Положив обувь на кровать, я добавляю к ним цепочку, которую снимаю и ложу рядом. — Ты был прав с самого начала. Мне нужно было держаться от тебя подальше, — произношу, услышав как звуки воды заполняют ванную. Выбежав из спальни, я целую два комочка шерсти на диване в гостиной и забрав сумку в холле, вылетаю из квартиры, пока Примо не достал меня. Все вещи я оставила намеренно там, чтобы он понял, что я ушла и не желаю его видеть. Спустившись вниз, я замечаю, что Луи уснул, поэтому выбегаю на улицу и бегу к дороге. Я снова вся промокла и молюсь всем богам о скором такси, пока Примо не увидел мою пропажу. — Пожалуйста, прошу, — стою и дрожу, слыша звуки приближающегося грома. — Ты даже сейчас не так страшен, как быть пойманной тем засранцем. Из угла появляется такси и уже через минуту я еду домой. Я вся промокла, но моих слез так и нет. — Можешь мечтать дальше, потому что я не подарю тебе этой любви в нашем браке, — повторяю его слова, как мантру. Я даже не чувствую физической боли от потери девственности. Я просто не чувствую ничего. Уверена в том, что завтра я прочувствую всё, но сейчас я словно не существую. Достав телефон из сумочки, когда я подъезжаю к дому, набираю номер телефона.— Я совершила ошибку ... Поможешь мне? Я ... я должна успеть собраться, — заикаясь произношу. — Буду через двадцать минут, — раздается голос тети Джи на другом конце звонка. Ничего не сказав больше, я захожу в дом и иду в ванную не закрыв двери на замки. Включив теплый душ и скинув всю одежду, я захожу под струи воды и даю волю слезам, осознавая что вина полностью моя и какая я влюбленная идиотка.

Примо

— Инесса! — продолжаю выкрикивать я, бегая по дому и проверяя все комнаты. — Я убью тебя и отшлепаю, когда найду! Забежав обратно в спальню, я направляюсь к шкафам и надеваю джинсы и футболку. И замечаю, что одних спортивных брюк нет. — Чертовка! — ругаюсь я, бросившись с места и выбегаю из квартиры, захватив ключи от машины. Я вижу кровь на своей ладони и вспоминаю, что оставил страдать зеркало в ванной, но мне нужно добраться до принцессы. Только я не знаю, куда мне ехать. Решившись, я все же еду в дом Кансио и через двадцать минут замечаю спортивный автомобиль Маттео возле их ворот. — Прекрасно, — ворчу я и выхожу из машины, направляясь в дом. Но не успел я позвонить, как дверь открывается и появляется Джианна. Черт. Меня вполне могут убить. — Она не хочет сейчас тебя видеть. Дай ей время. Утром вы поговорите, — произносит женщина и прищуривается. — Утром, Примо. Ты можешь уехать домой. Но сейчас ты не переступишь этот порог. — Я не смею возражать тебе. Просто скажи мне: как она? — Все в порядке, — черты её лица немного смягчаются. — Отдохни. Тебе это тоже не помешает. Утром приедешь и вы обговорите всё произошедшее. — Она ... — Примо, — приподнимает женщина бровь. — Я ... Хорошо, — неохотно отступаю я и иду к машине. Дождь закончился, но я не поехал домой, как мне велела Джианна. Я остался в машине и стал ждать рассвета.

Инесса

— Ты уверена, что дядя ничего не заподозрил? — тихо спрашиваю, пока мои сумки погружают в машину. — Нет. Я сказала ему, что у тебя начинается раньше учебный семестр, поэтому тебе нужно уехать сейчас. — Я написала десять минут назад маме. Как ты думаешь, она поверит? — Отец может и да ... но Лили, — зевает тетя, — навряд ли. — Я не люблю прощаться, но спасибо тебе, - обнимаю крепко тетю. — Спасибо за то, что была со мной рядом. — Не плачь, моя милая, — произносит она, целуя меня в щеку. — Но ты же понимаешь, что убегая не решишь проблемы? Примо найдет тебя, Несси.— Я не хочу, чтобы он думал о том, как найти меня, — вздыхаю я. — Его машина на той стороне. Ты думаешь, он сидит там и наблюдает? — Было бы хорошо, если бы он пропустил тебя, но не знаю, — пожимает она плечами. — Береги себя, хорошо? На Рождество я жду тебя здесь. — Спасибо, — целую её на прощание и затем прощаюсь с дядей, усаживаясь в машину с Антонио. — Прости, что так резко выдернула тебя, — прикусываю губу. — Все в порядке, мисс Кансио — улыбается он мне в зеркале заднего вида. — Мистер Кансио уже знает? — Я предупредила маму, что семестр начинается завтра, поэтому мы так быстро и собрались, — лгу и виновато улыбаюсь. — Прости еще раз. — Не стоит, — подмигивает он мне. Я не люблю этих прощаний и расставаний, поэтому написала всем членам семьи сообщения и ожидаю, что вскоре меня захотят убить. Прибыв на центральный вокзал, мы с Антонио проходим к нужной платформе, когда меня окликает знакомый до жути голос.— Нес! — выкрикивает Примо. — Примо? — хмурится Антонио. — Инесса? — Мне нужно поговорить с ним, — нехотя признаюсь я, ощущаю затылком, как мужчина приблизился к нам. — Прошу тебя, дай мне пять минут наедине. Все хорошо, Антонио. Я вижу, как его глаза перебегают с Примо на меня, но он все же кивает и отходит на несколько шагов от нас.

Примо

— Я успел, — вздыхаю я, подходя к девушке ближе. — Зачем ты солгала мне? Нехарактерный румянец окрасил её щеки и судя по всему она поняла, что я имел ввиду. — Разве это что-то бы поменяло? — шепчет она, не смотря мне а глаза. — Конечно же, черт возьми да! — гневно шепчу я. — Я лишил тебя девственности! Я был пьян, Нес. Я причинил тебе боль. Наконец глаза девушки поднимаются и я замечаю всю боль, вместо света который забрал. — Это не изменило бы ровно ничего, — четко произносит девушка. — Тогда бы ты женился на мне из жалости? Это бы ты мне сказал? — Нет. — Мы не знаем, — пожимает она плечами. — Ты не сделал мне больно физически, Примо. Это было здесь, — указывает она на свое сердце. — Здесь больно, не там, где ты думаешь. — Прости, — искренне признаюсь я. — Не уезжай.— Нет. Я уезжаю. Нам не хватит этого города на двоих, чтобы я забыла о тебе. — Не забывай. — Это звучит эгоистично, Примо, — качает она головой. — Я доставляла тебе одни проблемы в жизни. — Нет, — вздыхаю я. — Ты никогда не доставляла мне их, светлячок, — шепчу и чувствую, что теряю её. — Примо, ты не любишь меня, — произносит она с такой горечью, что разрывает мне сердце. — Я не смогу жить и не получать ответа, отдавая всю себя взамен! Я росла в любви и хочу такого же будущего для себя! — Тыкает она пальцем мне в грудь, привлекая внимание других людей. — Не смей просить меня остаться и быть с тобой, когда ты не готов отдать свое сердце. Я думала, что смогу всё же заглушить эту травму оставленную той женщиной, но нет ... Я бы смогла, но ты не хочешь. Ты не хочешь двигаться дальше. Ты застрял там. — Я хочу, — шепчу ей. — Я действительно хочу оставить все дерьмо в прошлом. — Да? Тогда расскажи мне, что произошло? В панике я смотрю на неё и она замечает это и качает головой. — Ты никогда не отпустишь её. Ты твердишь, что не способен любить женщину, но может ты уже любишь и не отпустил её? — Нет! Я не люблю Наоми! — защищаюсь я. — Но ты держишь её в своей голове и позволяешь ей управлять своей жизнью, — слеза скатывается по её щеке, когда я ощущаю, что мои колени подкашиваются. — Я люблю тебя, Примо ... но сейчас я выбираю себя. Я не смогу взрастить тот цветок, который ты не поливаешь ... береги себя, — разворачивается девушка и уходит. — Нет! Нес! — Отпусти меня! — вскрикивает она, хотя я и не прикасался к ней. — Отпусти меня, но прежде всего отпусти ее, чтобы впустить меня! Мне нужно время, как и тебе. Береги Шанель и Гуччи, — с этими словами блондинка подходит к своему недовольно смотрящему телохранителю и уходит. Я ощущаю, как земля уходит из под моих ног, но всё же исполняю её просьбу и отпускаю девушку в нормальную жизнь. Выйдя наружу на воздух, я тут же иду к машине и звоню брату с просьбой приехать к родителям. Время только семь утра и я уверен, что разбудил его, но он отвечает что будет. Сильный спазм образуется в области сердца к концу пути и мне сложно выйти из машины и пройти к воротам, когда они открываются и мама выбегает в халате. — Что случилось? Примо, не пугай меня! — кричит она, когда я опускаюсь на мокрую землю переступив территорию дома. — Райан! Скорее! Руки матери осматривают моё тело и она с паникой берет моё лицо в свои руки. — Что произошло? — Я потерял её, мам, — признаюсь наконец вслух. — Я должен быть сильным, но что-то не получается. Я устал быть мужчиной и не показывать своих чувств. — Не надо, — шепчет она, — отпусти это. Будь человеком, а не мужчиной. — Она уехала, — ощущаю, как что-то влажное опускается на мою щеку. — Я отпустил её, потому что она просила, мам. — Дорогой, — сострадание оказывается в её глазах. — Ты всегда можешь вернуть Несси обратно. — Она сломала меня, мам. Я должен признаться. — Я уверена, что Несси не хотела тебя ...— Наоми, мам. Она сломала меня, — признаюсь я, выдыхая. — Я боюсь любить Нес. Я погублю её, — опускаю голову на ладони. — Я ничтожество, которое не способно любить. Я причинил девушке боль! — Эй, тише, — рука отца опускается на мое плечо. — Все в порядке, сынок. — Нет, мне нужна помощь, — вздыхаю я. — Мне нужна профессиональная помощь. — Это хорошо, Примо, — обнимают меня женские руки. — Ты не ничтожество, сынок. Не говори так. — В тот день, Наоми ... Она заставила меня смотреть на мучения Ники, — говорю сквозь слезы.— Примо, мой мальчик, — раздается голос матери возле моего уха. — Сынок, почему ты молчал? — Это моя вина, что Николь стала такой, — наконец признаюсь я вслух. Отстранив свое лицо от плеча матери, я смотрю в её мокрые глаза. — Помогите мне. Я хочу быть обычным, счастливым и любимым мужчиной для Нес. Я люблю её и не хочу терять.