Глава 109-Посещение ее могилы

Сестра Май На сказала: «Он спорил со всей своей семьи в течение полугода и сумел убедить их, а прошлой зимой он похоронил Ся Лин на семейном кладбище Пэй. На церемонии похорон не было много людей, церемония была очень грандиозной, и он не экономил. Многие важные фигуры из семьи Пэй присутствовали на церемонии».

Пока говорила, сестра Май На разгладила пальцем картинку в газете: «Это было сделано очень скрытно и не было обнародовано. Если бы я не послала кого-то, чтобы расследовать, сфотографировать и опубликовать это, фанаты до сих пор не знали бы, где Ся Лин была похоронена».

Ся Лин была ошеломлена и посмотрела на сестру Май На со смущенным выражением лица: «Почему он держал это в секрете?»

Сестра Май На горько улыбнулась: «Семья Пэй хочет сохранить в тайне тот факт, что кто-то с другой фамилией был похоронен на кладбище семьи Пэй, даже если они согласились на это по настоянию Пэй Цзыхэна. Кроме того, Пэй Цзыхэн…»

Горечь в ее улыбке усилилась: «Ты видела, как у фанатов Ся Лин есть удивительное воображение. Как только было упомянуто, что Ся Лин спала с кем-то, Пэй Цзыхэн сразу же оказался в центре внимания. Однако Пэй Цзыхэн, возможно, не пожелал бы обнародовать эти отношения. В противном случае Ся Лин не пришлось бы скрывать это, пока она была еще жива, и он определенно не был бы помолвлен. Если бы люди узнали, что он похоронил Ся Лин на его семейном кладбище, возникло бы много спекуляций. Для кого-то вроде Пэй Цзыхэна, который предпочитает быть сдержанным, он, вероятно, не хотел бы брать на себя эти проблемы».

Сестра Май На некоторое время молчала, а потом тихо сказала: «Однако я всегда чувствовала, что Ся Лин хочет, чтобы их отношения были открытыми».

Ся Лин тоже молчала. Верно. Она хотела, чтобы отношения были открыты. Кто не хотел иметь возможность встречаться открыто?

К сожалению, эти отношения были разрушены, прежде чем они могли выйти в общественность.

Несколько дней назад - на семейном кладбище Пэй.

Шёл дождь. Надгробная табличка была сделана из высококачественного камня, и на ней выгравировано было четыре слова: «Место погребения Ся Лин».

Пэй Цзыхэн стоял перед могильной плитой, одетый в черный костюм.

Его сопровождал Чу Чэнь с мрачным выражением лица. Он взял большой букет белых роз у телохранителя и передал его Пэй Цзыхэну с почтением.

Пэй Цзыхэн взял цветы и приказал глубоким голосом: «Все вы можете взять выходной».

После этого Чу Чэнь призвал всех телохранителей следовать за ним, и они тихо ушли, чтобы Пэй Цзыхэн мог остаться один.

Пэй Цзыхэн наклонился и положил букет белых роз перед могильной плитой. Всего было 44 розы, которые представляли собой вечную любовь. Лепестки роз качались под моросящим дождем, а капли дождя, которые падали на лепестки, были похожи на слезы.

«Ся Лин ...»- Пэй Цзыхэн погладил плиту и сказал хриплым голосом: «Я пришёл к тебе».

На огромном кладбище было тихо, и был слышен только звук ветра.

Выражение лица Пэй Цзыхэна было полно горя, когда он продолжил: «Это была моя вина, я не очень хорошо тебя защищал. Сожалею, что не дал тебе законного статуса, когда ты была жива. Если бы я обнародовал наши отношения, ты бы не отравила Ван Цзинвань, а семья Ван не отомстила бы тебе и не оттолкнули тебя за кулисы ...»

«Сяо Лин, я заставил семью Ван заплатить за это. Убийца был пойман и наказан по закону, а семейный бизнес Ван сильно пострадал; вряд ли они смогут возродиться хотя бы в течение трех поколений».

«Но, Ся Лин, все это не имеет смысла… потому что тебя здесь нет со мной. Я готов обменять всю семью Пэй на то, чтобы ты вернулась, чтобы жить, чтобы ты… улыбнулась и посмотрела на меня в последний раз.»

Его голос немного задрожал, и он перестал говорить.

Холод могильной плиты медленно проникал через его руку, простираясь от его кожи до его костей и затем к его сердцу.

Через некоторое время он мягко сказал: «Ты должна думать обо мне как о посмешище». Он старался изо всех сил, чтобы вернуть ее и держать ее на своей стороне, только чтобы получить этот печальный исход. Он все еще помнил шок, гнев, боль и ужас в ее глазах, когда он запер ее.

Он подумал, что если он будет с ней жесток, и приручит ее как «домашнее животное», или сделает еще один шаг вперед, как советовали некоторые из его учителей, сделает так, чтобы у нее развился синдром Стокгольма, то неважно, что он сделает с ней, она охотно останется с ним.

Однако он был неправ, очень неправ.

Она прожила в пытках целый год, прежде чем покинуть его таким трагическим образом.

«Раньше я думал, что, если бы я не смог удержать тебя, я бы…» - его голос стал хриплым- «... уничтожил тебя.»

«Тем не менее,» он засмеялся с самоуспокоением- «Только когда ты покинула меня, я понял… Сяо Лин, ты часть моей жизни, большая часть моей жизни…»

Слезы навернулись на уголки его глаз, когда он осторожно опустил голову к могиле. «Во время твоей церемонии поминовения поклонники со всего мира ждали, что я скажу, но я сказал только одно предложение и не мог продолжать… Не то чтобы я не хотел ничего говорить, но вместо этого я боялся, что, если бы я сказал другое слово, я был бы неспособен контролировать себя. Я боялся, что я потеряю это и сломаюсь перед всеми. Я боялся, что я буду поражен эмоциями ...»

«Сяо Лин, я не так силен, как ты думаешь».

«Я всегда так боялся... потерять тебя ...»

Дождь стал усиливаться.

Под небольшим павильоном смотрителя кладбища несколько телохранителей наблюдали за этой сценой издалека. «Мистер Чу», - спросил один из телохранителей с беспокойством- «Босс в порядке? Дождь усиливается ...»

Чу Чэнь посмотрел со сложным выражением лица и сказал: «Не подходи. Мы будем ждать здесь». Единственным кто мог бы повлиять на эмоции Пэй Цзыхэна- это была Ся Лин, но она была уже мертва.

Наблюдая за Пэй Цзыхэном, Чу Чэнь был более чем уверен в одном: Ся Лин была единственной слабостью Босса и любимым раздражителем.

«Ты должны быть новенький». Чу Чэнь закурил сигарету, не обращая внимания на дождь из-за окна, и повернулся, чтобы поговорить с телохранителем.

Телохранитель вздрогнул, прежде чем ответить: «Да.»

«Тогда позволь мне дать тебе совет»- сказал Чу Чэнь- «Делай все, что скажет Босс без вопросов. Слушай больше, говори меньше. Иначе у тебя не будет очень долгой жизни…»

После того, как он закончил предложение, он глубоко вздохнул и повернулся, чтобы посмотреть на пейзаж за окном, игнорируя выражение лица телохранителя рядом с ним.

Под дождем Пэй Цзыхэн все еще стоял перед могильной плитой.

«Ся Лин, у меня есть несколько вещей, которые я хочу тебе сказать»- его голос был низким и хриплым- «Ты помнишь «Доблестную песню»? Лошадь, которую ты так любила несколько лет назад. После твоей смерти я выполнил твои желания и оставил ее в клубе верховой езды Нань Шанья на хранение и совсем не трогал ее. Животное позволило кому-то другому, кроме тебя, кататься на ней.»

«Я был в ярости. Как она может предать тебя? Даже если тебя больше нет здесь, это все равно недопустимо».

«Я сломал ей ноги».

«На самом деле, я хотел убить ее. Животное, которое предало тебя, не заслуживает того, чтобы жить. Однако тебя больше нет здесь, и она - то, что ты оставила после себя. Убийство ее означало бы, что после тебя останется на одну вещь меньше…»

«Итак, я позволил ей жить. Не беспокойся, хотя она больше не может бегать, я позабочусь о ней, пока она не умрет от старости».

«Почему всегда есть идиоты, которые предают тебя? Есть еще один…»