Глава 23

Джинни с грохотом кинула свежий номер газеты на обеденный стол:

— Вы не представляете себе, что произошло.

Рон чуть было не поперхнулся от серьёзного тона сестры:

— Мерлин, так можно напугать до смерти!

— Что произошло, Джинни? — обеспокоено спросила Гермиона.

Уизли развернула газету и нарочито громко начала зачитывать заголовок статьи:

«Нарушительница законов магического мира, более известная как Беллатриса Лестрейндж, этой ночью сбежала из тюрьмы Азкабана!»

Теперь к разговору присоединились не только близкие друзья Джинни, но и весь Большой зал.

Факультеты начали перешёптываться, преподаватели же недоуменно смотрели друг на друга.

Минерва Макгонагалл обратилась к директору школы:

— Альбус, неужели это правда? Но как же это могло произойти?!

— Я не раз говорил Министерству, что дементоры это далеко не лучший способ защиты стен Азкабана.

Альбус Дамблдор видел страх в глазах учеников, чувствовал вновь зарождающееся волнение внутри школы.

— Волшебники и волшебницы, вам не стоит переживать о событиях, происходящих вне стен Хогвартса. Школа находится под защитными чарами. Вы можете успокоиться и быть уверенными, что здесь вы всегда будете в безопасности, — успокаивал толпу директор.

Внезапно ставни на окнах захлопнулись, а зал погрузился в темноту.

— Я не бросалась бы такими обещаниями, Дамблдор! Тем более, что ты никак не можешь гарантировать этим щенкам безопасность, — донёсся незнакомый женский голос.

Ученики вжались в скамьи, и с опаской глядели по сторонам в поиске загадочной гостьи.

— Быстро же ты успела добраться до нас, — директор был спокоен, слишком спокоен.

— Размяла свои косточки наконец-то, — съязвила женщина.

Минерва смотрела на неё с остервенением, палочка в руке чуть ли не хрустела от давления пальцев. Макгонагалл была готова в любой момент броситься в бой.

— Ах да, откуда же тебе знать, что это такое... Ты вроде бы не гнил пятнадцать лет в Азкабане!

— Я не понимаю, чего ты добиваешься, Беллатриса. Вот она — желанная свобода, отправляйся восвояси и не трогай мой мир.

— Твой мир? — расхохоталась Лестрейндж. — Слишком громко сказано!

— Не заставляй меня выкидывать тебя отсюда с силой, — Дамблдор был на взводе, казалось, что сейчас от его спокойствия не останется и капли.

— Этот мир никогда не принадлежал тебе, всё это, — Беллатриса обвела руками пространство вокруг себя, — всё это принадлежит лишь одному волшебнику.

— Ну и кому же? — не выдержала Минерва.

Беллатриса широко улыбнулась, оголяя свои гнилые зубы. Каждый резец был нещадно сточен, представляя из себя острый клык. Это был не человеческий рот, всё это больше походило на акулью пасть.

— Лорду Волан Де Морту!

По Залу поползли шёпот и даже всхлипы студентов младших курсов.

— Думаю тебе пришлось пережить много страшных событий, которые заставили тебя сойти с ума, думать, что давно усопшие люди живы.

— А вот и не угадал! Мне удалось сохранить свой рассудок. Наверное больно признавать своё поражение, да? — лицо женщины источало эмоцию, похожую на сожаление, но всем давно было известно, что Беллатриса Лестрейндж не знает, что такое сочувствие.

Внезапно Беллатриса дернула рукой и Минерва Макгонагалл затряслась в конвульсиях, её спина начала нечеловечески изгибаться, а на шее вздулись вены.

Не сдержавшись, Рон обратился к Гермионе:

— Что это с ней? Что она делает?!

Гермиона нервно сглотнула вязкую слюну, а затем прошептала:

— Круциатус.

— Что ты творишь?! — прокричал Дамблдор.

— Заткнись! Я требую, чтобы каждый бросил свою палочку на пол, — скомандовала женщина, — иначе вашей высокоуважаемой Минерве придёт конец, ясно?! Старуха вздумала обхитрить меня!

Альбус бросил палочку перед собой, а затем поднял руки:

— Беллатриса, зачем тебе всё это нужно? Ты ведь не такая, я помню это.

— А вот лечить меня не надо. Я прекрасно себя чувствую, лучше, чем когда-либо!

Женщина прошлась своим звериным взглядом по залу, а затем ухмыльнулась:

— Дамблдор, ты был удивлен, как это я так быстро добралась до вашей школы, но знаешь, у меня были помощники.

Беллатриса улыбнулась своими гнилыми зубами и захохотала:

— Ну, что Драко, расскажем им наш маленький секрет?

Десятки пар глаз вмиг устремились к столу Слизерина. Со всех сторон доносилось:

— Драко? Он что помог ей? Он предатель? Не может быть ...

Тем временем, Малфой встал из-за стола и подошёл к Лестрейндж.

— Я уже говорила, что это мой любимый племянник? — наигранно произнесла женщина.

Гермиона не могла свести глаз с Беллатрисы. Жуткая, устрашающая, гнилая словно труп. Да, ничего живого и святого, лишь месть и злоба, распирающие её миниатюрное тело. Лестрейндж — это самый настоящий акт возмездия.

Гермиона медленно перевела свой взгляд с Беллатрисы на Малфоя. Будто задев оголённые провода, гриффиндорка получила свой разряд тока.

Он был для неё самым большим разочарованием, каждый раз судьба хлёстко била её по щекам и приказывала очнуться, забыть о каких-либо чувствах.

Как она могла поверить в такого человека, как он? Всё-таки Драко был прав, он ведь сам не раз говорил о том, что ему на всё плевать, что у него нет души.

Её карие глаза встретились со стальными глазами Драко. Его змеиные зрачки будто прожигали дыру в груди Гермионы, было непонятно, что именно он хотел ей передать этим взглядом? Своё сожаление? Показать, что он победил? Или предупредить, что теперь он отомстит за всё произошедшее?

— С вами, конечно, очень интересно общаться — продолжила Беллатриса, — но у нас есть свои планы, я и так задержалась тут, беседуя с вами.

— Счастливого пути, надеюсь мы больше никогда не увидим тебя в стенах Хогвартса, — произнёс Дамблдор, возвращаясь на своё место.

— Ха-ха-ха, ты такой забавный, Альбус, — расхохоталась Лестрейндж, — Хогвартс теперь наш, и счастливого пути я желаю вам.

— Беллатриса, ты уже переходишь все границы!

— Я устала с вами нянчиться. Драко, выполни приказ Лорда и мы со всем покончим.

— О каком приказе говорит Беллатриса? — взволнованно спросил Гарри.

В этот момент Драко встал напротив Альбуса Дамблдора и направил свою палочку прямиком на него.

— Что Вы задумали, Малфой? Немедленно опустите свою палочку! — не скрывая своего страха, прошептала Минерва, недавно пришедшая в себя.

Слизеринец чувствовал как немеют его пальцы, будто в руках он держал не легкое древко, а титановый меч.

Прежде он никогда не думал о том, насколько же тяжело отнимать чью-то жизнь.

— Авада Кедавра! — каждая буква была произнесена с удивительной точностью и уверенностью.

Обмякшее тело директора с грохотом упало на мраморный пол Большого зала.

Так вот какую тайну скрывал Малфой. Это было уже не просто детской шалостью или планом по захвату кабинета Северуса Снейпа с его многочисленными зельями.

Это было восстание. Так началась война.

В секунду тишина сменилась мышиной вознёй и криками, школьники буквально выпрыгивали из-за столов, а затем бежали к выходу. Двери были заблокированы, всех окутала паника, в воздухе висел едкий запах страха.

— В зал аппарировало три дюжины магов в черных балахонах, их лица были скрыты под объемными капюшонами.

— Поймать шрамированного мальчишку, с остальными делайте, что хотите, — дала команду Лестрейндж, а затем, расхохотавшись трансгрессировала.

Гермиона стояла как вкопанная, никак не могла оторвать своего взгляда от ныне живого директора. В сознании смешались все события прошедшего года, стихли крики детей и взрывы бомб, Гриффиндорка будто провалилась в озеро, будто вода заполнила ушные проходы, горло и нос. Ни единого звука, ни единого движения.

— Очнись, нам нужно бежать, Гермиона! — Гарри резко дёрнул её за руку и пытался привести в чувства.

В зале началась самая настоящая бойня, мраморный пол представлял из себя разноцветную мозаику: чёрные пятна копоти, кровавые лужи и осколки стекла.

— Мальчишка уходит, все за ним! — скомандовал грозный голос одного из головорезов.

Поттер потянул Гермиону за руку, всё дальше уводя её от толпы, он же продолжала оборачиваться и глядеть в сторону стола преподавателей. Слёзы нещадно текли по щекам, уши полностью заложило от многочисленных взрывов и криков школьников.

— Гарри, сзади! — Рон вовремя обернулся и заметил догоняющую их фигуру одного из преступников.

— Ты уж точно нам пригодишься, — захохотал мужчина, хватая Рональда Уизли за ворот.

Парень не сумел удержаться на ногах. Воспользовавшись моментом, мужчина повалил Рона и со всей силы начал вдавливать его в пол, заставляя Уизли задыхаться.

— Пошёл прочь от моего друга, — прокричала Лаванда, взмахивая волшебной палочкой.

— Остолбеней!

Рон поднялся на ноги, а затем скинул капюшон со своего душителя.

— Мерлин, я не могу поверить своим глазам. Это ведь отец Винсента Крэбба, — прошептал Уизли.

Рональд настолько был увлечён раскрытием личности волшебника, что не заметил того, как в Лаванду Браун прилетело проклятие.

Услышав за спиной полузадушенные всхлипы, Рон резко обернулся и в ту же секунду упал на колени.

Перед ним в луже крови лежала Лаванда. Её глаза были наполнены слезами, изо рта ручьем вытекала горячая кровь. Уизли пытался зажать ладонями глубокие резаные раны, остановить кровотечение, но всё было бесполезно.

Он не останавливаясь выкрикивал контрзаклятие, но ничего не происходило:

— Вулнера санентур! Вулнера санентур! — всхлипывал Рон, размазывая руками кровь по своей рубашке, пытаясь помочь подруге.

Внезапно кто-то схватил Рональда за руку, парень почувствовал сильнейший рывок, давление было настолько сильным, что ему казалось, будто сейчас глаза лопнут, а рёбра раскрошатся в труху.

Насколько резко это началось, так же резко это и закончилось. Трансгрессионный портал буквально выплюнул волшебников.

Ботинки увязли в грязи, смешанной со мхом и льдом. Безутешные крики сменились гробовой тишиной.

Гарри подполз к другу и активно начал бить его по щекам:

— Рон! Рональд! Нам нужно двигаться дальше, они нас найдут!

— Уизли встряхнул головой, вытер ладони о шершавый мох и наконец, поднялся на ноги.

Оглядевшись по сторонам, он увидел рядом стоящую Гермиону и Гарри. Будто резко очнувшись после сна, он с ошарашенными глазами всматривался в местность.

— А где Джинни? Где моя сестра?!

— С ней всё в порядке, она в безопасности, мы должны отправляться дальше, давай же, Рон— успокаивала его Грейнджер.

Запретный лес был окутан в полумрак, холодный ветер пробирал до костей. Внезапно поднявшееся чувство тошноты застало Рональда врасплох. Парня буквально вывернуло наизнанку.

— Вот так, тебе нужно прокашляться, — Гермиона осторожно хлопала друга по спине.

Не желая больше испытывать судьбу, Гарри схватил Гермиону и Рона за руки, и вновь принял попытку трансгрессии.

Почувствовав тягу потока, Грейнджер готова была унестись прочь от тёмного леса, но судьба была с ней не согласна.

Острые металлические крючки впились в спину девушки и рывком вытянули её из портала.

— Далеко собралась, малышка? — голос был слишком знакомым.

Незнакомец вплотную подошёл к Гриффиндорке и снял свой капюшон:

— Я же говорил, что мы ещё не закончили, — с усмешкой протянул парень.

— Гори в аду, Нотт, как и все твои друзья преступники, вам никогда не победить, — прохрипела Гермиона, пытаясь подняться на ноги.

— Преступники? Звучит как-то оскорбительно... — Нотт надавил ногой прямо на грудь Гриффиндорки, заставляя её вновь упасть на землю, — Мы больше, чем просто кучка воров и грабителей, мы — это пожиратели смерти.

— Я буду молиться, чтобы сама же смерть и забрала каждого из вас, — задыхаясь от боли, прошипела девушка.

Теодор Нотт резким ударом ногой по голове — «вырубил» Гермиону. Твёрдая каучуковая подошва оставила на лбу девушки кровавую ссадину.

Обтерев ботинок о мягкую россыпь мха, парень наклонился к лицу Грейнджер и прошептал:

— Аминь, грязнокровка.