Часть 12. Глава 66

НИКТО НЕ ПОЙМЁТ, ПОЧЕМУ Я ДОЛЖЕН УЙТИ.

НИКТО, КРОМЕ ОДНОГО - ЕДИНСТВЕННОГО ЧЕЛОВЕКА.

Письмо Серёжи:

Это был обычный будний вечер. Он ничем не отличался от других. Я сидел в своей в комнате и спокойно занимался, когда Рома внезапно зашёл. Он непонятно ухмылялся. Эта его циничная ухмылка... Она пугает меня.Он положил на мой письменный стол фотографию молодого мужчины. Я начал его рассмотревать. После чего Рома с насмешкой сказал:

- Посмотри сюда! Тебе не кажется, что он похож на нас? Угадай, где я это нашёл!

Он посмотрел на меня с огненными глазами, которые закатились от откровенного цинизма:

- Мама изменяла отцу! С его братом! Отец, перед которым ты так преклоняешься - вовсе не наш отец...!!

РОМА, НАВЕРНОЕ, БУДЕТ СЧИТАТЬ СЕБЯ ВИНОВАТЫМ, ЧТО ЕГО СЛОВА ОТНЯЛИ У МЕНЯ ВОЛЮ К ЖИЗНИ...

... НО  МНЕ БЫЛО ВСЁ РАВНО.

Я ДАВНЫМ-ДАВНО ЗНАЛ, ЧТО МЫ - НЕ ДЕТИ ОТЦА.

ДА... Я УЗНАЛ ОБО ВСЁМ НАМНОГО РАНЬШЕ РОМЫ.

Тогда мы жилы в Америке, у нашей тёти. Как-то раз, возвращаясь со школы один, так как у Ромы был занятия в баскетбольном клубе, я случайно подслушал разговор тёти с её мужем. Они сидели в гостевой комнате и серьёзно обсуждали какую-то тему. Мне стало интересно и я не прошёл мимо, а встал около дверей:

- Скажи, Стив, ты не думаешь... Что Роме пора прекратить возню с мотоциклами? Я ничего не имею против увлечения... Но в последнее время Рома ничем другим не интересуется.- И что в этом плохого? - Рано или поздно Роме придётся вернуться в Россию. Ему нельзя привыкать к здешней жизни!- И поэтому ты хочешь, чтобы он бросил мотоспорт? У мальчика - Талант!- Но такое решение может принять только его отец. У нас нет права вмешиваться.

После минутного молчания, Стив сказал слова, которые потрясли меня и испугали до смерти:

- А что, если мы усыновим Рому?- Ты серьезно?- Да. Он же - Твой родственник... А у нас нет детей. Рома и Серёжа близнецы. Ковальчук вполне может отдать одного нам. ОНИ ЖЕ ДАЖЕ НЕ РОДНЫЕ ЕГО ДЕТИ.

ЭТО БЫЛО ДЛЯ МЕНЯ ТЯЖЕЛЫМ УДАРОМ.

НО Я ЕГО ВЫНЕС.

Я ПРИВЫК К МЫСЛИ, ЧТО МЫ - НЕ РОДНЫЕ ДЕТИ ОТЦА И ЧТО СТИВ И ТЁТЯ ХОТЕЛИ УСЫНОВИТЬ ТОЛЬКО РОМУ.

НО ВСЁ ЭТО НЕ СТРАШНО.

СТРАШНО ТО, ЧТО ЖИВЁТ ВО МНЕ.

ВО МНЕ ЖИВЁТ НЕВИДИМОЕ ЧУДОВИЩЕ.

ОНО НИКОГДА НЕ ОСТАВИТ МЕНЯ В ПОКОЕ И БУДЕТ БУШЕВАТЬ ВО МНЕ ВСЮ ЖИЗНЬ.

Не помню сколько нам тогда было лет... Может быть где-то 10 или 9. По соседству жил один толстый и до ужаса противный мальчик, который каждый раз, как увидев меня на улице издевался и избивал до синяков, иногда даже до крови.

Этот день тоже не был исключением. Он всей силой ударил кулаком меня по лицу, после чего грозно заорал:

- Чёрт, ты нажаловался Роме... И теперь у меня неприятности!!!! Ты этого больше не сделаешь... Чёртов Руский!!!!

Не выдержав его сильных и больных побоев, я закричал на весь голос:

- На... НА ПОМОЩЬ!!!

В этот момент, под ослепительным и жарким летним солнцем, я увидел Рому. Не помню, когда он успел прибежать, но та картина навсегда засела в моём сознание, после чего монстр во мне окончательно проснулся.

Рома стоял над толстым пацаном, у которого во рту был пистолет. Огромная пушка, которая заходила ему всё глубже в глотку, чуть ли не разрывая артерии.

Я стоял неподалёку и тихо наблюдал за этой прекрасной картиной. Непрекращающияся песнь цикадов оглушила меня. Тогда я почувствовал настоящую красоту. Красота, которая должна была зародиться от убийства этого ублюдка. Ненужного мусора.

Я спокойно наблюдал, пока мои глаза окончательно не закатились от нахлынувщего блаженства и удовольствия вызванным опухшим и до смерти напуганным лицом пацана.

Я заулыбался. Мне было смешно. До чёртекав смешно. Я разрывался от смеха. Скоро его голова взорвётся и превратиться в месиво.

Хахахаххахах!

Хаххахахахахахаххаххахаххаха

Хахахахаххахахахаххахаха!

ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХХАХА

ХАХАХАХХАХАХАХАХА

-СДОХНИ, БЕЛАЯ СВИНЬЯ!!!

Рома нажал на курок. Секундный звук спускающегося курка заставило меня в прийти в себя и опомниться. Мальчик разрывался от страха, слёз и соплей, которые его уже доводили до нервного срыва. Достав пистолет из его рта, он вырывал и вырывал. Он долго не мог прийти в себя.

ЭТО БЫЛ ДЕНЬ, КОГДА Я ВПЕРВЫЕ ЗАМЕТИЛ ЧУДОВИЩЕ ВО МНЕ.

Я БЫЛ ВОЗБУЖДЁН.

Я С НЕТЕРПЕНИЕМ ЖДАЛ МОМЕНТА, КОГДА РОМА ПРЕВРАТИТ ГОЛОВУ ЭТОГО ПАРНЯ В КАШУ.

КАК-БУДТО ПЕРЕД МОИМИ ГЛАЗАМИ ПРОИСХОДИЛО ЧТО-ТО ЧУДЕСНОЕ.

ВСЕ ГОВОРЯТ О ЦЕННОСТИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЖИЗНИ, НО ДЛЯ МЕНЯ ЛЮДИ - ПРОСТО ДВИГАЮЩИЕСЯ КУСКИ МЯСА.

В НИХ НЕТ НИЧЕГО ХОРОШЕГО.

... РОМА И Я - ЕДИНСТВЕННЫЕ ИСКЛЮЧЕНИЯ.

ЖЕСТОКОСТЬ РОМЫ СДЕЛАЛА МЕНЯ УЖАСНЫМ НЕЖЕНКОЙ.

ЧЕМ БЕСПОЩАДНЕЕ ДЕЛАЛСЯ РОМА, ТЕМ ЛУЧШЕ Я СЕБЯ ЧУВСТВОВАЛ.

МНЕ СТОИЛО ЛИШЬ ЗАПЛАКАТЬ.

ЧЕМ СЛАБЕЕ СТАНОВИЛСЯ Я, ТЕМ ГРУБЕЕ - РОМА.

С ПОМОЩЬЮ РОМЫ Я УДОВЛЕТВОРЯЛ СВОЮ СТРАСТЬ РАЗРУШЕНИЯ...

А РОМА С МОЕЙ ПОМОЩЬЮ - ПОТРЕБНОСТЬ ЗАЩИЩАТЬ.

-"Мы плод измены нашей матери! - Эти его жестокие слова отзывались ужасающей болью в сердце.

И ВСЁ-ТАКИ...

ЭТО БЫЛ ПЕРВЫЙ РАЗ.

РОМА ПЫТАЛСЯ ОБИДЕТЬ МЕНЯ, РОМА ОТДАЛЯЛСЯ ОТ МЕНЯ...

...ХОТЯ МЫ БЫЛИ ВМЕСТЕ С САМОГО РОЖДЕНИЯ.

...ХОТЯ ТОЛЬКО РЯДОМ С НИМ Я МОГ БЫТЬ ХОРОШИМ; ХОТЯ ТОЛЬКО БЛАГОДАРЯ ЕМУ Я ОКОНЧАТЕЛЬНО НЕ СОШЁЛ С УМА.

Я БОЮСЬ САМОГО СЕБЯ.

Я НЕ ТАКОЙ СИЛЬНЫЙ, КАК РОМА. ВО МНЕ НЕТ МУЖЕСТВА ПРИНЯТЬ СЕБЯ ТАКИМ, КАКОЙ Я ЕСТЬ.

Я НЕ ТАКОЙ СИЛЬНЫЙ, КАК РОМА.

ВО МНЕ НЕТ МУЖЕСТВА ПРИНЯТЬ СЕБЯ ТАКИМ, КАКОЙ Я ЕСТЬ.

Я уже стоял на школьной крыше  с улыбкой смотрел на своего приятеля Толика, который увидев меня побледнев забежал в школу.

- Да! Зови его!

РОМА!

МЫ ТАК ПОХОЖИ И ВСЁ-ТАКИ РАЗЛИЧАЕМСЯ.МЫ - КАК СОЛНЦЕ И ЛУНА.ЕСЛИ БЫ Я ОБЛАДАЛ ТВОЕЙ СИЛОЙ...!

Он весь в поту... Побледневший, как мёртвый человек резкой скоростью распахивает дверь крыше и с лицом полной страха смотрит на меня. Он не может дышать. Он боиться. Он дрожит. Ему плохо. Он напуган... Он до смерти напуган.

Да! Это то лицо, которое я хотел увидеть у тебя. Такое потерянное, полное страха и жалости.

Я ХОЧУ ОСТАВИТЬ ТЕБЕ ХОТЯ БЫ ОДИН ШРАМ.

В конце я подарил ему улыбку полную тепла и любви, сказав последние слова:

- Мы будем всегда вместе! Я буду ждать, Рома!

Я НАДЕЮСЬ...

ЧТО ТЫ СКОРО ПРИСОЕДИНИШЬСЯ КО МНЕ!

Pov. Катя

Прочитав последние слова письма, мои руки задрожали. Я его выкинула прочь. Мне плохо. Мне ужасно плохо. Меня тошнит. Кашель. У меня не прекращается кашель от нервного спазма. У меня самый настоящий шок, сопровождаемый неравным срывом. Единственное, что я смогла произнести это были слова:

- ЭТО БЫЛ СЕРЁЖА?

Pov. Рома

Середина ночи. Я сижу в полной темноте на деревянном старом стуле напротив портрета моей матери. Моё сознание... Оно погрязло в размышлениях... Связанным с прошлым, которого обрывки, как кусочки пазла сплывают каждый раз. Мне было интересно... Почему же моя... Моя родная мать пыталась убить меня? Ненавидела? Нет... Здесь что-то другое. Я начал разговор с неживой картиной или же призраком в надежде на то, что она меня услышит и ответить на вопросы, которые мучают меня. Этот мучительный монолог продолжался половину ночи.

- Ты не пережила бы моей смерти. Ты сама так сказала. Пустые слова. Ты так скоро умерла. И теперь я не могу тебя даже вспомнить. В моей памяти - больничная койка и запах медикаментов. Я радовался возможности посещать тебя в больнице.

Мои глаза закатились... Разум потемнел. Что-то... Что-то... Нет! Нет! Всё не так!

- Я радовался...? Нет. Напротив. Я НЕНАВИДЕЛ ЭТИ ПОСЕЩЕНИЯ!

Последние слова удивили меня самого. Я как-будто проснулся после долгой спячки или же комы, в которой потерялся. Я потерялся в этой цепочки событий, которая по-тихоньку складывалась в моём мозгу. Но я не могу понять... Я что-то упускаю...

Воспоминания Ромы:

Мы были тогда очень маленькими. В этот день, как и всегда один или два раза в неделю мы ходили к маме в больницу. Там было ужасно скучно. Хотя Серёжа тихо и спокойно сидел для себя и что-то рисовал. Я же не выдержав этого, закричал:

- С меня хватит! Я не хочу рисовать!!

Мама с тёплой улыбкой взглянула на меня и с нежным голосом сказала:

- Вы близнецы, но ни капельки не похожи на друг друга! Серёжа так любит рисовать, а ты...

Я печально сел на диван, и так же грустно ответил:

- Рисовать - скучно!- Рома любит бегать на улице, мама! - радостно ответил ей Серёжа.

В этот момент в палату заходит доктор... Я смутно помню его лицо, но его черты мне знакомы... Очень знакомы... От куда я помню его?

Он взял с пола листики, которые я разбросал после того, как что-то на них наколякал. Доктор с улыбкой вернул их мне и спокойным голосом спросил:

- Он прав, Рома? Тебе нравится играть на улице? Здесь наверняка скучно, так?- Да. Тут нельзя бегать, а то заругают! - Ха-ха... В тебе слишком много энергии, Рома. Хочешь прогуляться со мной?- Можно?

ЧТО?!

Я помню... Он взял меня за руку. Я любил этого дядю... Нет... НЕТ! Его лицо... Я вспомнил его! Я ВСПОМНИЛ, КТО БЫЛ ЭТОТ ДОКТОР! Я ПОМНЮ ЕГО СЛОВА!

-"ПОСЛУШАЙ, РОМА... ДУШЕВНЫЕ РАНЫ НЕ ВСЕГДА ПОДДАЮТСЯ ЛЕЧЕНИЮ. МЫ ДОЛЖНЫ НАУЧИТЬСЯ ЖИТЬ С НИМИ".

Это был мой психиатр. Мой психиатр. Но почему он тогда лечил мою маму? Получаеться моя мать лежала не в больнице, а в психбольнице?

- ДОКТОР...

Конец 12-ой части.

Ужасающие тайны прошлого семейства Ковальчука до сих пор не раскрыты. Что же скрываеться за страшной правдой? Что таит в себе это тёмное прошлое?