Нам мало проблем, хотим ещё

Полина

  Божечки. Случилось то, чего я больше всего боялась. Виталик, он.. я не хочу думать об этом. Я не могла смотреть на мёртвого одноклассника. К горлу подкатил ком: я не могла сказать ни слова, а слёзы так и текли по моим щекам. Эти эмоции, их невозможно передать словами. Было очень больно и что-то внутри меня, где-то там, в глубине души в этот момент умерло.

  Я отвернулась и заметила Ксюшу и Дарину. Они не плакали, но по ним было видно, что им тоже довольно тяжело. На Даринином лице читался страх и шок. Перевела взгляд на Ксюшу. Моя подруга стояла с широко раскрытыми глазами и едва сдерживала слёзы. Гриша отвернулся, но мне кажется, он, как и я, плакал.

  Дальше всё происходило как в тумане. Гриша предложил тело Виталика отдать тьме, я посчитала это верхом бесчеловечности. Ксюша сказала, что тело можно оставить в медпункте. Никто не возражал и кто-то из ребят понёс Виталика в медпункт. Там же мы с Ксюшей перевязывали Данику руку. Ну, по факту бинтами орудовала только Ксюша потому, что я боюсь одного только вида крови, а так как порез был довольно глубоким, то её было очень много. Вика хотела помочь, но Даник послал одноклассницу куда подальше вместе с её помощью. Вика пробормотала что-то на подобии "Я не виновата" и ушла.

  Когда Ксю закончила, мы все вместе пошли на третий этаж. Там Дарина рассказала про дневник, его хозяйку, историю школьников, попавших в "Неделю затмения" и об особенностях перемещения Василька по школе. Когда Дарина рассказывала про какого-то Мишу и сестру владелицы блокнота, мне опять стало так горько на душе и захотелось снова заплакать. Бедная девушка... Что ей пришлось пережить... Дальше мы с Ксюшей в кратце описали содержимое кассеты и то, как Василёк хотела придти к нам на чай. Вспоминать жутко...

  Рассказ затянулся почти на час, так как мы часто запинались, делали огромные паузы. Это было естественно. Мы только что увидели труп, при чём не какого-то незакомого человека, а одноклассника, с которым мы ходили в школу 8 лет, с первого класса и до сегодняшнего дня. Так что все сидели, как на иголках. Кроме Вики. Она была слишком спокойной. Возможно, это была такая защитная реакция. Не суть.

  Стали решать, что делать дальше.

Дарина: Я ни на что не намекаю, но мы собирались провести в школе одну ночь, а не неделю, поэтому не брали с собой много. А теперь нам или надо экономить еду, или поискать чего-нибудь съедобного.

Ксюша: Я с тобой согласна. Нам нужно сходить на кухню. Возможно там есть что-нибудь на подобии макарон или каких-нибудь круп, которые можно будет в крайнем случае сварить в чайнике.

Вика: Варить еду в чайнике - идея так себе, но ничего другого нам похоже не светит.

  Гриша, Даник и я тоже согласились. Мы все взяли рюкзаки, чтобы сложить туда еду, конечно, если мы найдём её. Когда спустились на первый этаж, то решили сначала всё-таки проверить буфет. Обшарив его, мы нашли около 15 вафелек, 12 коробочек яблочного сока, несколько шоколадок и пачек мятных конфет. Обычно у нас в буфете можно было купить ещё пирожные и разные булочки, но сейчас уже наступили каникулы и все портящиеся продукты были убраны. Больше мы ничего не нашли, так что Ксюша и Дарина сложили еду в свои сумки и мы отправились на кухню.

  Дверь на кухню не была заперта, так как мы уже побывали здесь, когда нам нужно было взять ножи. Они лежали на столе, рядом со входом и на тот момент не было смысла идти куда-то дальше и высматривать что-либо на кухне. Но сейчас у нас была определенная цель - найти чё-нибудь пожрать. Ребята уже включили вечно мигающий свет.

  Я решила набрать посуды и столовых приборов. Как и полагалось по Великому Закону Подлости, тарелки лежали на самой верхней полке. Зачем вообще было их туда ставить? Скорее всего на время каникул наша директриса сказала, чтоб на кухне была идеальная чистота, и тут действительно была таковая, пока мы не пришли. В паре шагов от меня, в углу стояла табуретка. Я придвинула её к шкафу и залезла. Теперь я без проблем могла дотянуться до посуды, что, в принципе, и сделала.

  На полке ниже я увидела чашки и взяла 7 штук. 6 кружек уже стояли на столе, а седьмую я держала в руке. Тут я вспомнила, что нас осталось всего шестеро, что Виталику чашка уже никогда не пригодится... Седьмая кружка упала на пол и разбилась. Ребята, всё это время искавшие в бесконечных ящиках, шкафах и тумбочках еду, посмотрели на меня.

  Ксюша - моя лучшая подруга. Она сразу поняла, что случилось и подбежала ко мне. Я стояла на табуретке а рядом, на полу валялись осколки стекла. Ксюша успокаивала меня, Дарина и Вика ногами сметали осколки в сторону мусорки, а Даник и Гриша просто стояли с какими-то пакетами в руках.

  Через несколько минут мы вышли с кухни. Рябята нашли мешки с овсянкой и макаронами, остатки гречки и пшонки, соль, сахар, начатую пачку печенья.

Гриша: Думаю, нам этого хватит.

Ксюша: Можно ещё зайти в 1.8 за микроволновкой.

Дарина: А 1.8 - это где?

Я: Кабинет трудов, ну М3 по другому.

Дарина: А, понятно.

  Мы пошли за микроволновкой в 1.8. Прошли по небольшому коридорчику между кабинетами трудов мальчиков и девочек. В этом коридорчике так же стояла доска, так как здесь часто проводились уроки английского. Я нарисовала мелом на доске весёлый смайлик: хотелось хоть как-то разрядить обстановку, хотелось верить, что всё будет хорошо.

  В это время все уже зашли в кабинет и я побежала за ребятами. Раньше в этом кабинете иногда проводились чаепития. В конце каждой четверти на последней урок трудов мы приносили разные вкусняшки: блинчики, оладьи, драники, пирожные, печенье и много чего ещё. Наша учительница трудов заваривала нам чай. Мы делились друг с другом тем, что приготовили дома, смеялись, тем, что в нас уже не влазило угощали наших одноклассников, которые всё время что-то пилили в соседнем кабинете... Потом всё это прекратилось, из-за того, что кое-кто обожрался и стал ныть, что у него болит живот. От этих воспоминаний я на какое-то время даже забыла, что мы по горло в дерьме, Виталик умер и мы, скорее всего, следующие.

  Вдруг что-то с грохотом упало. Я сразу же подумала, что это могла быть микроволновка и посмотрела на Гришу и Даника, которые должны были её нести. Но у них всё было в порядке.

  Я оглянулась. На полу лежала Вика. Походу она задела стул, когда падала и из-за этого получился такой грохот. Не, ну задолбали уже! Сколько можно в обмороки падать? Вика открыла глаза и спустя какое-то время встала с пола. По её покачиваниям из стороны в сторону можно было понять, что у неё кружится голова.

Вика: Ч-что произошло? Я п-помню как нашла Виталика, а дальше т-только отрывками...

  Вот это поворот! Этого нам ещё не хватало! Остальные были удивлены не меньше меня.

Я: Давайте все пойдём на третий этаж и всё обсудим. Ты как? Не болит ничего?

Вика: Голова раскалывается.

  Я ходила с бинтами на голове и понимала, какого это.

Вика: Б*ять!

Ксюша: Что случилось?

Вика: Я вспомнила почти всё. Давайте расскажу, когда мы придём наверх, хорошо?

  Где-то посередине предложения её голос дрогнул, будто она готова была расплакаться, а вид у неё был как у побитой собаки.

  Мальчики взяли микроволновку и мы пошли на третий этаж.  17.24.