Крик

Полина

  Ну вот мы и разошлись.

  Хоть у нас и были ножи, было очень страшно. Я бы не за что не согласилась идти в подвал. Он пугал, даже с физруком, когда мы ходили за лыжами. Поэтому мы с Ксюшей и Гришей решили, что безопаснее будет прогуляться и осмотреть этажи.

  Решили идти по порядку: сначала первый этаж, затем второй и наконец третий. Мы, как и вторая группа решили для начала зайти в М3. Там взяли несколько катушек, для помечения дороги. там же мы нашли электрочайник. Я посчитала, что он может нам пригодится и отдала Грише. Он положил чайник к себе в портфель. Дальше мы зашли в кабинет трудов мальчиков. Набрали кучу острых предметов. Мы решили, что было бы не плохо обосноваться в 3.9. Это кабинет химии, в котором обычно находится наш класс. Мы отнесли всё найденное нами добро наверх. Гриша долго копался с ключами, но потом открыл кабинет.    Ксюша долго смотрела в одну точку, а потом сказала.

Ксюша: Девочки, тут камера... Может не стоит здесь оставаться?

Гриша: Девочки, да?

Я: Я соглашусь с Ксюшей. Если у этого существа есть доступ к камерам, то здесь не безопасно.

  Мы прошлись по второму этажу. Руки у нас были заняты, поэтому мы не заходили в кабинеты.

  Я быстрее всех поднялась по лестнице на третий и заглянула за угол. Ничего не видно. Свет от фонарика тонут в этой тьме. Я стала искать выключатели. Сзади резко подбежала Ксюша и прыгнула на меня. Я закричала от испуга.

Я: Ксюша, блин. Тебя вообще не смущает, что мы сейчас заперты в школе и на нас, скорее всего, открыта охота?

Ксюша: Я хочу, чтобы эта неделя закончилась поскорее. Но я не хочу умирать. Просто хочу, как раньше. Как до начала "Недели затмения". Поэтому так веду себя.

  Мы зашли в последний кабинет на этаже, так как он был связан с соседним кабинетом дверью. Это могло быть полезным. Класс был украшен к Новому году. Точно. Сейчас 25-ое число. Похоже, мы проведем Новый год в школе с каким-то призраком. 31-ое число – это последний день Недели затмения. Лучшим подарком на Новый год было бы выжить и вернуться домой.

  Мы вернулись на первый этаж и стали носить в выбранный нами кабинет матрасы одеяла и подушки. Нам пришлось спускаться 3 раза. Когда мы перетаскали всё на третий этаж, то решили поискать фонарики.

Я: Где они могут быть?

Гриша: Я думаю, что их можно поискать в кабинете физики.

Ксюша: Точно!

  Мы пошли на второй этаж. Зайдя в кабинет, мы стали рыться в шкафах и ящиках. Ненужные нам вещи летели на пол. Наконец Ксюша нашла фонарики их было только пять, поэтому кому-то могло не хватить.

Я: Похоже кто-то будет ходить в парах, иначе фонариков не хватит на всех.

  Мы были невозмутимы и абсолютно спокойно ходили по кабинетам, ведь это был третий этаж и боятся было нечего. По крайней мере, так думала я. Вещей полезных мы не нашли даже обойдя все кабинеты. Оставались только библиотека и актовый зал.

  Гриша пошёл первым в библиотеку. Потом мы с Ксюшей тоже зашли внутрь. Пылью не пахло, так как в библиотеке часто убирались. Однако запах книг сразу почувствовался. Мы осмотрели все ряды с книгами и взяли парочку самых интересных, на наш взгляд, с собой, чтобы почитать.

  У Гриши уроки английского часто проходили в библиотеке и он сказал нам, что там есть ещё одна комната.

  Мы посмотрели на дверь. Она была заперта. Ключ видимо лежал на самом дне Гришеного портфеля. Мы решили не тратить время и стали искать его все вместе. Минута - и дверь открыта.

  В комнате было много полезного: чайник, спички, скотч и ножницы, которыми резали бумагу, но для самообороны они отлично подходил.

  Мы вышли из библиотеки и пошли в актовый зал. Мы всё тем же набором ключей открыли дверь.

Актовый зал был большим. На противоположной от нас стороне помещения находилась сцена, за которой была запасная дверь, ведущая на площадку перед 3.9. Там же находился вход в кабинет музыки. Мы, собственно, решили прямо сейчас и направиться туда. Я попросила Гришу открыть муз. класс. Увидев пианино я очень обрадовалась. Я умела играть на нём, так как закончила музыкальную школу. Присев на стул, стоящий рядом с инструментом, начала играть. Гриша немного пританцовывал, а Ксюша безо всяких эмоций искала полезные вещи. Лично я без понятия, что полезного можно найти в кабинете музыки. Но мы всё равно зачем-то сюда припёрлись. Какие мы логичные!

   Вдруг мы услышали чей-то крик и  я остановила игру. Этот голос не был похож на голос кого-то из ребят.. А это значило, что.. Нет, Полина! Не смей об этом думать! Мысленно я часто говорю самой себе не думать о чём-то. А потом подумала о том, чего так боялась. Мы не одни в этой долбаной школе. Я, Ксюша и Гриша спрятались за стульми и замолчали. Я чувствовала, как быстро бьётся сердце Ксюши. Мы взялись за руки. Оказалось, что у Гриши они очень сильно вспотели. Наверное ему тоже страшно.. Хотя, почему "наверное"? Нам всем точно было пипец как страшно!

  Тем временем крик эхом отражался от стен пустой школы, хоть и прошло уже где-то полминуты. И вот всё прекратилось.

  Мы с ребятами долго сомневались, стоит ли нам выходить, так как мы были очень напуганы и взволнованы, но всё же осмелились выйти. Везде было так же темно, освещения от мерцающих ламп не хватало.

  Длинное помещение актового зала мы прошли мы прошли в молчании. Выйдя уже в коридоре около библиотеки я посмотрела в дальний край коридора, на лестничную площадку, которая была всегда закрыта и озорялась светом мерцающей лампочки.

  Потом я увидела чью-то тень на полу рядом с моей, а затем и расплывчатый силуэт. Со страха я чуть не упала в обморок. Но потом очень обрадовалась, когда услышала голоса ребят.

  Они стояли все вместе, Дарина, Вика, Даник и Виталик. Последний держал в руках нитку, которой мы отметили путь.

  И тут меня прошиб холодный пот. А что если бы нас по этой нити нашли не ребята, а кто-нибудь или что-нибудь ещё?

Даник: Вы чё так долго?

  Я постаралась успокоится, но от недавно пережитого заикалась.

Я: И-и-идите сюда, р-р-расскажем.

  Я стала искать глазами ребят. Посмотрела на Гришу, но Ксюши нигде не было. Я глянула на пол.

  Боже мой! Ксенька! Она была без сознания. Я быстро подозвала остальных. Моя подруга какое-то время просто лежала на полу, а потом резко начала говорить с кем-то в обмороке. Это было очень жутко, особенно, когда потом она начала кричать.

  На часах было 00.57.