Глава 20

Глава 20

Он заварил чайник зеленого чая и разложив приборы уселся поудобнее.

- Для начала скажу, что с Дареном мы близки кровью и очень далеки взглядами на все. Мы полная противоположность друг друга. Мы двойняшки, поэтому мы так похожи.

- Б-братья? Как же так? Он ни когда не говорил, что у него есть брат.

- Нам было мало лет, когда наши родители погибли. Бабушка и дедушка не могли нас взять, так как они были очень пожилыми и должного ухода дать не могли. Нас отправили в интернат. Это редкость, когда усыновляют двоих детей и каждый это понимал. В одну из ночей мы поклялись, что мы ни когда не расстанемся, всегда будем вместе, что бы ни случилось. Но я не сдержал данное слов, - он закапал руки в свои волосы и дрожь пробежала по его телу, - я не хотел до восемнадцатилетия жить в детломе, потому что там не жизнь. А я хотел жить, как нормальный ребенок. Что бы в день рождения собирались друзья, что бы папа учил меня кататься на велосипеде. Просто жить, но в тех стенах просто приходилось выживать. Понятия близкие, но совсем разные. Меня усыновила, хорошая семья, которым я благодарен до конца своих дней. Когда я собирал вещи…

Он прикрыл глаза, словно рисую тот день до последних мелочей. Веть тот самый день, в ту самую минуту, братские отношения били прерваны.

- … он подошел ко мне. В глазах агрессия, боль, непонимание. Ведь я уходил, единственный близкий человек в его жизнь, который его покидал. Покидал осознанно, но я хотел выбраться от туда, убежать. С того момента все и началось.

Тот самый момент

- А как же наша клятва брат? Как?! – орал Дарен на всю комнату и она словно сжимала Дюка.

- Я не хочу Дарен, не хочу прозябать свою жизнь в этих стенах. Прости, - кладя гитару в футляр произнес он.

- Ни когда, - прошипел он стольным голосом, - ни когда не прощу тебя. А знаешь что будет дальше? – он рассмеялся беспощадным смехом, - месть за предательство. Я уничтожу тебя и буду этим наслаждаться. Я буду плясать, пока ты будешь плакать от безысходности. Я буду отнимать то, что тебе будет дороже всего на свете. Не спеша, постепенно, а ты будешь просто смотреть, понимая, что ни чего не можешь сделать. Как тебе это?

- Не неси чушь Дарен! От куда в тебе столько злости?! Откуда? Ведь мы братья и ты должен радоваться за меня, как я буду радоваться за тебя!

- Чушь! Ты дал слово! Мы поклялись кровью! Для тебя это ни что?!

Дюк схватил Дарена за воротник рубашки и прижал к стене.

- Какие же мы с тобой братья, если ведем себя, как шакалы? Мы еще встретимся с тобой…

- С дикой радостью, - прошипел, Дарен сквозь зубы.

Дюк взял свои вещи и покинул комнату. Дарен сжимал руки в лулаки и начал кружить комнату со словом «предатель».

- Вот так вот мы с ним расстались на долгое время.

- Боже! –Катрин слушала все с ужасом, - Как вы встретились?

- Мы встретились с ним, когда я сделал тот самый снимок в желтом платье. Ты была грустная, а на щеках красовались слезы. Ты тогда была такая невинная, мне так и хотелось подойти к тебе и прижать. Но тут я увидел его.

Тот самый день

- Красивая? – раздался за спиной Дюка знакомый ему голос. Хотя с тех пор прошло много времени, но стальная нота все равно сопровождала его голос, - и долго ты будешь глазеть на нее? Или ты боишься, брат?

- Чего мне бояться? – разворачиваясь произнес он, - и что ты вообще здесь делаешь?

- Катрин и правда сногсшибательная девушка. Особенно сейчас, - он встал с правой руки от него и стал смотреть на Катрин, - скажи мне слово брат и игра начнется.

- Ни когда Дарен.

- А мне и не надо, я и так все вижу, все же братья. Какой раз ты уже видишь ее? Пятый, десятый? И сейчас, дыхание сбивчивое, тяжелое. Сердце стучит в бешенном ритме, - он ухмыльнулся, - ведь я прав? И кому же она достанется? Кто получит ее первый поцелую? Ее девственность? Ее покорность и…

- Заткнись Дарен! Зачем ты такое говоришь? Я думал спустя столько лет, все наладиться. Я нашел тебя. Пришел попросить прощения у тебя.

Дарен расмеялся.

- Прощения? Ты пришел просить прощения у меня? Нет брат, так дело не пойдет. Как тебе жилось в твоей новой семейке, когда меня били и издевались? А ведь во всем виноват ты! Только ты! А теперь представь такую картину, что я буду уничтожать тебя через нее. Я буду ее бить до полу смерти, она будет плевать кровью, на ее шелковой коже будут ссадины и синяки. А ты будешь на это смотреть и мучатся.

- Ты ублюдок Дарен! Самое настоящее зло! Я тебя закопаю!

- Игра началась брат.

- Сука! – крикнул он уходящему Дарену.

Дарен еще тот притворщик, а еще самый настоящий дьявол.

- Вы оба психи! Вы ненормальные! Вы.. вы… распоряжались моей жизнью, играли ей. Делали все…

- Нет Катрин, - он схватил ее за руки, - он не любил тебя ни когда. Ему было всегда плевать на тебя. Все что он делал, это все из-за меня. Я пытался сделать все, что бы обезопасить тебя. Ребята всегда следили за тобой. Днем и ночью. Нам стало проще, когда ты пришла в нашу школу, но не мне. Я помню синяки на твоих запястьях, и тогда понял, что его игра перешла на новый уровень. Он уничтожал меня через тебя. А потом…. Он дал мне диск.

Тот самый день

- Привет брат! – закуривая сигарету сказал Дарен.

- Хватит, я больше не могу. Прекрати свою долбаную месть.

Дарен рассмеялся зловещим смехом.

- Нет, - отмахнулся он, - сейчас только самое интересное начинается. Знаешь, мне не особо понравилось трахать ее. Слишком много орала и зала на помощь. Но зачем я тебе это говорю? Ведь ты сам можешь на это посмотреть, - он протянул Дюку диск.

- Ах ты…

- Ну-ну-ну, - он покачал пальцем, - не надо. Приятного просмотра.

Дюк ударил кулаком по стене, адская боль. Но она не сравнима с тем, что происходило внутри него.

- Он это снимал? – по ее щекам текли слезы, - я ненавижу. Я вас обоих ненавижу, - стала бить она Дюка своими кулачками, - ненавижу! Вы.. вы…. Ненавижу! Всех!