Глава 41

Я проснулась от тихого, почти беззвучного дыхания рядом. Комната была полутёмной, но утро уже пробиралось сквозь шторы золотистым светом, окрашивая всё в медово-тёплые оттенки. Мне казалось, что даже воздух в комнате другой — плотнее, мягче, насыщеннее. Или это я стала другой?

Я повернула голову. Лео лежал на спине, с одной рукой под подушкой, другой — на моей талии. Его пальцы бессознательно касались моей кожи под футболкой, как будто даже во сне не хотел отпускать. Такой спокойный. Уверенный. Мой.

Я медленно села на постели, поджав ноги. Ладони легли на живот, почти рефлекторно. Он ещё не изменился. Ещё ничего не видно. Но внутри меня... уже целый мир.

Меня накрыло. Потоком. Волной. Страх. Восторг. Шок. Всё сразу.

Я беременна.

Мы беременны.

Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

— Эй... — услышала я за спиной хриплый, чуть охрипший голос Лео. — Ты куда?

— Никуда, — ответила я, не оборачиваясь.

Он сел, и я почувствовала, как кровать мягко качнулась. Его руки легли мне на плечи, и я вздрогнула от его тёплого прикосновения.

— Что случилось?

— Я просто... — Я сглотнула. — Мне страшно, Лео.

Он не стал перебивать. Он просто обнял меня со спины и прижал к себе. И только тогда я позволила себе разрыдаться — беззвучно, судорожно, почти по-детски.

— Я не знаю, какой буду мамой. Я не знаю, готова ли. А вдруг я что-то сделаю не так? А вдруг...

— Ава, — перебил он, его голос был твёрдым, но тёплым. — Знаешь, почему я не боюсь?

— Почему?

— Потому что ты рядом. Потому что я знаю, как ты борешься за то, что любишь. Потому что я вижу, как ты держишь себя даже когда тебя рвёт изнутри. Потому что ты — мой человек. И если ты будешь мамой так же, как ты была женщиной рядом со мной, значит, у нашего ребёнка будет лучшее детство.

Я развернулась к нему. Его ладони были на моём лице. Он поцеловал мои слёзы.

— Мы справимся?

— Мы. Всё. Справим. И справим хорошо.

Я запустила пальцы в его волосы, наклоняя голову к нему. Наш поцелуй был не таким, как обычно. Не голодным, не страстным. Он был тёплым, обещающим, таким, в котором можно спрятаться от мира.

— Мне нужно сделать УЗИ, сдать анализы. Всё проверить. Я хочу убедиться, что...

— Я поеду с тобой, — перебил он. — Без вариантов.

— Ты же тренировка...

— У меня жена беременна. Это важнее. Тем более — об этом никто пока не знает. Только ты и я. Это наш момент.

Он поцеловал мой лоб, потом в нос. Потом — в живот.

— Доброе утро, малыш. Мы с твоей мамой тут немного паникуем, но ты не волнуйся. Мы в деле.

Я рассмеялась сквозь слёзы. Такой он был только со мной. Никогда — в публичности. Никогда — с кем-то ещё. Мой Лео Райдер. И только мой.

⸻

На кухне пахло свежесваренным кофе и поджаренными тостами. Он расставлял завтрак, как будто это было что-то священное.

— Не смотри так. Я умею делать больше, чем забивать голы, — сказал он, ставя передо мной кружку и тарелку с авокадо-тостами.

— Это... мило. Подкупает.

— Ну, ещё бы. Беременная женщина требует комфорта. И ласки. И чтоб к ней никто не лез.

— Кроме тебя?

— Угу. Я имею пожизненный доступ.

Мы ели молча. Иногда ловили взгляды друг друга. Иногда просто улыбались.

Когда мы вышли на улицу, он взял меня за руку. Так, как будто всё в мире могло рухнуть, но он будет держать меня, несмотря ни на что.

— Я люблю тебя, Ава Райдер, — сказал он, прежде чем открыть передо мной дверь машины.

И в этот момент я поняла, что боюсь — да. Сомневаюсь — да. Но если рядом будет он... тогда мы справимся.