Бессмысленно, как всякая жестокость

Песчинки не сыпятся и не мерцают, а хаотично прорезают пространство висцерального эмбиента в ритме тиканья часов, который начинает сбиваться.

Рейстлин поглотил все, кроме Крисании, от который отрекся. Крисания находится в эмбиентной Пустоте, где время искажается. Отвергнутая она поет романс под симфонию умирающего мира.

Бессмысленно это взгляд на смерть мира снаружи, с фокала отвергнутой и, как следствие, непоглащенной Крисании. Поэтому время в ее фокале все-таки течет, хоть оно и сбивчиво прорезает пространство. Это ее время.

Нарратор говорит в Тишине.

Раскат грома. Висцеральный эмбиент. Тишина. Титры. Висцеральный эмбиент.