Кошмары

Синт джаз во всей красе, в этот раз с кричащей синтетикой. И не только в музыке но и в самом язвительным тексте Тики-суккуба слышится насмешка Даламара, который, как скоро станет ясно, и выступает дизайнером насилия в этом кошмаре. Появлению которого предшествует эмбиент детского смеха. Но поет он в своей издевательской манере, как не смешно, романс (шансон это тоже романс), и темные силы подплясывают ему. Мы уже предполагали, что Рейстлин в юности был таким же романсовым, как и Карамон, так что погружение в детские страхи Рейстлина через блатной романс подтверждает это. Кстати, в этом номере нет синтетики, но снова слышно тиканье часиков, медленное и бьющее, как хлыст — обращаю на это внимание, так как многие не понимают образ Даламара, хотя и музыка и постановка много раз дают понять, что он — время, которое приходит всему и всем.

«Ты один и брат твой не придет на помощь» и вот он отнимает у Рейстлина посох с пинка, как тот отнимал меч у Карамона в начале, и часики начинают издевательски стучать, как ложки.

«Мы твоя мука, мы твоя память» — темп ускоряется и это подчеркнуто бешено тикающей бочкой. «Ты один и брат твой не придет на помощь» — тикающая бочка сменяется тикающим терменвоксом и Даламар изображает марионетку. Вопрос в том, как это понять: как то, что Такхизис вмешалась и захватила его или как издевку над тем, как Рейстлин заколдовывал людей из-за неспособности выстраивать с ними здоровую коммуникацию.