Пролог

Лондон, сентябрь 2025 года.

Сентябрь в Лондоне пахнет мокрым асфальтом, дорогим кофе и чем-то неуловимо старым. Пока мои сверстники выкладывали в соцсети сторис с учебниками и подписями в духе «снова в бой», я стояла на Пикадилли с одним рюкзаком за спиной и ощущением абсолютной, пугающей свободы. 

Мне только что исполнилось восемнадцать. Деньги, которые я откладывала два года, работая бариста и подрабатывая фрилансом, наконец-то превратились в билет в один конец и бронь в дешевом отеле. Я бросила учебу. Просто не пошла на второй курс. Родители? Они не кричали. Не потому, что им плевать, — просто они всегда считали, что моя жизнь принадлежит мне. «Найди себя, — сказал папа, провожая меня в аэропорт. — Только не забудь иногда отписываться, что ты жива». И всё. Никакого давления. Только я и огромный, шумный мегаполис.

В тот день небо окончательно прохудилось. Мелкий дождь, который англичане называют «drizzle», превратился в настоящий ливень. Я бежала по узкой улочке где-то между Вестминстером и Ковент-Гарденом, пытаясь спасти свои кроссовки. 

И тут я увидела её.

Старая, ярко-красная телефонная будка. Она выглядела так, будто её забыли здесь сто лет назад: облупившаяся краска, тусклые стекла, тяжелая чугунная дверь. В 2025 году такие будки — это просто декорации для туристов, внутри них обычно либо пусто, либо воняет сыростью. Но эта манила меня.

Я дернула дверь. Она поддалась с тяжелым скрипом. Внутри было на удивление тихо, шум дождя мгновенно смолк. Старый дисковый аппарат смотрел на меня как экспонат из музея. 

— Ну что, проверим, жива ли ты, легенда? — прошептала я сама себе.

В кармане джинсов завалялась старая монета в один фунт, которую я нашла утром на тротуаре. Я запихнула её в узкую щель. Раздался механический лязг — звук из другого века. Пальцы привычно потянулись не к кнопкам, а к диску. Я набрала свой собственный номер. Просто так. Наверное, хотела услышать в трубке пустоту, чтобы убедиться — я здесь, я одна, и я начинаю новую жизнь.

Я прижала трубку к уху. Тишина. Никаких гудков. Никаких помех. 

А потом... пол под моими ногами просто исчез.

Сердце ушло в пятки. Будка не просто дернулась — она превратилась в скоростной лифт, летящий прямо в преисподнюю. Желудок подпрыгнул к горлу, а в глазах потемнело. Последнее, что я успела заметить — как на старом табло внутри будки, где раньше была цена за звонок, начали бешено меняться цифры, пока не замерли на: «01.09.1993».

Я закричала, но звук утонул в грохоте падающего металла.