Глава 3 Ночной визит

Я очутилась на холодном ночном воздухе. Задыхаясь от потока слёз и ужаса, я бежала в темноту подальше от любопытных глаз, абсо- лютно не осознавая, куда направляюсь. Я хотела лишь одного — скрыть- ся от этого кошмара наяву.

Посетители бала, вышедшие подышать, даже не представляют, как же дорого они заплатили за своё желание — ведь пропустить такое многого стоит. Они в полном недоумении оглядывались и уступали до- рогу плачущей девушке, некогда иностранке с безупречно чистой репу- тацией.

Но мне было на них наплевать. В сознании моём громогласно зву- чала только одна мысль, больно заполняя все частички меня: «Зачем вернулась?!»

Я опустилась на холодную каменную скамью где-то в глубине пар- ка отеля. Глубоко дыша и подавляя приступы истерики, пыталась хоть как-то успокоиться, осознавая, что всё непоправимо. До сих пор губы горели, словно от ожога.

Как я могла думать, что люблю этого человека?! Как могла так ошибиться?! Неужели была настолько слепа?.. И что теперь делать?.. Всё внутри сжималось от ужаса и безвыходности, да так сильно, что трудно было дышать

Не знаю, сколько времени я так просидела, когда услышала при- глушённые густой травой приближающиеся звуки шагов.

Через несколько мгновений голос Гаспара окликнул меня:

— Злата...

Я не повернулась на его зов. И, кажется, мне стало ещё хуже, если это возможно. Ведь я ему не сказала...

Но он, как всегда, удивил меня. Не говоря ни слова, он лишь об- нял меня, крепко-крепко прижав к своей груди.

— Милая моя, прости меня!

Почувствовав такую поддержку, мои жалкие попытки сдержаться от слёз растворились. Он гладил меня по голове и по вздрагивающим от рыданий плечам, приговаривая слова нежности и извинений.

— Ты ни в чём не виноват! — всхлипывая, протестовала я.

— Да как же, ведь это я тебя уговорил приехать в эту страну... Если бы не я!..

Я немного высвободилась из его объятий и подняла своё запла- канное лицо к нему:

— Никогда такого не говори! Ты святой! — пылко проговорила я. И это была правда! Почему только я не могу его так же полюбить,

как он меня?! От этой мысли на глаза снова навернулись слёзы.

— Ну-ну, милая, успокойся! — укачивал он меня.

После того, как мои всхлипы стали реже, а потом совсем утихли, он наконец задал вопрос, который тревожил нас обоих:

— Почему же ты мне не сказала? Я тяжело вздохнула:

— Ты догадался.

— Как же здесь не догадаться! Не понимаю только, как раньше ничего не заподозрил. Он ведь вёл себя очень странно...

При упоминании об Эскаланте меня снова сдавили тиски, и я по- крепче прижалась к груди Гаспара, ища защиты.

— Ну ничего, завтра он тебя больше не посмеет потревожить! — опасные нотки в его голосе насторожили меня.

— Что ты имеешь в виду? — осторожно спросила я.

— Я заставлю его ответить за все его мерзкие подлости по отно- шению к тебе! — горячо выпалил он.

Я резко вскинула голову и посмотрела на него:

— Ч-что ты задумал? — моё сердце тревожно замерло.

Его глаза словно горели от ярости и жажды мести. Таким Гаспара я видела впервые.

— Я вызвал его на дуэль.

— Что-о-о-?! — я в ужасе вытаращила глаза.

В моей памяти прозвучали слова Эскаланта, рассказывающие о дуэлях и о друге... Гасе! Так это же был Гаспар!

— Нет-нет-нет! — судорожно замотала я головой. — Я не позволю тебе!..

— Прости меня, конечно, но я не нуждаюсь в твоём разрешении. Я судорожно пыталась что-то придумать, что-то предпринять,

но ни в коем случае не допустить этой дуэли. Я-то помнила, как меток Эскалант.

— Гаспар, умоляю, не нужно этого первобытного бреда! Какая ду- эль? Мы что, в прошлом?! — я встала со скамьи, увлекая его за собой.

Взяв его лицо в ладони, я заглянула в глаза, изо всех сил пытаясь вложить в свои слова всю убедительность, на которую была способна:

— Пожалуйста, выслушай меня! Он превосходный стрелок! Ему просто нет равных. Я видела это собственными глазами! Он погубит тебя, а я этого не переживу!

Он взял мои руки и поцеловал их, а потом молвил:

— Я знаю, что делаю. Я учился с ним пять лет, если ты не забыла. Нельзя прощать то, что он сегодня сделал, и тогда как он... — он сделал паузу, чтобы не потерять самообладание, и снова продолжил:

— Я должен отмстить за тебя. Ты — моя женщина. И я нико- му не позволю так обходиться с тобой! Даже своему лучшему другу. Бывшему другу! — поправил он сам себя.

Я смолкла, понимая, что пока он в таком состоянии, мои доводы и убеждения будут бесполезны.

Как мы прошли мимо глазеющих очевидцев представления с Эскалантом и мной в главных ролях, я плохо помнила. Да и меня это уже не так сильно занимало. Главное теперь — уберечь Гаспара от дуэли с этим негодяем. Ведь это самоубийство.

Я лихорадочно пыталась найти хоть какой-то способ убежде- ния Гаспара, глядя на мелькающие за окном ночные пейзажи улиц

Барселоны. Я перебирала все варианты, пока он в это время как ни в чём не бывало молчал и держал меня за руку.

***

Уже давно перевалило за полночь, когда далеко не трезвый Виктор Эскалант, еле нажав код своего пентхауса, вывалился из лифта в свои новые апартаменты.

Пошатываясь, он в кромешной тьме пытался добраться до своего бара. Пару раз испытал столкновения с вазой (чудом спас её от падения) и со стеной (тут уже она его задержала от перспективы свалиться на пол). Наконец, он попал в цель, включил свет и подошёл к бару.

Наполнив половину хрустального бокала крепчайшим ромом, залпом осушил его. Подождав пока алкогольное пламя в горле стихло, он пе- чально мотнул головой.

Нет. Сколько бы не пил, а заглушить горечь от содеянного никак не удаётся. Что ж с ним такое? Что он натворил?..

Отчасти он знал ответ: Злата Бронских. Тогда растоптала его, а те- перь лишает лучшего друга.

А он, болван, зачем же было её целовать?! Что он хотел доказать этим? Полный идиот... Дуэль? С Гаспаром?! Кошмар, он совсем спятил!.. Он же его давний друг! А теперь не могут поделить девку. Опять.

Злобную, хитрую, корыстную лгунью. Как же так-то?..

В отчаянии Виктор швырнул бокал в стену, и тот разлетелся на мелкие блестящие частички.

Он взъерошил волосы руками и выдохнул, словно желая протрез- веть и очистить мысли. Нет, он не должен стреляться с Гаспаром. Но как этого избежать? Принести извинения? Этого ему не хватит. Он очень хорошо знал своего друга. Честь для него превыше многого, тем более честь его женщины. Ах, доблестный Гаспар, в какой омут ты лезешь?!..

Его тревожные мысли перебил лёгкий шорох. Обернувшись на звук, Эскалант вздрогнул от неожиданного, почти призрачного зре- лища.

Женская фигура в тёмном одеянии, скрывающая капюшоном

лицо.

— Чёрт возьми, ты кто?! — воскликнул разгневанный Виктор, почти уверенный, что это мираж.

Призрак откинул капюшон с головы, и перед ним предстала, гор- до вскинув подбородок, причина всех его бед — Злата Бронских.

Я молча взирала на него, наблюдая, как выражение лица из за- думчиво-удивлённого превращается в высокомерно-презрительное.

— Как ты сюда пробралась?!

— Беспутная сексуальная жизнь до добра тебя не доведёт. Твоя охрана и консьерж ни на миг не усомнились, что я — твоя очередная шлюха на ночь.

Я видела, как он обалдел от моих слов. Но быстро взял себя в руки, лишь процедил сквозь зубы.

— Что тебе нужно на этот раз? Пиар? Месть? Секс?

Я пропустила его колкость мимо ушей. Мне стоило огромных уси- лий заставить себя прийти сюда. По собственной воле. Увы, но другого выхода у меня не было.

— Я пришла просить тебя отменить дуэль с Гаспаром, — сразу перешла к делу, стараясь как можно меньше времени проводить в его компании.

Он цинично усмехнулся. Не говоря ни слова, подошёл к барной стойке и стал наполнять бокал горючим напитком.

Я выжидающе и насторожено наблюдала за ним.

— Видать, уж очень тебе он дорог, раз ты решилась прийти ко мне! — произнёс он и сделал глоток, глядя в мою сторону.

— Ты как всегда наблюдателен.

Эскалант, не отличившись особо галантным поведением, сел на диван и закинул ногу на ногу, всем своим видом демонстрируя ску- ку и снисходительность. Он будто ожидал какое-то не очень интересное представление со мной в главной роли.

— Так каков будет твой ответ? — нетерпеливо спросила я, когда он всё так же молча окидывал меня взглядом с ног до головы.

Его взгляд поднялся к моему лицу, в котором явно читалось раз- дражение, причиной которому была я.

— Значит, он не поддался на твои уговоры? — изрёк он, явно зло- радствуя.

— Нет. Я здесь, чтобы дать тебе возможность попрактиковаться в хромающем остроумии! — мой подбородок непроизвольно поднялся на дюйм выше.

— Ну, как всегда... — протянул он и сделал ещё один глоток. — И на что же ты готова, позволь спросить?

За этот отвратительный намёк мне до безумия захотелось пода- рить ему ещё одну пощёчину и, обозвав самыми последними словами, уйти. Но ради Гаспара я готова пережить многие виды унижений, тем более словесные.

Также я знала, что, несмотря на его похотливый нрав, он скорее добровольно пойдёт на эшафот, нежели позволит себе хоть далёкую и мелкую мысль прикоснуться ко мне.

— К чему весь этот разговор? — резко спросила я. — Говори пря- мо: отменишь дуэль или нет?

***

Виктор с горечью признал, что где-то в глубине сознания всегда восхищался её достоинством, даже в самые неприглядные моменты.

— Любишь его? — он сам от себя не ожидал таких слов.

Как-то они чересчур быстро сорвались с его губ. Во всем виноват этот чёртов алкоголь!

***

Я опешила, услышав его вопрос, но быстро пришла в себя:

— Ответ будет платой за отмену дуэли? Эскалант рассмеялся:

— Нет уж, он не стоит того!

— Что же тогда стоит? Может, твоя жизнь или жизнь твоего дру- га? — с издёвкой спросила я.

— Этого не стоишь ты, — вдруг серьёзно сказал он. — Но для тво- его жениха честь превыше всего на свете.

У меня уже вертелся достойный ответ на эту реплику, но я опаса- лась его провоцировать на очередной конфликт.

— Если ты отменишь дуэль и принесёшь ему извинения, — осто- рожно перешла к делу я, делая ударение на слове «ему», — я обещаю тебе, что уеду из Барселоны в ближайшие сроки, и ты больше никогда не увидишь меня.

Он задумчиво сделал ещё один глоток спиртного.

— У меня есть предложение получше.

Эскалант поднялся, подошёл ко мне. Выражая всё своё отвраще- ние ко мне во взгляде, молвил:

— Я принесу публичные извинения тебе. А взамен — ты уедешь из страны как незамужняя женщина. Более того, ты поклянёшься здесь и сейчас, что оставишь Гаспара в покое и откажешься выходить за него. Этого-то я и боялась. Он не желал в жены другу ту, которой пре-

небрёг когда-то сам.

— Я не могу этого сделать, — опустила глаза я, горько осознавая всю безвыходность.

— Отчего же? — издевался он, испепеляя меня взглядом. — По- моему, я сегодня дал тебе понять, что ты со своей меркантильной и ко- рыстной душонкой можешь найти более выгодный вариант. Пока ещё не состарилась и имеешь, так сказать, товарный вид. Найди какого-ни- будь дряхлого богатого старикашку, покажи грудь в первую брачную ночь и всё! Он — в крематорий, а ты — богатая вдова! Зачем тебе какой- то там атташе?!

От несправедливых обвинений меня охватил невиданный гнев и какая-то почти детская обида. Но я стоически выдержала этот выпад и последующую за ним борьбу взглядом.

Мне стало жарко, и я распахнула шубу. Подошла к столику с на- питками и, не дожидаясь предложения, сама налила себе, кажется, ром. Спиртное обожгло мне горло. Я сначала почти задохнулась, опершись о столик руками, сделала глубокий вдох и выдох.

Потом повернулась к Эскаланту, который неотрывно наблюдал за моими действиями. Подняв на него яростно поблескивающие глаза, я сказала:

— За что ты так со мной? Что я тебе сделала? — мой голос слегка дрожал от переполнявших меня эмоций. — Может, спорила на тебя, ста- вя лошадь вровень с тобой?

Было видно, что я своим поведением немного удивила его.

— Всё же не пойму, отчего ты так ухватилась за него? — он словно не слышал моих слов, либо не хотел слышать. — Ты беременна от него?

— Да как ты?!.. — от такой наглости у меня даже перехватило ды- хание.

Я открыла рот, чтобы, забыв о хороших манерах, послать его куда подальше, но в последний момент передумала.

— Что же это такое?.. С тобой невозможно разговаривать! Зря пришла... И на что только я надеялась?!

Частично я обращалась сама к себе и, запахнув шубу, направилась к выходу, но Эскалант вдруг шагнул в мою сторону.

Я даже вздрогнула от неожиданности, ощутив его жесткую руку у себя на плече — он останавливал меня. Я обернулась и скосила взгляд на его пальцы.

Он тут же убрал руку.

Я выжидающе смотрела на него, вопросительно подняв одну бровь

— Осознаю, — напряженно заговорил он, — свою ошибку, кото- рую совершил сегодня. И я признаю её перед Гаспаром. Дуэли не будет.

— А взамен я буду должна?.. — надменно спросила я, хотя в душе моей стала потихоньку нарастать радость от одержанной победы.

Глядя мне в глаза, презрительно сказал:

— Ничего. От тебя мне ничего не нужно.

Я чуть не подпрыгнула от счастья, даже не обратила внимания на очередное оскорбление. Стараясь не выдать своих эмоций, я коротко кивнула ему и зашагала к выходу.

Но уже в дверном проёме меня остановил глоток выпитого алко- голя, и я полуобернулась в его сторону.

— Я всегда презирала тебя. Даже тогда, когда думала, что люби- ла. Видно, в твоём лице мне померещился герой лирических сказаний... Но ты этот образ быстро развеял. И показал себя настоящего — такого мерзкого, эгоистичного и бессердечного подонка!

Когда ушла, я была уверена, что он так и остался стоять посреди комнаты, будучи крайне удивлённым моими словами и вообще появле- нием в его доме. Я не смогла сдержать довольную полуулыбку, представ- ляя ту физиономию, с которой Эскалант слушал мою последнюю фразу.

n