24

ЛалисаБАНГКОК. НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯЯ стою у панорамного окна и смотрю, как пушистые хлопья снега медленно падают и оседают на ветках деревьев. Белоснежный лес успокаивает тревожные мысли, которые устроили сегодня анархичный танец в моей голове.Вечные переживания, самокопание, бессонные ночи и нескончаемый поток размышлений - это изматывало меня изо дня в день. И к чему всё привело? К потере сознания, больнице и парализующему страху потерять ребёнка. Этот страх не сравнится ни с чем, что я испытывала раньше. Даже яркие и болезненные воспоминания об Марке, вспыхнувшие в памяти, поблекли на фоне того, как сильно я боялась за своего малыша.Да, я не сразу приняла свою беременность. Долго сомневалась и думала о том, какое решение принять. Но, сделав выбор, я с головой погрузилась в своё новое состояние. И с каждым днём всё сильнее привязываюсь к крохотному существу, которое растёт внутри меня. Его незримое присутствие согревает.Расплываюсь в улыбке и, коснувшись ещё плоского живота, начинаю аккуратно поглаживать его. В больнице мне сказали, что с ребёнком всё в порядке и его жизни ничто не грозит. Меня обследовали, после чего отпустили домой. Но Чонгук организовал лучший сюрприз, который можно было бы придумать в сложившейся ситуации: забронировал дом в лесу в загородном отеле и привёз сюда.Это и в самом деле помогает взять себя в руки и не думать ни о чём плохом. А ещё помогают и успокаивают слова мужчины, не выходящие у меня из головы:«В процессе создания ребёнка участвуют два человека, а значит и несут ответственность за дальнейшую жизнь этого ребёнка оба родителя».«Всё по любви».«Признаюсь честно, мысль, что у нас будет ребёнок, мне очень нравится».«Я не буду рядом с ребёнком, Лиса. Я буду с вами. Если ты не вспомнишь меня - не проблема, я завоюю тебя вновь».Эти слова намертво засели в душе.Когда он только начал разговор о моей беременности, воспоминания о родном отце проявились в сердце болезненными шрамами, и я приготовилась к самому худшему. Я будто превратилась в двенадцатилетнюю девочку, стоящую у окна и подсматривающую, как мама уговаривает на коленях незнакомого мужчину познакомиться со мной. И мне было страшно услышать от Чонгука те слова, что я услышала от биологического отца.Но Чон не мой отец. Он - лучше.И хоть я с недоверием отношусь к благородству этого мужчины, он всё больше доказывает, что в моих сомнениях нет никакого смысла. По дороге сюда он расспрашивал меня о течении моей беременности. Записал нас на консультацию в лучшую клинику. Заказал все мои любимые продукты и пообещал приготовить что-то очень вкусное.Он выглядит по-настоящему заинтересованным и с большим трепетом относится к моему душевному состоянию. Я поняла, что Чонгук тонко чувствует, когда со мной можно быть более напористым и самовлюблённым, а когда необходимо соблюдать дистанцию и прикасаться ко мне очень осторожно или вовсе не трогать.И эти его сдержанность и умение безошибочно считывать меня выглядят чертовски привлекательно и сексуально. Если мужчина всегда был таким, то неудивительно, что я наплевала на собственные принципы и закрутила с ним роман.- Тебе всё нравится? - раздаётся мужской голос за моей спиной.Я поворачиваю голову в сторону Чонгука и тут же жалею об этом. Хочу ослепнуть, чтобы не видеть его только что вышедшим из душа. Он стоит с обнажённым торсом, капли воды блестят на коже, а бёдра обёрнуты полотенцем.Я встречала многих красивых и спортивных мужчин, но Чонгук... Он не перекачен, но его тело идеально сложено и, кажется, не имеет ни единого изъяна: широкие плечи, подтянутая грудь, плоский живот без ярко выраженных кубиков и вены, выступающие на его руках. Каждая линия, каждый изгиб вынужденно приковывают к себе моё внимание.С трудом поднимаю взгляд на лицо Чонгука. Казалось бы, раны на нём должны вызывать отторжение, ведь нет ни следа от его обычно безупречного внешнего вида. Но чёрта с два. Он выглядит охренительно даже с раной на губе, царапиной на щеке и небольшим синяком.Когда Марк нанёс первый удар по лицу Чона, я решила, что он не оставит на мужчине живого места. Но если бы не мой кратковременный обморок и соседи, выбежавшие разнять их, скорая увозила бы моего бывшего на каталке. Я и представить не могла, что в таком интеллигентном и спокойном человеке, как Чонгук, скрывается столько силы и агрессии.И я могла бы солгать, сказав, что испытала жалость к Марку. Но мне плевать. После воспоминаний, от которых хотелось свернуться в клубок и разрыдаться, мне стало совершенно безразлично его состояние. И меня разочаровала не столько его жестокость в прошлом, сколько ничтожность в настоящем. На что он, чёрт возьми, рассчитывал, пытаясь обмануть меня? Хотя, теперь это не имеет значения.- Да, спасибо, - улыбаюсь Чонгуку. - Место кажется очень знакомым. Будто я когда-то здесь бывала.- Так и есть, - с теплотой отвечает он. - Говорят, знаковые места, люди, запахи и обстоятельства хорошо помогают при потере памяти. Поэтому я привёз тебя сюда. Здесь начались наши отношения.- Мне казалось, что они начались на Кипре, - тихо произношу я, не сводя с него глаз.Уголки губ Чонгука приподнимаются в лёгкой улыбке.- На Кипре начался наш курортный роман и там же закончился. А здесь... - он делает шаг ко мне, сокращая расстояние между нами. - Здесь я впервые увидел тебя по-настоящему обнажённой. Здесь ты рассказала мне про своего бывшего и ваши отношения, поделилась детскими воспоминаниями о дедушке и о том, почему лес действует на тебя так благоприятно.От его слов всё моё нутро совершает кульбит.- Я вам обо всём этом сама рассказала? - спрашиваю еле слышно. - Я даже с подругами о таком не говорю.Мужчина делает ещё один шаг ко мне, и я рефлекторно отступаю назад.- Не надо, - неуверенно прошу я.Он останавливается и оставляет небольшое пространство между нами.- Я знаю о тебе многое, - мягко говорит он. - Твой любимый цвет оранжевый, потому что он напоминает тебе о лучших закатах.Правда.- Когда тебе грустно, ты уезжаешь в горы или в лес, а когда счастлива - улетаешь на море, - улыбается и всё глубже проникает в душу. - Ты обожаешь свою маму. И, хотя она счастлива с отчимом, и он замечательный человек, ты всё равно иногда беспокоишься о том, что он может её ранить. И то, что ты не можешь оградить маму от потенциальной боли, заставляет тебя чувствовать себя беспомощной.Внутри всё сдавливается тисками. Об этом я никогда и ни с кем не говорила. Я очень люблю своего отчима и вижу, с какой любовью он относится к маме. Но иногда меня охватывает панический ужас от мысли, что однажды всё изменится и он уйдёт, оставив её одну. Что брат будет расти без отца, как я. И я ничего не смогу с этим поделать.- Ты начинаешь свой день со спорта, обожаешь танцевать и наслаждаться вкусной едой. Способна съесть килограмм шоколадного мороженого за раз, - продолжает он свой монолог.Я пытаюсь отвести взгляд, но его глаза притягивают к себе, словно магнитом. Гипнотизируют. Затаив дыхание, ловлю каждое его слово. Эмоции накатывают на меня волнами, затапливая сердце, и кажется, что даже воздух начинает дышать в ожидании, что ещё сделает и скажет Чон.- А ещё, ты любишь секс, - добавляет он с ухмылкой и делает шаг ко мне.Тело обдаёт жаром, и я, не найдя сил отступить в сторону, прижимаюсь спиной к холодному стеклу.- Тебе пора понять и осознать, что мы были ближе, чем тебе хотелось бы.Его пальцы нежно поглаживают мою щеку, пуская по телу электрический разряд. Чонгук смотрит на меня пристальным взглядом. И я хочу провалиться в его омут.- Очень надеюсь, что это место поможет тебе выбросить из головы все плохие воспоминания и вернуть душевное равновесие и покой, - искренне заключает он.Воспоминания, о которых говорит Чонгук, действительно оказались травмирующими и болезненными для моего сознания. Но если я справилась с ними тогда, смогу и сейчас. Тем более на данный момент у меня есть то, что важнее прошлого. Моё настоящее. Мой ребёнок. И Чонгук, которого я отчаянно хочу вспомнить.- Мне намного лучше. Спасибо, - шепчу я, едва справляясь с дрожью в голосе.- Рад это слышать, - отвечает он, нежно улыбаясь.Янис медленно наклоняется ко мне, мягко прикасается губами к моему виску, и от этого невесомого поцелуя я теряю контроль.- Поразительно, Лиса. Ты настолько честная и открытая, но при этом остаёшься для меня загадкой. Надеюсь, никто и никогда не сможет тебя разбить.- После вчерашнего ты правда веришь в то, что меня не разбивали?- Твою старую версию - возможно. Но я имел в виду ту девушку, которой ты являешься сейчас.Внутри всё замирает от неожиданно вспыхнувших воспоминаний. Наши образы мелькают перед глазами: улыбка, объятия под дождём и откровения. Я цепенею и сильнее упираюсь в стекло, чтобы не упасть.Чонгук замечает моё волнение и, видимо, неправильно истолковав его, медленно вдыхает аромат моих волос и затем нехотя отпускает меня.- Я приготовлю тебе что-нибудь перекусить, - тихо произносит он и делает шаг назад, словно боясь нарушить какую-то невидимую грань, тем самым сломать или ранить меня.Кажется, он решил, что я испугалась его поцелуя, поэтому и отшатнулась. Но я, наоборот, испытываю непреодолимое желание снова оказаться в плену его глаз и рук, чтобы он продолжил касаться, и говорить обо мне. О нас.Замечаю, что Чонгук хочет развернуться и уйти, и понимаю, что не могу позволить ему это сделать.- Чонгук, - неожиданно произношу я и, оторвавшись от стекла, с которым ещё минуту назад собиралась срастись, ловлю его за запястье.Мой поступок удивляет не только его, но и меня. Мужчина опускает взгляд на мои пальцы, обхватившие его запястье, затем снова смотрит на меня. Я хочу попросить его прикоснуться ко мне ещё раз, чтобы эти мимолётные вспышки стали яснее. Или чтобы появились новые. Лишь бы они заполнили пустоту в памяти. Но эта просьба застывает на моём языке.- А вас я любила? - спрашиваю первое, что приходит на ум.- Считаю, что ты сама должна вспомнить и ответить на этот вопрос, - он берёт мою ладонь, которая всё ещё держит его за запястье, медленно подносит её к своим губам и мягко целует в тыльную часть.Я замираю, наблюдая за каждым его движением. Его глаза не отрываются от моих, в них отражаются чувства, которые я не могу до конца понять.- И прекрати выкать. Ты носишь под сердцем моего ребёнка.«Носишь под сердцем моего ребёнка» - как красиво это звучит. Его слова проникают глубоко внутрь и разливаются истомой по всему моему организму.Чонгук медленно опускает мою руку, но я, не удержавшись, начинаю скользить ею по его широкой шее. Стираю капли, что стекают по ней, и спускаюсь ниже, очерчивая каждую мышцу.Может, через эти прикосновения я смогу вспомнить что-то ещё?Остановившись на свежей ране рядом с грудью, я аккуратно касаюсь её и ощущаю, как тело Чонгука напрягается, а дыхание становится неровным. Я тоже замираю и, кажется, перестаю дышать.Я невольно слежу за одной из капель и, когда она достигает дьявольской дорожки, мои пальцы начинают покалывать от сумасшедшего желания содрать полотенце с бёдер мужчины.- Думаю, ты достаточно насмотрелась на то, как влияешь на меня, - Чонгук притягивает меня к себе и, припав к моим губам, одним резким движением вгоняет в меня член.- Какой ты классный, - слетает с моих уст.Дыхание учащается. Жар растекается по телу. Мысли путаются, и единственное, что я сейчас хочу, - почувствовать на себе эту близость.- А вы? - поднимаю глаза к лицу Чонгука, облизывая пересохшие губы. - Вы меня любили?Он отслеживает этот непроизвольный жест, и сжимает челюсть. Мы молча смотрим друг на друга. Воздух становится густым и насыщенным. Мужчина кажется непроницаемым. Но, когда я поднимаю руку выше к его левой груди, то ощущаю сильное и стремительное сердцебиение, которое доказывает его внутреннюю борьбу.- А ты поверишь моим словам? - наконец, спрашивает Чон и, существенно сократив расстояние между нами, нависает надо мной.- Вы ответьте, а я решу, верить вам или нет, - отвечаю сбивчиво.- Я отвечу на этот вопрос, когда перейдёшь со мной на «ты».Он убирает мои волосы за плечи, наклоняется и вдыхает аромат моей кожи, отчего я на мгновение замираю.- Ставите мне ультиматум? - не сумев совладать с собой, я закрываю глаза от наслаждения.Но лишь на мгновение.- Снова «вы»? - игнорируя мой вопрос, он запускает руку в мои волосы и, оттянув их назад, заставляет раскрыть веки и посмотреть ему прямо в лицо.Ещё несколько секунд молчаливого зрительного контакта, и губы Чонгука расплываются в порочной улыбке.- Узнаю этот взгляд, - в его глазах вспыхивает нечто будоражащее. - Ты знаешь, что снова пахнешь сексом?Тело обдаёт сумасшедшим потоком разряда.- Ты и так красива. И пахнешь... - он замолкает, и я поворачиваю голову вбок, чтобы взглянуть на него.- И как же я пахну?Чонгук тянется к моему уху, и я ощущаю его горячее дыхание на своей коже.- Сексом.Моё сердце бьётся так яростно, что кажется, оно сейчас вырвется из груди.Какое же это нереальное чувство - в с п о м и н а т ь!- Я пахну сексом? - сиплым голосом уточняю я.Он проводит пальцами по моей щеке, затем спускается к шее, слегка касаясь пульсирующей вены. От его прикосновений мурашки пробегают от макушки до кончиков пальцев ног.- Твой взгляд, аромат кожи, эта безумная энергия, - его голос глубокий, бархатистый. - Всё вместе - настоящий секс.Кладёт руку мне на спину, скользит по ней и, схватив за талию, прибивает меня к себе. Наши лица разделяют всего несколько сантиметров, и я могу разглядеть каждую деталь его лица - изгиб губ, глубину глаз. Я возбуждена. Разум затуманен, границы между реальностью и прошлым стираются, и я уже не понимаю, где именно нахожусь. Всё смешивается в один пылающий сгусток, опаляющий меня изнутри.- Кажется, пора остановиться, - шепчу я.- Нет, - отвечает он твёрдо. - Потому что ты этого не хочешь.Коротко и ясно сметает последние остатки моего здравомыслия.- Тогда поцелуйте меня, - прошу его отчаянным голосом.- Нет!Его ответ дезориентирует. Я моргаю, не веря своим ушам, и смотрю на него с недоумением. Мне казалось, что он хочет этого не меньше меня.- Я уже сказал. Не отвечу и не выполню ни одной твоей просьбы, пока ты будешь продолжать выкать. Хочешь, чтобы я поцеловал тебя? - он подаётся ещё ближе, наши губы почти соприкасаются. - Попроси, как я тебе сказал!С полминуты мы смотрим друг на друга, тяжело дыша. Наш зрительный контакт становится невыносимым. Чонгук на грани, всё его тело напряженно. А во мне сейчас градусов сорок - не меньшеЯ жду, что он сорвётся и поцелует.Он ждёт, что выполню его просьбу.Но я не хочу подчиняться!Я отчаянно хочу вспоминать!И завтра я обязательно пожалею о своей беспечности. Но это завтра, а сегодня я хочу поддаться искушению. Поэтому, не думая больше ни секунды, я зарываюсь пальцами ему в волосы и впиваюсь губами в его.Чонгук вспыхивает мгновенно, словно искра, попавшая на сухой порох. Целует меня в ответ. Это не осторожное прикосновение - это взрыв страсти, накопленной и сдерживаемой слишком долго. Он берёт меня в свою охапку так крепко, что между нами не остаётся ни пространства, ни воздуха. Я чувствую, как сильно бьётся его сердце, сотрясая наши грудные клетки.Он углубляет поцелуй. Его губы требуют, исследуют, заставляют меня забыть обо всём на свете. Мир вокруг растворяется - есть только мы и это безумный порыв, захлестнувший нас с головой.- Я скучал! Как же я скучал по тебе, бестия! - не разрывая поцелуй, шепчет Чонгук и прибивает меня к окну.Прохлада стекла кусает кожу, а его слова дрожью пронзают всё тело. Каждая клеточка пылает неистовым огнём. Это не просто возбуждение - это чистая одержимость, безумная необходимость, без которой невозможно ни дышать, ни существовать.- Не врите! - злюсь и с глухим рычанием впиваюсь зубами в его губы.Металлический привкус крови разливается по языку, смешиваясь с пылким поцелуем.- Засунуть бы тебя глупую в мою голову, чтобы всё поняла! - шипит в ответ.Он обхватывает мои ягодицы и резким движением поднимают вверх. Я мгновенно обвиваю его шею руками, а ногами - талию. Наши языки снова сплетаются в сумасшедшем вихре. Мы хаотично исследуем друг друга. Порывисто. Отчаянно.- А ты не врала. Я и в самом деле до этого не видел тебя по-настоящему возбуждённой.- Хочешь откровенно, Чонгук? Такой по-настоящему возбуждённой я себя никогда ещё не ощущала.О да! Это то, что мне нужно! Ещё одна доза воспоминаний!Я вонзаюсь ногтями в раскалённую спину Чонгука, царапаю его кожу, прижимаю к себе так сильно, что кажется, мы сливаемся в одно целое. Его дыхание становится тяжелее, а губы ненасытно поглощают мои. Он кусает, лижет, целует с такой одержимой страстью, что лишает меня последних сил, а голову - всех мыслей, кроме чёткого желания слиться с ним. И, видимо, Чонгук то жаждет того же. Он отрывает меня от окна и, прежде чем я успеваю осознать, он уже несёт меня вглубь комнаты и опускает спиной на мягкую кровать.Я встречаюсь с его пылающим взглядом. В его мутных от возбуждения глазах вижу отражение собственных чувств, что дымятся в воздухе и вынуждают задыхаться. Первобытная страсть, восторг и нечто такое сильное и всепоглощающее, что перекрывает кислород.Он обхватывает лицо ладонями. Его большой палец скользит по моей нижней губе, и я не выдерживаю. Прикусываю его, вызывая лёгкую улыбку на лице мужчины.- Ты сводишь меня с ума, - признаётся он, прежде чем вновь впиться в мои губы настойчивым поцелуем.- Мы завтра будем жалеть обо всём, что сейчас происходит, - выдаю сдавленно и, проведя руками по его напряжённым плечам, отрываю его от себя.- Мы будем жалеть об обратном.Он скользит по моей спине, стягивает с меня кофту, умело расстёгивает застёжку бюстгальтера и отбрасывает всё на пол. Прохладный воздух обдаёт обнажённую кожу, но это лишь усиливает пламя внутри.- Какая ты горячая, - он с жадностью разглядывает мою грудь, а после поднимается глазами к моему лицу и несколько долгих секунд просто разглядывает меня, как какой-то редкий экспонат. - Ещё и такая красивая, - с особым наслаждением заключает он.А затем накрывает мою грудь своими губами. То нежно лижет затвердевшие соски, то грубо покусывает их, срывая с моих губ громкие стоны.Как же это неправильно.- Я ведь вас не помню, - кажется, заканчиваю свою мысль вслух.Голова кружится от переполняющих меня ощущений. Чонгук отрывается от моей груди, тянется к моему лицу, и его губы находят мои в стремительном, жадном поцелуе.- Я помню всё за нас двоих, - выдыхает Чонгук, едва отрываясь от моих губ. Его горячее дыхание обжигает, покрывая кожу испариной.Чонгук проводит влажную дорожку языком по моей шее, затем медленно спускается к ключице, к груди. Его руки уверенно скользят по моим изгибам, крепко обнимают, словно боясь отпустить. Он останавливается лишь на секунду, чтобы снять с меня брюки. Отбрасывает их к остальным вещам и оставляет меня лежать перед ним в одних насквозь мокрых кружевных трусиках.Мужчина приподнимается на колени и пристально изучает каждую линию на моём теле. Он берёт мою ногу, приподнимает её, и проводит фалангой от бедра до щиколотки. Я изнываю от предвкушения, сгораю изнутри.- Ты любишь, когда я целую твои ноги, - шепчет он.Его губы мягко касаются моей икры и медленно скользят вниз, оставляя поцелуи на каждом участке кожи, и доходят до кончиков пальцев. Ощутив на них нежное прикосновение, моё сердце ускоряет свой ритм, подстраиваясь под нарастающую волну возбуждения, заполняющую меня до краёв. Мысли рассеиваются в дымке тумана. Мне хочется откинуть голову, закрыть глаза и застонать. Но я не могу перестать наблюдать за этой невероятной картиной, что открывается передо мной. Роскошный, уверенный в себе мужчина у моих ног доставляет мне удовольствия, которого я до этой секунды никогда не испытывала.Или испытывала?И только я задаюсь этим вопросом, как новые кадры из прошлого вспыхивают всполохами, показывая мне яркие моменты, где Чонгук уже творил со мной подобное и не раз, доводя до безумного исступления.Я горю. Мне жарко. Невыносимо.- Ты любишь, когда я поднимаюсь вот так вверх, - вкрадчиво продолжает мужчина и поднимается губами по внутренней стороне моей ноги.Я не дышу. С предвкушением вслушиваюсь в его слова и впитываю в себя каждое касание.- Раздвигаю твои ноги. И...- Ч...Чонгук... - вырывается громким стоном из моих уст, когда он касается губами моей плоти, и я рефлекторно выгибаюсь навстречу этим ласкам.Мужчина искусно ведёт языком по моим чувствительным точкам. Его движения то медленные и дразнящие, то быстрые и настойчивые. Я содрогаюсь от кайфа, пальцы сами тянутся к его густым волосам, зарываются в них и прижимают ближе. Он творит со мной что-то нереальное. Каждое его действие - новый взрыв ощущений. Мои стоны неконтролируемым порывом рвутся наружу. Их просто невозможно сдерживать в себе.- Х-хватит... - пытаюсь сказать ему, что я на грани срыва, но слова даются с трудом.Я хочу ощутить Чонгука в себе, прежде чем испытать оргазм, но он либо не слышит, либо целенаправленно не даёт этого сделать. Превращает моё тело в полигон с минами, которые взрываются одна за другой. Доводит меня до фейерверка эмоций. Уносит за пределы галактики, дальше звёзд и всех планет. Там, где ещё никто не бывал.Обессиленная, я падаю на спину, пока все органы внутри кружатся в урагане сумасшедших чувств. Чон поднимается выше по моему телу, оставляя за собой дорожку из легких поцелуев и размазывая мои соки.Грязно и пошло. Умопомрачительно и шикарно.- Моя вкусная девочка, - шепчет он, нависая над моим лицом.Ухмыляется и любуется тем, какой спектр эмоций подарил мне.- Что ещё я люблю? - спрашиваю, тяжело дыша.Смотрю ему в глаза и понимаю, что жажда во мне нисколько не утихает. Ясность ума не возвращается. И я хочу ещё.- Боюсь, в силу твоего положения, я многое не смогу тебе показать, - ухмыляется и проводит пальцами по моей груди, рисуя невидимые узоры.Приятно, чёрт возьми. Даже в таком беспамятстве, Чонгук не забывает о моём состоянии. И от этого осознания мне хочется его ещё больше. Сильнее. Мощнее.Он продолжает обводить контуры моей груди, лаская каждую линию и заставляя меня выгнуться навстречу его рукам.- Эти прикосновения, - я еле дышу. - Они мне что-то напоминают.Хочу спросить у него, но меня охватывает новое виденье:Чонгук продолжает движение кисточки по моей шее и ключицам.- Дыши глубже. Я хочу, чтобы ты прекратила сейчас думать о лишнем. Важна лишь только ты. Они коснулись моего сердца, но ты. Ты коснулась всего меня и позволила мне впервые почувствовать себя живым.Мне невыносимо. Голова кружится. Кажется, будто лечу в бездну. И сама того не понимая, впиваюсь ногтями в крепкую спину, стараясь удержаться в этой действительности.- Боже, ты рисовал на мне? - спрашиваю, широко распахнув глаза.Чонгук застывает.- Ты вспомнила? - в его взгляде считывается ярко-выраженное удивление.- Д-да, - к глазам подступают слёзы от шквала всепоглощающих чувств. - Умоляю, продолжай это, - шепчу и притягиваю его к себе, задевая сосками раскалённую мужскую грудь.Чонгук касается пальцем уголка моих губ, задерживается на мгновение, а затем проводит по её нижней части, словно размазывая по ней что-то невидимое.- Что ты чувствуешь? - спрашивает он приглушённым голосом, вновь провоцируя мою память работать на всю мощность.В голове происходит взрыв. Мысли теряются в хаосе. Я вспоминаю, как он сидел напротив и рисовал меня. Вспоминаю наши разговоры. Все свои чувства и ощущения.Чувствую привкус горечи от краски.Чувствую трепет и волнение.Чувствую себя на вершине мира рядом с ним.- Чувствую себя произведением искусства, - слова непроизвольно слетают с моих губ.- Чьим? - хищно улыбается и, наклонившись ко мне, останавливается в сантиметре от моих губ.Эта близость сводит с ума, заставляя кровь пульсировать в висках. Я помню, что сказала ему в тот вечер, но сейчас слова застревают в горле. Я лишь смотрю в его глаза, теряясь в их глубине.- Мне повторить свой вопрос? - его голос низкий, будоражащий.- Не нужно, - выдыхаю я, не отводя взгляда, что пленит всё сильнее, затягивая в свою бездну. - Этот вопрос останется без ответа.- Проверим, - отрезает уверенно.Запускает руку в мои волосы, стягивает их у корней и, притянув лицо к себе, сплетает нас в поцелуе. Вкус его губ опьяняет, смешиваясь с моим собственным. Его язык проникает глубоко, исследуя, дразня. Я отвечаю с таким же напором.Одним резким движением Чонгук срывает с себя полотенце и, обхватив мои ягодицы, притягивает меня к себе. Я чувствую его затвердевший член и воспламеняюсь так, будто не испытала только что умопомрачительный оргазм. Я была уверена, что мне необходимо время, чтобы прийти в себя. Но теперь я сомневаюсь, что знаю себя. В отличие от Чонгука, который словно считывает не мои мысли, нет, он считывает мои самые потаённые желания.И, пока я летаю в своих ощущениях, Чон поднимает мои ноги, ставит их себе на плечи и одним уверенным движением заполняет меня собой, сливая наши тела в единый пульсирующий организм. Атомы внутри взрываются миллионом ярких красок. Мы замираем на мгновение, давая себе в полной мере насладиться моментом, а потом Чонгук начинает двигаться во мне.Он покрывает щиколотку правой ноги поцелуями, проникая в меня всё глубже до самого своего основания. Играет с моими слабостями. Уничтожает к чертям все барьеры между нами. Кажется, всё во мне раскалывается на «до» и «после». Обычно так говорят после катастрофы или судьбоносной встречи. Но у меня это случилось сейчас, в этот самый миг. Всё вдруг перевернулось с ног на голову. Или, может, наоборот?Может, всё, наконец, встало на свои места?- Боже, Чонгук...Я опускаю ноги с плеч Чонгука, обвиваю ими его талию и прижимаю к себе. Обнимаю его за шею, вплетаю пальцы в его волосы, тормошу и стягиваю их. Наши голые мокрые тела соприкасаются друг с другом, разрезая пространство звуками, которые возбуждают ещё сильнее. Мы двигаемся в унисон. Дыхания смешиваются, сердца бьются в такт друг другу. В воздухе начинает витать пряный аромат секса. И я пьянею от него.- Чья ты?! - с хриплым рыком спрашивает он, кусая меня за мочку уха.Он ускоряет ритм своих бёдер. Губами впивается в шею. И начинает то ли душу высасывать, то ли всю кровь. Я жалобно всхлипываю.- Ва... - слова застревают в горле. - Твоя? - неожиданно исправляю себя. - Твоя! - повторяю, находясь в нирване.Я перешла на его заветное «ты», и это кажется настолько значимым. Теперь всё ощущается ещё сильнее. Острее. В глазах рябит, мозги разбиваются вдребезги, тело сотрясается от удовольствия.- И я люблю тебя, - внезапно раздаётся мужской голос.Мне кажется, что я в бреду и мне послышались эти слова.Может, это были всего лишь обрывки воспоминаний?Чонгук отрывается от моей шеи и неотрывно смотрит на меня.- Я ведь обещал дать ответ на твой вопрос, - объясняет и повторяет вновь: - Я люблю тебя!Моё сердце ракетой вылетает из груди.Не выдержав пронизывающего прицела его глаз, я притягиваю его к себе, целую и закрываю глаза. Улетаю вслед за своим сердцем.Потому что это признание дарит мне ещё одно новое воспоминание.