29

  знаешь, в день, когда мне стало совсем плохо, я выключила свет в своей комнате. вера ускользала из клетки моих посиневших пальцев, позволяя грусти, словно копоти, оседать на моих плечах. каждый раз, когда мама стучалась в мою дверь и входила (всегда без разрешения) вовнутрь, ее ладонь медленно тянулась к выключателю, а я резко отдирала ее нежные руки, обещая, что не испорчу зрение. она глубоко вздыхала, а я плотно-плотно запирала дверь, так, чтоб ни один луч не проникал в мою душную и беспорядочную спальню.

знаешь, это до ужаса смешно, но я всегда находила тебя в полуночном свете от машинных фар, ползущему по потолку (который всегда, кстати, был в трещинах). так мне казалось, что ты где-то рядом, хоть и призрачно, но рядом.

ты задвигала шторы, когда хотела спать, но мои шторы были задвинуты всегда. ты открывала окна, чтобы сделать сладкий глоток воздуха, а я давилась смогом. знаешь, что? я понятия не имела, кем я являлась без темноты. нашел ли мрак пристанище у меня, или я находила пристанище во мраке? знаешь, прошло семь лет. в этот раз я впервые разрешу полосам света, ложащимся на мою оливково-смуглую кожу, согреть меня, но не сжечь. в этот раз я нажму на выключатель, отгоняя завесу из темных-темных облаков, которая скрывала солнце все эти годы. я все еще не знаю, каково это — быть собственным светом. я все еще не знаю, кем я являюсь без этого комфортного, уютного мрака, который поглотил мою личность. я не знаю, что кроется за этими потемками.

но знаешь, прошло семь лет, и я наконец начинаю двигаться к изменениям, и я наконец начинаю понимать, кто я,

поэтому ты тоже сможешья в тебя верю

с любовью, lg