Pulp Fiction|JoJo

Не знаю, почему ещё никто не сделал такой кроссовер, по-моему, это гениально.

Каждая зарисовка — отдельная история из фильма «Криминальное чтиво», преобразованная под характер персонажа или преобразован сам характер. Соответственно, здесь имеется жёсткий ООС, чтобы соответствовать канону событий. В отличие от оригинала, части и персонажи между собой не связаны, т.к. читатель и персонаж вселенной Араки меняются и имеют разные роли по ходу сюжета.

Для полного погружения рекомендую для начала ознакомиться с оригиналом, если вы ещё не знакомы, прежде чем читать данную главу. А можете этого не делать, как вам угодно. Она вышла действительно ОЧЕНЬ большой.

Предупреждения писать не буду, всё и так понятно по фильму.

Читатель женского пола.

Большинство событий и диалогов изменены или опущены. Сцены идут в порядке, нарушающем оригинальный ход режиссёра. Использованы персонажи только 5 части, т.к. логически они подходят больше всего. Здесь присутствуют:

Бруно БуччелатиГвидо МистаЛеоне АбаккиоНаранча ГиргаДьяволо — единственный персонаж, который фигурирует везде на одном местеФормаджоПрошуттоСорбетДжелаттоСкуалоТициано (упоминание)Лука (упоминание)

Читатель/Бруно Буччелати — Винсент Вега/Джулс Уиннфилд, «Винсент и Джулс»

— А расскажи ещё про кофешопы, — Бруно на мгновение окинул напарницу подозрительным взглядом.

— Тебя такое интересует? Ты разве не против наркоты? — девушка с насмешкой посмотрела в ответ.

— Трава не наркотик. А она там узаконена? — брюнет продолжал интересоваться сомнительными приключениями, всё так же внимательно глядя вперёд.

— Очень необычно слышать от тебя такие тезисы, красавец. Я привыкла, что у тебя другая позиция по этому вопросу.

— Людям свойственно меняться, — водитель кинул в сторону попутчицы самоуверенную ухмылку, — Ты так и не ответила на мой вопрос.

— Да, узаконена, но не на сто процентов. В смысле ты не сможешь зайти в ресторан, свернуть косяк и начать шмалить. Курить можно или дома, или в специальных местах.

— То есть в этих «кофейнях?»

— Именно. Можно покупать, можно хранить, а если ты хозяин сладкого местечка, то и продавать. Носить незаконно, но это херня. Бруно, дорогой, только послушай! Если тебя стопают сто вторые, то хрен они тебя обшманают! У них там такого права нет, — Т/И довольно оглянула явно заинтересованного в её истории парня. Тот самодовольно откинулся на спинку кресла, продолжая следить за дорогой.

— Всё, я туда еду, — брюнет явно был впечатлён чужим рассказом. Его синие глаза внимательно оглядывали отражение попутчицы в зеркале заднего вида, визуализируя словесные образы, которые прозвучали в течение беседы, — Можешь не пытаться меня отговаривать.

— Тебе там однозначно понравится с твоим «трава не наркотик», — бандиты обменялись довольными взглядами. Т/И чувствовала живой интерес Бруно не только к её рассказам, но и к ней самой, что не могло не подкупать молодую особу. Парень был хорош собой, при деньгах, ещё и слушал — что ещё нужно от потенциального партнёра?

***

— Сколько их там? — девушка пренебрежительно взглянула на содержимое багажника. Внутри находилось несколько различных пистолетов и снарядов к ним. Она закинула один к себе в пиджак, один небрежно протянула напарнику.

— Три-четыре. Если считая нашего, то не уверен и в этом. Может пятеро, кто ж его знает, — руки парня ловкими движениями зарядили полученный только что пистолет новым магазином с пулями. Проверив, что оружие стоит на предохранителе, он быстро спрятал его во внутренний карман своего пиджака.

— Надо было взять дробовик, — аккуратная женская рука с громким хлопком закрывает багажник.

***

Два тёмных тела в костюмах плавно и не спеша передвигаются по утренней улице, которая только начинает заливаться солнцем. Буччелати продолжает интересоваться у девушки, недавно вернувшейся из другой страны, про будни и устои Амстердама. Сколько она там прожила? Около трёх лет? Да, типа того. Хотя какая разница, где и сколько, если там можно заправить целый патрон каннабиса и улететь в астрал абсолютно легально. Только подумать, легавые не имеют права и пальцем к тебе притронуться... Да, в этой стране о таком можно только мечтать.

Пара зашла в холл и остановилась напротив деревянных дверей в ожидании лифта. Бруно вскользь упоминает про какого-то парня по имени Лука и спрашивает помнит ли Т/И про такого. Невысокий, горбатый, с вечно мокрым глазом, отчего получил кликуху «Слезливый Лука».

— Ну, вроде помню. А чё с ним? Он какой-то важный как хуй бумажный?

— Его грохнули. Ребята говорят, что поводом стали бабки с территории аэропорта, — лифт железным звоном привлекает внимание ожидающих людей. Оба человека заходят за его двери и поднимаются наверх, не прекращая беседы.

— Земля ему пухом, — девушка многозначительно откидывает голову назад, как бы отдавая дань уважения падшему, — Этого стоило ожидать, место-то жирное. А чё произошло? Не могли же его просто из-за бабок грохнуть, ещё и не из-за своих.

— Какой-то штрих решил, не заплатив ему, пристроить там свой широкий зад. Ну и убрал бедолагу, чтобы тот не мешался. Ему и так судьба лицо подправила, так тут совсем решили в лужу обратить.

— И всё? — Бруно кивает головой, — Пацан к успеху шёл, не повезло, не фортануло. А подробнее?

— Ты хочешь узнать, как ему черепушку вскрыли? Не думал, что у тебя имеется такая жажда крови, — ехидная улыбка обрамила лицо парня, прямо намекая на иронию, — Лука имел довольно необычное оружие в своём арсенале — лопату. Парни, конечно, над ним за это подшучивали, но за спиной, потому что бедолага бедолагой, а репутацию имел. Так потом эту лопату около свежего жмурика и нашли, — Двери лифта отворяются с тем же железным звоном, что и до этого, открывая вид новоприбывшим гостям на пустой этаж с квартирами.

***

Старая деревянная дверь, явно побитая временем и чужими ногами, отворяется перед строгими лицами товарищей в костюмах. Они предстают взору трёх молодых парней, явно совсем не ожидающих их визита, а взору «гостей» предстаёт бедно обставленная комната со столом посередине, заваленным дешёвой едой из ближайшей забегаловки фастфуда. Воздух пахнет простой холостяцкой жизнью. Т/И и Бруно здесь как бельмо на глазу.

Парни, напуганные неожиданным появлением людей в чёрном, замерли, раскиданные по своим редким углам. В таком положении им позавидует даже профессиональный снайпер, который в своей деятельности должен уметь не выделяться и не производить лишних движений. Утреннюю тишину перебивал только стук двух пар лакированных туфлей, входящих в комнату, и шипение газировки в пластиковом стакане на столе. Даже последующий хлопок закрывающейся двери не заставил вздрогнуть обитающих тут юнцов.

Т/И рассматривает окружающую обстановку внимательным взглядом исподлобья, раскинув руки по карманам, и позволяя своему напарнику перенять на себя всё внимание за двоих. Девушка аккуратно, не делая резких движений, передвигается по комнате в поисках цели, пока её более разговорчивый товарищ ведёт светскую беседу с невольными пленниками обстоятельств.

— Как дела, ребята? — тишина, — Я, вроде бы, задал вопрос. Вы в курсе, что ваше поведение это верх грубости? — Бруно делает несколько шагов, приближаясь к парню, сидящему за столом, — Ты же знаешь кто мы? Знаешь. Мы помощники твоего делового партнёра.

Брюнет своими пламенными речами пытался расшатать оцепеневших пацанов. Шатко-валко, да парни начали отвечать что-то, превратив монолог в диалог. Извинившись за то, что потревожил завтрак, Бруно обратил внимание на бургер, лежавший в стратегической близости.

— Ты не против, если я попробую один из твоих? Жрать хочу неимоверно. Мы с партнёром проделали такой путь, чтобы добраться до вас.

— Д-да, - всё, что смог выдавить из себя трясущийся мальчишка. Бруно, не отрывая от него глаз, берёт шуршащую обёртку, раскрывает и кусает содержимое. В голове фиксируется мысль, что эта булка с котлетой неплоха, а сутра на голодный желудок так вообще то, что доктор прописал.

— Т/И, ты когда-нибудь пробовала гамбургеры отсюда? Хочешь откусить?

— Нет, - брюнет протягивает обёртку напарнице, которая явно не заряжена энтузиазмом в познании новых гастрономических удовольствий, — Я не голодна.

— Если любишь гамбургеры, то обязательно потом попробуй эти, — взгляд Бруно переключается с бургера на стоящую посреди стола газировку, — Что это?

— Спрайт.

— Спрайт, отлично. Ты не против, если я отхлебну немного, горло промочить? Мы же друзья? — пацан лишь нервно кивнул. Всё так же, не переводя взгляд с него, Буччелати отпивает из стакана немного живительной влаги.

Оказав ещё немного морального давления, он задал вопрос по поводу их с Т/И цели. Получив ответ о конкретном местонахождении, он кивнул в сторону девушки. Та, недолго порывшись по шкафам, быстро обнаружила потерянный кейс. Она щёлкает замками и открывает его. Содержимое, издающее мягкий свет, на месте. Ох, загляденье... Но поддаваться соблазну нельзя, пребывание здесь на это не рассчитано.

— Мы рады? — раздался снисходительный, практически мурчащий тон напарника с одного конца комнаты.

— Мы рады, — ответила напарница с другого конца комнаты.

***

Читатель/Леоне Абаккио — Мия Уоллес/Винсент Вега, «Винсент Вега и жена Марселласа Уоллеса»

***

Молодой высокий мужчина, озираясь по сторонам, аккуратной поступью приближался к дому своего босса по небольшой дорожке, густо украшенной зеленью. Т/И, значит. Бывшая актриса, снявшаяся в бракованном пилоте. А как её развлечь? Как себя вести с ней? Мысли в голове Абаккио смешались в один тяжёлый ком, вызывая чувство тягучей неуверенности. Всё-таки не каждый день тебе поручают задание выгулять жену такого авторитета. Да, с одной стороны думается, что оказано высокое доверие, и это должно вызывать уверенность в собственных силах, но с другой стороны к горлу поступает кислый привкус, похожий на тот, что часто бывает при сильном волнении из-за возможной неудачи.

Мысли в сторону, действия в руки, грудь колесом. Дышать носом. Вдох-выдох. Всё получится.

На стеклянной двери при входе виднеется записка, так заботливо написанная от руки и приклеенная на уровне глаз.

«Привет, Леоне, я одеваюсь. Дверь открыта. Заходи и налей себе выпить. Т/И» — гласила бумажка. Леоне аккуратно складывает записку, кладёт её в карман, делает ещё один глубокий вдох и дёргает за ручку девери.

***

— Ау? — блондин медленно прошёл вглубь дома. Никого не застав, Абаккио начал осматриваться в поисках хоть каких-то признаков жизни. Единственное, что выдавало присутствие в доме кого-то ещё — музыка, громко играющая из граммофона. Её было слышно ещё на улице, поэтому он не сомневался, что Т/И на месте и ожидает его. До последнего момента гость и не подозревал, что она следит за ним через камеры, но полицейский нюх чуял неладное.

— Леоне, — произнёс нежный женский голос. Реакция не заставила себя ждать, белая голова начала мотать из стороны в сторону и раскидывать руками, как потерянный ребёнок, не понимая, откуда доносится звук и что нужно делать, — Леоне, подойди к микрофону.

«В смысле к микрофону? К какому микрофону? Где этот микрофон? Хоть бы инструкции какие дали» — пронеслось в голове у гангстера, продолжая искать хоть какой-то ориентир.

— Я вижу, что ты потерялся. На стене возле африканской статуэтки. Справа от тебя, — голос хозяйки дома игриво направляет фигуру в чёрном костюме, как фигуру в шахматах, — Левее, — Абаккио повинуется, делая ещё несколько шагов, всё ещё не особо понимая свою геолокацию, — Тепло... Есть. Нажми кнопку, чтобы говорить.

— Алло? — голос собеседника наконец дошёл до ушей Т/И.

— Выпить себе налей, я буду через пару минут. Бар возле камина.

— Понял, — мужчина прошёл в другой конец комнаты уже более уверенным шагом, но всё так же с осторожностью оглядываясь по сторонам. На затылке чувствовался пристальный взгляд камер, за которыми прятался взгляд Т/И.

Леоне изучал глазами со вкусом обустроенный дом. Кожаные диваны, картины в золотых багетах на стенах и богатый ассортимент отменного алкоголя в баре мягко намекали на отличное финансовое состояние владельца. Конечно, Дьяволо не мог позволить себе другого. Вокруг витал запах роскоши и беззаботной жизни, смешанный с лёгким оттенком чужой крови. Хотя... Вряд ли босс имел прямо-таки беззаботную жизнь, вспоминая его грехи. Вернее это всё будет назвать накопленным за годы опытом, позволявшим тебе притронуться к американской мечте.

Т/И внимательно следила за своим гостем, отстукивая сигаретой ритм звучащей песни об пепельницу. Ей было интересно всё: как он выглядит, как он ходит, как он пьёт только что налитый в стакан виски. Она впервые видела эти глаза, которые должны присматривать за ней весь вечер. Любопытство постепенно брало верх над здравым смыслом. Симпатичный, сдержанный и в некотором плане скромный. Становится понятно, почему именно на него в качестве сегодняшнего компаньона пал выбор Дьяволо.

Тихий топот пары босых ног прервал задумчивое настроение Абаккио вместе с внезапно замолкшей виниловой пластинкой.

— Едем, — раздалось у него за спиной.

***

За прошедшие годы рестораны в стиле 50-х распространились по всему Лос-Анжелесу. Все они похожи друг на друга как две капли воды. Интерьеры в духе комиксов, музыкальные автоматы, исторгающие из своего чрева старые песенки, ядреные официантки, меню с блюдами вроде чизбургера «Фэтс Домино*»  или омлета «Вольфман Джек*» » и, в довершение всего, невероятные суммы, которые посетители выкладывают за всю эту ерунду.

Красный Малибу Леоне с симпатичной пассажиркой на соседнем кресле подъезжает к одному из таких злополучных мест. Над заведением нависает гигантская сияющая вывеска с грубо нарисованным мультипликационным кроликом посередине и ярким неоновым названием по бокам от него. Мужчина явно не доволен выбором девушки, но старается показать это максимально деликатно.

— Блин, что за место... — он скривил лицо.

— Это «Тощий Заяц», клуб, — дым сигареты резким выдохом вырывается из лёгких, — Фанатам Элвиса нравится.

— Поехали съедим по стейку? — Леоне, в надежде на то, что Т/И одумается и предложит другой вариант, пытается сменить её фокус.

— Здесь можно взять стейк, дедуля. Не будь таким, — девушка резкими движениями вычерчивает в воздухе прямоугольник, намекая на то, что собеседник явно ограничен в своём сознании. Он недовольно вздыхает.

— Что ж, после тебя.

Выключив зажигание и закрыв двери, мужчина вольным шагом следует за Т/И. Она уверенно двигается в сторону сомнительного в его глазах заведения. Выбора нет, это всё-таки жена самого Дьяволо, несменного авторитета в глазах не только Леоне, но и всех таких же подневольных людей. Хорошо, что это только на один вечер, сил подыграть хватит. Не хотелось бы получать ещё разок подобное задание, стрелять по жалким человеческим мордашкам и то проще. Надо будет потом попросить.

***

На входе встречает мужчина-хостес, изображая какого-то персонажа, а рядом стоит карлик в ярко-красно костюме швейцара с золотой окантовкой. Выглядит невероятно комично. Интересно, будь он настоящим швейцаром, ему платили бы столько же или в 2 раза меньше?

— Добрый вечер, дамы и господа! Что вам угодно?

— Заказ на фамилию Уоллес, — мужчина начинает искать фамилию среди броней, — Машину заказали.

— А, ясно. Посади наших гостей в Крастер, — обратился он к тому самому карлику. Он тут явно куда больше к месту, чем в отеле.

Ресторан внутри так и пестрит цветами, хоть глаза себе вырви. По интерьеру напоминает старомодный английский бар. На стенах постеры кинофильмов 50-х годов, кабинки, в которых сидят посетители, сделаны из разрезанных кузовов автомобилей той же эпохи, а окна представляют собой мониторы, показывающие черно-белые фильмы. Официанты изображают звезд того времени, виляя своими конечностями туда-сюда. В середине ресторана помост для танцев. Большой знак на стене предупреждает: «Танцевать в обуви воспрещается», так что доморощенным танцорам придётся плясать твист в носках либо босиком. Сейчас там выступает какой-то артист с песнями в стиле кантри. Отлично вписывается в суматоху красок, дополняя всю абсурдность заведения.

Абаккио с присущим ему, бывшему полицейскому, подозрением разглядывает всё вокруг и не может ни за что зацепиться взглядом, всё слишком яркое и кислотное. Он уже давно потерял силуэт Т/И и просто идёт куда глаза глядят. Проходящая мимо официантка в образе Мерлин Монро игриво улыбается и здоровается с новым посетителем. Вокруг шум и гам. «Почему нельзя было выбрать место поспокойнее...» — выдыхает он, закатывая глаза.

— Леоне! — окликает знакомый женский голос. Вот и нашлась.

«Швейцар» заботливо открывает дверь бирюзового авто, предоставляя доступ к салону с кожаными сидениями и столику. Ведущий на фоне объявляет об окончании выступления и что-то ещё кричит вслед.

Присев, Леоне раскинул руки по сторонам от себя и заинтересованно смотрит на Т/И в ожидании. Т/И так же заинтересованно смотрит в сторону Леоне. Витает неловкая пауза. Непонятно о чём тут говорить. О том, что происходит вокруг? О том, что происходит у себя в жизни? Да вроде это не первое свидание двух студентов. К тому же зачем ей об этом знать? Вдруг она не включена в дела своего мужа и не подозревает о том кто он на самом деле такой, так зачем лишний раз волновать человека.

— Что скажешь? — всё-таки прервала молчание первой.

— Оживший музей восковых фигур, — доносится с другой стороны глубокий снисходительный тон.

— Привет, я Бадди*, — неважно сообщил неожиданно подлетевший официант в белом костюме и крупных очках, — Что будем?

— Так, — бывший полицейский в ускоренном темпе изучает позиции меню в поисках заветного мяса, — Сейчас... Стейк, стейк, стейк... Мне стейк «Дуглас Сирк*».

— Как приготовить? Прожарить или с кровищей? — Бадди, не поднимая глаз, быстро записывает заказ в свой маленький, такой же белоснежный, как и его костюм, блокнотик. Пацан явно уже на опыте.

— С кровищей. Так, и попить... Ванильную колу.

— А тебе, красотуля? — всё так же не поднимая глаз парнишка обратился к Т/И.

— Я буду бургер «Дарвуд Кирби» — с кровью — и... Молочный коктейль за пять долларов.

— Коктейль «Мартин и Льюис*» или «Эймос и Энди*»?

— «Мартин и Льюис».

Бадди так же неожиданно испаряется, сообщив, что сейчас принесёт напитки.

— Чего? — Абаккио, знатно ошарашенный выбором Т/И, мгновенно наклонился в её сторону со взглядом, полным непонимания и шока, — Женщина, ты белены объелась? Молочный коктейль за пять долларов? Молоко с мороженым?! За пять баксов?! — с каждым последующим предложением тон мужчины звучал всё громче.

— Угу, — Т/И спокойно выдерживает возмущённый тон, лишь невинно хлопая глазами.

— Ладно, просто уточнил, — Леоне шумно выдыхает, вновь откидываясь назад на спинку сидения, и глядит по сторонам. На помосте — танцующие, за столиками посетители вонзают зубы в огромные гамбургеры, псевдо-звёзды играют свои роли: Мерлин визжит, карлик выкрикивает "Вызывается Филипп Моррис!", Донна Рид наливает посетителям молоко, а Дин и Джерри дурачатся.

В это время ресторан наполняется звуком приближающегося поезда. Все трясётся и дребезжит. Мерлин Монро подбегает к квадратной вентиляционной решетке, вмонтированной в пол, и ветер, поднятый воображаемым поездом, подымает подол ее белого платья, а она громко визжит. Народ вокруг в восторге.

***

— Дамы и господа! — громко объявил в микрофон ведущий с помоста, — Настал момент, который все ждали! Наш ежедневный, всемирно известный конкурс твиста! — зал взрывается аплодисментами, — А сейчас счастливая парочка выиграет кубок, который держит Мерлин! — он указывает на стоящую рядом с ним официантку в костюме, — Кто первый выйдет на конкурс?

— Мы здесь! — объявила Т/И, протягивая вверх руку. Она кокетливо смотрит на совсем недовольного Леоне, — Потанцуем?

— Нет. Нет-нет-нет, — мужчина категорически отказывается, активно мотая головой из стороны в сторону.

— Не-не-не, — передразнивала его Т/И, — Я полагаю, что Дьяволо, мой муж и твой босс, сказал тебе развлечь меня и делать, что я хочу: хочу танцевать, хочу победить, хочу этот кубок, так что танцуй лучше, — активно жестикулируя, девушка начала грозно валить неудачливого партнёра по танцам. Было видно влияние Дьяволо.

— Ну, чтож, так уж и быть, — в жёлтых глазах, кажется, зажёгся огонёк.

Т/И и Леоне медленно выходят со своего места, он берет её за руку и ведёт вперёд на помост. Ведущий, горланя всё в тот же микрофон, громко объявляет имена участников, желая им удачи. Беловолосый мужчина хитро улыбается и начинает развязывать шнурки на ботинках. Т/И с триумфом сбрасывает туфли, и они встают лицом друг к другу в ожидании ритма.

В этот момент музыкальный автомат буквально взрывается зажигательной мелодией 50-х за авторством Чака Берри, затем начинается дьявольский твист. Движения Т/И дерзкие и напоминают повадки сексуальной кошки, Леоне выделывает па с присущим ему невозмутимым выражением лица. Их движения совершенно не похожи друг на друга, но между собой создают прекрасное сочетание с присущей им обоим харизмой.

Другие танцоры впоследствии пытаются подражать им, но безуспешно — Абаккио и Уоллес, кажется, внезапно достигли какой-то необъяснимой синхронности, двигаясь в одном ритме и кокетливо улыбаясь друг другу. Леоне уже не кажется таким холодным и скучным, он уже больше похож на живого человека, вызывающего интерес. Желание Т/И смотреть на него увеличивается с каждым тактом песни.

***

Читатель/Гвидо Миста, Скуало, Прошутто, — Винсент Вега/Джулс Уиннфилд, Джимми Диммик, мистер Вульф, «Ситуация с Бонни»

***

В туалете старой потрёпанной голливудской квартирки в спальном районе прячется один из парней, к которым пришли двое, как из «Людей в чёрном». Он мечется в тесном пространстве, изо всех сил напрягая слух, чтобы не пропустить ничего из того, что говорится за дверью, и, что есть сил, сжимает свой огромный серебристый пистолет, как последнюю надежду на освобождение из плена.

Комнату пронзает эхо от громких выстрелов пистолетной очереди, выпущенной в молодого, не очень сговорчивого юношу парнем в строгом чёрном костюме с такими же чёрными глазами и волосами, не исключено, что и с такой же чёрной душой. В воздухе появился щекочущий нос запах пороха. Нервы парня на пределе, он прижимается к стене туалета, держа пистолет на вытянутой руке. На лице невыносимый страх, всё тело трясётся, как осиновый лист, он готов разнести в клочья любого, кто хотя бы посмеет его побеспокоить. Ждать дальше бессмысленно. Единственная возможность — это выскочить и прикончить их, пока они ничего не подозревают.

— Господи, боже, твою мать, блин, чёрт...

— Твой дружок? — девушка указывает в сторону чёрного паренька, который мечется в страхе в уголочке, причитая себе под нос и наблюдая за происходящим в квартире.

— А, Т/И, это Марвин. Марвин, это Т/И, — в своей фирменной беззаботной манере отвечает Миста.

— Пусть заткнётся, он действует мне на нервы.

— Марвин, — паренёк не обращает внимания на обращение к нему, — Марвин, — уже громче повторил Гвидо, Марвин! — наконец он обратил внимание на гангстера, — Послушай, прекрати это дерьмо.

Не успевает он закончить свою реплику, как внезапно дверь ванной распахивается и оттуда вылетает тот самый четвёртый юнец с пушкой в руках и начинает всаживать пули одну за другой в незваных гостей, особо не прицеливаясь и надеясь на фортуну.

— СДОХНИТЕ, МРАЗИ!!! — кричит в упоении мщения. Квартирка снова заполняется шумом пистолетной очереди, как пару минут назад, а имеющийся запах пороха лишь усиливается. В порыве эмоций неудавшийся стрелок даже не обращает внимания на то, что магазин давно пуст и продолжает жать на курок. Но вот незадача — как только он приходит в себя, то видит, что пустой магазин далеко не главная беда, на его лице появляется выражение недоумения.

Гвидо и Т/И начинают с удивлением рассматривать себя на предмет огнестрельных ран. Ни одна из пуль не попала в цель. Фортуна отвернулась от и так потрёпанного страхом и отчаяньем пацана. Двое из ларца не менее удивлённо переглядываются друг с другом и так же недоумевают, после чего переводят свои взгляды на стрелка и наводят уже свои пушки на неудавшегося убийцу, в отличие от него, точно попадая по нему всеми патронами. Решето из юнца с громким звуком падает на пол, изливаясь кровавыми потоками.

Люди в костюмах опускают свои стволы. Гвидо, явно потрясённый произошедшим, продолжает стоять на месте, как вкопанный, а Т/И вальяжно подходит к перепуганному негритёнку.

— Что ж ты, засранец мелкий, не сказал, что кто-то засел в сортире? Запамятовал? Забыл, что кто-то сидит там и хочет нас замочить? — Т/И присела перед пацанёнком на колени, устраивая своеобразный допрос.

— Видела, из какого ствола он шмалял? Да он больше его самого, хотя мой всё равно больше, — Миста, наконец, пришёл в себя, — Бля, мы должны были сдохнуть...

— Знаю, нам повезло.

— Не, нихера это не везение. Это знак свыше, — Миста рассматривал следы недавнего покушения на собственную жизнь, снова причитая о божественном вмешательстве.

— Типа боженька спустился с небес и остановил пули? — девушка ухмылялась, слушая, с какой страстью её товарищ затирает про собственную веру.

— Правильно. Именно в этом его смысл. Бог спустился с небес и остановил грёбанные пули!

— Пожалуй, нам пора ехать, Миста.

— Не затыкай мне рот, женщина, это пахнет чудом! — начал огрызаться парень, — Это ведь реально ёбаное чудо! Мы должны были сдохнуть, детка, то, что случилось здесь — чудо, и ты должна признать, что это истина!

— Ладно, это было чудо. Теперь едем? Ты можешь закончить теологическую хрень в тачке, а можешь в камере с легавыми, на твой выбор, дорогой.

***

Шевроле Нова движется в потоке машин, за рулём которой сидит парень-гангстер. Он задумчиво смотрит на дорогу, продолжая анализировать произошедшее несколько минут назад чудо. Рядом на пассажирском сидит скептически настроенная спутница, которая про себя продолжает отрицать теологические идеи Гвидо. Ей не нравится выражение лица товарища и его мысли, а проекция на них обоих тем более.

— Ты когда-нибудь смотрел шоу «Копы»? Документальный. Я один раз смотрела, и там был один коп, он рассказывал о перестрелке с каким-то парнем. Так вот, он всю обойму выпустил и ничего! Ни разу не попал! Они были один на один, понимаешь? Чушь какая-то, но ведь бывает.

— Хочешь остаться слепой — купи себе поводыря и ходи с ним, но я-то узрел грёбанную истину, — Миста стукнул рукой по рулю, — Закончили. Считай, я вышел в отставку. Сегодня же Дьяволо скажу, что ухожу. Даже скажу почему.

— Иисусе, — Т/И закатила глаза. Она была крайне недовольна позицией товарища по этому вопросу, — Спорю на 4 куска, он помрёт со смеху, — издевательским тоном добила его девушка, сделав особый акцент на цифре.

— ЗАТКНИСЬ! НЕ СМЕЙ ПРОИЗНОСИТЬ ЗДЕСЬ ЧИСТО ДЬЯВОЛА! — Гвидо был в бешенстве. Мало того, что его выводило мнение Т/И по поводу случившегося, которая не желала принимать его точку зрения, так она ещё и надавила на слабости парня.

— Марвин, — Т/И поворачивается назад с пистолетом в руке, направленным на беднягу, — Как тебе ситуация? Ты веришь, что это так? Бог спустился...

БАХ! Белый салон машины в момент превратился в кровавое побоище. Кровь везде: на потолке, на стёклах, на торпедо и на самих гангстерах. Помимо крови, по салону разлетелись и остальные размозжённые части бывшего чёрного паренька. Сейчас он больше похож на полуфабрикат, чем на человека.

— Т/И, ЧТО ЗА ХРЕНЬ?! — и так взбешённый Миста стал злее самого чёрта, сметая с себя части мёртвого тела.

— Блять! Твою мать! Ёбаный в рот! Я шмальнула Марвину в морду! — девушка поспешно осматривала себя, машину и товарища на фоне его причитаний, в отражении зеркала она увидела, что её лицо приобрело оттенок загара коренного американца, — Я не хотела, это вышло случайно! Может там был буерак или выбоина! Слушай, чувак, я в любом случае не собиралась стрелять в него, само вылетело!

— За случайно бьют отчаянно! Ох, я повидал всякое говно, но такое, — Миста украдкой, не отвлекаясь от дороги, осматривал последствия кривых рук подруги, — Ты посмотри какой срач развела! Мы на улице! Сейчас день! Нам надо убрать тачку с дороги! Легавые обычно замечают тачки, заляпанные кровью! — он достал из пока что чистого кармана мобильник и начал кому-то набирать.

— Что ты делаешь?

— Звоню приятелю недалеко отсюда. Если его нет дома, то я не знаю что нам делать. Других корешей у меня в районе нет.

***

Два гангстера в окровавленных костюмах стоят на кухне друга Мисты, который так «любезно» их приютил. Утренний кофе в их руках выглядит довольно комично, здесь больше бы подошло красное вино и тарелка со стейком. Хозяин дома, рыжий и хорошо сложенный итальянец по имени Скуало, не скрывал своего неудовлетворения по поводу происходящего перед глазами. Он окидывал своего друга и его напарницу крайне недовольным взглядом исподлобья, оценивая масштабы личной катастрофы.

— Вот это заебись, Скуало! Этот кофе для гурманов! Нас бы вполне устроил и растворимый, а ты переводишь такую роскошь! Что за дивный вкус! — Миста всегда был хорош в лести и комплиментах, этот засранец умел складывать слова красиво.

— Перестань. Я и Тиц не позволим себе пить говно вместо кофе. Однако меня сейчас заботит не классный кофе на моей кухне, а дохлый нигер в моём гараже. Миста, — обратился Скуало к другу, — хочу задать тебе вопрос. Ты когда заезжал ко мне, видел указатель «Склад мёртвых нигеров»?

— Скуало, ты же знаешь...

— Ты видел указатель «Склад мёртвых нигеров»? — рыжий молодой человек повторил громче и агрессивнее, его нервы явно давали о себе знать.

— Не видел.

— А знаешь почему? Потому что его там нет! — хозяин дома сорвался на крик, — Утилизация нигеров — не мой, мать твою, бизнес! Буду говорить с тобой на твоём языке: ты, видимо, не врубаешься! Если Тициано придёт домой и увидит сраный труп, то будет развод! А я не хочу развода! Я не хочу потерять мужа! — голос пошёл на спад, парень глубоко вздохнул и резко выдохнул, — Я бы рад тебе помочь, но я не хочу его потерять. Я правда очень люблю Тица.

— Скуало, он тебя...

—Что Скуало?! Иди ты нахер, Миста! Довольно! Что бы ты ни сказал, я люблю своего грёбаного мужа! Сечёшь?! — он опять срывается на крик, — Он вернётся с работы уже через час... Ты хотел, вроде бы, куда-то позвонить? Так звони и выметайся нахер из моего дома! — и указывает пальцем на дверь.

***

Серебристый Порше мчится к несчастному дому с невероятной скоростью и резко останавливается буквально на волосок от него. Звук от тормозов разносится по всей улице, оповещая о прибывшем госте. Он выходит из машины и быстро подходит к месту назначения, после чего жмёт за дверной звонок в ожидании. Скуало так же быстро подходит к двери и отпирает её.

— Вы Скуало, верно? — обратился к хозяину дома светлой внешности мужчина. Он был одет в потрясающий костюм, который как влитой сидел на нём, пах хорошим парфюмом, его блондинистые волосы были аккуратно уложены на бок, и только холодные голубые глаза выдавали в нём человека, связанного не с аристократией, а с мафией, — Зовите меня Прошутто. Решаю проблемы, — он протянул руку собеседнику в знак приветствия.

— Класс, у нас как раз есть одна, — он в ответ протянул свою и пожал.

— Слышал. Я могу войти?

— Да, конечно, — Скуало жестом указал мужчине на зал, где находились два гангстера-недотёпы. Он проходит туда и видит ту же самую картину, которую сутра увидел друг Мисты: парень и девушка, с ног до головы в пятнах крови, которая отлично выделяется на их белых рубашках.

— Вы, должно быть, Гвидо и Т/И. Не будем терять время. Если я правильно расслышал, сроки жёсткие. У нас есть 40 минут. Будете меня слушать — успеете даже кофе выпить. Не будете — я позволю Скуало и Тициано растерзать вас и оказаться на месте того неудачника в машине. Кстати, я бы взглянул на него.

***

Прошутто подходит к машине и начинает осматривать её, остальные трое стоят поодаль. Транспортное средство всё так же напоминает кровавое побоище, которое начинает подванивать. Салон шевроле больше похож на неудачное творение художника-абстракциониста, но больше всего досталось задним сиденьям и стеклу, там прямо-таки откровенное месиво, которому даже Джек Потрошитель позавидует.

— Что мне следует знать насчёт машины? Она глохнет, дымит, производит много шума, заправлена ли она, может, еще что-нибудь?

— Кроме засратости всё путём, — издал позади голос Гвидо.

— Уверены? Не хочу выехать и узнать, что габариты не работают.

— Мужик, всё путём, насколько я знаю, тачку муха не срала.

— Хорошо. Прежде всего, вы двое, — Прошутто указал рукой в сторону Мисты и Т/И, — Упакуйте тело в багажник. Скуало, — он повернулся обратно к молодому человеку, — Дом явно обжитой. Отсюда я делаю вывод, что в гараже или под раковиной найдутся чистящие средства.

— Да, конечно. Под раковиной.

— Гуд. Я хочу, чтобы вы взяли все эти средства и вычистили салон машины. Причём быстро, в темпе твиста. Начните с заднего сиденья, соберите все ошмётки мозгов и осколки черепа, протрите обивку. Драить не обязательно, есть вам с них не придётся. Просто протрите, чтобы выглядели получше. Лужи крови на полу соберите тряпками, — мужчина, как командир роты, расхаживал по комнате, разъясняя этапы работы, — Так, Скуало, нам придётся реквизировать содержимое вашего бельевого комода. Мне нужны одеяла, пододеяльники, покрывала, ковры. Чем толще и темнее, тем лучше. Белое не подойдёт. Надо задрапировать салон. Накроем сиденья и пол одеялами с простынями. Если копы остановят машину и начнут осматривать, от этого маскарада проку будет мало. Но на первый взгляд машина будет выглядеть как обычно. Скуало, указывайте путь — ребята, за работу, — Прошутто и Скуало поворачиваются, направляясь в спальню, а Т/И и Гвидо остаются на месте.

***

— Никогда не прощу тебе этого, — Гвидо и Т/И внутри машины, драют её. Т/И на переднем сиденье, она моет окна, а Гвидо сзади, он собирает осколки черепа и кусочки мозга. Они оба снова в крови с ног до головы.

— Ты слышал изречение, что стоит человеку признать свою ошибку и любой прокол ему прощается?

— Не гадь мне в душу и иди в жопу со своей философией! Тот козёл, что это придумал, никогда не собирал ошмётки мозгов по милости твоей тупой башки и рук из жопы.

— Всему есть предел, Миста, и моему терпению тоже. Ты подошёл к самому краю. Я гоночная машина, и ты уже разогнал меня так, что спидометр зашкаливает. Мотор докрасна раскалился. А ты все продолжаешь жать на газ. Может быть взрыв, улавливаешь?

— Ах, так это ты можешь взорваться? — парень выпрямил спину и напрягся, — Ты на меня посмотри, я уже весь дымлюсь, как ядерный гриб, мать твою! Каждый раз, как мои пальцы чувствуют раздавленные мозги, я становлюсь «Суперфлаем ТНТ*», я «Пушки острова Наварон*»! Да и хренли я горбачусь сзади? Это ты должна здесь трахаться, собирая мозги! Всё, меняемся. Я мою окна, а ты сиденье от кусочков головы этого ублюдка.

***

Салон машины убран и задрапирован простынями с одеялами. Хотите верьте, хотите нет, но то, что походило на лавку мясника, теперь вполне может сойти за обыкновенный автомобиль. Прошутто обходит машину со всех сторон. Т/И и Гвидо стоят в сторонке, их одежда превратилась в кровавое месиво, ещё большее, чем было изначально, но на их лицах — чувство гордости за отлично выполненную работу.

— Отличная работа, дамы и господа. Может и обойдётся.

— Не верится, что это та же тачка, — Скуало с неподдельным удивлением следом осмотрел салон.

— Нет-нет, не начинайте сосать друг другу члены, рано. Машина почищена, приступаем к фазе два — мытью вас, — блондин пальцевым жестом указал всем идти за ним на задний двор.

***

— Раздевайтесь, — у Прошутто в руках садовый шланг, а Скуало держит пластиковый пакет для мусора, — До голых задниц.

— Это, между прочим, домогательство, — выпалила в праведном гневе Т/И, — Я, вообще-то, девушка, а вас тут трое мужиков. Хотите посмотреть на сиськи — идите в ближайший стрипушник.

— Ты представляешь себе, как вы двое сейчас выглядите?

— И как же?

— Как пара ребят, которая только что снесла кому-то башку. Снимайте свои тряпки, это абсолютно необходимо, — они повинуются, Прошутто не может сдержать улыбки, — Живее, у нас осталось минут пятнадцать до появления прекрасной половины Скуало.

— Дьявол, утро сегодня с холодком, — не особо довольно добавил Миста, снимая с себя штаны.

— Как бы я вам ни была благодарна за вашу помощь, — Т/И прожигала взглядом Прошутто, пока снимала с себя бюстгальтер, — а такое вам не прощу. Нет бы просто дать воспользоваться душем.

— Меньше пререканий — больше дела. А если ты волнуешься насчёт своего тела, то я видел достаточно женщин, и меня ты вряд ли сможешь чем-то удивить, — он склонил голову на бок в надменном жесте.

— Если бы проблема была в вас, — добавила девушка себе под нос, искоса смотря на Мисту, который явно проявлял интерес к её телу и не скрывал этого. Она вслед за ним скинула свою одежду в пластиковый мешок, который Скуало любезно поднёс, после чего протянул каждому кусок мыла. Сама же Т/И встала в максимально закрытую позу, сложив руки на груди и перекрестив ноги, пока напарник без всякого стеснения свободно стоял.

— Итак, дамы и господа, я почему-то не сомневаюсь, что вы уже бывали в местах не столь отдалённых, поэтому... Начали!

Прошутто нажимает рычаг на шланге и вода мощной струёй бьёт в сторону нагих гангстеров. Содрогаясь от холода, они натирают себя мылом. На фоне агрессивных восклицаний по поводу низкой температуры с одной стороны слышится хихиканье с другой стороны. Скуало и Прошутто посмеиваются над парочкой неудачников и всячески издеваются над ними, заливая их водой, где только можно, и вставляя различные шуточки. Когда красный цвет потока воды, стекающего с тел, исчезает, Прошутто выключает шланг и бросает его на землю. Скуало бросает полотенца, пара ожесточённо растирается.

— По-моему, вы уже сухие, можно одеваться, — с надменной улыбкой произносит блондин.

***

— Пха-ха-ха! Великолепно! — Прошутто, не скрывая смеха, рассматривает своё творение: в футболках и купальных трусах они ни в малейшей степени не напоминают тех крутых гангстеров в чёрных костюмах, которые были тут раньше, — Идеально! На кого они похожи, Скуало?

— На дебилов. Они похожи на пару дебилов, — Скуало так же смеялся с вида друга и его спутницы, — После такого они просто обязаны пожениться, ничто так не сближает двух людей.

— Ха-ха-ха, остряк. Ты, наверное, с Тициано так же расписался? — передразнивал его Миста.

— Живее, господа и дамы, за смешками дождёмся тюряги. Мусор с собой, — Прошутто и Скуало развернулись и пошли в сторону гаража.

Пакет с кровавой одеждой брошен в багажник машины поверх трупа Марвина, мужчина захлопывает крышку багажа.

— Итак, договоримся о дальнейшем. Мы едем на автокладбище «монстра Джо». Сам Джо и его дочь Ракель отнеслись с пониманием к нашей проблеме. Это Северный Голливуд, поедем окольным путём. В порченой машине поеду я. Миста со мной. Т/И следом в моем Порше. Если нас кто-то стопанёт, никто и пальцем не должен шевелить, пока я не разберусь с ситуацией, ясно?

***

— Дело сделано? — вопросительно поднимает бровь Гвидо.

— Как будто ничего и не было, — сообщает подошедший Прошутто, держа за талию девушку, — Мы с леди едем завтракать. Хотел бы вас подбросить, но звёзды и ретроградный Меркурий подсказывают мне, что поедете вы на такси. Всего хорошего, не ищите себе приключения, — он разворачивается, чтобы уйти, после чего окончательно исчезает из поля зрения на своей машине, оставляя парочку в одиночестве.

***

Читатель/Формаджо — Джулс Уиннфилд /Винсент Вега, «Ограбление (обе части)»

***

Утренняя забегаловка, залитая лучами солнца и запахом дешёвой еды. Повара-мексиканцы трудятся, если так можно выразиться, на кухне, по залу ходят официантки в платьях с фартуками, они разносят еду и разливают напитки. Т/И и Формаджо сидят за столом в кабинке. Перед парнем большая тарелка блинчиков и бекона, которые он поглощает с явным наслаждением. Т/И, наоборот, не взяла ничего, кроме чашки кофе с пончиком. Её мысли, судя по взгляду и туману в глазах, где-то далеко отсюда. Проходящая мимо официантка доливает кофе в чашки обоих. Вокруг больше людей, чем, казалось, должно быть в такое время. Но общий шумовой фон не сильно давил на слух, и услышать речь соседа можно было без проблем.

— Ну и народу здесь, — возмутился рыжий, разрезая блинчик, — Будешь бекон?

— Я не ем свинину.

— Ты еврейка? — он удивлённо поднял глаза, не веря в собственные слова.

— Нет, просто не люблю поросятину, — Т/И отпивает кофе из кружки, — Свиньи — грязные животные, а я не ем грязных животных.

— Но... Бекон это вкусно... Отбивные тоже вкусно... — слова и взгляд Формаджо отдавали болью и непониманием.

— Канализационная крыса, может быть, на вкус как цыплёнок. Я этого не знаю и никогда не узнаю, потому что лучше умру, чем стану жрать эту грязную тварь. Свиньи спят и размножаются в собственном дерьме. Они грязные животные. Я не хочу есть мясо существа, которое настолько тупо, что не испытывает отвращения к собственным испражнениям.

— А собаки? Они едят какашки, — абсолютно беззаботным тоном задал вопрос.

— Я же не ем собак, — девушка вопросительно изогнула бровь.

— Ты считаешь собаку грязным животным? — Формаджо ещё выше вскинул брови.

— Я бы не стала называть собаку грязным животным, хотя её и чистым не назовешь. Но собака – личность, а это мне важно.

—То есть, из твоих слов можно заключить, что если бы у свинки была личность, она перестала бы быть грязным животным?

— Свинья тогда должна быть в 10 раз симпатичней Бейба9, — они оба рассмеялись, а задумчивость на лице Т/И, наконец, начала исчезать, чему парень был безусловно рад.

— Ну, слава яйцам. Хоть немного улыбнулась. А то сидишь вся такая серьёзная и молчишь, — он поднялся с места, совершив реверанс, — Я отойду, миледи, природа-мать зовёт посрать.

— Мог бы и не раскрывать все карты, придурок! — девушка вновь захихикала, — А реверанс совершают, между прочим, только девушки! — крикнула она вдогонку другу.

Т/И, сидя в одиночестве, продолжала медленно попивать свой кофе, есть пончик и думать о высоком. Взгляд женских глаз снова накрыла пелена, разделяющая с реальностью, мысли вновь возвысились куда-то вдаль. Она вздыхает и медленно откусывает кусочек от своего десерта, смакуя, как вдруг...

— Всем сохранять спокойствие, это ограбление! — пара, мужчина и женщина, вскакивают со своих мест, размахивая пистолетами в руках в разные стороны. Мужчина вскочил прямо на диван, где до этого сидел, а девушка быстро и дёргано начала перемещаться по заведению, раскидывая по нему угрозы, — Эй вы там, на кухне, мексиканцы, а ну все сюда! Живо!

— Пусть хоть какой-то пидор пошевелится — всем башку снесу, уроды, сука, твою мать! Ясно?! — дама, словно бесконтрольно, выкрикивает иногда совершенно не согласованные между собой фразы, словно хочет казаться страшнее, чем есть, — Эй тебя не видно! Бери своих баб и вали в тот угол! Считаю до 10!

Т/И смотрит, не веря в то, что это происходит с ней. Посетители вокруг кричат, кто-то даже истерит. Вокруг хаос, слышен звон разбитой посуды. Под столом её рука вынимает свой 45-й автоматический. Она тихо и медленно взводит курок. Она смотрит на это всё в молчании, рука изо всех сил сжимает оружие под столом.

— Так, животные, — парень-грабитель начал раскрывать чёрный мешок для мусора, — я соберу бумажники. Рта не раскрывать! Кидайте их в пакет, всем ясно? Достали кошельки!

Он проходит по залу, собирая кошельки. Т/И сидит с пистолетом в руке, готовая в любой момент выдернуть его из-под стола. Не подавая виду, стараясь не вызывать никаких подозрений, она достаёт свободной рукой свой кошелёк и поднимает его вверх, подавая грабителям сигнал, чтобы те подошли к ней. Мужчина замечает это и подходит. По сравнению с остальными, с Т/И он ведёт себя более вежливо, он без крика просит кинуть своё добро в пакет, медленно подавая его. Девушка послушно выполняет указание, не спуская глаз с фигуры грабителя. Всего лишь на мгновение он теряет бдительность, переводя взгляд на свою женщину, но этого времени хватает, чтобы опытный гангстер в лице молодой девушки молниеносным движением успел схватить того за руку, обезоружить, оттащить к себе и прижать свой ствол к его голове.

— ОТПУСТИ ЕГО! ОТПУСТИ ЕГО! ОТПУСТИ! А ТО СДОХНЕШЬ! — начала психовать женщина, — Я ПРОСТРЕЛЮ ТЕБЕ ЖОПУ! Я СПУЩУ В ТЕБЯ ВСЮ ОБОЙМУ!

— Скажи ей, чтобы она заткнулась! — приказывает мужчине Т/И, — Скажи «Уймись, сучка»! Скажи ей, чтобы она засохла! Заткни свою подстилку!

— Уймись, милая! Успокойся! Спокойно, зайка! — начал тот успокаивать истеричку, — Всё обойдётся! Слово даю!

— Как её зовут?

— Йоланда, — трясущимся голосом ответил пленник.

— Не смей калечить его! — всё не успокаивалась женщина.

— Никто никого калечить не будет! Мы будем как 3 маленьких снеговика! А какой снеговик на ощупь, м, Йоланда? — с каждым предложением тон Т/И становился всё выше.

— Х-холодный? — уже не таким уверенным тоном ответил второй грабитель.

— Да, в самую точку. Вот и мы будем такими. Хладнокровными. Теперь я считаю до трёх. Насчёт три, — гангстер смотрит на мужчину, — приятель, хочу, чтобы ты отпустил пистолет, положил ладони на стол и сел на задницу. Но делать это ты должен медленно и спокойно. Готов?

— Тронешь его – сдохнешь! — уже совсем неуверенно произнесла Йоланда.

— Вот такая у нас тут ситуация. Я этого не хочу, и ты этого не хочешь, и твой дружок здесь тоже этого не хочет. Так что давайте подумаем, что можно сделать, — девушка вновь обращает взгляд на мужчину, уверенно держа пистолет напротив его лица, — Вот такая ситуация. В обычное время вы двое были бы уже мертвы, как жареные цыплята. Но вы затеяли свои игры в тот момент, когда у меня переходный период. Я не хочу вас убивать, я хочу вам помочь.

— Что тут происходит, а? — из туалета, аки джин из лампы, выползает Формаджо, направляя пистолет на Йоланду, она в ответ направляет свой на Формаджо и паникует.

— Спокойно, Формаджо! Спокойно! Все под контролем. Уйди в тень и не дёргайся. Я хочу, чтобы ты стоял спокойно и ничего не делал, если только это не будет совершенно необходимым, — Т/И машет женщине рукой, — Йоланда, ты моя спокойная девочка, ничего не изменилось. Мы по-прежнему просто разговариваем.

— Ну, смотри. Я не пощажу никого, даже эту девку, если она причинит тебе вред, — обычно меланхоличный и не особо серьёзный рыжий парень резко стал собранным и вызывал впечатление реального бандита.

— Я благодарна тебе, друг, но сейчас надо беспокоиться далеко не обо мне. Йоланда, ты как, детка?

— Я... Я хочу писать. И домой, — её голос дрожал, руки дрожали, а глаза выражали полную потерянность.

— Подожди еще немного, бейба, ты отлично держишься, твой друг тобой гордится, и я тоже. Скоро все закончится. А сейчас я хочу, чтобы ты, — Т/И указывает пистолетом на мужчину, — залез в этот мешок и нашел там мой бумажник. Чёрный, кожаный.

Грабитель послушно выполняет поручение. Искать долго не пришлось, он был сверху, так как Т/И последняя кидала что-то в мусорный мешок.

— Вот он, мой хороший. Теперь открывай его и вынимай деньги. Там около полутора тысяч. Положи их себе в карман. Они твои. Итак, если прибавить кассу и другие бумажники, то получается совсем неплохой улов, а?

— Т/И, если ты отдашь этому недоноску полторы тысячи баксов, я замочу его просто из принципа, — Формаджо не особо был доволен тем, что вытворяла его подруга. Он считал, что просто замочить двух идиотов было бы куда проще, чем вот так выёживаться.

— Ни хрена ты не сделаешь, успокойся и заткнись. Кроме того, я не отдаю ему деньги. Я кое-что на них покупаю. Ты хочешь знать, что я покупаю, приятель? — он кивнул, — Твою жизнь. Я даю тебе эти деньги, чтобы мне не нужно было убивать тебя. Я сегодня весь день думала о высоком, о боге, о праведничестве и о чуде. И вот теперь я думаю, это может означать, что ты — злобный, а я — праведник. А мой 45-й, он пастырь, защищающий меня, праведника, в долине тьмы. Или, может быть, ты праведник, а я пастырь, и этот мир злобный и нечестивый. Мне такой вариант нравится. Но всё это неправда. А правда состоит в том, что ты — слабый. А я — беззаконие злобных. Но я стараюсь. Я изо всех сил стараюсь стать пастырем.

Т/И опускает пистолет и кладёт его на стол. Мужчина смотрит на неё, на деньги у себя в руках, затем на Йоланду. Она смотрит на него, вся трясётся, то ли от страха, то ли от бессилия после речей Т/И. Однако бездействие длилось недолго, схватив пакет, полный бумажников, они выбегают из дверей.

Т/И, которая так и не встала со своего места за всё это время, отхлёбывает кофе. «Остыл» — пронеслось в мыслях. Она отодвигает чашку в сторону и смотрит на Формаджо, подходящего к ней.

— Вот это ты выдала, подруга. Уж от кого, а от тебя я такого не ожидал. Но хватит восхищений, думаю, нам с тобой пора.

— Хорошая мысль, — Формаджо бросает немного денег на стол и протягивает руку девушке. И затем, к удивлению посетителей, официанток, поваров, уборщиков и менеджера, двое крутых ребят — с выпирающими из-под одежды пистолетами 45 калибра — выходят из кафе, не сказав ни слова.

***

Читатель/Наранча Гирга, Дьяволо, Джелато, Сорбет — Бутч/Фабиан, Марселлас Уоллес, Зед, Мейнард, «Золотые часы»

Все, кто читал 7 часть, знают, что тут должен быть Валентайн, но это слишком очевидная отсылка, поэтому я решила его не добавлять.

***

Комната дешёвого мотеля заполнена собранными впопыхах вещами, в ней царит бардак и хаос. Тишину нарушает лишь грохот воды из ванной. Наранча стоит посреди влажной комнаты в белом махровом халате и вытирает волосы, кажется, будто брюнет вот-вот в нём утонет. За ним, непосредственно в душе, стоит Т/И. Через запотевшее стекло душевой кабины отлично видны очертания её точёного в боях тела со шрамами и мозолями. Помещение просто переполнено паром и звуком от горячей воды.

— Кажется, я сломала ребро, — Т/И перекрывает воду и приоткрывает дверцу душа, высовывая голову наружу.

— Когда языком работала? — Наранча игриво посматривает в её сторону через мокрые волосы.

— Нет, тормоз, когда дралась.

— Эй, не называй меня тормозом!

— Менья завут Нарансья, менья завут Нарансья! — девушка передразнивает возлюбленного, парадируя акцент его родного языка. Тот начинает не на шутку беситься.

— Хватит, — девушка за стеклянными стенами продолжает искажать голос и слова, — Перестань, — всё тот же голос, все те же слова, всё тот же акцент, — Заткнись, идиотка! Ненавижу этот дебильный голос!

— Ладно-ладно, извини, виновата. Больше не буду. Передай, пожалуйста, сухое полотенце, мистер Апельсин.

— О, это мне уже больше нравится. Можешь звать меня так, — Наранча замотал волосы в полотенце и потянулся рукой к другому, висящему на дверце, чтобы передать его Т/И, — Апельсин звучит куда лучше дебила.

— Я не называла тебя дебилом, — девушка усмехнулась, взяла из его рук полотенце и вышла из душевой кабинки, — Я назвала тормозом. И извинилась.

***

— Знаешь, что я хочу на завтрак? — Наранча валяется на кровати, влюблено смотря в сторону одевающейся Т/И. На нём была одна лишь висящая белая футболка и нижнее бельё.

— Что, апельсинчик? — девушка перебирала чемодан в поисках подходящей одежды.

— Я себе закажу большую порцию черничных блинчиков с кленовым сиропом, яичницу-глазунью и пять сосисок! — парень мечтательно тянет руки вверх, уже представляя потрясающий завтрак у себя перед глазами.

— Чем будешь запивать?

— Запить... Большой стакан апельсинового сока и чёрный кофе, а потом возьму кусок пирога, — парень продолжает окидывать всё вокруг мечтательным взглядом.

— Пирог на завтрак? — Т/И то ли наигранно, то ли на самом деле удивляется выбору и аппетиту своего маленького обжоры.

— Для пирога подходит любое время дня. Пирог с черникой, как раз к блинчикам, а сверху немного расплавленного сы...

— Где мои часы? — перебивает его девушка и с тревогой смотрит в сторону Наранчи.

— В вещах, — Наранча отвечает с лёгкой неуверенностью в голосе.

— Нет, здесь нет, — Т/И продолжает искать, шмоная чемодан сверху донизу.

— Ты посмотрела?

— Да, мать твою, я посмотрела! Какого хрена я, по-твоему, делала сейчас?! — Т/И начинает выкидывать вещи из чемодана во все стороны, усугубляя и так имеющийся беспорядок, — Их здесь нет...

— Должны быть... На тумбочке у кровати были... — слёзы постепенно начинают наворачиваться на большие фиолетовые глаза.

— Да, должны быть, но их тут нет! — девушка психует, берёт пустой чемодан и выкидывает его в центр комнаты. Голос постепенно повышается, переходя в крик, а ситуация вокруг накаляется, — Где мои часы?! — Т/И медленно подходит в сторону кровати, где лежит молодой человек, который смотрит на неё, чуть ли не плача, — Наранча, это часы моего отца. Ты хоть понимаешь, через что мой отец прошёл, чтобы сохранить для меня эти часы?! Я сейчас не хочу об этом рассказывать, но это было страшно... Всё это дерьмо в чемодане — гори оно огнём, но я особо напомнила тебе — не забыть часы моего отца. Ну, думай — ты взял их или нет?

— Кажется, да... — брюнет уже был готов реветь, от кома в горле его голос дрожал.

— Кажется?! Что это за херня?! Либо взял, либо они остались! Ты, блять, взял их или нет?! — девушка вне себя от ярости и крепко сжимает кулаки. Наранча, уже не сдерживая слёз, смог только помотать головой из стороны в сторону, сознаваясь, что всё-таки он забыл и не взял те самые часы.

Комната стала заполнена криком Т/И, матерной бранью и оскорблениями в сторону парня. От злости та начинает крушить крохотный номер дешёвого мотеля, раскидывая вещи, мебель и технику. Обстановка вокруг напоминает военную, словно тут до этого побывала целая армия с налётом и мародёрами, перерывая всё вокруг, как псы в поисках еды. Перевёрнутый стол напоминал противотанкового ежа, раскиданные вещи ошмётки тел, а разбитый телевизор взорванную мину. Только забитый в угол и рыдающий от страха и обиды Наранча подавал во всей этой мрачной обстановке признаки жизни.

— Ты не причём... Если оставил, то это не твоя вина, — Т/И перевела дыхание и начала постепенно успокаиваться, — Я не объяснила всю важность этих часов. Ты же не телепат. Тебе и так пришлось собирать целую кучу вещей.

— Прости меня, — полным сожаления голосом попросил молодой человек. Ему действительно искренне было жаль, что он, дурачок, забыл про столь важную для его партнёра вещь. Он уже был готов сам назвать себя тормозом, лишь бы Т/И его простила.

— Я не смогу с тобой позавтракать, — девушка поспешно надевала первую попавшуюся одежду. Потрёпанная кожаная куртка, белая футболка и более-менее чистые джинсы, — Мне придётся вернуться и забрать часы. Если меня там ждут, а меня наверняка ждут, и мне их не одолеть, то я сбегу. Вот деньги, — она небрежно кинула в сторону пачку мелких, помятых купюр, — купи себе блинчики, возьму твою машину. Я скоро вернусь. Пока.

***

Т/и, довольная тем, что она практически без происшествий забрала так дорогие сердцу и душе отцовские часы, с неким самодовольством направляется обратно в сторону мотеля. Из магнитолы старой белой хонды доносятся какие-то песенки из вездесущих 50-х с подобающим хором, но, на удивление, это не портит настроение, а даже наоборот. Дева тихо под нос напевает текст, бурно радуясь в душе, что план удался. Даже жестоко расстрелянный из собственного автомата пару минут назад гангстер не испортил настрой, наоборот, она ещё больше самоутвердилась.

«Так им и надо, Т/И. Опять недооценили меня, имбецилы» — проносится в голове с улыбкой на лице.

Ветер из открытых окон обдувал лицо, ритмичные мотивы отбивались пальцами по рулю, а отблеск золотых часов иногда попадал в глаза. До мотеля оставались считанные метры. Нужно всего лишь прожить здесь, в этом грязном городе, ещё пару часов и начнётся новая, полная удовольствия, беззаботности и денег жизнь.

Красный свет светофора заставил остановиться хонду. Т/И всё так же напевала что-то под нос, мотая головой туда-сюда в ожидании обратного цвета. Пешеходы медленно скитались по окружающим улицам: кто-то просто стоял, кто-то шёл рядом, а кто-то переходил дорогу. Постойте...

Высокая, мощная фигура остановилась на полпути до другой стороны дороги и встала прямо напротив машины. Длинные розовые волосы в крапинку, прожигающие душу насквозь зелёные глаза и острые черты лица... Случайный взгляд пешехода пересёкся с взглядом водителя. На его точёном лице сразу же появляется недоумение, когда тот понимает, кто сидит в машине. Т/И в момент потеряла всё своё самодовольство, словно играла с мужчиной в гляделки. Это же сам большой босс, Дьяволо... А ведь день так хорошо начинался. Что он тут забыл?

— Мать твою, — всё, что успел сказать только что появившийся персонаж перед тем, как его в момент сбили. Т/И жмёт педаль газа в пол, несмотря на потерянное самодовольство, она не растеряла своей решимости и уверенности. Однажды спортсменка уже сбежала от Дьяволо, значит, сбежит ещё раз.

Девушка несётся в гущу встречного движения. Не успевает она совершить попытку побега, как тут же проезжающая на разрешённый сигнал светофора машина сбивает уже её. Все стёкла в хонде вылетают и её выносит на тротуар. Из носа течёт кровь, Т/И, совершенно потерянная, неподвижно сидит посреди кучи металлолома, которая только что была машиной Наранчи. Из чудом уцелевшего магнитофона продолжает играть музыка. Кому-то пора начинать верить в карму.

***

— Господи, вы живы? — Дьяволо постепенно приходит в сознание среди толпы зевак, которые пытаются оказать ему первую помощь. Мужчина медленно открывает глаза и предпринимает попытки встать на ноги, однако железный удар не обошёлся без последствий. Ноги еле-еле держат массивное тело, — Если вам понадобится свидетель, я буду рад помочь. Он просто ненормальный алкаш. Он сбил вас и врезался в ту машину — человек указывает пальцем на место, где откисала Т/И.

— Чтоб я сдох, — мужчина вытаскивает автоматический пистолет, и зеваки тут же бросаются прочь в ужасе. Он идёт по направлению к Т/И, дева видит чудовищную фигуру, которая, шатаясь и хромая, приближается к ней. Дьяволо стреляет в виновницу всего творящегося сейчас хаоса, но он настолько потрясён и ошеломлён ударом, что не в состоянии прицелиться, ноги предательски скользят по асфальту как по льду.

Одна из пуль попадает в бедро женщины, та падает на землю с ужасным криком, что её подстрелил зеленоглазый бандит, и просит помощи. Т/И этого вполне достаточно, чтобы обратиться в бегство, она бежит изо всех сил, припадая на одну ногу. Дьяволо бежит за ней, толпа бросается врассыпную, никто не хочет быть подстреленным. Гигант подпольного мира сопит и кряхтит, точно также шатаясь и прихрамывая, но не прекращая преследования.

Девушка перебегает улицу прямо перед едущими машинами и вбегает в заведение, знак над которым гласил, что это ломбард. За прилавком стоит неприветливый на вид парень с чёрными волосами и такими же глазами, который явно шокирован внешним видом Т/И. Не перестающая идти у неё из носа кровь запачкала всю одежду и попадала даже на окружающие предметы. По стекающим на пол каплям несложно вычислить, куда именно убежал недоделанный Шумахер.

— Чем тебе помочь? — не особо располагающе спросил хозяин лавки.

— Заткни пасть! — Т/И быстро оценивает ситуацию и встаёт рядом с дверью в ожидании врага.

— Так, блять, а ну пого... — но прежде чем молодой человек успевает закончить свою угрозу, Дьяволо распахивает дверь. Как только он появляется в дверном проёме, Т/И с силой бьёт его кулаком в лицо. У гангстера подкашиваются и так кривые ноги, он опрокидывается на спину и распластывается на полу, не в силах дать отпор.

— Что, тварь, тебе больно?! Это тебя ебёт твоя гордость, чувствуешь?! — Девушка наклоняется над поверженным врагом и ещё несколько раз между фразами ударяет его по лицу, после чего поднимает пистолет большого босса, оттягивает курок, прислоняет его дулом к шее, а ладонь свободной руки помещает за пистолетом, чтобы заслониться от брызг, — Да, кому-то точно не жить. Кому-то сейчас отстрелят долбаную тыкву!

— А ну-ка позатыкали пиздаки! — Т/И и Дьяволо смотрят на парня, в руках у которого помповое ружьё, направленное в их сторону. Эти двое действительно вмиг заткнулись.

— Парень, слушай, это уже не твои дела, не лезь...

— Теперь, мои! Выкинула пукалку! — Т/И пыталась ещё сказать что-то против, но крик парня выбил её из и так шаткого равновесия, — Быстро, блять!

Т/И пришлось подчиниться, перспектива быть застреленной при подобных обстоятельствах не очень радовала. Ей пришлось убрать руку и прицел с Дьяволо, который пластом лежит на полу и практически не подаёт признаков жизни, кроме судорожного дыхания. Она пыталась объяснить парню, которого, судя по бейджу, зовут Сорбет, что тип на полу пытался убить её, но слова не взыграли никакого эффекта, тот лишь продолжал гнуть свою линию и орать звенящим голосом. Девушка всё ближе и ближе подходила к прилавку по требованию стрелка, пока тот не оглушил её прикладом ружья. Вслед за Дьяволо на пол полетела и Т/И.

Вырубив безуспешного убийцу, Сорбет взял в руки телефон и начал кому-то звонить. Зеленоглазый дьявол, лёжа на полу, смотрит тяжёлым взглядом, как владелец ломбарда набирает номер. На другом конце провода снимают трубку, абонент отозвался на имя Джелато. После этого Дьяволо вырубается вслед за Т/И.

***

Сорбет подходит к Т/И и Дьяволо с огнетушителем и поливает их из него, пока они, мокрые до нитки, не приходят в себя. Поток холодной воды заставляет брата и сестру по несчастью быстро очнуться. Каждый из них с ужасом осознаёт, что он сидит, привязанный к стулу. Голову опоясывают ремни, к ним прилеплён красный кляп, вставленный в рот. Оба пленника смотрят на того, кто их пленил. Сорбет стоит перед ними, в одной руке огнетушитель, в другой — ружье, за поясом — пистолет Дьяволо.

Сорбет парень некрупный, но смог обставить профессионального бойца бокса и босса подпольного бизнеса. При других обстоятельствах черноглазого паренька можно было бы спокойно нагнуть, особо не прилагая усилий, но обстоятельства решили нагнуть что одного, что другого.

— Вы и понятия не имеете о здешних порядках. Убивать тут позволено только мне и Джелато, — речь прерывает звонок в дверь, — А вот и он. Вам пиздец, сладкая парочка.

Не говоря больше ни слова, Сорбет поднимается по лестнице и исчезает за лестничным проёмом. С той стороны слышно, как он впускает Джелато в ломбард, они о чём-то переговариваются, но снизу не разобрать. Т/И и Дьяволо озираются по сторонам, оценивая обстановку. Подвал ломбарда превращён в садомазохистский застенок. Сквозь слабый свет старых ламп можно увидеть, что на всех поверхностях разложена БДСМ атрибутика и девайсы: ремни, ошейники, поводки, цепи, портупеи, флоггеры, и всё остальное, что только может придти в голову. Осознав своё положение, они смотрят друг на друга: взаимная ненависть исчезла, уступив место ужасу перед тем, что их ожидает.

Парни-насильники спустились и предстали перед взглядами своих пленников. Джелато — ещё более усиленная версия Сорбета, если так можно сказать. От него за версту веет безумием и маниакальной извращённостью. Одного взгляда его глаз достаточно, чтобы спину прошиб холодный пот. Эти двое явно братья, как минимум по разуму. Если Сорбета можно сравнить со злобным питбулем, то Джелато — смертоносная кобра. Последний подходит к пленникам, долго и пристально смотрит на них, потом, обращаясь к Сорбету, говорит:

— Ты вроде сказал, что ждёшь меня? Так какого хрена они уже избиты? — извращенец изогнул одну бровь.

— Они замесили друг друга, ввалились в драке. Эта, — указывает пальцем на Т/И, — хотела пристрелить этого, — перевёл палец на Дьяволо.

—Неужели? — Джелато кивает в сторону девушки, — Ты хотела пристрелить его? М? Неужели из него так себе любовничек? Или он тебе изменил? — ответа, как ожидалось, не последовало, — Ничего, что я припарковался у входа?

— Не, ничего, — парень уступает место своему товарищу.

— Хорошо-хорошо. Я думаю, что тебе следует вывести сюда нашего мальчика. Иди, буди его.

Сорбет уходит из зоны видимости куда-то за спину. Сначала слышится шум открывания двери, а потом, чуть дальше, тяжёлого, старого люка и скрежет металла. Сорбет опускает руку в проем и вытаскивает поводок, дёргает за него и из подземелья появляется Верёвка — человек, с ног до головы затянутый в чёрный кожаный садомазохистский костюм.

После побудительного обращения «Пошёл!» вместо одной пары шагов слышится две. Джелато берёт стул, ставит его перед пленниками, потом садится. Сорбет протягивает поводок Верёвки другу, затем отходит назад. «Сидеть» — и человек в маске садится на колени около одного из своих хозяев. Второй садист изучает взглядом пленников.

— Ну и кто будет первым?

— Ещё не знаю, — он мерзко облизнул губы, смотря на людей перед собой.

Выставив палец, Джелато начинает беззвучно произносить считалку, всё это время его палец перемещается с одного пленника на другого. Т/И и Дьяволо в ужасе ожидают своей участи, моля фортуну, чтобы участь была чужая. Взгляд Сорбета переходит с одной из жертв на другую, то же самое происходит с глазами Верёвки в отверстиях маски. Джелато продолжает считалку в тишине, замедляя палец, который двигается слева направо и обратно, затем в итоге останавливается на...

— Похоже, тебе водить, — обращается кобра к дьяволу. Тот начинает агрессивно мычать, проклиная всё на свете. Слов, конечно, не разобрать, но взгляд всё говорит за себя. Зелёные глаза прожигали в бледном теле дыру, а руки пытаются выбраться и кожаных оков, несмотря на всю очевидную тщетность. В голове Дьяволо предстали самые ужасные картины ближайшего будущего.

— Ну что, прямо здесь? — Джелато игриво смотрит в сторону товарища, уже фантазируя о предстоящем акте.

— Лучше в другой комнате.

Джелато подходит сзади к вытянувшему несчастный жребий мужчине, хватает за спинку стула и тянет назад, укрывая от лишних глаз. Он продолжает возмущаться и с надеждой смотрит в сторону Т/И, оставшейся пока что нетронутой, и принимая в мыслях самый худший исход ситуации. После он исчезает, оставив от себя лишь тонкий запах нервного пота, смешанный с горьким парфюмом.

Сорбет приказывает Верёвке встать и прикрепляет поводок к крюку, торчащему с потолка. Так же он приказывает ему сторожить оставшегося пленника, чтобы тот не дай боже не сбежал и уходит вслед за Джелато с Дьяволо. Дверь с громким грохотом закрывается.

Из-за двери слышится музыка, смех и причитания о большом боссе, а так же его стоны. Т/И в панике пытается освободиться, пока безумные глаза, обёрнутые в кожу, смотрят на неё, а из-под маски раздаются громкие смешки. Ситуация явно не на стороне девушки, но она не собирается сдаваться и терпеть происходящее. История с отцом и часами научила её бороться до последнего, отстаивать себя и то, что тебе дорого.

Т/И прекращает попытки разорвать верёвки, вместо этого она слегка приподнимается и, внезапно, легко разламывает стул на части, как будто его детали не были скреплены между собой. Человек в коже видит всё это, его глаза округляются, он начинает орать и пытаться звать на помощь, но испускает только сдавленные стоны и кряхтенье в силу своего одеяния. Т/И освобождается от пут и быстро наносит мазохисту удар в лицо, тот теряет сознание и падает на колени, его тело виснет на поводке, прикрепленном к крюку. Девушка снимает с головы кляп и тихо выходит через лестницу наверх в ломбард.

***

Т/И движется к двери. На прилавке — большая связка ключей на брелоке в форме большой буквы М. Схватив их, она уже готова уйти, как вдруг останавливается и прислушивается, представляя себе, что эти психопаты вытворяют с Дьяволо, раз даже он издаёт такие страшные звуки. Девушка решает про себя, что как бы то ни было, она не вправе оставить человека в подобной ситуации и начинает рыскать по ломбарду в поисках оружия, которым можно будет размозжить головы этим извращенцам. Хватает большой, серьезный на вид молоток, но затем кладет его назад, решив, что он недостаточно серьезен. Затем пробует взмахнуть большой тяжелой битой, но, по её мнению, тоже не то. Берёт со стеллажа цепную пилу, затем снова кладёт её на место. И вдруг видит то, что ей нужно — самурайский меч.

Т/И снимает меч со стены и вынимает его из ножен. Это необыкновенное творение рук человеческих сияет в неярком свете окон ломбарда. Она трогает пальцем лезвие, проверяет, вдруг это не настоящее боевое оружие, а лишь имитация, но нет, меч острый как бритва. Он, кажется, создан именно для того, чтобы покарать этих "Братьев Гримм" внизу. Направив оружие острием к низу в стиле самурайских фильмов, Т/И исчезает за красной занавеской, чтобы восстановить справедливость.

Т/И, неслышно ступая, спускается по лестнице, ведущей в застенок. Звуки музыки и возгласы полового возбуждения доносятся из-за закрытой двери. Девушка тихо распахивает дверь, за ней — насильники, поменявшиеся местами. Теперь Джелато склонился над Дьяволо, согнувшимся над деревянным козлом, Сорбет возбуждённо смотрит, они оба повернуты спиной к Т/И, приближающейся с мечом в руке. Гангстер обращает внимание на прибывшую гостью и поднимает на неё обречённый взгляд. Черноволосый, увидев реакцию подневольного на что-то, поворачивается и видит девушку.

Одним мощным скользящим движением она разрубает Сорбета и движется дальше, направив меч на Джелато. Тело пацана трясется, его передняя половина разрублена пополам. Т/И, не спуская глаз с Джелато, втыкает меч в Сорбета, который у неё за спиной, затем вытаскивает свое оружие, направляя его на кобру. Он на трясущихся ногах поспешно отделяется от Дьяволо. Его глаза перескакивают с кончика меча на лежащий совсем близко пистолет босса. Взгляд Т/И перемещается вместе с глазами блондина.

— Хочешь взять пушку? Попробуй. Смелее. Я хочу, чтоб ты взял её, — сзади резко слышится звук перезарядки ружья.

— Отойди, женщина, — Дьяволо, словно восставший из мёртвых, встаёт позади девушки с помповым ружьём Сорбета. Она послушно и медленно отходит с переднего плана, освобождая мужчине вид на оставшегося пока что ещё в живых насильника. Момент — и Дьяволо стреляет в пах Джелато, тот падает, крича и кряхтя от боли. В комнате пахнет порохом.

Зеленоглазый дьявол, глядя на корчащегося от невыносимой боли и истекающего кровью извращенца, передёргивает затвор и из ружья вылетает использованная гильза. Повисло молчание и тягучая тишина.

— Ты... В порядке? — аккуратно, стараясь не разозлить и так перевозбуждённого мужчину, интересуется Т/И.

— Ты решила ещё поиздеваться надо мной, женщина? Я охуеть как не в порядке, — сказал, как отрезал. Снова повисло молчание, только стоны подстреленного разбавляли её.

— И что дальше? Что насчёт нас с тобой? — всё так же аккуратно обращается к нему девушка.

—Больше нет нас с тобой. Мы квиты. Но учти, ни одной живой душе не смей говорить про это. Никому больше это не важно. Дальше — ты уедешь из города. Сейчас. И больше сюда ни ногой. Иначе закатаю в бетон. Идёт?

— Да.

— Катись отсюда. Глаза б мои тебя больше не видели, — он показывает молчаливый жест рукой, поднимая её вверх, прощаясь со своей спасительницей.

***

1 — Фэтс Домино — американский пианист и вокалист, один из родоначальников рок-н-ролла

2 — Роберт Уэстон Смит, известный как Человек-волк Джек, был американским диск-жокеем, действовавшим более 3 десятилетий. Известен своим хриплым голосом, который, по его мнению, способствовал его успеху, когда он сказал: «Мясо и картошка годами оставались на столе для Человека-волка и Женщины-волка.

3 — Чарльз Ха́рдин Хо́лли, известный как Ба́дди Хо́лли — американский певец и автор песен, один из первопроходцев рок-н-ролла. Несмотря на то, что его успех продолжался всего полтора года, критик Брюс Эдер описал его личность как «самую влиятельную созидательную силу в раннем рок-н-ролле».

4 — Дуглас Сирк — немецкий и американский кинорежиссёр датского происхождения, крупнейший мастер голливудской мелодрамы, тонкий стилизатор в духе поп-арта. Наиболее известны «гламурные» техниколоровые мелодрамы с участием Рока Хадсона, поставленные им в 1950-е годы.

5 — «Мартин и Льюис» — американский телевизионный биографический фильм 2002 года, написанный и снятый Джоном Греем и рассказывающий о жизни комедийной команды Мартина и Льюиса.

6 — «Эймос и Энди» — американский комедийный радиосериал, посвящённый двум чернокожим персонажам

7— Super Fly T.N.T. - американский криминальный драматический фильм 1973 года, снятый Роном О'Нилом в главной роли. О'Нил повторяет свою роль Янгблад Прист из фильма 1972 года Super Fly.

8 — «Пушки острова Наварон» — военный кинофильм режиссёра Джей Ли Томпсона, вышедший на экраны в 1961 году. Экранизация одноимённого романа Алистера Маклина. Главные роли исполнили Грегори Пек, Дэвид Нивен и Энтони Куинн.

9 — «Бэйб: Четвероно́гий малы́ш» — семейный фильм 1995 года режиссёра Криса Нунена, написавшего сценарий совместно с Джорджем Миллером по мотивам книги Дика Кинг-Смита The Sheep-Pig.

***

Ух, боже. Переделывать сценарий, который построен по факту на одних диалогах, под книжный вариант задача далеко не из простых. Работа много раз переписывалась, дописывалась, менялась, но мне, наконец, понравился результат.Была ещё идея поставить читателя вместо Винсента во втором акте, а вместо Мии Триш, но мне показалось не особо логичным ставить на место жены босса его дочь с учётом того, что Дьяволо на протяжении всех актов косвенно фигурирует на своём месте.Я надеюсь, что вам понравилась такая адаптация, и она не показалась слишком уж монотонной. Если да, то напишите об этом в комментариях, а если нет, то тоже пишите об этом.У вас есть идеи для кроссоверов? Жду ваших предложений в теме с заказами!

11.231 слово. Вряд ли я побью этот рекорд, но загадывать не буду. Возможно, в будущем я отредактирую ещё разочек эту часть, что-то добавлю, что-то убавлю, а пока уйду на покой.