Бонус

Дни стали протекать так скучно. Не хватало приключений. Каких-то острых ощущений. От однообразия на стену лезть хотелось!

Пока не случилось ЭТО.

Привязанный к хлипкому деревянному стулу, что скрипел от любого движения, — разломать его в щепки не составит труда, — Гарри давил улыбку.

Руки приятно сдавливало верёвкой, эти ощущения слишком знакомые и безумно заводящие. Можно было и потуже затянуть. Его дорогой супруг прилагал куда больше сил и тщания, когда вопреки привычке делать всё магией, вручную связывал Гарри перед тем, как заняться любовью.

Нынешнее же подобие сковывания выглядело нелепо. Уж не дилетанты ли его «похитили»?

С помощью сырой магии, он мог бы прожечь бесполезные куски волокна. Пусть и заколдованные — они не помеха, от слова совсем.

Но не стал. Это не интересно.

Вместо освобождения Гарри начал размышлять о других вариантах сковывания. Как насчёт цепей? Или, скажем, живые лианы. Что-то похожее на дьявольские силки. Чтобы не просто сдерживало, а сжимало, душило. А может, элементарное обездвиживание? С дополнительным эффектом в виде заклятья жжения кожи. Переплетение их сравнимы с пыткой.

Но подобие этого замусоленного каната, всё равно, что положить изысканный десерт в пластиковую немытую тарелку.

Как вернётся домой — обязательно попросит Марволо связать руки хорошей, крепкой верёвкой любимого зелёного цвета.

— Он уже должен очнуться. Давайте скорее.

А вот и кролики.

В процессе так называемого похищения, Гарри отметил четыре фигуры. Они напали исподтишка, действуя чётко по плану. Как сами считали.

Потому что у Гарри тоже выстроился план. Не заметить слежку за собой было невозможно. Он прожил бок о бок с Пожирателями Смерти, обучался древней магии, магии стихий, неплохо владел легилеменцией, носил в качестве украшений артефакты, в конце концов имел инстинкты! Компания иностранцев, решившая, верно, похитить его, чтобы манипулировать министром магии, чья власть распространилась дальше Великобритании, не могла выбить из колеи.

Гарри принял бой. Показал для виду старание, позволил себя несколько раз зацепить и, как последний штрих, лишился палочки под заклятием Экспелиармус.

Не забыть бы после окончания найти идиота, который прикарманил её. Менять главное, пусть и не единственное, оружие Гарри совсем не хотелось. Он привык. Палочка, что много лет рядом, из остролиста и пера феникса — прекрасна и надёжна.

Конечно, он мог вообще не доводить дело до похищения. Виной банальная скука.

И как свыше услышали — непуганые американцы!

Слушать их смешные булькающие акценты так забавно. Никакой грации, никакого изящества. Кем они себя возомнили? Как были паршивой колонией дикарей и уголовников — так и остались. Ничего не изменилось.

— Осторожнее, Смит! Он всё ещё может быть опасен.

Кто-то стал предостерегать. Очень мило. И умно. Правильно говорил парень. Это опасно. Если бы всё сделанное воспринималось всерьёз... Ах нет, тогда бы все закончилось на той улице. Гарри не позволил бы себя забрать. Уж точно не четырём американцам.

— Нормально. Что он может сделать, связанный и без палочки?

Судя по насмешливому тону, второй парень чувствовал себя очень уверенно.

Чем не повод начать с него?

— Он даже голову не поднимает, хоть и пришёл в себя. И это супруг Тёмного лорда-министра? Пф. Жалкое зрелище.

Откуда у кроликов эта информация? Марволо никогда не афишировал на ком женат. О самом факте супружества узнали, пусть и давно, но случайно. А кто же избранник — никогда не поднималось.

Вывод — кто-то в рядах донёс.

Сразу, как наскучит этот цирк и Гарри вернётся домой, он лично устроит проверку.

— Эй!

Бесстрашный тупой Смит грубо взял его за подбородок и заставил вскинуть голову.

К сожалению, любимые очки, опять же в процессе похищения, оказались «утеряны». Линзы Гарри носил исключительно дома. Так что теперь его глаза без защиты.

— Он ухмыляется! И глаза закрыл! Какого черта?!

Психующий, мерзковатый и смешной голос никак не уменьшал желание рассмеяться идиоту в лицо. А надо вести себя как напуганный...

... кого он обманывает?

Актёрские данные возросли с годами, но изображать испуг так и не научился. Эта эмоция ему не по силам.

— Может, сильно приложило?

Высказал ещё один голос, стоящий где-то впереди, имя которому не дали.

— Да хорош заливать, Эд! Никто его головой не прикладывал.

Смит. Эд.

Мерлин, одни имена чего стоят! Гарри не мог больше терпеть, это выше его сил. Несмотря на болезненную хватку, он рассмеялся. Громко, открыто, почти закидывая голову назад.

— Да он шизик! Как ему вообще позволили гулять одному? Упрятать давно пора.

— Мерзость.

В отвращении прозвучал голос Смита, и подбородок Гарри отпустили. Он ощутил не только его брезгливость, но и страх.

Какая прелесть.

Смех почти закончился, когда он услышал третий голос:

— Мы послали сообщение. Очень скоро Гонт будет в курсе случившегося. Что у вас тут?

— Пойман, связан и никуда не убежит. А ещё ему не помешает лечение. В голове явно проблемы. Сидел, лыбился, потом смеяться ни с того ни с сего начал. Он точно нас слышит и понимает. Так ведь, а?

— Угу, — фыркнул Гарри.

На большее он не расщедрится. Зная, что по их души придёт Марволо...

Это событие будет самым лучшим в их жизни! Прежде, чем они феерически сдохнут.

Или... лучше самому от них избавиться?

Марволо и без убийств проблем хватало. Трудяга совсем себя не жалел.

— Отойди от него, Смит. Он и правда будто не в себе.

— Соберитесь и будьте на готове.

Проклятье. Гарри начинал жалеть, что позволил себя схватить, пусть и от скуки. Марволо уже сообщили. Он мог переволноваться и спешно бросить важные дела, чтобы вернуть его, Гарри, домой.

Конечно, это приятно. Но нервы любимого мужчины дороже «спасения принцессы храбрым драконом».

Пора заканчивать.

— Где сейчас Лиза?

— Скоро подойдёт. Я ещё раз повторю...

Повторить парень не успел. Смит, чернокожий худощавый парень, был первым. От одного взгляда его жизнь оборвалась, как тонкая нить.

Змеиные глаза — последнее, что видят жертвы Гарри Гонта. Быстрая, безболезненная смерть.

— Смит? Эй, Смит!

Звук сваливающегося на пол тела разлился музыкой. От пары движений, стул с честью развалился под Гарри на запчасти, а верёвка будто сама свалилась с запястий, едва ли дождавшись огонька.

Жалкая халтура.

— Так, — лениво выпрямившись, он размял шею и потёр заняться, — у кого из вас моя палочка? Отзовись по-хорошему. Пока можешь.

Не долго мешкая, оставшиеся маги открыли по Гарри огонь. Кто-то — буквально.

В ход пошёл ледяной барьер и его хватало для защиты. Это смешно. Подобной защитой он занимался в школьные времена. Под плотным руководством Марволо, конечно. Позже ученик превзошёл своего учителя. За годы Гарри научился сотворять по-настоящему жуткие вещи, полагаясь во всю на богатую фантазию.

Стоя за барьером, он энергетически зафиксировал ближайшего нападающего и обратился к магии стихии — воде. Той, что содержалась в каждой клеточке человеческого тела. При вытягивании — оно разрывалось, пронзённое миллионами игл.

Крики боли перекрывали хлопки и свисты заклятий, с которыми американцы пытались проломиться.

А потом всё прекратилось. На смену криков боли, пришли крики ужаса свидетелей.

Та самая Лиза, единственная девушка среди похитителей, появилась и вступила в бой очень вовремя. Она быстро собралась для той, кто закричал громче всех от увиденного. Парень, на ком была использована жестокая магия воды, был высушен за считанные секунды. На глазах своих коллег.

По барьеру льда пошли глубокие трещины, обернувшиеся вскоре громким хрустом. Не выдержал давления.

Гарри вовремя ушёл от линии огня. Воздушный залп с его подачи отшвырнул и крепко приложил об стену ближайшего неизвестного. Судя по вскрику и последующему глухому стону, это Эд. Его голос был ниже остальных парней. Уже мёртвых.

Ничего личного. Им не стоило во всё это ввязываться.

Мельком Гарри на них всё-таки посмотрел. Смит будто неудачно решил поспать после пьянки. Ничто не указывало на смерть. А вот неизвестный третий...

Что ж, в который раз Гарри убедился, что сырая магия выходит куда более грубой. Палочка или посох направляли магический поток, позволяя колдовать изящно, тонко, эстетично в конце концов.

Это же грубая работа. Вытягивание воды выпустила и кровь, и другие жидкости...

Отвратительно.

Знакомый зелёный луч пролетел совсем рядом. Гарри распахнул глаза, выставляя новый барьер, и обернулся к тому, кто рискнул его заавадить. Кому хватило на это сил и, самое главное, желания.

Девочка Лиза. Со слезами и яростью в глазах. Держа палочку дрожащей рукой, но достаточно крепко.

Кто-то из погибших был ей очень дорог. Гарри и мог бы посочувствовать, но... это было бы ложью.

Они должны понимать: брать в заложники супруга Министра — глобально идиотская затея. Она не обернётся ничем кроме кровопролития.

Одного заклятия с её стороны оказалось достаточно. Второе больше никогда не слетит с её палочки. Мгновенное оружие Гарри настигло бедную девочку. Смерть без мучений. Разве что, испытала душевные, перед тем как свалиться на пол с открытыми глазами без признака жизни.

— Да что ты такое?! — в отчаянии выкрикнул оставшийся в живых из всей четвёрки.

С новыми силами, эмоциями, которые прослеживались через созданные лучи проклятий, на Гарри снова напали. А он опять ушёл в защиту, с интересом посмотрев на последнего американца.

Разговаривать с халтурящими идиотами, не умеющими правильно делать своё дело — слишком большая щедрость. Да и что будет, если парень узнает, с каким чудовищем они столкнулись на самом деле? Ничего.

На улице что-то начало происходить. Сначала шум, затем крики и... ужасающая по своей силе магия. Знакомая родная аура...

Гарри расплылся в улыбке, наступая на американца, защита которого шла трещинами. Буквально.

Никаких больше церемоний. Настал его черёд атаковать, всё ближе подступая.

— От-тпус...т-ти!..

Парень хрипел и жмурил глаза. Догадался в чём дело. Позволил себя схватить за шею, но не давал закончить начатое. Против зажмуренных глаз Гарри ничего не мог. Но руки делали своё дело. Ничем не защищённая трахея медленно сжималась, перекрывая доступ воздуха. И ломалась.

Так он ещё не убивал. Столь близкий контакт оказался... противен. Настолько, что хотелось помыть руки. Даже клинок, подаренный Марволо, сохранял хоть какую-то дистанцию. А настолько прямой урон...

Откинув мёртвое тело, Гарри едва не подкосило от магии Марволо. Он не просто был где-то рядом, а буквально в нескольких шагах.

Как ему удавалось всегда так бесшумно подходить? Сколько бы лет не прошло, Гарри не переставал удивляться.

Но сейчас это не важно.

Марволо находился в одном шаге от ярости. Его следовало успокоить. А заодно принести спокойствие себе в родных объятьях.

— Марволо. Всё хорошо.

Прежде чем обернуться, Гарри опустил голову и поднял руки вверх. Он едва ли ранен. Пару раз зацепило руки в бою. Мелочь.

— Марволо. Ты слышишь меня?

Палочка всё ещё находилась в руке мужчины. Вокруг нее воздух так и вибрировал. А сам он выглядел как натянутая струна. Готовая вот-вот лопнуть.

В три шага сократил расстояние. Гарри с трудом преодолел желание вскинуть голову. Нельзя. Его глаза не под защитой. И очков с собой нет...

С лёгким удивлением, он ощутил, как мягкая ткань закрывает глаза. Дотронувшись до мужчины в неловкой попытке погладить, Гарри понял, что мягкая ткань оказалась галстуком. Жаль он не смог посмотреть, как Марволо его стягивал. Это всегда выглядело безумно красиво, даже если происходило в спешке.

— Всё хорошо. Скажи что-нибудь. Я хочу тебя услышать.

— Бывшая колония не обрадовалась моей нынешней политике на их счёт. Я не только не прогнулся под них, но и продавил их сам. И раз не вышло повлиять на меня на политической арене, они наняли кучку радикалов, чтобы похитить моего супруга, как рычаг давления!

Тихий, твёрдый голос к середине стал набирать обороты. Последнее предложение Марволо практически прорычал. Едва успев договорить, он ощутил на губах чуть грубоватые пальцы супруга. Они не давали гневу пойти дальше, блокируя. Больше ему нет места. Он хорош только в бою. Которого уже нет. И не будет.

Гарри был бы совсем из рук вон плохим, если бы не подчистил дорогу перед приходом любимого.

— Всё хорошо, Марви. Я теперь в безопасности. Ты пришёл за мной. Уничтожь тела и мы пойдём домой, м? Я приму ванну, а ты побудешь со мной. Я чувствую, как сильно ты переживал.

— Ближайшие дни я не отпущу тебя, — дал обещание Марволо.

Его следовало воспринимать буквально. Будет ходить, как привязанный, на расстоянии шага, и рьяно следить за состоянием и обстановкой. Как дракон, защищающий своё сокровище. Столь же мило, сколько и жутко. И никакого личного пространства.

В этом весь Марволо.

Гарри улыбнулся и поддался вперёд, очень желая обхватить за шею и подарить поцелуй.

Супруг всё понял без слов. Он помог — закинул руки, сам обхватил за талию, притянул к себе как можно ближе и накрыл его губы своими.

Повеяло приятной ностальгией. Как в те времена, когда линзы не были разработаны и заниматься любовью приходилось в повязке. Это нельзя было назвать неудобством, оно приносило много удовольствия, обостряя чувства мнимой беззащитностью.

— Мой родной... — шептал Гарри, отрываясь от поцелуя лишь на доли секунд, — я рядом... С тобой... Не волнуйся...

— Как только окажемся дома... — тоже заговорил Марволо, почти не отрываясь, касаясь губ Гарри, чувствуя его дыхание, как своё, — тогда обрету спокойствие... Ты расскажешь мне, что здесь произошло и как позволил себя схватить.

Дорогого стоило не вздрогнуть после услышанного. Гарри ощутил себя так, как не ощущал давно — крупно нашкодившим мальчишкой.

Когда Марволо узнает все обстоятельства, то и выпорет его, как мальчишку.

Задница будет болеть очень сильно.