Празднование победы

Как только состояние Пожирателей, освобождённых из Азкабана, пришло в относительную норму, Марволо не стал откладывать сбор соратников, в том числе и новобранцев. Все должны узнать, что лорд Волан-де-Морт освободил страдающих вассалов. Может и поздно, прошло несколько лет с момента их заключения, но, как говорится, «лучше поздно, чем никогда».

Они давно не совершали ничего столь громкого и уходили при этом, с чистой победой. Светлая сторона получила удар, какой не ждали. И недалёк день, когда Тёмные ударят снова. Это лишь вопрос времени.

Собирая своих людей вечером, после рабочего дня, Марволо решил ввести их немного в состояние напряжения, облачившись в мантию и накинув на голову капюшон. Всё, как в прошлом. Стол и стулья, ненужные на сегодня, Тёмный лорд сдвинул к концу зала и вскоре сел за свой трон. Он будет приветствовать каждого пришедшего. Прекрасный способ оценить пунктуальность своих последователей, да и в целом показаться им в другом свете. На троне его видели не часто.

К отведенному часу все собирались, без исключения — это был факт. Но в каком порядке те заявляются? Это Марволо и предстояло выяснить, когда он активировал метки каждого и отдал приказ явиться в зал собрания. Новички, не часто приглашавшиеся на собрания, немного заблудились в его поместье. Чета Лестрейнджей оказалась первой, что вошла в зал. Оба были мокрыми. Собираясь высушиться, они заметили Повелителя и тут же отвесили поклон по всем правилам.

— Милорд.

Рудольфус сохранил невозмутимость, а Белла занервничала из-за своих мокрых волос. Вернуть себе нормальный вид она, да и супруг, хотели именно сейчас, но Повелитель сбил все планы. Взмахнув руками, ведьма тут же их опустила и в ответ произнесла:

— Рада вас видеть, мой лорд.

— Рудольфус, Белла, — с насмешливой улыбкой поприветствовал их Марволо, что сложно было увидеть в полумраке, к тому же скрывая лицо за капюшоном. Прибывшие новобранцы, которых домовики вскоре сопроводят сюда, ещё не видели его в ином обличии, поэтому он соответствовал тому, что было в прошлом. — Приводите себя в порядок.

Отойдя чуть в сторону, они высушили себя одним движением палочки и предстали, наконец, перед Милордом как полагается. Обычно он появлялся последним, сразу приковывая внимание, а тут... Необычно и точно что-то особое.

Их недоумение читалось по лицам. Неожиданность в поведении его, Марволо, выбило из колеи. Не нужно было лезть в голову, чтобы узнать, о чём они думают.

— На улице начался дождь, или я вырвал вас двоих из ванны? — решил спросить, ещё больше забавляясь тем, что видел.

— Дождь, милорд, — ответила Белла, а Рудольфус вдруг зарделся, очень стараясь заглушить смущённую улыбку. Метка застала их и во время дождя, и во время кое-чего очень занятного.

— Ясно, — понимающе усмехнулся Марволо, успев уловить мысли Лестрейнджа. — Как дела у Гарри?

— Хорошо, насколько нам известно, — не без грусти ответила Белла. Как и любая любящая мать, она скучала по сыну, с которым не виделась месяцами. — Он мало нам пишет в последнее время. Должно быть, погрузился в учёбу с головой.

— Возможно, — неясно хмыкнул Реддл, отводя взгляд. Его крестник мог быть занят делом. А мог вести слежку и что-то предпринимать касательно Избранного.

Вторым после Лестрейнджей, с разрывом в три минуты, не больше, явился Сивый с пятнами крови на свитере. Похоже, перед собранием он кого-то ел. Но как послушный волчонок, отложил трапезу. И даже почистил рот. А вот про одежду забыл.

— Повелитель.

— Фенрир, — Марволо сдержал приступ отвращения. — Немедленно приведи себя в порядок.

Непонимание отразилось в чёрных глазах оборотня. Он избавился от остатков оленины. Но стоило осмотреть себя внимательнее, он понял, где совершил оплошность.

— Прошу простить, — уязвлённо ответил он, устраняя загрязнения.

Следом за оборотнем подтянулись брат и сестра Кэрроу. Оба выглядели не слишком хорошо и держались лишь на энергетических зельях. Битва с аврорами и дементорами изрядно их потрепала. Но стоило признать, для своих лет они хорошо постарались, избежав серьёзных ранений.

— Повелитель, — почти одновременно поклонились они, с удивлением отмечая того за троном, и оба успели понервничать. Уж не опоздали ли они?..

— Алекто, Амикус. Добро пожаловать.

Поблагодарив за приём, они сразу отошли в сторону, к уже прибывшим. Отчасти, Кэрроу догадывались, зачем их собрали. Подвести итоги. Если бы не физическое недомогание, они бы ощутили самодовольство перед Лестрейнджами, самыми преданными, но давно не участвовавшими в громких акциях.

После Кэрроу в зал собраний вошёл сам директор Хогвартса — Северус Снейп. Изменился он с последнего раза, когда их собирали всех вместе, очень сильно. Словно помолодел на несколько лет. Стал выглядеть здоровее и полным сил.

— Повелитель, — и был единственным, кто не удивился тому, что Тёмный лорд уже присутствовал в зале собрания.

— Добрый вечер, директор, — едва заметно ухмыльнулся Марволо, что не было видно, но прекрасно слышно по голосу.

Продвижение Снейпа по должности до сих пор не оставляло многих Пожирателей равнодушными и заставляло завидовать престижу. Но только ограниченное количество людей знало, чего ему это стоило. Да и не только ему.

Следом за Снейпом зашли два преподавателя Хогвартса. По Защите от Тёмных Искусств — Энрике Скортезе, и по Уходу за Магическими Существами — Анна Фостер. Его глаза и уши в школе. Приветствуя, как и остальные, Тёмного лорда, они остановились рядом с директором.

Ближний круг не до конца был собран, но прибывшие новобранцы, которых насчитывалось около двадцати человек, столпились у дверей, и никто из них не решался зайти первым. Волан-де-Морт сам решил эту проблему, беспалочковой магией распахнув тяжёлые двери.

— Приветствую вас, дорогие новобранцы. Не задерживайте нас и проходите скорее.

Словно испуганные школьники, озираясь по сторонам, они прошли в зал, исполняя неловкие поклоны. А те, кто пришёл позже новобранцев, Марволо начал считать «опоздавшими». Не пристало остальным, особенно Ближникам, приходить позже. Единственные, кому можно простить опоздание, так это участникам в осаде Азкабана, помимо Кэрроу и Сивого.

Некоторым снились кошмары, которые мешали нормально спать, как было известно Марволо от Снейпа, варившего огромные котлы успокоительных в его особняке. Лаборатория до сих пор держала их запахи, впридачу с энергетическими зельями. Но это ни в коем разе не служило оправданием, и значило только то, что они морально слабее. Слабее чем те, кто сидел в тюрьме долгое время.

Марволо сделал мысленную пометку в голове — каждого натаскать. Несколько лет назад они были куда устойчивее и сильнее. Слабаки в Ближнем круге долго не продержатся. А заодно, делая вторую пометку, натаскать новобранцев. Пора их готовить к серьёзным битвам, которых не избежать в будущем.

Когда пришли все, Тёмный лорд поднял руку, и все шепотки, что стояли в зале, тут же стихли. Все внимали. Кто-то с напряжением, кто-то с ожиданием, а кто-то с нетерпением.

— Прежде чем я озвучу то, чего мы добились, я спрошу, есть ли в этом зале те, кто не читал новости об Азкабане?

Таковых не нашлось, и именно молчание стало ответом. Нужно было сидеть в совершенно глубоком подполье, чтобы не читать газеты и не знать громкую новость, что на протяжении месяца никому не даст покоя, если не будет держаться дольше. Не один заключенный сбежал из Азкабана, как Сириус Блэк, а сразу семь. При том, что тюрьму, спустя почти три года, усилили, добавили больше защиты и охраны.

Марволо продолжил, постукивая пальцами по жесткому подлокотнику тронного кресла:

— Так вот, два дня назад была совершена операция, в ходе которой мы освободили наших соратников. Прошу выйти вперёд тех, кто был в ту ночь со мной, сражаясь рука об руку.

Семь Пожирателей вышли вперёд, пожиная плоды признания и славы. Те, кто давно состояли в Пожирателях, больше всех осознавали масштаб сделанного. Выступившие стали не просто смельчаками. Они стали героями. А новички сразу смекнули, на какую планку нужно ориентироваться.

Но не обошлось и без удивления. Тёмный лорд настроился на мысли Пожирателей, которых мог бы взять с собой. Почему такой странный отбор? И почему так мало? Ведь бой в Азкабане был не на равных. Они находились в явном меньшинстве, плюс на них лежала защита освобождённых. А задать волнующие вопросы никто не отважился, надеясь, что Милорд пояснит сам.

Особенно ярко всполохи волнения читались у Беллатрисы. Её вопросы мучили на грани паники:

«Неужели он больше нам не доверяет? Не считает достойными?» — вихрем летало в голове. И мимо пролетало главное — они почти породнились. К Лестрейнджам шло особое отношение Волан-де-Морта.

— Ваше желание узнать, почему я выбрал именно этих людей, — Марволо повёл рукой, указывая на семерых Пожирателей, — почти оглушает. Может быть, у кого-то есть предположения?

«Сильнейшие».

«Преданнейшие».

«Для назидания другим».

«Кого не жалко».

Множество самых разных вариантов пролетало в головах последователей, но озвучить никто не решался. Не были уверены в своих же теориях. Что подходило к одним — было неприменимо к другим.

— Смелее, — подтолкнул их Марволо, желая именно услышать ответ, а не улавливать их по мыслям. — Наказание не последует от того, что вы предполагаете.

Некоторые из новичков, явно наученные горьким опытом с родителями, не поверили этим словам. Зато Ближние осмелели.

— Самые преданные? — спросил Яксли. Ему хватало верности быть на стороне Лорда в течение пары десятилетий. Вот только завистлив волшебник был до одури. Оглядывая ещё молодых Кэрроу, он считал их вовремя подмазавшимися выскочками.

— Преданные. Как один из факторов, но не главный, — ответил Тёмный лорд, с едва заметным кивком. Процесс дум пошёл, Яксли дал шанс другим, на себе показав, что второе Непростительное за не совсем верный ответ он не получил.

— Сильнейшие? — спросил один из новичков. Именно в его случае слова «у кого что болит» были применимы, как никогда.

— Вы смотрите поверхностно, — решил дать небольшую подсказку Тёмный лорд и поддался чуть вперёд, от чего напрягся каждый, и особенно новобранцы. Будто и ждали, что сейчас он встанет и произойдёт что-то ужасное. — Преданность, сила, оно есть у каждого. При таком раскладе, все, за исключением тех, у кого нет боевого опыта, достойны были участвовать в операции.

После озвученного замечания, те, кто ещё хотел высказаться, отбросили свои мысли. Других критериев отбора они не видели.

— Милорд, может, вы всё же нам поведаете? — спросила Беллатриса, не выдержав незнания. Она совершенно не понимала, что роднит её с теми, кого не выбрали, потому что вполне могла считать себя и мужа удовлетворяющей всем запросам.

Единственный, кто мыслил иначе и делал свои догадки ещё во время приготовления зелий для раненых, оказался Северус. Всего лишь один объединяющий фактор, но очень характерный. Он не высказывался вначале, решив дать шанс другим, но ребята облажались. А Марволо не мог уловить его мысли, Северус надежно держал блоки на своем сознании. И вот, под конец решил поделиться со всеми:

— Насколько я понимаю, тех, кого не взяли — не одиноки. У них есть семьи.

Точное попадание вызвало улыбку на губах Тёмного лорда, которую-таки рассмотрели, ведь он наклонился, а затем он поднялся, отчего новобранцы выпрямились и почти задержали дыхание.

— Верно, Северус. Ты очень точно подметил. Если бы кого-нибудь удалось поймать или же убить — семья этого человека получила бы массу проблем.

В глазах тех, у кого была семья, Милорд начал вызывать благоговение. Он не стал рисковать семьями своих последователей. А те, кто думали «кого не жалко» отчасти сочли себя правыми. Но градус уважения возрос бесспорно. Особенно у Беллы, наконец успокоившейся. Она и супруг не впали в немилость. Их сберегли.

— Той ночью мы доказали, что даже ужасная тюрьма Азкабан не может остановить нас. Мы ворвались и освободили своих товарищей. Не сломились под гнетом дементоров и не пали от рук прибывших авроров. Численное превосходство врагов не испугало нас. И сегодня мы отпразднуем. Вы увидите тех, кто несколько лет просидел в Азкабане, не надеясь когда-либо выбраться. Тех, кому был дан второй шанс.

Двери зала открылись. Повелитель прошёл к ним, жестом веля идти за собой.

Едва начавшие приходить в себя, соратники ожидали их в обеденной. Восстановление шло полным ходом, но о полном завершении говорить слишком рано. Потребуется много времени, очень много. Душевное состояние, к сожалению, не вылечить так же быстро, как физическое. Но на сегодняшний день они выспались, получили лечение, были тщательно отмыты.

Старая гвардия хорошо знала освобожденных. Всплесков эмоций было не избежать. Как и не обошлось без объятий и тёплых дружественных хлопков.

Сегодня Марволо дал своим людям полную свободу в выражениях своих чувств. Зал, обычно скованный тишиной, наполнился множеством голосов. У обеих сторон были вопросы, начиная от политической обстановки и планов на будущее, заканчивая семьёй и хобби. Словно узнавали друг друга заново. Вызволенные были немногословны, но очень внимательно слушали, поглощая хорошую еду, а не те объедки, которыми их кормили, лишь бы не умерли от голода.

В поднявшемся многоголосье осталось неясным, кто именно предложил поднять бокалы за Повелителя, но идею поддержали все, и Пожиратели не просто подняли бокалы, они поднялись со своих мест, выражая огромное почтение и благодарность за то, что Тёмный лорд для всех делает.

Марволо всё это время молча наблюдал за сторонниками, не прикасаясь к еде. Но когда всё внимание на него переключилось, и уловил он от каждого искренние чувства, невольно усмехнулся и вдруг скинул капюшон, показывая всем своё лицо.

— За нас, — поправил он, поднимая свой бокал, наполненный красным вином.

Торжественный гул прокатился по залу. Свобода, готовность к великим свершениям, и бесконечное уважение обуревали каждого присутствующего. Не осталось больше сомнений — Тёмный лорд готов идти к своим целям, не оставив в беде своих людей.