10

Лика лежала на кровати, волосы ещё влажные после душа, в комнате пахло клубничным шампунем и чем-то домашним, тёплым. Она держала телефон над лицом, перечитывая сообщение от Сони, словно стараясь впитать каждое слово.

    «Спасибо за вечер. Ты — это что-то.»«Спокойной ночи, Лика.»

На губах невольно появилась улыбка. Сердце чуть ускорилось, но уже без той суматошной тревоги — скорее от приятного волнения. В голове всё ещё звучала музыка из клуба, и в памяти вспыхивал тот поцелуй. Нежный. Непредсказуемый. Настоящий.

Лика прижала телефон к груди, закрыла глаза и глубоко вдохнула. Всё было другим. И теперь это "другое" не пугало.

Она набрала ответ, немного поколебавшись:

    «Ты тоже. Спасибо, что была рядом. Это был... один из тех вечеров, которые не забываются.»«Спокойной ночи, Соня.»

Едва она нажала "отправить", как экран погас, и в комнате снова стало тихо. Лика повернулась на бок, глядя в окно. Где-то вдали мигали огни города, но ей вдруг стало спокойно — так, как давно не было.

И прежде чем уснуть, она прошептала в темноту:

— «Ты — это что-то, Соня...»

А на другом конце города, в небольшой комнате с разбросанными книгами, Соня тоже смотрела на экран, улыбаясь её сообщению, и тихо, но уверенно написала новое:

    «Я хочу увидеть тебя снова. Скоро.»

Но отправлять пока не стала.Просто нажала "сохранить в черновиках" — на всякий случай.

Телефон Лики завибрировал, тихо, почти незаметно — уже когда глаза начинали слипаться. Она потянулась к нему на ощупь, не ожидая ничего особенного, и увидела, что уведомление исчезло так быстро, что она не успела прочитать. Разблокировала экран — ничего. Только старое сообщение от Сони.

Она уже хотела было снова положить телефон, но вдруг — входящий черновик. Открыла.

    «Я хочу увидеть тебя снова. Скоро.»

Лика замирает. Это не просто слова. Это... шаг. Настоящий. Маленький, но будто огромный. И Соня ведь не отправила. Просто сохранила. Случайно. Или... нарочно?

Она уставилась в экран, потом снова перевела взгляд на тёмный потолок. Сердце сделало кувырок, но теперь в этом волнении не было страха. Только тепло.

Руки сами начали печатать:

    «А зачем ждать?»

Она смотрит на фразу. Просто. Честно. Без намёков. Без масок. Улыбается, и отправляет.

Проходит не больше минуты — и в ответ появляется:

    «Ты права.»

А через несколько секунд — ещё одно:

    «Завтра. После работы. Просто мы — и город. Согласна?»

Лика прикусывает губу, но не от сомнений, а от смеха — такого лёгкого, внутреннего, как будто весь день складывается в один смысл.

    «Согласна.»

Она кладёт телефон рядом, выключает свет и, накрывшись с головой одеялом, впервые за долгое время засыпает с уверенностью — в себе, в завтрашнем дне и... в ком-то, кто теперь рядом, даже если пока что на расстоянии.

***

На следующее утро Лика проснулась раньше обычного. Солнце только начинало пробиваться сквозь тонкие шторы, заливая комнату мягким золотым светом. Обычно она бы потянулась за телефоном нехотя, с привычной тяжестью в груди, но сегодня — нет. Сегодня всё было по-другому.

Она взяла телефон и, прежде чем разблокировать, уже знала, чего ищет. И вот — непрочитанное сообщение от Сони.

    «Доброе утро. Улыбнись, пока читаешь это. Я тебя уже жду — мысленно, но всё же.»

Лика невольно усмехнулась, тыльной стороной ладони пригладила волосы и уставилась в экран. Улыбка действительно появилась. Её не пришлось выдумывать.

    «Доброе. Я стараюсь. Хотя теперь ты меня немного нервируешь.»

Соня ответила почти сразу:

    «Это потому что я тебя люблю. Шучу. Или нет. Проверим вечером.»

Лика уставилась на экран с округлившимися глазами. Сердце дрогнуло — опять. Она не знала, смеяться или замирать, поэтому сделала и то, и другое. Ответ пришёл не сразу. Потому что она сначала встала. Потом посмотрела на себя в зеркало. Потом снова улыбнулась. Только после этого написала:

    «Ты уверена, что хочешь проверять это на мне? Я могу испугаться. Или влюбиться в ответ.»

    «Значит, стоит рискнуть,» — снова Соня.

Весь день прошёл в каком-то полупрозрачном состоянии — как будто всё вокруг было слегка приглушено. Лика работала на автомате, отмечала время по часам, поглядывала на телефон чаще, чем стоило бы, и всякий раз, когда видела имя «Соня» в уведомлениях, её охватывало это новое, лёгкое, немного дурацкое, но очень настоящее волнение.

Когда её смена закончилась, она переоделась, наспех поправила макияж и, стоя у зеркала, вдруг сказала себе вслух:

— «Ну что, Макеева, пойдём проверять, на что ты способна.»

На улице уже темнело, но воздух был тёплым, почти летним. Они договорились встретиться у старого кинотеатра, где ещё с детства висели неоновые афиши и пахло попкорном даже снаружи. Лика подошла первой. Через пару минут появилась Соня.

В оверсайз куртке, с растрёпанными от ветра волосами и той самой мягкой улыбкой, которая сбивала с толку.

— «Ты пришла первой. Я впечатлена,» — сказала она, подходя ближе.

— «Я... хотела тебя подождать. Чтобы увидеть тебя первой. Это странно?»

Соня покачала головой и прошептала:

— «Это красиво.»

Они пошли куда-то, просто шаг за шагом, по ночному городу, освещённому витринами и фарами машин. Говорили ни о чём и обо всём. И чем больше Лика слушала Соню, тем яснее понимала: ей не нужно проверять. Она уже знает.

Когда они остановились у набережной, Лика вдруг спросила:

— «А если я скажу, что ты мне действительно нравишься... что тогда?»

Соня не ответила сразу. Просто шагнула ближе. Снова. Как в ту ночь. И снова — поцелуй. На этот раз чуть дольше. Чуть глубже. И уже без капли сомнений.

Когда они оторвались друг от друга, Соня прошептала:

— «Тогда я скажу, что ты мне тоже. И что я хочу, чтобы это был не просто вечер.»

Лика коснулась её щеки и ответила тихо:

— «Тогда не отпускай.»

Соня усмехнулась:

— «Даже если захочешь — не выйдет.»

И Лика вдруг поняла: она не хочет по-другому.

Они ещё долго стояли на набережной, просто рядом, молча. Не нужно было слов — мир шумел где-то в стороне, а между ними царила тихая уверенность в том, что всё происходит именно так, как должно.

Позже Соня провела Лику до дома. Они не спешили прощаться. Стояли у подъезда, как подростки, которым не хватает времени даже после целого вечера вместе.

— «Ты зайдёшь?» — вдруг спросила Лика, сама удивляясь своей решимости.

Соня немного приподняла брови, будто бы удивившись, но улыбка осталась всё такой же — тёплой, спокойной.

— «Ты уверена?»

— «Я никогда в жизни не была настолько уверена,» — тихо сказала Лика.

Они поднялись в квартиру. Свет в прихожей был приглушённым, Лика сняла куртку и кинула на стул, не включая общий свет. Соня огляделась — у Лики было уютно: тёмные стены, тёплое освещение, несколько чёрно-белых фотографий на стене.

Лика подошла ближе и обняла её сзади, прижавшись щекой к её спине.

— «Ты всегда такая спокойная... Как тебе это удаётся?»

Соня развернулась к ней лицом, не отпуская.

— «Когда рядом ты — получается само собой.»

Они смотрели друг на друга, и в этих взглядах было столько нежности и желания, что больше не осталось места для вопросов. Только дыхание, прикосновения и дрожь в пальцах, когда Лика впервые провела рукой по Сониной щеке и шее, как будто изучала её заново.

Они целовались в полутьме, медленно и осторожно, будто боялись вспугнуть этот момент. Когда оказались на кровати, рядом, в обнимку, под лёгким пледом, Лика тихо сказала:

— «Я не знаю, как это называть. Всё, что между нами...»

Соня прикоснулась губами к её лбу и прошептала:

— «Не обязательно сейчас давать названия. Главное — это чувствовать. А я чувствую тебя. До самого сердца.»

Лика закрыла глаза. Её больше не тянуло прятаться. Не было страха. Только Соня. Только она.

— «Останься до утра?» — почти шёпотом.

— «Я уже осталась,» — прозвучал ответ.

И ночь укрыла их не словами, а теплом.Спокойствием.Началом чего-то настоящего.