●Глава 37 ●

Чонгук В душе была буря. Мне кажется, я никогда так не боялся. Даже когда был на поле боя.Потерять Лалису было смерти подобно.Только не так и не сейчас.Долгоиграющий план проваливался.Но самое ужасное, что не стало моего ребёнка.Что за насмешка судьбы? Подарить это чудо и тут же отобрать.Дикая, оглушающая боль. Пустота внутри. Лютая ненависть. Все это смешивалось в гремучий коктейль.И не было спасения для меня. Но сейчас нужно было собраться, отринуть раздирающее чувство пустоты в душе и помочь Лалисе.Нас ничего не будет связывать с женой. Разве не этого я добивался? Вот и получаю.Физическая боль помогала не замечать душевную боль.Сейчас я должен помочь Лалисе. А потом… всё будет потом.Она оттолкнула меня. Заслужил. Я тот ещё урод и гад.— Я беременна… — прошелестел её тихий голос. От её криков, до сих пор стоящих в ушах, рвало сердце.— Я знаю. Мне жаль, — голос сорвался на хрип. Я не должен был показать отчаяния, что разлилось внутри кипучей лавой. Меня рвало на части. Я видел боль в глазах Лалисы.Я хотел детей. Видят боги, как хотел. Уже давно.Но сначала война не дала возможности, а потом была потеря истинной, безумие зверя и бесплодие.Я проклят. За всё.Но главное, Лалиса жива и смогла пройти перерождение.Она смотрела на меня. Невыносимо прекрасная. Языки пламени стекали с её волос.Только сейчас заметил, что они так и не остались огненно-красными, как у фениксов, а приобрели ровный белоснежный цвет.Кровь её разбавлена.Не чистокровный, но такой сильный феникс.Может, оно и к лучшему.Будет не столь велико влияние огненной стихии на ее разум.— Мне тоже, — прошептала она.Я сжал кулаки, отгоняя образ нерождённого малыша.Встал.Снова не удержался и прижал её, но тут же отпустил.Лучше рвать сразу. Не давать ложных надежд.Мы справимся со всем, но поодиночке.Действовал скорее механически.Мозг отдавал приказы телу, я говорил. Сначала надо поселить Лалису в безопасное место, подальше от остальных.Потом обеспечить всем необходимым. Накормить. Заняться её обучением, новым расписанием. Озаботиться проверкой у лекаря. А потом… Потом я смогу побыть наедине с собой.Всё заняло почти весь день.Дела не давали забыться в глухом горе.Навестил Криса, что по-прежнему бредил, но Тэхён следил за другом.— На тебе лица нет, Гук. Что случилось? — спросил друг, сидя в кресле и отложив книгу. Я потер переносицу и прикрыл глаза.— Потом. Не сейчас.— Иди отдохни. Я тут побуду.— Как твоя академия?— Пока стоит, слава богам. Завтра отлучусь ненадолго и вернусь.— Портационные камни есть? — осведомился я.— Да.— Хорошо.Оставаться в академии больше не мог. Она душила меня.Сегодня был тот самый день, когда я решил воспользоваться порталом, чтобы отправиться в наш городской особняк.Я стоял в коридоре академии, ощущая её тяжёлую атмосферу, которая давила на меня. Я вглядывался в тёмный камень портала, зная, что за ним меня ждёт пустота, но я надеялся найти там хоть немного покоя.Собравшись с духом, я активировал портал. Сияние бледно-голубого света осветило комнату, и я шагнул вперёд.Ощущение перехода было странным, как будто меня одновременно тянуло и толкало в неизвестность. Через мгновение я оказался в холле нашего особняка.Тишина. Абсолютная, давящая тишина.Здесь не было никого.Даже эхо моих шагов казалось глухим и отдалённым.Я медленно прошёлся по холлу. Казалось, время здесь остановилось.Я поднялся по широкой лестнице, ведущей в гостиную. Деревянные перила под руками были холодными и гладкими. Когда я вошёл в гостиную, меня охватило чувство глубокого опустошения. Раньше это место было наполнено жизнью, смехом, радостью. Теперь здесь царила тьма и уныние.Я подошёл к камину. Воспоминания нахлынули на меня волной.Лалиса часто сидела здесь, читая или просто наслаждаясь теплом огня. Я зажёг камин. Огонь, казалось, немного согрел не только помещение, но и моё сердце.Я смотрел, как языки пламени начинают играть в камине, издавая успокаивающее потрескивание.Затем я направился к бару, который стоял в углу гостиной. Старый деревянный шкаф был заполнен разнообразными бутылками. Я взял одну из них. Налил себе в хрустальный бокал, добавил несколько кубиков льда и медленно опустился на диван. Диван был обтянут мягкой кожей, которая слегка скрипнула под моим весом.Комната начала оживать от игры огня в камине.Тени танцевали по стенам, создавая иллюзию движения. Внутри же меня всё было неподвижно.Горе, словно тяжёлый груз, тянуло меня вниз. Я сделал глоток. Горечь напитка смешалась с горечью внутри меня, усиливая чувство утраты.Лалиса. Её имя отозвалось в моей голове болью.Она потеряла ребёнка при перерождении в феникса.Этот ритуал, который должен был стать началом ее новой жизни, обернулся кошмаром.Как же так вышло. Чертовы лекари!Снова глоток.Моя душа была пустой, словно этот заброшенный дом.Воспоминания о тех счастливых временах, когда мы с Лалисой были здесь вместе, причиняли острую боль.Еще один глоток.Я помнил её смех, её светящиеся глаза, её руки, нежно касавшиеся меня. Всё это теперь казалось далёким и недосягаемым.Я смотрел на огонь, пытаясь найти в его пламени ответы на свои вопросы. Но ответы не приходили.Вместо этого я чувствовал, как внутренняя пустота заполняет меня.Потеря ребёнка была для нас обоих тяжёлым ударом.Я сделал ещё один глоток.Комната становилась всё уютнее, но моё сердце оставалось холодным.Я поднялся и прошёлся по гостиной, касаясь старых фотографий, книг на полках, памятных вещей, которые мы собирали вместе. В каждом предмете я находил частичку нашей истории.Всё это казалось бессмысленным без неё.Я подошёл к окну и посмотрел на ночной город. Огни вдалеке мерцали, напоминая о жизни, которая продолжается, несмотря на всё.Но для меня время словно остановилось.Я вернулся к дивану и сел, чувствуя, как устаю от собственных мыслей.Виски немного унял боль, но не смог её заглушить.Я знал, что мне нужно будет многое переосмыслить. Но сейчас, в этот момент, я просто позволял себе почувствовать всю глубину утраты.Я ведь подумал, что встретил ее, что она мой второй шанс на жизнь, моя тихая, забитая девочка была так прекрасна.И пусть связь между нами не такая яркая как та истинная, я все равно не смог не заметить Лалису, не смог отпустить ее, присвоил, забрал ее, ведомый каким-то внутренним чутьем, желанием. Пусть мой дракон так ничего и не понял, не смог вернуться из своего безумия.Я — человек точно знал, что не смогу без нее жить. Она моя. Моя вторая истинная и плевать на метки. Опустошил вновь наполненный бокал.Даже когда понял, что к жизни мне так и не вернуться, еще сильнее захотел забрать ее из семье. И дать шанс потом, на последующую независимую жизнь.Но сорвался. Захотел тоже немного счастья. А потом понял, чем Лалиса привлекла. Капля моей крови феникса воззвала к ее, когда дракон стал сдавать свои главенствующие позиции в моем теле.Как же мало нам было отведено.Снова посмотрел на огонь, чувствуя, как тяжесть на душе становится невыносимой. Мне нужно было принять потерю ребенка, как бы тяжело это ни было.Я закрыл глаза, стараясь успокоиться.Глубокий вдох, выдох. Мои мысли вернулись к Лалисе.В этот момент каждое воспоминание резало сердце как нож.Завтра будет новый день, и, возможно, он принесёт немного надежды. Но сегодня я позволял себе чувствовать всю боль утраты. Сегодня я был просто человеком, который потерял самое дорогое в своей жизни.Внутренняя пустота становилась невыносимой. Сидя на диване, я смотрел на огонь в камине, и всё, что я чувствовал, было одним большим комом боли и ярости.Не смог утопить боль на дне бокала, и внезапно всё во мне взорвалось.Я закричал. Крик, полный душевной муки и гнева, вырвался из моего горла и эхом разнёсся по пустому особняку.Я схватил бокал, ещё недавно наполненный, и со всей силой швырнул его в стену над камином.Стекло разбилось с оглушительным звуком, осколки разлетелись в разные стороны.В тот же момент магия, которую я не мог контролировать, вырвалась наружу. Огонь в камине вспыхнул с удвоенной силой, языки пламени начали плясать яростнее, заполнив комнату ярким светом и жаром.Но этого было недостаточно.Моя боль требовала большего. Я встал и, не сдерживаясь, начал крушить всё вокруг. Первым под руку попался столик у дивана. Я перевернул его, деревянные ножки треснули, и столик рухнул на пол. Моя ярость только разгоралась.Я схватил стул и с диким криком швырнул его через комнату. Он врезался в книжный шкаф, и книги, словно дождь, посыпались на пол. Полки скрипнули и начали ломаться под весом книг. Каждая упавшая книга казалась мне символом разрушенных надежд и мечтаний.Слёзы текли по моим щекам, смешиваясь с потом. Я не мог остановиться. Внутри меня кипела буря, и я должен был её выплеснуть. Я схватил одну из книг и с силой швырнул её в камин. Пламя жадно поглотило её, превращая в пепел.Затем я обрушился на комод. Массивный деревянный комод, наполненный нашими вещами и воспоминаниями. Я с силой ударил его кулаком, чувствуя, как кожа на руках трескается и начинает кровоточить.Но боль физическая была ничем по сравнению с душевной. Я продолжал бить, пока комод не начал разваливаться под моими ударами.В моей голове крутились образы Лалисы, нашего потерянного ребёнка, всех тех мечтаний, что были разрушены. Я не мог больше держать это в себе. Слёзы превращались в рычание, сливаясь с криками ярости и боли.Я бросился на диван, переворачивая его. Подушки разлетелись в стороны, ткань порвалась. Вся комната теперь выглядела так же, как я себя чувствовал внутри: разбитым, разрушенным, опустошённым.Я стоял посреди этого хаоса, тяжело дыша. Моя магия, как и мои эмоции, вышла из-под контроля.Огонь из камина перекинулся на ковёр, но я не мог остановиться. Я схватил ещё одну бутылку и бросил её на пол. Стекло разлетелось на мелкие кусочки, жидкость разлилась, и огонь быстро поглотил её.Пламя теперь охватывало значительную часть комнаты, но мне было всё равно.Я кричал, выпускал всю свою боль и ярость наружу, ломая всё, что попадалось под руку. Полки, стулья, столы — всё было уничтожено в приступе бешенства. Комната наполнялась дымом, но я не останавливался.Внутреннее опустошение требовало выхода, и я дал ему волю. Я бросался из угла в угол, круша всё вокруг, пока не почувствовал, что силы меня покидают.Я опустился на колени посреди этого рукотворного ада, окружённый осколками мебели, книгами, осколками стекла и горящими обломками.Слёзы, наконец, иссякли, оставив после себя пустоту. Огонь продолжал гореть, но я больше не мог ничего делать. Я упал на пол, чувствуя, как последние остатки ярости и боли уходят вместе с моими слезами и криками. Комната теперь была разрушенной, как и моя душа.Я лежал на полу, глядя в потолок, чувствуя, как жара от огня постепенно уходит, уступая место холодному отчаянию. Гостиная, некогда полная жизни и тепла, теперь была похожа на поле боя, отражающее мой внутренний мир.Я была призвал магию. И в два счета потушил огонь.В конце концов, я закрыл глаза, ощущая глубокую усталость. Весь этот выплеск энергии не принёс облегчения, только опустошение.Моя боль была слишком велика, чтобы её унять, и она разрывала меня изнутри. Горе и утрата вписались в каждую частичку моего существа, и я знал, что это останется со мной навсегда.Моя душа кричала в пустоту, и этот крик, казалось, навсегда останется в стенах разрушенного особняка, как немой свидетель моей утраты и невыносимой боли.Среди разбитой мебели и горящих обломков, я лежал, ощущая, как внутреннее опустошение и горечь утраты постепенно сменяются нарастающим чувством беспокойства.Я знал, что внутри меня скрыто нечто гораздо более опасное и разрушительное, чем моя собственная ярость. Безумный дракон, заключённый внутри моей души, начал пробуждаться.Я пытался подняться, но ноги не слушались. Я чувствовал, как сознание затуманивается, как зверь внутри меня начинает бороться за контроль. Это было как вечная борьба с самим собой, и в тот момент я знал, что не могу позволить ему взять верх.С трудом поднявшись на ноги, я пошатнулся, чувствуя, как жар от огня становится всё невыносимее. Внутри меня разгорался другой огонь — огонь дракона.Моё тело дрожало, и я знал, что времени осталось мало. Безумие, что я так долго сдерживал, грозило вырваться наружу и уничтожить всё вокруг.Я схватился за кожаный браслет на своём запястье. Металлические руны, вписанные в него, начали светиться, как только я прикоснулся к ним. Этот браслет был последней линией защиты, единственным, что могло удержать дракона внутри меня.Я знал, что должен активировать последнюю степень контроля, иначе зверь вырвется на свободу.Сжав зубы от боли, я поднял руку и приложил браслет к виску. Металлические руны, разогретые до красна, начали жечь мою плоть. Боль была невыносимой, словно тысячи игл впивались в мою кожу, проникая вглубь.Я рычал, но не останавливался. Нужно было завершить ритуал, пока ещё оставалась хоть капля силы.Дракон внутри меня ревел, его ярость и безумие нарастали с каждой секундой. Я чувствовал, как его мощь заполняет меня изнутри, угрожая уничтожить моё сознание. Боль от ожога становилась всё сильнее, но я знал, что не могу остановиться. Ещё немного, и я потеряю контроль навсегда.Сквозь завесу боли я чувствовал, как руны постепенно активируются. Их магия проникала в моё сознание, сдерживая зверя. Я сжал зубы ещё крепче, чувствуя, как металл буквально плавится на моей коже. Огонь в камине казался ничтожным по сравнению с тем пламенем, что бушевало внутри меня.Наконец, руны достигли пика своей силы. Я ощущал, как магия проникает вглубь моего разума, устанавливая последние барьеры. Дракон ревел, его крики эхом разносились по моей душе, но я знал, что победа близка. Ещё немного, и я смогу удержать его внутри.Судорожный вздох вырвался из моих губ, когда руны наконец завершили свою работу. Я почувствовал, как дракон медленно отступает, его ярость и безумие утихают.Я упал на разорванный диван, сил больше не осталось. Моё тело было истощено, душа — измучена. Я лежал, пытаясь перевести дух, ощущая, как остатки боли и ярости постепенно покидают меня. Дракон был снова заперт, но я знал, что это лишь временная мера.Это был последний барьер. Дальше только смерть.Пот смешивался с кровью. Я смотрел на разрушенную гостиную, на следы своего гнева и безумия. Всё, что когда-то было важным, теперь лежало в руинах, как и моя жизнь. Я чувствовал, как внутренний огонь постепенно угасает, оставляя после себя только пепел и пустоту.Боль в виске пульсировала, напоминая о том, что я всё ещё жив, что я смог удержать контроль. Но какой ценой? Я закрыл глаза, чувствуя, как усталость и истощение накрывают меня волной. Моё тело больше не слушалось, каждый мускул болел, каждая косточка ныла.Дыхание постепенно становилось ровнее, боль от ожога утихала. Я лежал на диване, глядя в потолок, и в глубине души знал, что времени не осталось.Я закрыл глаза рукой, позволил себе немного отдохнуть, зная, что впереди будет новый день и новая борьба. Но это будет завтра. Сегодня я просто был человеком, пережившим невиданный шторм в душе.А еще я уже знал, что буду делать в ближайшие дни.