17

Вечер обнимал улицы, накрывая своим уютным и непроглядным одеялом. Неожиданно начал идти снег. Совершенно легкий, воздушный и абсолютно белый. Мягкими невесомыми хлопьями он ложился на сиротливо-голую землю и убаюкивал обнаженные ветки деревьев.

Катя, удобно устроившись с ноутбуком на коленях, прокручивала страницы, стараясь вспомнить на какой серии она остановилась. Большой плед услужливо грел ноги, совсем рядом горели свечи, пропитывая комнату ненавязчивым запахом свежих зеленых яблок, горячий чай с мятой и лимоном приятно покалывал язык при больших глотках.

Монолог главного героя прервал звук, издаваемый дверным звонком. Брюнетка покосилась на часы и пожала плечами, подумав, что ей, вероятно, померещилось. Но не успела она вернуться к своему увлекательному занятию, трель повторилась. Теперь уже точно не показалось.

Клэп разочарованно вздохнула, покинула облюбованное местечко и, нащупав тапки под кроватью, поплелась в прихожую. Голубоглазая попыталась убрать в пучок вылезшие непонятно откуда две пряди, но они моментально вернулись на прежнее место.

- Маша? - удивленно прошептала Трофимова, отходя к стене, впуская девушку в квартиру.

- Прости, пожалуйста, - быстро проговорила Маша, переминаясь с ноги на ногу. - Я умудрилась потерять свои ключи, а мои приезжают только завтра вечером.

Девушки не виделись чуть больше недели. Сначала Катя умудрилась непонятно где подцепить простуду и провалялась в кровати несколько дней, чувствуя себя совершенно разбитой, потом вся семья Вэй собралась погостить к родственникам. Вчера, наконец, Кейт пересилила себя и написала обладательнице карих глаз о том, что сильно скучает. После чего шатенка незамедлительно пообещала купить билет и приехать первым же поездом.

- Я могу у тебя остаться на ночь? - гостья виновато потупила взгляд, ей было очень неловко появляться в такое позднее время без предупреждения, но идти было некуда, да и телефон сел совершенно не вовремя.

- Конечно, - брюнетка порывисто притянула к себе замерзшую девушку, ненавязчиво обнимая за талию и прикрывая глаза, чувствуя, как быстро-быстро бьется сердце.

- Я тоже скучала, - холодные руки скользнули по пушистой ткани пижамы, прижимая ее обладательницу крепче к себе. Маша улыбнулась и мимолетно прикоснулась губами к оголенной шее. Длинные пальцы с ярко-синими ногтями моментально сомкнулись замком за спиной, не оставляя возможности быстро разорвать объятья и сделать вид, будто и не было этой связывающей теплоты и еле уловимого ощущения счастья.

- Ты голодная, наверно, - заботливо поинтересовалась Клэп спустя пару минут молчания, все еще не позволяя вошедшей даже снять верхнюю одежду и обувь.

- Немного, - смущенно ответила бьюти-блоггерша, мягко отстраняясь от гостеприимной хозяйки и как-то разочарованно скользнув по спине, разрывая кольцо рук. Катерина в свою очередь отпустила девушку и прошла на кухню, жестом приглашая за собой.

Тихо фырчало масло на сковородке, неизменные часы деликатно двигали свои стрелки, приближая полночь, в большой кружке от края до края лениво плавали зефирки, купаясь во вкуснейшем свежем какао. Голубоглазая посолила овощи, перемешала их еще раз и убавила огонь на минимум.

- Как отдохнула? - тихо спросила Катя, доставая из холодильника сыр и пакетик с чесноком, совершенно забывая о том, что готовит в этот раз не для себя.

- Меня насильно кормили пирожками, потому что «ой, какая же ты худючая» и настойчиво предлагали познакомить с каким-то хорошим порядочным мальчиком, пес Рикии нагло занимал лучшую половину кровати, а кошка Лиска игнорировала все мои попытки подружиться, - Вэй улыбнулась, вспоминая рыжий комочек, бегающий от нее по всему дому. - Катюш, а можно не так много чеснока?

- Фак, - заслушавшись гостью, Трофимова успела порезать уже несколько зубчиков и сейчас на автопилоте чистила новые. - Прости.

- Ты не обязана мне готовить. Прости, что свалилась, как снег на голову, и заставила суетиться вокруг меня, - гуру макияжа сделала маленький глоточек из чашки. - И прости, что не смогла навестить тебя, когда ты болела.

- Господи, да хватит извиняться, - Кейт возмущенно взмахнула руками, чуть не уронив сковороду. - Если я за сегодня еще раз услышу твое «прости» - я тебя убью.

Маша улыбнулась, так ничего и не ответив на угрозу, и приступила к трапезе. Готовившая молча смотрела на то, как ее блюдо исчезает с тарелки, и многозначительно разглядывала собственные пальцы, не зная, что следует сказать в подобной ситуации и нужно ли вообще что-либо озвучивать сейчас. Когда гостья закончила и в очередной раз поблагодарила заботливую коллегу, та предложила переместиться в комнату, и, не получив отказа, подхватила блюдечко с печеньем и кружку с какао, направилась к себе.

Резные снежинки кружились под светом старика-фонаря, собираясь в хороводы и резвясь, белый настил укрывал скучающую оголенную землю, а морозный воздух гулял по безлюдным паркам и улицам, осматривая свои владения.

Девушки удобно расположились на ковре, поедая шоколадное печенье из блюдца и слушая, как отмеряет время будильник. Вэй, грея ладони о чашку, разглядывала профиль хозяйки комнаты, задумавшейся о чем-то своем.

- А если я скажу, что люблю тебя...- начала Катя, продолжая смотреть на ярко-желтую точку, позволяя всему остальному расплываться в полупрозрачные пятна.

- Наверное, это хорошо, - осторожно начала гостья, не зная, к чему приведет этот разговор. Пока она ехала в поезде, подсознание услужливо рисовало ей всевозможные чувственные прикосновения и россыпь горячих поцелуев, реальность же очертила невидимую черту, заступить за которую казалось невозможным.

Складывалось впечатление, что их отношения, непонятно как переросшие во что-то большее, чем обычная дружба, - совершенная случайность и цепь благоприятных событий. Надеяться на взаимные чувства, а потом жестоко упасть в бездну безразличия и холодности, обманувшись в своих же ощущения, не было никакого желания.

- Это было бы хорошо, если бы у тебя не было молодого человека, - Трофимова нахмурилась, вспоминая причину постоянного беспокойства и порой ночных кошмаров. Богатое воображение насмешливо показывало, как сильные мужские руки притягивают Машу к себе, вольготно расположившись на тонкой талии, а она улыбается и обвивает своими худыми изящными руками накаченную шею. Сердце в очередной раз пропустило удар, отзываясь болью в грудной клетке.

- Катюш, - если бы шатенка могла провалиться сейчас под землю, то она бы обязательно воспользовалась этой возможностью, не задумываясь. Объясняться с Катей было довольно сложно, особенно когда не получается даже сосредоточиться под взглядом ее серьезных голубых глаз, даже заводя подобные темы, девушка чувствовала, как во рту пересыхает, а все дельные мысли кружатся водоворотом, не позволяя выцепить ни одну из них. - Не было никакого молодого человека.

- Как это не было? - голубоглазая чуть не задохнулась от возмущения, повернувшись к своей собеседнице и смотря ей прямо в глаза, ловя ртом воздух. Подобное даже в голове не укладывалось, учитывая сколько времени видеоблоггерша переваривала эту информацию и пыталась взять себя в руки, что выходило довольно скверно, особенно после поцелуя и неосторожно сказанных слов на концерте. Она то погружалась в приятную сладость чувств, то падала с головой в ледяную воду, осознавая, что ее избранница занята.

- Я не знала, что мне делать, мне было страшно, непонятно, непривычно...- начала было Мария, но договорить ей не дали пухлые губы брюнетки, которая рывком притянула к себе возлюбленную, затыкая ей рот.

Поцелуями...Нежными ли...Нижними ли...

Поцелуй вышел грубовато-нетерпеливым, от переполняющих эмоций, нашедших, наконец, выход из своего заточения и чувственным, словно каждая пыталась передать через прикосновения все свои переживания, тревожные мысли, заставляя другую прочувствовать их и отпустить.

Длинные пальцы Катерины скользнули по волосам, моментально путаясь в них, позволяя мягким прядям обвивать фаланги, и углубила поцелуй, прижимая девушку крепче к себе. Осмелев, шатенка подалась вперед, упираясь руками в колени хозяйки комнаты, позволяя ей целовать себя еще глубже, податливо подаваясь навстречу.

- Вы еще и врунья, Мария Олеговна, - выдохнула блоггерша, смотря, как у ее собеседницы проступил еле различимый румянец на щеках, а пальцы, все еще лежащие на чужих коленях вздрогнули.

- А ещё? - Вэй ожидала каких-то выяснений отношения, что перечеркнут все хорошее моментально, криков и истерик, что явно выведут из состояния беспокойства и зародят обреченность где-то в самой глубине души, только вот поцелуй она не могла предвидеть. Никак.

- А ещё я Вас люблю, - бережно убрав надоедливую прядь с лица кареглазой, заправив ее за ухо, Катя провела подушечками пальцев по щеке, мимолётно касаясь кожи.

Сомнения, невысказанные вопросы и претензии, лежащие мертвым грузом, стали медленно рассыпаться, уступая свое место светлому ощущению теплоты и умиротворения. Страх, сковывающий тела насквозь, не позволяющий даже поднять глаза и выдохнуть чуть громче, отползал в полутемные уголки, выпуская наружу мелкую приятную дрожь, проходящую по телу и гулкие удары сердца, теперь отзывающиеся не болью, а трепетом.

Фонари по-прежнему освещали кусочки улиц, снег ложился ажурными узорами на стекла, мерно догорела и потухла свечка, оставляя в комнате только свет полной величавой луны, вальяжно взошедшей на небо, желая то ли посмотреть на полусонный мегаполис, то ли поздороваться с вернувшейся зимой.

Две девушки лежали на одной кровати, смущенно отвернувшись друг от друга в разные стороны, одна разглядывала ярко-розовые обои, очерчивая мысленно узоры из цветов, вторая щурилась, пытаясь детально рассмотреть стрелки ярко-желтого будильника.

- Google приглашает нас на обучение в Лондон, - вновь первой заговорила голубоглазая, переворачиваясь на спину, смотря в потолок.

- Нас? - рядом лежащую блоггершу смутило не приглашение, а слово, поэтому она повторила его снова, словно пробуя на вкус.

- Нас, - подтвердила Клэп, пока бьюти-блоггерша последовала ее примеру и перевернулась, опуская теплую ладонь на чужую. Не оставляя возможности подумать о происходящем или вдруг прекратить, сжала пальцы, сцепляя их в замок.

- Мы согласны? - Маша улыбалась, почувствовав ответное действие, сжимающее ее руку.

- Мы согласны, - Трофимова приподнялась на локте, нависнув над шатенкой, сминая губы своими.

И было не трудно ответить на поцелуй, подаваясь вперед, обвивая руками шею.И было не трудно ловить тихие полустоны в губы, не позволяя проронить ни звука напрасно.И было не трудно преодолеть преграду, состоящую из одного-единственного одеяла.И было не трудно прижиматься всем телом, податливо реагируя на каждое прикосновение.И было совсем не трудно чувствовать чужое дыхание на шее.

Это будет не трудно,Это по любви.