глава седьмая"Близиться серьёзный разговор."

  Когда я открыл глаза и огляделся, то понял, что всё ещё нахожусь в больнице, только теперь я в роли больного. Вспомнив, почему я оказался на больничной койке, тяжело вздохнул, ведь понял, что даже не смог ничем ему ответить да и не успел. А ещё его это предупреждение...Какой-то он странный.    После таких мыслей сразу встал, но тут же сел обратно, головокружение и слабость дали о себе знать. Но я уже не мог сидеть, потому что не известно, что этот может выкинуть в следующий раз, а ведь Юля одна осталась с ним. Такие мысли не давали мне покоя, и поэтому я, дождавшись, пока головокружение пройдёт и ко мне вернётся хотя бы часть сил, встал и, всё ещё пошатываясь подошёл к двери.    Но тут я обнаружил, что обе мои руки были в гипсе. Я лишь ухмыльнулся своей слабости и подумал, что впредь мне надо стать сильнее, иначе от меня не будет толку. Открыв дверь, столкнулся с мужчиной. И тут же его узнал, это был отчим Юли. Узнал я его, потому что видел, как он приходил к ней ранее. —О, а вот и наш бравый рыцарь. За что ж тебя так отделали?—мне это показалось настолько смешным, что я даже не обратил на это никакого внимания и стал пытаться пройти дальше, но он с такой же улыбкой протолкнул меня обратно в комнату и тоже зашёл, прикрыв за собой дверь. —Выпустите меня, мне нужно к ней.—спокойно и твёрдо проговорил я, он же поспешил убедить меня в том, что этого делать не следует. —Я только от неё, она спит, к тому же, врач сказал, что ей нужен покой после вчерашнего.—он покачал головой.—Так что успокойся. Сейчас должны принести завтрак, и мы с тобой спокойно обо всём поговорим.    Он проводил меня до кровати и сел рядом. И, действительно, через пару минут принесли этот самый завтрак. Пока длилась моя трапеза, он рассказал, что очень удивился вчера, когда пришёл вчера навестить Юлю и застал такую картину. Я лежу на полу без сознания, вокруг врачи, Юля плачет, а парень с тёмными волосами, кажется, Саша зовут, стоит рядом и что-то быстро говорит, но так, что его никто не слышит.    Потом, когда я спросил о том, что не приходил ли кто-нибудь ко мне, он рассказал, что ко мне приходила тётя. Оказывается, она ещё вечером приехала и всю ночь просидела рядом со мной. И только недавно ушла домой. А ещё он сказал, что Юля вчера просила его привести меня к ней, когда я приду в себя.    Где-то через час он поднялся и сказал, что сходит посмотреть, не проснулась ли Юля. Я кивнул ему и остался ждать его возвращения. Пока его не было, занялся обдумыванием того, что скажу сестре, когда увижу её. Мы ведь так и не поговорили нормально. Тут я вспомнил про сумку и про книгу, которая в ней лежала. В панике начал оглядываться вокруг в поисках  сумки. Успокоился я только тогда, когда нашёл её, висящей на спинке стула. Думая над тем, что надо бы взять её с собой, пришёл к тому, что надо нести её в сумке, а то привлеку к себе ненужное внимание, которое сейчас совершенно не нужно. В то время, когда я думал над этим, в комнату вернулся мужчина. —Ну что, пошли? Она ждёт.—подмигнув мне, сказал он.    Я встал и сперва взял сумку, а потом только направился к двери, около которой он меня ждал. Шли мы не больше пяти минут, моя палата оказалась на том же этаже, что и палата Юли.

Pov Юля     Я врезалась как будто в невидимую упругую стену, и меня сразу отпружинило назад на кровать, с которой я только что поднялась. Для меня это оказалось настолько неожиданно, что все мысли сразу вылетели из головы и я даже больше не пыталась встать.    Тем временем Саша уже поднялся со стула и шёл навстречу стоящему у двери в шоке парню. Дальше я уже ничего не соображала, только с ужасом смотрела на то, как Саша занёс руку и с такой силой ударил парня, стоящего напротив него, что тот отлетел до самой стены, а потом получил ещё один удар по голове и отключился. Саша ещё что-то ему сказал, но я не расслышала что именно.    Через некоторое время в палату вбежали какие-то врачи и медсестры и начали что-то делать над парнем, который находился в бессознательном состоянии. Потом я почувствовала на глазах слёзы и сама того не понимая встала и побежала к брату. Но прежде, чем я успела подойти к нему, меня перехватил отец.    Ему что-то кричали врачи, потом он что-то говорил мне, но я ничего этого не слышала, не понимала тем, кто занимал всё моё внимание был брат. Мне стало так больно из-за действий друга и из-за боли, которую он причинил моему брату. Папа отнёс меня на кровать и начал успокаивать, но я ничего не хотела слушать, мне надо было к брату.    Из-за этого какая-то из медсестёр по указанию кого-то из врачей подошла ко мне и, пока папа меня держал, что-то сделала, после чего я почувствовала усталость. Я поняла, что скоро выключусь и перед тем, как заснуть, попросила отца, чтобы он после привёл ко мне его, ну или отвёл меня в его палату.    Во сне ничего не видела, а когда открыла глаза, поняла что уже утро. Из-за чего-то болела голова. Я даже не поняла сперва, но когда вспомнила, что произошло вчера, тут же нашла причину. И сразу на меня нашло такое беспокойство, что я была уже не в силах сидеть на месте. Когда я хотела выбежать из палаты, дверь открылась и вошла медсестра, держа в руках что-то наподобие подноса. —И куда это ты собралась? Тебе велено отдыхать да и я принесла завтрак.—она поспешно закрыла ногой дверь и мне ничего не оставалось, как смирно последовать за ней.   Пока трапезничала расспросила её, где я могла бы помыть голову. А расчёску я нашла в тумбочке, похоже, заботливый папочка принёс вместе с моими вещами. Вот спасибо ему! После того, как медсестра унесла поднос с уже пустой посудой, я осталась одна на некоторое время. Потом она проводила меня в душ, где я так же нашла полотенце, фен, одноразовый шампунь с бальзамом и мыло.    После принятия водных процедур и сушки волос, снова вернулась в свою палату. Уже в палате поработала над волосами расчёской и заплела их в толстую косу. Оставалось только ждать, пока придёт папа.