Жуткие ОтМетки 2

Толстые тёмные шторы были плотно запахнуты и не пропускали внутрь рассеянный свет полной луны, лампочкой в потолке не пользовались уже несколько месяцев, а на полу было расставлено четыре круга довольно больших свечей. Этого освещения вполне хватало, чтобы яркий изумрудный глаз спокойно разбирался в рисунках на полу, пока его обладатель тихо напевал какую-то знакомую мелодию. Рисунках, что тонкий белокостный палец уже который час усердно делал.

Палец в очередной за этот вечер раз окунулся в миску крови, посреди которой лежал обезглавленный кролик, и снова вернулся к вырисовыванию символов, идущих по всему периметру идеально ровного круга. Чётко и ясно, так, чтобы всё прошло точно по плану. Найтмер ненавидел халтурить.

Круг закончился, последний символ идеально встал в ряд, и скелет, продолжая напевать что-то пришедшее первым в голову, перешёл к последнему, четвёртому кругу.

— Какая же всё-таки отвратительная песня, — усмехнулся Найтмер, снова окуная уже давно не белоснежный палец в миску.

Из-под повязки на правом глазу потекло немного густой чёрной слизи. Найтмер поправил небольшой медицинский квадратик и стёр уже давно не фиолетовым рукавом оставшиеся на щеке полосы. Нельзя, чтобы хоть одна капля попала на рисунок.

У него было мало времени, но Найтмер не торопился. Пусть это тело и разваливалось на кусочки, он уже победил.

Вообще, Найтмеру очень даже повезло с телом, несмотря на то, что оно было крайне хрупким. Его изначальный владелец и до заключения своей последней в жизни сделки был довольно закрытым в себе ребёнком, самым тихим в классе и практически всё время проводил в своей комнате. Именно это Найтмеру и нужно было. Никто даже не заметил, когда одну глазницу закрыла белая повязка, а вторая сменила свой цвет с мягкого фиолетового на яркий изумруд. Даже семья, будто игнорирующая одно только существование фиалкового близнеца. Особенно непутёвый братец, живущий в своей стране счастья.

Видимо, золотые зрачки были слишком яркими, чтобы замечать изменения в собственном брате. Да даже до того, как тело перешло к новому владельцу, Дрим предпочитал не замечать бегущих по костям трещин, не замечать вечно подавленный вид и оглядывающиеся в панике фиолетовые зрачки, стоит только на горизонте замаячить нескольким больно знакомым монстрам, чьи ухмылки с каждым шагом становились всё шире, чуть ли не дотягиваясь до ушей от предвкушения весёлого времяпрепровождения. После смены владельца же весь дом предпочёл игнорировать пропажу большого количества бинтов и внезапной смены стиля фиалкового близнеца на одежду с исключительно длинными рукавами, когда из трещин начала сочиться густая чёрная слизь.

Хотя, похоже, не только Дрим был слепым, ведь никто даже и не задумывался, куда начали пропадать монстры, уходящие за школу, чтобы поиздеваться над белокостным, чей изумрудный глаз так правдоподобно сужался от наигранного страха и паники.

Найтмер закончил писать символы четвёртого круга и сел между ними. Взгляд прошёлся по результату его трудов.

Четыре идеально ровных круга, по периметру каждого такие же идеальные руны, а ровно по центрам — четыре стула. Задачей Найтмера было избавиться от тех, кто смел издеваться над прежним владельцем тела, и он посчитал подобный способ идеальным. Удачно вышло, что тех было ровно четверо, и каждый принадлежал расе скелетов. Насколько Найтмер знал, а знал он многое, тела этого вида монстров были лучшими проводниками магии. Идеальный вариант. Минус был только в том, что при смерти монстры превращались в прах, так что этих четверых пришлось привести живыми, а также найти действенный способ усыплять их в нужные моменты и без особых усилий хранить в этой небольшой комнате. Большая часть тех месяцев, ушедших на подготовку, была потрачена именно на тела.

Если честно, больше всего ему хотелось видеть на одном из этих стульев солнечного близнеца, уж больно хороший был магический потенциал у обоих близнецов, однако тот был неприкосновенен. Именно из-за этого Найтмер, перед тем, как начать, трижды убедился, что тот на долгое время остался на ночёвке у своих, так называемых, «друзей». Какое же всё-таки идиотское слово.

Гром посуды, доносящийся с первого этажа их домика, совершенно не волновал Найтмера, когда тот, сев ровно между четырьмя кругами, начал зачитывать наизусть написанные им же руны. Он знал, что та женщина, что и так казалась ему уже полумёртвой, всё равно умрёт одной из первых, когда его план придёт в силу.

Найтмер был удивлён, когда увидел, что спустя сотни лет, первым, кто призвал его, оказался какой-то школьник. В отличие от тех призывов, что он совершал сейчас, его собственный был гораздо труднее.

Последнее слово быстро произнесено. Яркий изумрудный глаз взглянул на тела на стульях. Скелеты, придя в сознание, схватились за собственные шеи, словно задыхались, тела била судорога, острые пальцы цеплялись за всё, что угодно, царапая их собственные лица и прорезая в дереве стульев глубокие борозды. Понадобилось подождать ещё несколько секунд перед тем, как первое из тел медленно вдохнуло полной грудью и, растянувшись в широкой улыбке, усмехнулось:

— Давно я не чувствовал себя таким живым.

Низшие демоны. В отличие от Найтмера, чьё величие неоспоримо и позволяло не только находиться в мире живых в собственном облике, пусть и строго внутри круга призыва, но и заключать контракты, большинство других демонов не было настолько могущественным. Они могли лишь вселяться в предложенные им в жертву тела, но всё равно были достаточно сильны. Нужно было лишь, чтобы кто-то из мира живых провёл ритуал и предложил тело, что выдержит такое вмешательство.

— Я думал ты шутишь, когда сообщил нам, что захватил тело какого-то ребёнка. Гляди, оно ведь разваливается, — спокойно поднявшись со стула и подойдя к Найтмеру, ткнул того в бок один из скелетов.

Пустые глазницы с интересом пронаблюдали за небольшим чёрным пятном, растекающимся на фиолетовой одежде, что начало появляться сразу после раздавшегося хруста отвалившегося ребра.

— Киллер, хватит. Раз уж оно такое хрупкое, трогать его точно не стоит. Мало ли, что может случиться, — поднявшись со своего места, произнёс Даст.

— У этого тела очень хороший магический потенциал, целостность же меня совершенно не интересует. Я могу даже переломать его кости на мелкие кусочки и спрятать внутри себя, и мне самому это никак не навредит, — лишь отмахнулся Найтмер.

Одного лишь лёгкого движения хватило, чтобы у основания кисти раздался треск, а на пол начали падать капли густой слизи.

— Я так голоден, готов убить кого-нибудь за сочный кусок мяса, — с хрустом потянувшись, произнёс Хоррор.

— Ты как всегда, — закатил в ответ несуществующие зрачки Киллер.

— Не волнуйся, времени у нас предостаточно. На первом этаже должна быть еда, — буквально разваливаясь в процессе, поднялся на ноги Найтмер.

— Всё ведь по плану? Никаких изменений нет? — осмотревшись в комнате, спросил Кросс.

— О да, — усмехнулся в ответ Найтмер и сорвал с глаза повязку, наконец полностью высвобождая собственную сущность. — Пора погрузить этот мир в хаос.