Танцуя с Дьяволом

— Дрим! — практически выпрыгивая из чернильного пятна, появившегося прямо посреди комнаты Хранителя, с нетерпением произнёс Инк.

Дрим даже не дёрнулся от внезапного крика, лишь спокойно покинул чей-то позитивный сон и вернулся в реальность. С Инком он всегда был настороже. Всегда. Нуждайся он во сне, наверняка бы спал под тремя одеялами и в обнимку с лопатой, а так он в любой момент ожидал появления Защитника альтернатив.

— Что такое? — как ни в чём ни бывало, спросил Дрим, встречаясь взглядом с горящими зрачками-звёздами.

Дрим как никто другой знал, что это качественная ложь. Ещё в тот самый момент, когда Инк пришёл в полуразрушенный Дримтейл, чтобы вытащить оттуда только-только выбравшегося из камня Хранителя, Дрим сразу понял, что перед ним не обычный монстр. Если честно, у него даже язык не повернётся назвать Инка монстром. Нет, для него это была пустая оболочка, не испытывающая ничего.

Краски ничего не меняли. Они лишь красили эту оболочку в нужный цвет, заставляя Инка показывать соответствующую эмоцию. Но не испытывать её. Нет, Защитник никогда не испытывал эмоций. Кому, как не Дриму, знать это?

Найтмер выглядел ошарашенным, когда его брат... Нет, не выбрался из нерушимого камня. Привёл с собой на бой это бездушное существо. Дрим отчётливо видел, как неверие сменяется отвращением на лице его близнеца.

«Ненормальный», — так и говорило выражение лица Кошмара, окружённого тремя отъявленными убийцами.

И Дрим был полностью с ним согласен.

Эта пустая оболочка, не чувствующая никаких эмоций, но умело отыгрывающая их, пугала обоих братьев. Найтмер тут же бросил все силы на то, чтобы переманить на свою сторону Эррора, что мог отвлечь на себя это нечто, а Дрим... Ему нужно было перестать быть трусом и начать сражаться, так, если возможность получить сильного союзника на своей стороне — кусок мяса, то он вгрызался в него. Не бежать от своих страхов, теряя из-за них невероятно сильную боевую единицу, а привыкать стоять с ним бок о бок, не соглашаться ни на какие авантюры и быть готовым к любым неожиданным движениям.

— Не представляешь, какую я вселенную нашёл. Она почти пустая, в ней лишь один монстр и два человека, но этот монстр имеет дар созидания! — тут же, светя своей фальшивой радостью, начал рассказывать Инк.

— И зачем тебе нужен я? До этого тебе ничто не мешало самостоятельно забавляться с различными вселенными, — внимательно следя за каждым словом оболочки, чтобы не упустить момент, который может стоит ему жизни, ответил Дрим.

— Он в очень подавленном состоянии, — взгляд Инка, как по команде ставший грустным, упёрся в пол. — Я, конечно, вдохновитель создателей, но это каждый раз требует много времени и сил. А тут создатель не где-то там, до куда можно достучаться лишь словами, а прям рядом с нами. Вот и подумал, что твои способности раздавать позитивные эмоции немного помогли бы ему.

Нужно помочь в зарядке его новой игрушки, именно так воспринял слова Инка Дрим. Однажды, когда Защитник заинтересовался растерянным Хранителем, Дрим чуть сам не оказался его очередной игрушкой. Тем, кто помог бы развлечься, сгладить скуку, а потом оказался бы выброшенным из-за ненадобности. Благо Хранитель вовремя начал отказывался от всего, что предлагала сделать эта оболочка. Инк ещё некоторое время пытался построить между ними хотя бы немного менее фальшивое доверие, чем уже было. Он раз за разом появлялся на поле боя в последний момент, чтобы перевернуть ход битвы, вёл себя так, будто спасал своего «товарища». Но Дрим был уверен, виси он на верёвке, её бы перерезал кто-угодно, но точно не Инк.

— Извини, но нет. Я ведь отказался вот так вот целенаправленно использовать свою ауру на других монстрах без особой на то причины, — как можно точнее подобрав нужные слова, отказался Хранитель.

— Да ладно тебе, Дрим, ну хотя бы по старой дружбе, — тут же сняв с себя маску грусти, начал выпрашивать Инк.

Хранитель с трудом сдержал смешок. Лишь глупец будет считать их друзьями.

Прямо сейчас в этих умоляющих зрачках Дрим видел лишь чистейшую ложь, а прямо за ней самого Дьявола. Инк делает это исключительно из собственного интереса. Не потому, что ему и правда стало жаль одинокого создателя, не потому, что он и правда дружит с Дримом. Только потому что он хочет, чтобы они оба оказались его игрушками.

— Инк, ну нет, я не хочу, — так, будто настойчивость оболочки лишь утомляет его, а не заставляет напрягаться каждой частичкой своего тела, ответил Дрим.

На лице Инка растянулась немного игривая улыбка, не предвещающая ничего хорошего. Хранителя тут же потянули за руку на себя и закрутили, словно в каком-то неразборчивом танце.

— Ты просто не понимаешь, как это может быть весело и интересно. Ты просто представь, там сидит в абсолютном унынии из-за отсутствия вдохновения монстр с душой творца. Представь, что может сделать со своей вселенной создатель, находящийся не где-то там, а прямо внутри своего творения, — радостно начал лепетать Инк.

Дрима раскручивали, останавливали, чтобы он посмотрел прямо в горящие звёздами глаза, а после снова закручивали. Не давали отвлечься на что-либо из окружения, резкими дёргающими движениями выбивали все ненужные мысли из головы и приковывали всё внимания к говорящему.

По крайней мере, так считал Инк.

Хранитель никогда не переставал быть на чеку, лишние движения не мешали вслушиваться в речи оболочки, чтобы понять каждое слово, весь смысл, заложенный в них.

— А потом, когда он наконец найдёт своё вдохновение, он будет благодарен нам обоим. Будет очень рад нас встретить снова, будет боготворить и считать просто невероятными существами. Доверять нам то, что никогда не доверил бы кому-либо другому! — немного сильнее дёрнув Хранителя на себя и заставив его замереть напротив, Инк протянул ему руку. — Давай же, соглашайся. Это будет невероятно, просто поверь мне.

Дрим едва сдержал смешок. Ну уж нет, даже его жизнь слишком коротка, чтобы провести её, танцуя с Дьяволом.