Драбблы на школьную тему 2

— Давай же, это не так плохо, как ты думаешь. Просто попробуй, — подбадривал Эррора звонкий голосок на удивление чëткого из-за надетых очков голубоглазого пятна.

Взгляни Эррор раньше на вытянутые для объятий ладони этого, как внезапно оказалось, всегда добивающегося своего чуда, он бы лишь бросил максимально осуждающий взгляд, от которого казалось, будто Эррор тебя даже тараканом под ногами не считает, и, бросив какое-нибудь обычное оскорбление, ушëл, хорошо скрывая страх и дрожь от одной лишь мысли о прикосновениях.

Но сейчас перед ним с распростёртыми для объятий руками стоял не тот прежний коротышка, не являющийся для Эррора ничем большим, чем надоедливой мошкой, а Блу. Да, всë такой же низкий, но чрезвычайно яркий, заразно весëлый и милый паренëк, который прямо сейчас был готов предложить свои тëплые объятия вечно холодному Эррору. И сейчас он не собирался отказаться. Хотя, эти мысли уже не раз за эти несколько секунд ожидания, что казались вечностью, заполняли голову, чуть ли не заставляя отступить назад. Но, даже откажись Эррор, он бы лишь оттянул неизбежное.

Блу был очень настойчивым. Всегда и во всём. Он цеплялся всеми конечностями за то, что казалось ему правильным, и наотрез отказывался отступать. Спорить с Блу было просто невозможно, если только не ткнуть его носом прямо в доказательство его неправоты. Только вот доказать ему, что Эррор и правда плохой, что он ненавидит прикосновения, а не просто боится и таким образом защищается, не смог никто. Даже сам Эррор.

Вообще, их знакомство совсем не задалось. Эррор был на своеобразной стороне "зла", в то время как Блу даже не успел понять, как оказался на противоположной стороне. Голубоглазый лишь хотел проводить больше времени со своими друзьями и безвозмездно помогать им, но внезапно оказался втянут в чужое противостояние. И именно на "поле боя" они и познакомились. Эррор вместе со своими "боевыми товарищами" всегда был в той же параллели, что и Блу, но в другом классе, так что, как одноклассники, они не могли познакомиться, а выцепить Глюка в коридорах было практически невозможно. В итоге, стоило только Блу появиться, как его тут же окинули высокомерным взглядом и назвали «Ещё одним идиотом».

Всë шло явно не в сторону примирения. Эррор всегда вёл себя максимально безучастно. Казалось, будто он вообще не состоял в компании тëмного близнеца, а просто помогал по старой дружбе. Блу даже не сильно удивился, когда узнал, что так и есть. Голубоглазый постоянно видел, как Эррор дрался лишь с Инком, постоянно удерживая дистанцию и атакуя довольно редко, но всегда точно.

Блу не знал, зачем тогда проследовал за ретировавшимся раньше всех врагом, не знал, зачем решил предложить ему свою помощь, но знал, что коснулся его лишь чтобы привлечь внимание. Хотя вряд ли заставить крайне сильно запаниковать из-за резко нахлынувшего страха значило привлечь внимание. Скорее сам Глюк привлëк своей неожиданной реакцией внимание голубоглазого к себе. И тот до сих пор так и не отцепился.

Эррор хорошо помнил, как его в один день выцепили в коридоре, заставляя снова дёрнуться от внезапного прикосновения, а потом, с виноватым видом отпустив, заявили, что Глюк не плохой, к нему просто нужно найти подход. Такие слова Эррор слышал не впервые, раньше ими любил раскидываться Чернильный, пытаясь постоянными объятиями-капканами «пробиться через иголки», совершенно не замечая дикий страх и неприязнь в глазах. Голубоглазый же не меньше минуты извинялся за все разы, когда он посмел коснуться Глюка без спросу, а потом уже с улыбкой счастливого идиота начал гнуть свою линию. Нельзя не сказать, что это неслабо шокировало Эррора.

Сначала он совершенно не шёл на контакт, старался не попадаться голубым глазам в коридоре и в целом лишь отмахивался от парнишки, наученный горьким опытом с Инком. Но этот не спешил его трогать. Держал дистанцию в метр и даже не вытягивал руку в сторону гаптофоба, что безусловно было довольно приятно. Вскоре Блу понял, что такой способ не работает и, нет, не сдался. Начал действовать спокойнее и сдержаннее, а когда узнал о любви Глюка к горькому шоколаду, и вовсе начал оставлять записочки с горькой сладостью, а при встречах вручал лично, пытаясь хотя бы через желудок достучаться до парня. Затем пошли попытки завести какой-нибудь незамысловатый диалог, поспрашивать что-нибудь, чтобы узнать о новом друге побольше. Уже к этому моменту Глюк начал чувствовать себя спокойнее в чужой компании, пусть всё ещё не мог нормально доверять пареньку.

Вскоре голубоглазый наконец начал сокращать дистанцию. Сначала просто начал стоять чуть ближе, чем обычно, чтобы Эррор получше привык к его компании, а после предложил первое прикосновение. Да, он лишь предложил коснуться друг друга кончиками пальцев, что, к счастью, не было для Глюка так трудно, как тот предполагал, но вызвало в Блу просто взрыв эмоций. Затем было рукопожатие, к которому Эррор привыкал чуть дольше, а потом Глюк начал потихоньку привыкать к спокойно лежащей на плече руке голубоглазого, а также сам, периодически даже не замечая этого, начал касаться уже, как ни странно, не какого-то там наивного идиота, а друга. Который, да, все ещё периодически был идиотом, но чаще — другом.

И вот через практически год их общения настал тот момент, который Блу так ждал. Именно сейчас янтарные глаза с лёгкой неуверенностью, по сравнению с тем, что было в самом начале пути, смотрели через круглые линзы очков на небольшие, по сравнению с самим Эррором, ладони.

Ему нужно было довериться, и именно это на протяжении всего пути было самой главной проблемой. При каждой встрече душу терзали неприятные мысли о том, что внезапно начавший строить с ним хорошие отношения Блу в конечном итоге сдаст «опасного противника» своим лучшим друзьям, поставив их выше, чем привязавшегося Эррора. Это было довольно неожиданно для Эррора, но он крайне быстро привязался к этому пареньку, в какой-то момент начиная по собственному желанию раскрываться перед ним. Но отрицать это было нельзя. Эррор привязался, крепко и безвозвратно, так что сейчас наравне с привычными сомнениями внутри горело сильное желание ответить и перейти на немного новый уровень, а не продолжать сомневаться.

Глюк рвано выдохнул, зажмурился, а после сделал шаг вперёд. Прямо в объятия Блу. Чтобы по дороге уж точно не захотеть передумать. Глаза распахнулись, а дыхание перехватило, когда он сам, даже толком не осознавая этого, сжал голубоглазого в неслабых объятиях, цепляясь пальцами за одежду на спине. Сам же Блу не торопился заключать друга в ловушку объятий, пусть и сильно хотелось. Сердце билось с бешенной скоростью, и, судя по стуку, что он слышал, будучи прижатым к груди Эррора, не только у него. Пальцы аккуратно погладили по дёргающейся из-за рваного дыхания спине, позволяя немного успокоиться. Лишь через несколько секунд, когда Глюк уже не был похож на попавшего в капкан зверя, ладони полностью легли на чужую спину, а Блу довольно выдохнул.

Ничего не произошло. Никто не воткнул ему нож в спину, а из-за угла не появились Звёздные, готовые поздравить друга с выполненной миссией. Ему не сделали плохо. Даже наоборот, в чужих объятиях было тепло и приятно. Спокойно.

Облегчённый выдох вырвался сам по себе, а после и сам Эррор обмяк, полностью отдаваясь мягким объятиям. Его сердце начало потихоньку успокаиваться, начиная отбивать уже привычный ритм, в то время как сердечко голубоглазого продолжало счастливо колотиться о грудную клетку изнутри.

Как же приятно было чувствовать, когда человек в твоих объятиях полностью обмякает. Когда тот, кто раньше был самым колючим из всех остальных, наконец смог поверить в истинность намерений и перестать сопротивляться мягким объятиям. Прекрасное чувство.