Зов моря

— Мы отправляемся сюда, — костяной указательный палец ткнул в центр небольшого моря, которое по неизвестным причинам толком никто не посещал. Различные слухи крутились вокруг этого места: мёртвая чёрная вода, сильнейшие штормы, от которых ещё никому не удавалось спастись, огромное морское чудище... Но больше всего верилось в то, что ближайшие острова необитаемы, так что переплывать через него не было никакого смысла. Но небольшой кораблик трёх скелетов уже около часа дрейфовал прямо неподалёку.

Эти трое никогда не были настоящими пиратами. Скелетов просто в один момент свела страсть к приключениям, нежелание сидеть на месте и крепкая выпивка. Никто из них толком не понимал, когда они успели так сдружиться, но все трое не раздумывая решили прикупить на имеющиеся на тот момент деньги какой-то скромный кораблик, которому не понадобится большой экипаж, и пуститься в дальнее плаванье в поиске таинственных сокровищ и приключений. И это продолжалось уже как полгода.

— Почему ты так думаешь? — спрашивать уверен Киллер или нет Даст не собирался, это было ясно видно.

Вообще, никто черноглазого на пост капитана не ставил, просто в один момент все трое сошлись во мнении, что у него лидерских качеств гораздо больше, чем у остальных двоих. Но сейчас Киллер вёл себя довольно странно. Никто и никогда ещё не видел его серьёзным, а тут ещё и добавилась неуверенность в движениях, что было даже менее свойственно ему, чем та же внезапно появившаяся серьёзность.

— А ты не чувствуешь? — скелет снова обвёл пальцем место, на которое до этого указывал. — Оно манит, зовёт. Мы проплыли мимо уже как два часа назад, но это чувство не становится слабее, лишь сильнее. Я не знаю почему, но мы должны туда вернуться, — пустые глазницы продолжали настойчиво сверлить взглядом карту так, будто она может рассказать всё, что нужно, просто не сознаётся.

— Я тоже это чувствую, — внезапно появился рядом с картой Хоррор, что до этого лишь маячил где-то неподалёку. Он ещё никогда не участвовал в спорах насчёт места, куда они отправятся, предпочитая отдать волю решать скелетам, что разбирались в этом лучше него.

— Я тебя понимаю, но ты точно уверен, что мы должны плыть туда прямо сейчас? — с трудом подавляя собственное желание отправиться в неизведанные и наверняка опасные воды, пытался сказать хоть что-то против Даст.

Пальцы слабо теребили край одежды в попытках занять себя чем-нибудь, кроме штурвала. Сейчас перед разноцветными зрачками была бездна чужих глаз и вполне возможный риск потерять не только корабль, но и команду, к которой Пыльный за всё это время успел неслабо привязаться. Ответом послужил краткий, но твёрдый кивок, после чего каждый отправился выполнять свою часть работы, чтобы корабль был готов отправиться в, как почему-то думали все трое, своё решающее плаванье.

Казалось, будто якорь сам практически взлетал наверх, ветер всё время оставался попутным, а волны, что были совсем небольшими, будто подталкивали кораблик вперёд. Каждый думал, что так и должно быть, каждый хотел как можно быстрее добраться до столь манящего моря, в которое их вела сама природа.

Когда они только пересекли границу моря ничего странного или ненормального не появлялось, но стоило им зайти дальше, как первым делом начала темнеть вода. Да, в море с корабля практически невозможно было увидеть дно, но через некоторое время всем троим стало казаться, будто на них смотрела непроглядная тьма, будто там, под толщей воды, скрывалась лишь тёмная бездна, в которой явно неумолимо двигалось что-то такое же тёмное.

Небо начали закрывать густые тучи, чёрная вода пошла волнами, подталкивающими кораблик вперёд, а попутный ветер, что вёл их прямо в центр таинственного моря, лишь усиливался. Даже штурвал теперь не нужен был — судно плыло само навстречу вероятной погибели.

Костяные пальцы каждого из троицы цеплялись за корпус корабля в попытке устоять на палубе, та уже неслабо шаталась от тёмных барашков воды, что стали лишь сильнее биться о судёнышко, толкая его вперёд и только вперёд. Тучи всё сгущались, начиная лить дождь и уже практически полностью закрывая последние лучики света. Впереди их ожидала лишь непроглядная тьма и смутное чувство, будто там, в самом центре этой бездны, что назвать обычным морем уже язык не поворачивался, что-то есть. Наверняка большое, такое же тёмное и опасное. Но, как бы ни хотелось развернуться, пути назад не было. Сил этих троих уж точно не хватит, чтобы выплыть из начавшегося шторма.

Через некоторое время они перестали плыть вперёд. Корабль лишь толкало из стороны в сторону, но никак не глубже в бездну. Похоже, судно достигло её центра. В тёмных беспросветных тучах начали бить яркие молнии, а вода в самом центре — подниматься и расходиться волнами, что грозились перевернуть судно прямо на месте.

Вскоре вода расступилась и явила миру жителя бездны. Огромный тёмно-изумрудный глаз свысока смотрел на всех троих, яркие вспышки молний освещали покрытый очень тёмными зелёными водорослями кости, а гигантские щупальца, покрытые такими же водорослями, оплели небольшое судёнышко прямо за спинами троицы, что была не в силах отвести взгляд от тёмно-изумрудного глаза. Пальцы крепче сжимали корпус ломающегося на щепки корабля, зрачки дрожали, но тело не слушалось.

Через какие-то жалкие секунды остатки досок и вовсе ушли из-под ног. Руки тут же стали пытаться удерживать тело на поверхности бездны, как снова поднялись волны. Крупные скелетные ладони, что только что выбрались из-под воды накрыли всех троих разом погружая как можно глубже в неспокойную воду.

Внезапно категорическая нехватка воздуха перестала иметь особое значение. Резкий порыв воды сорвал одежду, а тело пронзило резкой болью. Ноги начинали срастаться воедино, кости ломались и перестраивались, собираясь в большой хвост, а после покрываясь окульей кожей и небольшими чешуйками. Пальцы, в это же время становясь всё острее, словно когти, сдирали надкостницу с шеи, освобождая место жабрам. Обе челюсти прорезал растущий второй ряд зубов, а на спине вырастал плавник. Хотелось извиваться, кричать и попытаться вдохнуть хоть немного воздуха, но никто не мог отвести взгляда от тёмно-изумрудного глаза, что настойчиво и сверляще, будто в ожидании чего-то, смотрел на бывших скелетов сверху вниз.

Вскоре боль утихла. Акулий хвост стал словно родным, дыхание через жабры, казалось, было с каждым из них с рождения, когти вместо нормальных пальцев и немало явно лишних зубов не мешались, а плавник оказался крайне удобным. Глазницы каждого привыкли ко тьме бездны, начиная различать в воде тёмные водоросли и вьющиеся щупальца.

Только вот никто из троицы уже не помнил, кто они и как здесь оказались. Но каждый чётко знал лишь одно: теперь их цель — служить.