1/18 «Дженни»

Дженни уже скинула в рюкзак тетрадь с учебником и собиралась нацепить наушники, когда её окликнула одноклассница с низким глубоким голосом:

- Дженни!

Дженни беззвучно цокнула, но руку с беспроводным наушником всё же опустила и обернулась с натянутой улыбкой. Совершенно искренней улыбкой ей отвечала добродушная одноклассница - красавица Ким Джису. В классе осталось ещё много ребят, которые и не собирались пока уходить: компания из четырёх человек - двух девчонок и двух парней - расположилась на задней парте у окна. Они очень громко болтали и смеялись, будто были тут одни, но суть их обрывистого разговора всё равно было трудно уловить. Ещё была парочка групп поменьше - из двух-трёх человек, которые гораздо тише общались. Дженни не хотела оставаться среди них ещё ни на минуту, потому что все ассоциации, которые одноклассники в ней вызывали, были связаны с учёбой. При мысли об этом Джен опустила хмурый взгляд, но быстро спохватилась и как можно мягче спросила:

- Ты что-то хотела, Джису?

Джису воодушевлённо ответила:

- Надеюсь, ты придёшь завтра на юбилей открытия кафе моей мамы! Я всех туда позвала, держи, - и она протянула Дженни продолговатое приглашение в розовых цветах.

Дженни промычала что-то невнятное, так и не дав понять Джису, придёт она или нет. Но Джису лишь растерянно дёрнула уголками рта.

- До завтра! - крикнула она вслед уходящей Джен, но та её уже не слышала, надев наушники.

Джису вернулась к своим друзьям несколько подавленная. Её лучшая подруга Пак Чеён - миловидная девушка с крашенными блондинистыми волосами, часто, как и сейчас, собранными в прилизанный высокий хвост - сразу просекла в чём дело и хмуро покосилась на дверной проём, в котором меньше минуты назад исчезла Дженни.

- Если честно, она меня так бесит! - громко, чтобы все точно услышали, но как бы невзначай, заявила Чеён.

- О ком ты? - поинтересовался холодным, но вместе с тем энергичным и живым голосом брюнет с маленькими глазами, пухлыми губами и крупным аккуратным носом. Чеён вполне красноречиво прожигала взглядом дверной проём, скрестив руки на груди, а потому парень тоже туда рассеянно посмотрел, но так и не догадался.

- О Ким Дженни, разумеется! - буркнула Чеён, но её никто не поддержал. Пробежав по друзьям и одноклассникам непонимающим взглядом, Чеён всплеснула руками - Да ладно вам! Только не говорите, что не согласны со мной! Дженни всех нас ненавидит, считает себя лучше нас, раз хорошо учится.

- Ну, мы этого не знаем, - пожал плечами парень, снисходительно ухмыльнувшись - Ким Дженни ничего подобного, вроде, не говорила.

- Ну, вообще, в словах Чеён есть доля правды, - осторожно вставила девочка с каре и в круглых очках - Я стараюсь не встречаться с Дженни взглядом, потому что в нём всегда есть осуждение.

Парень откинулся на спинку стула, широко расставив ноги. Слушал он их с сомнением. Чеён же довольно кивнула:

- Видите, Юль Ми меня поддерживает!

- А мне кажется, что Дженни милая, - тихо произнесла Джису. Её расслышала только Чеён, но, заметив, что остальные не услышали, притворилась, будто Джису ничего не сказала.

Вскоре они забыли о Дженни и продолжили болтать о всяком: о приближающихся промежуточных экзаменах, новом магазине, открывшемся в торговом центре рядом со школой «Яндук», юбилее кафе «Мамина еда», которые несколько лет назад открыла мама Джису, и прочем. Но через некоторое время пришёл учитель, у которого закончились рабочие часы, и выгнал всех, заперев кабинет до следующего утра.

Уже тащась по коридору, ребята постепенно разделились. Парень из компании Чеён и Джису плёлся по коридору один, вальяжно сунув руки в карманы тёмно-синих школьных брюк, когда его догнала его лучшая подруга с громким выкриком:

- Со Ёль Гён!

Ёль Гён успел увернуться раньше, отскочив в сторону, и не попасть в удушающе крепкие объятия длинноволосой активной подруги, которая всё равно кинулась на него, чтобы потрепать по волосам. Некогда ровно уложенные, теперь они стали взлохмаченными, как у воинственного петуха. Но Ёль Гёну до этого, казалось, не было никакого дела. Когда «атаки» его подруги прекратились, он широко заулыбался, глаза его до этого скучающие, засверкали.

- Лиса! Когда ты вернулась? Как твоя бабушка, в порядке?

Лиса сморщила носик, будто не это ожидала услышать. Ёль Гён знал - Лиса ездила к своей больной бабушке, чтобы позаботиться о ней в больнице, пусть у них и были прохладные отношения. Родители её, на время переехавшие из Сеула в Таиланд, чтобы положить бабушку в одну из лучших больниц Бангкока, отправились в отпуск на две недели, заставив Лису заменить их. Теперь, вернувшись из Таиланда в Сеул, она не хотела думать об этом. Но Ёль Гёну всё же коротко пояснила:

- Я вернулась минут двадцать назад, завезла вещи в квартиру и сразу сюда. Боялась, что не успею тебя удивить! Бабуля в порядке, - тише добавила она, но тут же снова оживилась - А ты чё плетёшься, как трупик? Перед экзаменами загружают?

Ёль Гён неопределённо повёл плечами:

- Да так, пока вроде нет... Всё равно впадлу на учёбу ходить. Но я так рад, что ты вернулась!

- Ты куда сейчас?

Ёль Гён опять пожал плечами.

- Может, в компьютерный клуб... Или пожрать куда-нибудь... Или домой, спать охота.

- Тогда поехали ко мне, мне нужна твоя помощь.

— С чем это?

- Мне будет скучно шмотки самой разбирать после поездки, развлечёшь меня чем-нибудь.

- А... ну понял, погнали тогда, - с радостью согласился Ёль Гён, и они направились к автобусной остановке.

***

Дженни не ушла из школы. Ей не хотелось домой, поэтому сейчас она сидела на парапете у входа в школу с питьевым клубничным йогуртом и читала книгу. Уши её были по традиции заткнуты наушниками. Песня прекратилась, но следующая всё никак не начиналась. Увлечённая чтением Дженни не сразу это заметила, зато вдруг уловила звонкий, яркий, мелодичный смех... Этот смех, Дженни сама не поняла как, но уже подняла голову и глядела перед собой, на высокую худощавую девушку с длинными чёрными волосами и плотной чёлкой, которая симпатично выделяла пухлые округлые губы девушки и её широкий у основания носик. Дженни, как заворожённая, подняла взгляд выше и в этот момент встретилась с большими глазами этой девушки. Нижние ресницы у неё были подкрашены, делая взгляд одновременно и тяжёлым, и ещё более привлекательным... Дженни нахмурилась, когда поняла, что эта девушка - её одноклассница Лиса - тоже на неё смотрит, но больше не смеётся - от искреннего смеха осталась только умеренная улыбка и горящие щёки. Дженни показалось, что во взгляде Лисы проскользнула заинтересованность. Дженни хмыкнула про себя - ведь это было естественно. Наконец, заиграла новая песня. Оказалось, что прошло то всего несколько секунд, может, чуть больше десяти, а Дженни решила, что пара минут. Она нервно задышала, сильно сводя густые ровные бровки. Решилась снова взглянуть на Лису, но увидела лишь её спину, скрываемую прямыми волосами. Дженни вернулась к чтению книги и вскоре забыла о Лисе, с которой они никогда не разговаривали, пусть и были одноклассницами все два с половиной года старшей школы.

***

Когда Лиса с Ёль Гёном уже зашли в автобус и остались стоять в конце вагона, так как свободных мест не осталось, Лиса пробубнила себе под нос:

- Чего это Ким Дженни на меня так смотрела?..

Ста восьмидесяти метровый Ёль Гён легко держался за поручень на потолке, а вот Лиса даже не подумала взяться за него. В автобусе было тихо, поэтому Ёль Гён услышал бубнёж подруги.

- Когда? - бросил он прямо над её ухом.

- Что «когда»? - чуть вздрогнув от неожиданности, переспросила Лиса.

Ёль Гён красноречиво, будто устало глянул на неё сверху вниз, а потом снизошёл:

- Когда Ким Дженни на тебя смотрела?

- Ты не заметил её? - хмыкнула Лиса.

Ёль Гён отрицательно мотнул головой.

- Забей, - как бы без интереса отмахнулась Лиса, а сама всё продолжала невольно о Дженни думать: о том, как та сидела в полном одиночестве на этом холодном парапете, занятая книгой, наушниками и йогуртом. Выглядело это... жалко? Лиса тряхнула головой - точно нет! Взгляд у Дженни был слишком гордый для жалости, как у львицы. «Почему я вообще думаю о ней?» - в итоге пронеслось в голове Лисы, и она перестала это делать, сосредоточившись на мыслях о съёмной квартире в не самом элитном доме.

В этот момент автобус резко затормозил, и Лиса, у которой из головы вылетело взяться за поручень, чуть не улетела вперёд. К счастью, спокойный и внимательный Ёль Гён вовремя среагировал и притянул Лису к себе за талию. Лиса ничего не заметила - она просто открыла зажмуренные глаза и, поняв, что опасность позади, сказала другу «спасибо». Теперь она уже взялась за поручень, пусть это и было не слишком удобным. А Ёль Гён почувствовал, как предательски быстро забилось его сердце, как вмиг стало жарче. Ёль Гён отвернулся, чтобы не смотреть на Лису, приложил руку к груди через тёмно-синий пиджак школьной формы - какого-то особенного биения сердца он не ощутил. К его счастью, на его желтоватой коже красные щёки даже самому было сложно в зеркале заметить, а потому он легко убедил себя, что всё нормально.

- Аккуратней будь, - настоятельно буркнул он.

- Ага, - только и ответила ему Лиса.

- Кстати, - вспомнил Ёль Гён - Пока не забыл, на, - и он протянул ей розовое пригласительное, сразу пояснил - Джису всех зовёт на юбилей семейной кафешки, это я для тебя взял.

Лиса обрадованно засветилась:

- Круто! Госпожа Чан вкусно готовит ттокпокки. Ты пойдёшь?

Ёль Гён пожал плечами.

В забитом пассажирами автобусе разговаривать было как-то некстати, поэтому разговорились они уже тогда, когда направились к новому дому Лисы.

***

Дженни вернулась домой лишь спустя три часа после окончания уроков. Она позвенела ключами в замочной скважине и зашла в старую квартиру, бросив рюкзак на пол, но не крикнула родителям «Я дома!», как делали это все её одноклассники. Дженни посмотрелась в зеркало на входе, подумала, что выглядит какой-то уставшей и оттого... слишком раздражённой? Дженни по привычке поджала розовые губы, подумав о Джису, когда та отдала ей пригласительное. Дженни тут же опустилась на корточки и выудила его из рюкзака. Пригласительное выполнено было со всеми стараниями, на лице Дженни появилась лёгкая улыбка.

- Пришла? - резко раздался мамин голос над головой. Дженни снизу-вверх посмотрела на сонную маму. Та кивнула на пригласительное - Что это у тебя?

- Одноклассница зовёт на юбилей кафе её мамы, - нехотя сообщила Джен.

- Кафе? - переспросила мама - Значит, сможешь еды принести для нас с папкой?

- Что? - разочарованно нахмурилась Дженни и встала, поравнявшись с мамой.

- Ты чё так на мать смотришь? - рассердилась та и отошла на шаг назад, умудрившись при этом выхватить из рук Джен пригласительное.

- Отдай! - воскликнула Дженни и протянула руку, но мама, не задумываясь, ударила по ней.

Дженни пискнула от неожиданной боли, но мама не обратила на это внимания, с интересом читая. Джису написала, что в честь праздника мама бесплатно угощает всех её друзей.

- Дружишь с этой Ким?

- Нет, - обиженно отрезала Дженни.

- Но она же дала тебя это ерунду! Сходи и принеси маме с папкой еды, раз бесплатно. Ты же жадина, не можешь купить нам ничего.

Дженни ничего не ответила, проглотив недовольство. Объяснять безработным родителям, что сама ещё несовершеннолетняя Дженни подрабатывает для себя, лишь бы не остаться без обеда в школе и без аккуратной школьной формы, было бессмысленным. Дженни уже пробовала - всё без толку. Поэтому сейчас она нетерпеливо молчала. Она знала - нужно ещё совсем чуть-чуть потерпеть и можно будет свалить из ненавистного дома.

- Я не буду вам ничего таскать! - очевидно не желая продолжать этот разговор, заявила Джен и хотела уйти в свою комнату, забив на это дурацкое пригласительное, но теперь её грубо остановил отец:

- Неблагодарная тварь! - выругался он, появившись словно из ниоткуда - Сколько мы ещё должны для тебя сделать, чтобы ты начала и для нас что-то делать?

- Для начала найти работу! - огрызнулась Джен.

Отец замахнулся. Дженни не дёрнулась, уверенная, что он не тронет её, как обычно, однако в следующую секунду её щёку прожгла горячая боль. Боль эта не стихала ещё около пары десятков секунд, а глаза Дженни наполнились слезами. До этого она терпела, но моргнула, и слёзы потекли по её щекам. Дженни тут же растёрла их по щекам и негодующе уставилась на отца.

- За что?! - истерично прокричала она.

- Ты думаешь, мы с твоей матерью не пытались найти работу? Нас просто никуда не брали, и мы опустили руки!

Дженни усмехнулась, прекрасно зная, отчего никто не хотел принимать её пьющих родителей на работу. И что эти попытки найти работу ограничивались всего парой-тройкой мест. Дженни с печальной иронией подумала, как её родители умудрились до сих пор не начать гонять наркоту.

- Дочь, я давно уже думал о том, чтобы отправить тебя в одно особенное место, - устало вздохнув, как после сложного дня, произнёс отец.

- О чём ты говоришь? - напряжённо спросила Джен: ей не понравился тон отца.

- Ты грубиянка! Совсем не уважаешь родителей и скоро драться со всеми начнёшь!

- Что?.. - растерянно переспросила Дженни, не веря своим ушам.

- Да, Дженни, мы с папкой давно уже думали об этом, - высокомерным противным голос добавила мама - Мы хотим, чтобы ты поучилась хорошим манерам и правильному отношению к родителям в специальной школе «Сондон».

- Но это даже не в Сеуле! - испугалась Дженни.

- Да, потому что так будет лучше. Так ты не сбежишь, - заметил отец.

Дженни так опешила, что ей нечего было сказать. Она хотела поругаться с ними, а после разорвать все связи - никогда больше не знать этих людей! Но не могла, потому что была ещё недостаточно взрослой. И вдруг мама добавила:

- Но мы можем не переводить тебя, если ты просто принесёшь нам вкусняшек от твоих этих Кимов.

- Прямо сейчас... - отчеканила Джен, отказываясь верить - вы серьёзно мне угрожаете? Хотите сделать из меня воровку?!

- Конечно же никто тебе не угрожает! - испугалась мама - Мы даём тебе выбор.

- Я уже списался с директором школы «Сондон», - многозначительно поведал отец - Он только за твой перевод в его школу.

В мыслях Дженни пронеслось всего одно слово: «Ненавижу!» Но вслух она ничего не сказала, лишь отобрала у мамы пригласительное, схватила рюкзак и заперлась в своей комнате. С пугающим равнодушием родители по ту сторону двери ещё предлагали Дженни подумать, а потом ушли. Стало тихо.

Дженни бы заплакала, но ей так сильно не нравилось плакать из-за тупых родителей, что она изо всех сил заставляла себя не проронить ни слезинки, а потом, не ужиная, просто продолжила учиться, пока не уснула прямо за столом под холодным светом настольной лампы.