Глава 7. Змеиное сердце

Он молчал целый день.

Ни взгляда, ни слов. Будто исчез из реальности — растворился в стенах замка, как шёпот, как дыхание камня. И только вечером, когда я уже не ждала, он снова появился.

Я сидела у чёрного озера. Вода была недвижимой, как стекло, отражая тёмное небо. В этом молчании было нечто пугающее — и манящее.

— Ты читаешь тьму, как другие читают книги, — сказал он за моей спиной.Я обернулась. Том стоял на границе света, падающего от фонаря, и тени. Его лицо казалось вырезанным из мрамора.

— А ты скрываешь боль, как другие скрывают шрамы, — ответила я.

Он не усмехнулся, как обычно. Не парировал.

Просто подошёл ближе и сел рядом.

— Я родился без любви, — сказал он. — Без имени, которое кто-то носил с гордостью. Без матери, без отца. Только с... тишиной.

— Но ты стал легендой, — сказала я. — Сам построил себя.

Он смотрел на воду.— Я стал тем, кем нужно было стать, чтобы выжить. Чтобы никто больше не мог отнять у меня ничего.

— Даже себя?

Он повернулся ко мне. Его глаза были спокойными, но в них — колючая тоска. Не та, что кричит. А та, что замёрзла внутри навсегда.

— Я никогда не знал, что значит себя. Слишком много зеркал. Слишком мало отражения.

***

Он молчал некоторое время. Потом медленно протянул руку и раскрыл ладонь. На ней — змея, вырезанная из чёрного камня. Амулет. Сердце Слизерина.

— Это не просто артефакт, — прошептал он. — Это сосуд. Он хранит часть моей силы. Моей… сути.

Я смотрела на камень. От него шло странное, липкое тепло. И холод одновременно. Магия в чистом виде. Противоречивая. Как он сам.

— Зачем ты показываешь мне это?

— Потому что ты не отвернулась. Даже когда должна была. Даже когда увидела, что я…

Он не договорил.

Я взяла амулет в ладони. И в ту же секунду — увидела.

***

Вспышки.

Каменная комната. Крик младенца, заглушённый чужим голосом. Сиротский приют, темнота, ледяной матрас, чужие руки. Том — маленький, молчащий, с глазами, в которых уже живёт тьма.

Книги, одиночество, магия. Первое убийство. Без страха. Без сожаления.

Но и — одиночество. В каждом воспоминании. Он один. Всегда. Даже в тех, где победа.

***

Я выронила амулет. Он не разбился. Просто упал, глухо звякнув о землю.

— Ты дал мне это, чтобы я увидела, кто ты?

— Нет, — сказал он тихо. — Чтобы ты поняла, почему я таким стал. И почему пути назад нет.

— А если есть? — спросила я. — Если дорога назад — это ты сам?

Он смотрел на меня долго. Слишком долго.

— Тогда, может быть, я боюсь обернуться.

***

Когда он ушёл, я осталась одна с амулетом в руках.

Он всё ещё пульсировал слабым теплом. Как будто в нём билось сердце. Холодное. Раненое.

Змеиное.

***

А я всё сильнее понимала:Не я заглянула в его бездну.Он позволил мне заглянуть.А это значит — он начал видеть во мне не просто союзника.А шанс. Или угрозу.

Всё зависит от того, на чьей стороне будет моё сердце,когда начнётся настоящее пробуждение.