8 глава

|Чонгук|

— Не понимаю, зачем ты отдал ей свою куртку. — Волосы Дахён свисали с матраса. Она сделала глоток и передала бутылку Минхо.

— Потому что она замерзла. — Я прижался к спинке дивана.

После встречи с Дженни я купил пару емкостей, забрал Дахён и Минхо из леса позади дома Ли Феликса и отвез их назад к Сынри и Югёму. Останься мы там, вряд ли кто-то из них оказался бы настолько трезвым, чтобы подбросить меня домой. Да и сам я собирался нажраться до потери пульса.

Если верить досье моего социального работника, нам с Минхо — еще одним приемышем, — было выделено по комнате наверху. На самом деле эта ледяная дыра, больше похожая на цементный блок, чем на обустроенный подвал, была местом, где жили мы втроем. По очереди спали на старом огромном матрасе и на диване, который мы нашли в магазине подержанных товаров. Мы отдали Дахён кровать наверху, но когда ее тетя Сынри и дядя Югём ругались, – что происходило постоянно, – она делила матрас с Минхо, а я спал на диване.

Не считая братьев, Дахён и Минхо были единственными, кого я мог назвать своей семьей. Мы познакомились, когда Хёна поселила меня к Сынри и Югёму после окончания девятого класса. Минхо попал к ним на год раньше. Это место больше походило на пансион, чем на семейный дом.

Сынри и Югём стали приемными родителями ради пособий. И оба предпочитали делать вид, что нас не существует. Это было взаимно. Тетя и дядя Дахён были в общем-то нормальными, если не считать проблем с управлением гневом. По крайней мере, всю свою злость они выплескивали друг на друга. Однако мать Дахён и ее сожитель любили выпускать пар на ней, потому девушка предпочитала жить с нами. Хёна понятия не имела об этой договоренности.

Дахён повернулась, чтобы посмотреть мне прямо в глаза.

— Серьезно, ты с ней спишь?

— Нет.

Но, оказавшись так близко к Дженни, я не мог перестать думать о ее теплом теле. Хотелось бы обвинить в этом алкоголь, но нет. Стоя рядом с ней на веранде, я был так же адекватен, как в день теста на наркотики, назначенного судом. Ее шелковистые каштановые волосы блестели в лунном свете, шоколадные глаза вглядывались в мои, будто искали ответа, и, черт возьми, от нее пахло корицей и жженым сахаром. Я потер затылок и вздохнул. Что со мной не так?

С того дня в библиотеке я не мог выбросить Дженни Ким из головы. Даже когда навещал братьев, то думал о ней, о том, как она покачивала ногой.

Мысли об этой девушке преследовали меня по нескольким причинам. Во-первых, как бы я ни пытался это отрицать, я нуждался в дополнительных занятиях. Если хочу вернуть братьев, то должен вовремя окончить школу и найти работу получше, чем приготовление бургеров. Я пропустил достаточно занятий, чтобы отстать, а кое-кто посещал их ежедневно и мог бы помочь мне наверстать упущенное.

— Держи. Тут мало осталось, но на глоток хватит. — Минхо сидел на полу между кроватью и диваном, передавая мне емкость, жидкости в которой оставалось совсем на донышке.

Я прикончил бутылку, покатав крепкое спиртное на языке. Вот теперь дело дошло до вопросов, которые сбивали меня с толку.

— Расскажи мне о ней.

— О ком? — Дахён уставилась в пол.

— Дженни.

Минхо закрыл глаза и откинул голову на спинку дивана. Его уши были проколоты так же как и мои. А руки пленили татуировки. Впрочем, этим мы с ним были очень похожи.

— Она тебе не по зубам.

Дахён хихикнула.

— Потому что она отшила тебя в средней школе. Минхо захотелось найти себе подружку, и он пригласил на свидание девятиклассницу. Но бедняга не знал, что наша мисс Совершенство уже год как встречалась с королем Мин Юнги.

Губы Ли расплылись в улыбке.

— Я даже помню, как Юнги менялся партнерами по лабораторным работам за твоей спиной, чтобы сесть с ней.

Дахён прищурилась.

— Придурок.

— Заканчивайте. Я просил рассказать о Дженни, а не о случаях из вашей жалкой жизни.

Эти двое напоминали мне старую супружескую пару, которая наслаждается тем, что постоянно переругивается друг с другом. Дахён и Минхо были на год младше меня, но разница в возрасте никого не беспокоила.

Девушка шлепнулась на матрас. Она обожала копаться в чужом белье.

— Итак, девятый класс, Дженни – звезда школы, да? Она чирлидерша, ходит на занятия для умников, отличница, арт-гуру, мисс Популярность, а между занятиями ее лапает Мин Юнги. За месяц до окончания года она исчезает. — Глаза Ким округлились, и она начала шевелить пальчиками, словно фокусник.

Я и не думал, что история приобретет такой неожиданный поворот. Минхо следил за моей реакцией и кивнул головой.

— Пуф.

— Пропала, — добавила Дахён.

— Испарилась, — подтвердил парень.

— Потерялась.

— Скрылась.

— Пропала, — повторила девушка. Ее глаза потускнели, и она уставилась на свои пальцы на ногах.

— Дахён. — Мое терпение было на исходе.

Она моргнула.

— Что?

— Рассказ. — Я пощелкал перед ее лицом пальцами. — Дженни. Продолжай.

— Ах да, итак, она исчезла.

— Пуф, — добавил Минхо.

— Я понял, продолжай.

— В десятом классе она возвращается совсем другим человеком. Но ведь это все еще Дженни, верно? У нее те же длинные тёмные волосы и сексуальное тело.

Ли рассмеялся.

— Ты только что назвала ее тело сексуальным.

Брюнетка кинула в него подушкой.

— Но теперь она не мисс Популярность. И больше не с Юнги. Он стал встречаться с какой-то новой девушкой. Хотя ходили слухи, что Дженни бросила его до своего исчезновения. Она уходит из команды болельщиц, перестает участвовать в конкурсах талантов и почти ни с кем не общается. Впрочем, когда о тебе ходит столько слухов, хочется не то что общаться, а забиться куда подальше.

— Сплетни были жестокие, чувак, — кивнул Минхо.

Мы с ним и Дахён хорошо знали, к чему это может привести. Не зря приемные дети из неблагополучных семей особо не высовывались.

— И что же говорили? — У меня возникло дурное предчувствие насчет того, куда может завести этот разговор, и мне это не нравилось.

Девушка обхватила руками колени.

— В первый день десятого класса она пришла в рубашке с длинными рукавами, и на следующий день, и так далее. На улице было +33. Сам-то как думаешь, что начали болтать?

— Ее так называемые друзья заняли круговую оборону, — Ли нарисовал в воздухе круг, — и на всякий случай стали держаться от нее подальше.

— И тогда Дженни начала ходить на встречи со школьным психологом. — Ким замолчала. — Ей можно только посочувствовать.

Слушая рассказ Дахён, я прикрыл глаза, но последний факт меня настолько удивил, что они открылись сами собой.

— Что? — безжалостно спросила девушка. Потом она заползла на кровать и уткнулась лицом в подушку. — С ней определенно случилось что-то хреновое. К тому же ее брат умер за пару месяцев до ее исчезновения. А они были очень близки. Он был старше нее всего на три года и всегда брал Дженни на вечеринки или погулять, когда оставался в городе. Я даже ненавидела ее за то, что у нее есть любящий старший брат. — Теперь её глаза закрылись полностью.

— Подвинься.

Дахён перекатилась к стене. Подняв с пола одеяло, Минхо укрыл ее, и наша рассказчица отрубилась. А парень уселся ко мне на диван.

— Большинство считает, что Дженни любит резать себя. Другие верят в то, что она пыталась совершить самоубийство. — Друг покачал головой. — Все это такая фигня, чувак.

Меня так и подмывало согласиться и рассказать о том, что случилось в библиотеке, но я промолчал.

— Что случилось с ее братом?

— Джин? Он был классным. Хорошо ко всем относился. После школы записался в морскую пехоту и его сослали в ад, то есть в Афганистан.

Теперь мне необходимо наладить отношения с этой девчонкой. Она – мой обратный билет к братьям.