Попытка к бегству

Виктор

Недели тянулись бесконечно долго. Как оказалось, ребята были не особо способны разжиться даже обычной пищей, отчего мне приходилось делать вылазки, чтобы покупать или красть еду и продукты. Подобное мне не нравилось, но другого выхода не было.

Было много ссор на тему того, как быть дальше. Можно было бы бесконечно долго рассуждать, где Волан-де-Морт спрятал крестражи, но какой в этом толк, если эти рассуждения так и оставались словами. Я устал. Устал от того, что мне приходилось скитаться по сельским краям без какого-то плана действий или идей, как быть дальше. Но и бросить эту троицу я не мог, хотя мысли забрать Гермиону и спрятаться где-нибудь стали посещать меня всё чаще и чаще.

К ссорам, как выяснилось, нас подталкивал и крестраж. Он действовал очень остро на тех, кто носил его, обостряя страхи, сомнения, раздражение и остальные эмоции, далёкие от позитивных. Я старался блокировать действия этих эманаций, но получалось с трудом и не всегда. Но всё же я чувствовал себя куда лучше, чем остальные, отчего носил этот проклятый медальон дольше и чаще других.

В один из вечеров, при поглощении не очень вкусной еды, которую постаралась приготовить Гермиона, снова вспыхнула ссора. Рон, так сильно любивший вкусно и много поесть, снова был недоволен трапезой.

— Завтра, Рон, еду будешь готовить ты! — не выдержала Гермиона. — Отыщи все нужное для этого, произнеси необходимые заклинания и сооруди что-нибудь такое, что можно будет положить в рот. А я буду сидеть рядом, корчить рожи и стонать, воттогда ты увидишь, как...

— Умолкните! — произнёс Гарри, вскакивая на ноги и поднимая ладони. — Сию же минуту!

Я тут же напрягся, понимая, что что-то произошло.

— Как ты можешь заступаться за него! Он ни разу даже не попыталсяприготовить хоть что-нибудь!

Я быстро понял, в чем дело.

— Гермиона, помолчи! — произнёс я, быстро оказавшись рядом с ней и уже готовый закрыть ей рот. — Кто-то идёт.

Все разом замолчали, прислушиваясь. И действительно, сквозь шелест травы и остальные звуки ветер доносил до нас чей-то разговор.

— Ты ведь прикрыл нас заклинанием Оглохни, так? — спросил Гарри у меня, так как именно я ставил чары в этот раз.

— Я применил всё, что есть, — ответил я, не понижая голоса. — Ни услышать, ни увидеть нас они, кем бы они ни были, не смогут.

Гарри удовлетворённо кивнул, и мы стали прислушиваться. Судя по звукам, кто-то спускался со склона скалы, у которой располагалась наша палатка, и двигался к берегу.

Гермиона, схватив свою сумочку, принялась рыться в ней, пока не отыскала четыре пары Удлинителя ушей. Взяв их, я поднял их чарами Левитации, пододвинул поближе к незваным гостям и принялся слушать, чтобы понять, кого принесло сюда.Ничего интересного из подслушанного разговора я не услышал. Лишь что гости — волшебники, которые зачем-то остановились на берегу и, выловив Манящими чарами рыбу из воды, принялись сооружать себе ужин.

— Гоблины, — шепнул Гарри, когда прозвучало имя одного из них.

Рон с умным видом кивнул, продолжая слушать.

— Это Тед, — удивился я, вспомнив голос отца Тонкс, с которым мы несколько раз пересекались.

— И Дин Томас, — сказала Гермиона, узнавая ещё один голос. Увидев мой вопросительный взгляд, она пояснила: — Наш одноклассник-гриффиндорец.

Я кивнул и продолжил слушать чужой разговор, не испытывая ни малейших угрызений совести.

Как оказалось, гоблины бросили свою работу в «Гринготтсе». Банк уже едва ли принадлежал им — Волан-де-Морт прибрал к рукам не только Министерство.

— Я немного отомстил им, когда уходил, — сказал гоблин, которого ранее назвали Крюкохватом.

— Правильный человек... виноват... гоблин, — торопливо поправился Тед. — Надеюсь, вы заперли кого-то из Пожирателей Смерти в один из особо надёжных сейфов?

— Если бы я это сделал, его оттуда никакой меч наружу не вывел бы, — ответил Крюкохват.

Послышалось несколько смешков, словно они обсуждали какую-то шутку, понятную только им.

— И все же мы с Дином так ничего и не поняли, — сказал Тед.

— Вот и Северус Снейп тоже. Правда, он об этом не догадывается, — ответил Крюкохват, и оба гоблина злорадно рассмеялись.

Этот разговор уже казался мне куда интереснее. Посмотрев на остальных, я заметил, что они едва дышат, вслушиваясь в каждое слово.

— Так вы не слышали об этой истории, Тед? О детях, которые пытались стащить меч Гриффиндора из кабинета Снейпа в Хогвартсе?

Поттер изумлённо выдохнул, а сам я замер, ожидая услышать продолжение. Разговор все меньше казался мне неинтересным.

— Ни слова, — ответил Тед.

— Мне все рассказал Крюкохват, а он услышал об этом от Билла Уизли, который работает в банке. Среди детишек, пытавшихся спереть меч, была младшая сестра Билла. Она и ещё двое её друзей пробрались в кабинет Снейпа и умыкнули меч. Снейп застукал их, когда они уже тащили меч вниз по лестнице.

— Ах, благослови их бог, — произнёс Тед. — Они что же, собирались пронзить мечом Сами-Знаете-Кого? Или Снейпа?

— Ну, что бы они там ни задумали, Снейп решил, что держать меч на прежнем месте небезопасно. И через пару дней — думаю, он разрешения ждал от Сами-Знаете-Кого — отправил меч на хранение в Лондон, в «Гринготтс».

Гоблины снова расхохотались, а я так и не мог понять, что было смешного. И, что самое важное, не я один.

— Я все-таки не понимаю, что тут смешного, — сказал Тед.

— Это подделка, — проскрежетал Крюкохват.

— Меч Гриффиндора?

— Он самый. Это копия. Правду сказать, копия великолепная, но сделана волшебником. Настоящий меч много веков назад сковали гоблины, он обладает свойствами, присущими лишь оружию гоблинской работы. Где сейчас подлинный меч Гриффиндора, я не знаю, но только не в сейфе банка «Гринготтс».

Упоминание, что именно гоблин выковал меч, словно переключило какой-то тумблер в моей голове. Мне стало понятно, зачем Дамблдор оставил меч Поттеру.

— Я понял, — начал я, но Рон жестом попросил меня помолчать.

Понимая, что им важна любая мелочь, любая весточка о своих друзьях и близких, я терпеливо ждал. Но и моё терпение было не вечным, и, стоило мне начать его терять, как парень из Хогвартса задал вопрос, который, казалось бы, ждали и мои спутники.

— А что сделали с Джинни и другими? Теми, кто пытался украсть меч?

— О, их наказали, и очень жестоко, — безразлично произнёс Крюкохват.

— Но они хоть целы? — сразу спросил Тед. — Уизли вовсе не нужно, чтобы покалечили ещё одного их ребёнка.

— Увечить их, сколько я знаю, не стали, — ответил Крюкохват. — Ну, будем считать, что им повезло, — заметил Тед. — При послужном списке Снейпа можно только радоваться, что они ещё живы.

Решив, что не стану мешать, я ждал, когда эта странная компания наговорится, а когда они, доев свой ужин, уложились спать, поманил ребят обратно к палатке. Гермиона сматывала Удлинители ушей и выглядела немного подавленной.

— Джинни, — пробормотал Рон, заметно побледневший. — Меч...

— Вот именно, меч! — воскликнул я. — Это ведь гоблинская работа. Ему не страшны ни грязь, ни ржавчина. Он впитывает в себя то, что его закаляет. Скажи-ка, Гарри, ты ведь именно им убил василиска?

Похоже, Поттер ещё не отошёл от подслушанного разговора, поэтому плохо соображал.

— Я...

— Ну, конечно! — воскликнула Гермиона. — Впитывает то, что его закаляет! Все сходится!

Карие глаза восторженно сверкнули от догадки, а сама Гермиона выглядела взволнованной.

— Гарри, ты убил василиска этим мечом! — пояснила она, видя замешательство своих друзей. — А яд василиска — одно из немногих, что может уничтожить крестражи! Поэтому Дамблдор и оставил его тебе! Меч — это способ уничтожить их!

Пока Гермиона рассуждала, она мерила шагами палатку. Я улыбнулся, радуясь, что она так быстро сообразила.

— И, наверное, он понял, что, если он завещает меч тебе, они его не отдадут...

— ...И сделал копию, — подхватил Гарри, тоже принимаясь расхаживать.

— ...А настоящий спрятал. Но где?

Теория была неплоха, но она добавляла нам ещё одну загадку.

— О, минуточку! — воскликнула Гермиона и снова полезла в свою сумочку.

Порывшись, она вытащила оттуда портрет. Он был довольно громоздким, поэтому я поспешил помочь ей прислонить его к стенке палатки.

— Если кто-то подменил настоящий меч поддельным прямо в кабинете Дамблдора, — взволнованно пробормотала Гермиона, доставая свою палочку. — Финеас Найджелус мог все видеть, его портрет висит прямо над столом!

— Хорошая идея, — похвалил я.

Опустившись перед портретом на колени, Гермиона несколько раз позвала этого Найджелуса, но ничего не произошло.

— Профессор Блэк! Прошу вас, поговорите с нами. Пожалуйста!

— «Пожалуйста» всегда помогает, — произнёс холодный, язвительный голос, и в раму портрета скользнул и его обладатель.

Едва увидев его, Гермиона воскликнула:

— Затмись!

Чёрная повязка легла на его глаза, что профессору Блэку не понравилось, о чём он и принялся сообщать.

— Что... как вы смеете... что вы...

Гарри открыл было рот, но я схватил его за плечо и покачал головой. Лишний раз не стоило знать кому-либо о том, что Поттер с кем-то общался.

— Добрый вечер, профессор, — спокойно произнёс я. — Прошу прощения за такие варварские методы, но времена сейчас слишком тревожные. Моё имя Виктор Крам, и я рад встрече с одним из директоров Хогвартса. Для меня это большая честь.

— Акцент! — скривившись, ответил Блэк. — Иностранец!

— Верно, я был студентом института Дурмстранг и имел честь быть гостем в вашем замке во время Турнира Трёх Волшебников.

Блэк недовольно хмыкнул, но его пыл немного поутих.

— Хоть ваш поступок — это самое настоящее вопиющее безобразие, но ваши манеры мне нравятся. Спрашивайте, раз уж вы оторвали меня ото сна.

— Я знаю, что ваш портрет висит в кабинете директора, где находится меч Гриффиндора, — вкрадчиво начал я. — Это так?

Хозяин портрета недовольно крякнул.

— Уж не хотите ли вы знать о том, как трое наглых и вероломных детишек пытались обокрасть директора?

Рон открыл было рот, но Гермиона шикнула на него, за что получила недовольный взгляд.

— Действительно, очень глупый поступок, — согласно кивнул я, хоть и Финеас этого не увидел. — Кто бы это ни был, надеюсь, они получили по заслугам!

У меня за спиной послышалось недовольное сопение Рона, но больше он не пытался что-то сказать.

— Вот ещё! — фыркнул Блэк. — Эти трое ещё легко отделались! Впрочем, и меч оказался подделкой, поэтому оно того не стоило! Снейп настоял, чтобы их отправили в Запретный лес вместе с олухом-Хагридом!

— Хагрид вовсе не олух! — теперь пришла очередь Гермионы податься эмоциональному порыву.

— Кто это с вами? Неужто мисс Грейнджер? — тут же встрепенулся Блэк. — Смею предположить, что Уизли и Поттер тоже где-то рядом.

— У меня остался ещё один вопрос, профессор, — повысил голос я, перекрикивая Блэка. — Простите мне мою скрытность и несдержанность моей спутницы.

— Вот что за молодёжь пошла! — горестно вздохнул Финеас. — Выкладывай, парень, что у тебя там ещё.

— Вы ведь видели, что кто-то подменил меч в кабинете директора, верно? — решив, что не стоит ходить вокруг да около, спросил я.

— О, видел ли я? — громыхнул Блэк, гневно сжимая кулаки. — Да, я видел! Это была просто невиданная наглость! И огромное разочарование. Не ожидал я подобного поведения от неё! Это же надо — так опозорить имя отца! Позор! Ещё и чуть не спалила мой портрет, никаких манер и уважения к старшим!

Сердце испуганно пропустило удар, а во рту пересохло, отчего мне с трудом удалось выдавить из себя следующие слова:

— Кто это был, профессор Блэк? — стараясь сохранить спокойствие, спросил я. — Прошу вас, назовите имя.

— А вот и назову! — продолжал бушевать бывший директор Хогвартса. — Это была дочь благороднейшего человека! Великого волшебника, одного из Основателей Хогвартса!

— Венера, — сокрушённо произнёс я, чувствуя, как это известие тяжёлым камнем давит на грудь.

— Да-да, именно она. Кто бы мог подумать, что дочь Салазара Слизерина позволит себе такое! А ведь казалась такой прекрасной юной волшебницей! А ведь она мне понравилась, проявив характер и хитрость! Я всегда видел, что Дамблдор ей не нравился! Пусть я и не одобрял её действий, но с проклятием она красиво придумала! А Дамблдор повёлся. Уж не знаю, как она это сделала, но проявила хитрость, достойную дочери Слизерина.

— О чём вы? — спросила Гермиона, пока я находился в шоке от услышанного.

— Девчонка нашла кольцо Мраксов, но уничтожать его не стала, а лишь дала директору наводку! А Дамблдор был неосторожен и позволил проклятию кольца поразить его самого.

— Вы хотите сказать, что Венера отыскала крестраж? — воскликнул Поттер, нарушая вообще всю нашу конспирацию.

— А, мистер Поттер, — улыбнулся Блэк. — Так и знал, что вы здесь. Конечно, она ищет их! И честно сказать, как по мне, так у неё шансов побольше вашего будет! Такая сила, такой характер... Истинная слизеринка!

— Так, всё, достаточно, — оборвал я, схватив портрет. — Благодарю вас за...

— Подожди! — крикнул Гарри. — А вы сказали Снейпу, что меч подделка?

Блэк поджал губы, словно вопрос Поттера показался ему глупым.

— Ему не нужно было ничего говорить, — тем не менее, терпеливо ответил он. — Он и так это знал. Доброй ночи!

Финеас скрылся с портрета, похоже, обидевшись, что его попытались выпроводить. Запихав картину обратно, я устало сел в кресло, опустив локти на колени и спрятав лицо в ладонях.

— Значит, Джинни и остальные ещё легко отделались, — с каким-то облегчением выдал Рон.

Я усмехнулся. Пусть и понимал, что он тревожится о своих родных, но было забавно, что лишь это заинтересовало его.

— Значит, Слизерин, — с ненавистью процедил Гарри. — Она украла меч!

— Но зачем он ей? — спросила Гермиона, стараясь разобраться в ситуации и думать логически. — Она ведь может и без меча уничтожить крестражи...

— Значит, не может! — рявкнул Поттер. — Ты слышала, что сказал Блэк. Она не смогла уничтожить крестраж, а предоставила это Дамблдору!

— Она могла это сделать и по другим причинам, — произнёс я, понимая, что сестре вполне хватило бы сил, чтобы спалить крестраж в Адском пламени. — Прости, Поттер, но я знаю, на что способна моя сестра!

— Сестра, — почти выплюнул это слово Гарри. — Она чудовище. Уверен, что от твоей сестры ничего там не осталось! Она примкнула к Тёмному Лорду! Она убила Дамблдора! Она...

— Да перестаньте вы! — закричала Гермиона. — Вы слышали, что сказал Блэк? Снейп знает, что меч подделка, но он всё равно отдал его Вол... То есть, Вы-Знаете-Кому. Что-то тут не то... Зачем бы ему это делать?

— Да какая разница! — снова повысил голос Поттер.

— А такая, Гарри! — перебила его Гермиона. — Подумай сам. Помнишь, как Дамблдор сказал, что Венера нам не враг? Что её интересы совпадают с нашими?

— Да хватит вам! — вмешался Рон. — Сейчас не время разгадывать загадки! Нам нужно решить, как теперь уничтожить крестражи! Если вы не заметили, то мы в полной заднице! Не знаем, что делать дальше, и даже не имеем понятия, как уничтожить крестраж!

— А ты только и думаешь, как побыстрее разобраться с этим и свалить! — не остался в долгу Гарри, а я устало потёр глаза. От их перебранки у меня уже начинала болеть голова.

— Да! Хочу! Меня достала неизвестность!

— Ну, раз так, то я никого не держу! Ты знал, на что подписывался! — Гарри уже разошёлся ни на шутку. — Если тебя что-то не устраивает, то ты можешь валить!

— А вот и уйду! — взревел Рон, дёрнув с шеи крестраж и швырнув его в лицо Поттеру.

От такой жеста тот только сильнее разозлился и выхватил палочку. Рон не остался в стороне и тоже достал свою.

— Вот и вали к себе домой!Возвращайся, притворись, что вылечился от обсыпного лишая, мамочка накормит тебя, и...

Рон взмахнул палочкой, но я и Гермиона среагировали чуть раньше, выставив перед ними щит.

— Мальчики! — умоляюще попросила Гермиона. — Не ссорьтесь!

— А ты вообще помолчи, Гермиона! — вспомнил о существовании подруги Рон. — Для тебя вообще всё это словно увеселительная прогулка с парнем, который строит тут из себя крутого!

— Довольно, Рональд! — рыкнул я, преодолев разделяющее нас расстояние и схватив его за шиворот.— Пойдём-ка, проветрим твою голову!

— Не трогай меня! — взбрыкнул Уизли и попытался вырваться, но не тут-то было. — Дай мне собрать вещи, я не хочу участвовать в этом дурдоме!

Я не слушал его, волоча к выходу из палатки, совершенно наплевав на то, что там идёт проливной дождь. Рон едва не попал мне в глаз, размахивая руками, в одной из которых была зажата его волшебная палочка. Я её отобрал и закинул обратно в палатку.

— Успокойся, парень, — сквозь стиснутые зубы, произнёс я. — Ты не в себе! Возьми себя в руки!

— Да пошёл ты к чёрту! — не желая успокаиваться, крикнул Рон. — Я устал уже от всех вас! Вы меня бесите!

Ниточка, на которой висело моё терпение, лопнула, и я, не удержавшись, резко отпустил Рона, отчего тот потерял равновесие. Он пошатнулся, а я, действуя больше инстинктивно, дёрнул его за куртку, а когда он развернулся, со всей силы заехал ему кулаком в лицо. Послышался хруст, а за ним последовал вопль боли.

— Ай! — взвыл он, хватаясь за свой нос, из которого сочилась кровь. — Ты сдурел?!

Схватив его за грудки, я несколько раз встряхнул его, желая привести в чувство.

— Замолчи, Уизли, — прорычал я, понизив голос. — Я могу понять, когда ты ругаешься со своим другом или пытаешься задеть меня, но не смей обижать Гермиону. Она слишком многим жертвует, нянчась тут с вами! Она стёрла собственным родителям память и отправила их на другой край света! Она думает, как уберечь ваши задницы! Да где бы вы были оба без неё?

Уж не знаю, что именно из сказанного подействовало, но Рон начал успокаиваться. Недовольно пыхтя, он принялся вырываться из моей хватки, а я позволил ему это сделать. Прислонившись спиной к стволу, я скрестил руки на груди.

— А теперь послушай меня, — стараясь говорить спокойно, начал я. — Если ты вернёшься домой, то подвергнешь свою семью опасности. Некоторые могут заинтересоваться, а не пропадал ли ты всё это время в компании Поттера? Тебе придётся вернуться в Хогвартс, где свои законы диктуют Пожиратели Смерти. Ты этого хочешь? У нас есть дело, которое мы должны сделать.

— Я не вернусь ни домой, ни в Хогвартс, — буркнул Рон.

— А что будешь делать? Скрываться, как Тед? — с издёвкой спросил я. — Или ваш знакомый Дин Томас? Нам нужно держаться вместе. Раз уж мы затеяли весь этот поход. Да, было трудно. И да, нам предстоит ещё многое сделать. И, уж прости, Рон, но я не отпущу тебя никуда. Просто из-за того, чтобы защитить, как и нас самих, так и тебя.

— Не надо меня защищать! — тут же ощетинился Уизли, а мне захотелось ещё раз ему прописать. Исключительно в профилактических целях.

— Думаешь, я не хочу вернуться домой? — сменив тактику, спросил я. — Я ничего не должен Гарри. Мне ничего не мешает закинуть Гермиону на плечо и спрятаться в Болгарии, в доме моих родителей. Но я не могу. Я пообещал, что пойду с Гарри и помогу ему. И ты тоже. Если слова ничего не значат для тебя, то уходи. Но тогда я сотру у тебя память. Просто в целях безопасности.

Рон шмыгнул носом, а потом сплюнул кровь, но ничего не сказал. Он так и продолжал сидеть на земле возле дерева, позволяя каплям дождя насквозь пропитать одежду.

— Возьми себя в руки, Рон, — присев напротив него, попросил я. — Твой друг сейчас в полной заднице. И ему нужна помощь. Твоя. Моя. Гермионы. Всех нас.

Видя, что сотрясаю воздух не просто так, я решил, что нужно дать ему время остыть.

— Подумай об этом, — сказал я, направившись обратно к палатке. — И, если ты хороший друг, то возвращайся к нам. Сегодня обсуждать уже ничего не будем, а завтра решим, как нам быть.

И, не говоря больше ни слова, я вернулся в палатку. Судя по всему, Гермиона тоже успела поговорить с Гарри, который теперь выглядел пристыженным.

— Где Рон? — спросил Рон, посмотрев мне за спину и не найдя там никого.

— Думает снаружи, — пожал плечами я.

— Я...

— Не надо ничего говорить, Поттер, — отмахнулся я, желая сейчас просто отстраниться от всего и спокойно подумать.

Направившись в свою часть палатки, я отгородился от остальных шторкой и прикрыл глаза. Немного успокоившись, я снова вернулся мыслями к сестре. То, что она искала крестражи, для меня стало открытием. И хотелось верить, что она знает, что делает. Думая о Венере, я немного задремал, но меня вывели из этого состояния тихие голоса троих друзей. И, судя по обрывкам разговора, они решили поступить, как взрослые люди, а именно просто поговорить. Слова извинения из уст Рона дали понять, что они движутся в правильном направлении. Я позволил себе немного расслабиться, но краем уха все же прислушивался к разговору, чтобы в случае чего быть готовым пойти их разнимать.