Шкафы и предложения

Июль подходил к концу... А я все чаще покидала Нигрумкор: Реддл продолжал устраивать облавы на волшебников и маглов, казалось, просто, чтобы сеять хаос и панику. Меня впервые вынудили совершить убийство... Это был самый обычный магл — средних лет, немного толстоватый и совершенно неудачливый... Самое страшное, что я не почувствовала ровным счетом ничего, когда смертельное проклятие коснулось его, навсегда обрывая жизнь. Но Пожиратели были довольны и ещё долго радостно улюлюкали.

Осознание от совершенного поступка наступило после, выливаясь из меня бурным потоком слез, которых никто, разумеется, не видел. Я ненавидела себя за то, что совершила, а перед глазами до сих пор стояло испуганное лицо человека, словно оно отпечаталось на внутренней стороне век и всегда будет меня преследовать.

Косая аллея продолжала страдать от наших набегов, досталось даже Фортескью, который содержал мое любимое кафе-мороженое.Каждый раз я возвращалась в замок с тяжелым сердцем. На днях пришло письмо из Хогвартса с результатами СОВ с десятью оценками «превосходно» и списком учебников на следующий год, теперь это казалось совсем не значимым. Я откладывала визит в Косую аллею как можно дольше. Я не хотела видеть то, что было сделано там моими же руками, в том числе...

— Может, сходим сегодня за покупками? — так некстати спросила Елена за завтраком, а каша вмиг стала какой-то невкусной.

— Зачем? — вздернув бровь, спросила я. — Времени ещё достаточно.

— Немного сменить обстановку, развеяться, — стараясь держаться беззаботно, произнесла Елена. Похоже, мое подавленное состояние не осталось для нее незамеченным. — Думаю, мы могли бы неплохо провести время.

— Хорошо, я отправляюсь сегодня туда. Одна.

— Но я могу...

— Елена, — оборвала ее я, — в Лондоне сейчас небезопасно. Мне уж точно ничего не угрожает, но я не хочу, чтобы кто-то ещё рисковал зазря.

Она недовольно поджала губы, но спорить не стала, а я, ковыряя кашу, размышляла о том, что действительно стоит отправиться в Лондон...

После завтрака я решила не затягивать с визитом и, переодевшись и спрятав Метку, сразу же отправилась в Косой переулок. В последнее время я часто так поступала: прятала ненавистное мне клеймо за иллюзией и маскирующими чарами — это была идея Грин-де-Вальда, за что ему огромное спасибо. Оказаться здесь одной, да ещё и без маски, было странно.

Здесь все было так же, как и в последний мой визит. Некогда сверкающие пёстрыми красками витрины сейчас были заклеены плакатами, на которых были размещены снимки известных Пожирателей Смерти, кому удалось избежать поимки. Некоторые лавки были наглухо заколочены, как, например, магазин Олливандера и кафе Фортескью. Но зато улицы были наводнены простеньким палатками и лотками, на которых были грубо приколочены куски пергамента или картона. Эти дешевые пародии вывесок гласили, что здесь можно было купить всевозможные амулеты и обереги от дементоров, оборотней и инферналов. Подле этих мест торговли сновали волшебники разного вида и комплекции, зазывая прохожих.

Тихо фыркнув, я отбросила за спину прядь волос и ускорилась, не желая останавливаться здесь ни на минуту. Под ложечкой неприятно засосало; я чувствовала вину за то, что Косая Аллея так изменилась, и далеко не в лучшую сторону.

Первой на моем пути встала аптека, куда я сразу же зашла, чтобы пополнить запасы: как для учебы, так и личные, в замке. В последнее время хранилище стало быстро пустеть.

После Маллиграбса, где я оставила далеко не один десяток галлеонов, я направилась за учебниками, а после за канцелярскими принадлежностями. Тратить на это все много времени мне не хотелось, поэтому я покупала лишь самое необходимое. В конце концов, докупить то, что забуду, я всегда смогу в Хогсмиде.

Я почти расслабилась, когда направилась в «Твилфитт и Таттинг». Как оказалось, это чувство было несвоевременное. Едва я перешагнула порог бутика, как заметила знакомую белокурую шевелюру.

— Леди Слизерин, — сдержанно улыбнувшись, поприветствовал меня Таттинг. — Добро пожаловать.

Услышав мое имя, Нарцисса Малфой вздрогнула, но стоило мне встретиться с ней взглядом, как она тут же демонстративно отвернулась. Я не могла не заметить тени под глазами и чрезмерную бледность, но сама Нарцисса продолжала держаться с холодностью и надменностью, присущей всем Малфоям. Правда, в этот раз она была настоящая и направлена на меня...

— Вы что-нибудь приготовили мне на этот раз? — спросила я, стараясь игнорировать Нарциссу.

— Конечно, — поклонился хозяин магазина и сделал приглашающий жест рукой. — Прошу сюда. Я сейчас все принесу.

Он подвел меня к примерочной, а в соседней слышалось копошение и тихий голос Твилфитта. Окинув взглядом магазин, у меня не было сомнений, кто там находится. Посетителей, кроме меня и Малфоев, больше не было.

— Один момент, — произнес Твилфитт и выскочил из примерочной, оставив шторку немного приоткрытой.

Как я и ожидала, там был Драко, он не спеша расстегивал пуговицы на манжетах светло-серой рубашки, которая, на мой взгляд, идеально подходила к его глазам. Сама рубашка была распахнута и держалась лишь на плечах, и я украдкой залюбовалась открывшейся мне картиной. В груди кольнуло, и я поняла, что чертовски сильно скучала по Малфою...

В этот момент он, будто почувствовав мой взгляд, поднял глаза, и наши взгляды пересеклись в зеркале. Он выглядел очень уставшим и таким ранимым сейчас... На несколько секунд мы замерли; я не особо волновалась, что меня застали за подглядыванием, вместо этого в голове крутилось множество слов, которые я бы хотела сейчас сказать ему.

— Нравится? — глаза Малфоя потемнели, а сам взгляд хлестанул по мне холодом. На лицо легла такая ненавистная мне маска надменности.

— Придурок, — бросила я и поспешила скрыться в своей примерочной, чувствуя, как глаза защипало от подступающих слез.

От выслушивания едких комментариев меня спас Таттинг, вовремя вернувшийся с огромной кучей вещей, которые левитировал впереди себя. Я постаралась отбросить все мысли, касающиеся Драко, и принялась с повышенным усердием мерить то, что для меня приготовили, и даже когда Малфои ушли, я задержалась еще на добрых полчаса. Слишком растерянная, я скупила все без оглядки, а когда вышла из магазина одежды, возникло непреодолимое желание что-нибудь сделать назло Драко. Что угодно, лишь бы сбить с него эту спесь.

Но судьба снова решила поиздеваться надо мной, а глаза сами зацепились за знакомую фигуру — Малфой, оглядевшись по сторонам, скрылся в Лютном переулке. Решив найти хоть какую-то отдушину, я пошла за ним, стараясь держаться на безопасном расстоянии, а когда вступила в Лютный переулок, спрятала себя от чужих, а самое главное — от малфоевских глаз. Что он мог здесь забыть, для меня оставалось загадкой.

Драко знал, что искал, и целенаправленно шел по самому неблагополучному месту в магическом квартале Лондона, но не забывал посматривать по сторонам, словно боялся кого-либо встретить здесь. Но в этом не было необходимости: переулок оказался необычно пустующим. Малфой скрылся в лавке «Горбин и Бэрк». Я воспользовалась тем, что улица была безлюдной, и тоже проскользнула внутрь, привлекая на мгновение внимание хозяина лавки с сомнительными товарами и его посетителя.

Пристроившись в темном углу, я затаила дыхание и принялась наблюдать за Драко.

— Итак, мистер Малфой, чем я могу вам помочь? — елейный голос Горбина эхом раздался по магазину.

Драко проигнорировал попытку продавца быть вежливым и подошел к большому шкафу из темного дерева без каких-либо изысков.

Он провел рукой по дверце, после чего, даже не обернувшись, произнес:

— Я знаю, где находится второй такой. Он сломан.

На лице Горбина отобразилось удивление, которое он тут же спрятал.

— Вы знаете, как починить эту вещь? — настойчиво спросил Драко.

Горбин сделал вид, словно задумался, а глазки уже бегали по Малфою, словно прикидывая, какую выгоду он может с этого поиметь.

— Возможно, — нехотя ответил он. — Но для этого мне нужно ее осмотреть. Почему бы вам не доставить ее сюда, в магазин?

Я не видела лица Малфоя, но готова поклясться, что на нем сейчас было раздражение.

— Не могу, — отрезал он. — Вещь должна оставаться на месте. Вы мне только скажите, что нужно делать.

Что-то в голосе Драко заставило Горбина взволноваться, и он, заметно нервничая, облизал губы.

— Заочно я могу сказать одно: работа эта трудная, может быть, даже невыполнимая. Я ничего не могу гарантировать.

— Не можете? — для тех, кто не знал его, могло показаться, что голос Малфоя был равнодушным, но я уловила в нем нотки презрения. — Может быть, вот это придаст вам уверенности!

Он сделал шаг к Горбину, который испуганно дернулся, но не отступил, и закатал рукав на левом предплечье, обнажая Черную метку. Я хоть и знала, что она там есть, шумно вдохнула, вспомнив, какую боль я испытала, когда Реддл щедро наградил такой же и меня.

Ох, Драко...

Я видела, как плотно сжатые губы Малфоя дрожат, как и пальцы, стиснутые на ткани пиджака. Я подавила желание стукнуть себя, а лучше самого Драко, за такой поступок. Щеголять Его меткой направо и налево было крайне неразумно.

— Скажешь хоть кому-нибудь, будешь жестоко наказан. У моей семьи много друзей. За тобой будут следить и иногда заходить сюда, чтобы проверить, как ты справляешься с проблемой.

— Нет никакой необходимости...

— Это мне решать! — рявкнул Драко.

Изменения, произошедшие с ним за последнее время, мне уже не нравились. Он своим поведением напоминал мне загнанного в угол зверя, что, впрочем, было не так уж далеко от правды. — Ну, я пошел. И не забудь, береги вот это, мне потом понадобится.

— Может быть, вы хотели бы забрать его прямо сейчас?

Драко круто обернулся и одарил Горбина таким убийственным взглядом, что даже я немного поежилась.

— Нет, конечно, дурак, как я эту штуку потащу? Держи у себя, только не продай никому.

— Ни в коем случае, — быстро заверил его Горбин и нехотя добавил: — Сэр.

А после этого, в довершение, низко поклонился Малфою, но тот уже не смотрел на него, а двигался к выходу, у которого на секунду замешкался.

— Никому ни слова, Горбин, в том числе и моей матери, ясно?

— Разумеется, разумеется, — забормотал тот, снова кланяясь.

Малфой быстро покинул лавку, а его уход сопровождался громким звоном колокольчика. Горбин что-то тихо пробормотал себе под нос, а я смогла уловить только «богатый выродок».

Похоже, Горбин прямо сейчас же и нарушит слово, данное Малфою. Бесшумно подойдя к продавцу со спины, я уже хотела рассеять магию, но дверной колокольчик снова зазвенел, заставив меня отойти подальше, в тень книжного шкафа.

— Здравствуйте, — раздался до боли знакомый голос, а после и появилась его обладательница — Гермиона Грейнджер собственной персоной. — Ужасная погода сегодня, правда?

Она была неправдоподобно весела и тревожно поглядывала на дверь. Черт, у меня не было сомнений в том, что за ней ее ждут два болвана — Поттер и Уизли. И они подслушали разговор Малфоя. В груди похолодело. Они видели его Метку... Быстро оглянувшись, я заметила одно-единственное окно. И каково же было облегчение, когда я поняла, что Малфоя и Горбина удачно закрывал тот самый шкаф. Конечно, у меня не было в этом стопроцентной уверенности, но я на это искренне надеялась.

Гермиона старалась держаться непринужденно и, весело напевая, прошлась вдоль витрин с различными предметами, словно она зашла в обычный магазин побрякушек, а не лавку, где полным-полно проклятых и опасных предметов.

— Это ожерелье продается? — спросила она, остановившись у застекленного прилавка.

Я даже отсюда чувствовала темную магию, исходящую от находящихся там предметов. Пока Гермиона разговаривала с Горбином, я принялась быстро осматриваться.

Долго искать не пришлось — из-под двери тянулись тонкие провода телесного цвета, которые я сразу же узнала. Будучи старостой, я много раз конфисковала разные вредилки близнецов Уизли, среди которых были Удлинители ушей. Подойдя к ним, пользуясь тем, что меня не видно, я схватилась за шнуры и с силой их потянула. С той стороны послышался глухой стук и звуки возни, а Гермиона, заметно побледнев, выскочила из лавки.

Сокрушенно покачав головой от их беспросветной тупости, я снова подошла к Горбину, заходя ему за спину. Интересно, Виктор в курсе, где пропадает иногда его девушка? Встряхнув головой, я выбросила ненужные мысли о брате; мне очень не хотелось впутывать его во все это, и за последний год мы лишь обменялись несколькими письмами.

Рассеяв магию, я прижала острие палочки к шее Горбина, который тут же испуганно замер.

— Добрый день, мистер Горбин, — мягко произнесла я и сильнее надавила палочкой на его шею. — У меня к вам несколько вопросов, и в ваших же интересах на них ответить. Что это за шкаф, которым интересовался мистер Малфой?

***

Страх являлся хорошим способом развязать язык, и я этим пользовалась без малейших угрызений совести. Впрочем, об этом думать сейчас было лишним. Я почти бежала по Лютному переулку, было желание догнать Малфоя, но это было бы бесполезно. Он меня даже не выслушает. Подумать только, он зачем-то решил починить Исчезательный шкаф, но даже не подумал обратиться за помощью ко мне, решив разобраться со всем самостоятельно... Да, задание, данное ему Реддлом, невыполнимо. Неужели он не понимает этого? Что именно мешало ему принять мою помощь: малфоевское упрямство или уязвленная гордость?

Меня разрывало между желанием устроить ему хорошую встряску и просто умолять его оставить все это и спрятаться. Да я готова была даже вытащить Люциуса из Азкабана, лишь бы Драко перестал рисковать своей жизнью. Несмотря ни на что, я волновалась за него. Глупо было отрицать, что он мне дорог... Но что делать со всем этим, я не знала. Второй шкаф находится в Хогвартсе. Возникла мысль выкупить тот, что остался в «Горбин и Бэрк», или уничтожить второй шкаф, но я отказалась от этого. Малфой же все равно будет с большим усердием искать другие способы осуществить задуманное. Но зачем ему этот шкаф? Неужели он хочет вызвать себе подмогу, когда Дамблдор будет меньше всего этого ожидать? Других идей у меня не было.

Я выскочила из Лютного переулка и увидела вдалеке Малфоя, который подходил к «Флориш и Блоттс», где его ждала Нарцисса. С твердым намерением поговорить я направилась к ним, но мне дорогу кто-то преградил.

— Мисс Слизерин! — радостный возглас немного удивил меня, заставив сосредоточиться на женщине, что его издала. — Моя дорогая, вы так похорошели.

Лицо женщины было знакомым. Каштановые волосы, гладкой волной спускающиеся по спине, оливковая кожа и карие глаза — все ее черты лица были утонченными и довольно красивыми. Но я не могла вспомнить, где я ее видела. Рядом с ней я заметила Блейза и тут же поняла, кто передо мной.

— Миссис Забини, — улыбнулась я одними губами, а взгляд метнулся ей за плечо, прямо туда, где стоял Малфой.

Стоял и смотрел на нас.

— Рада встрече, — я постаралась быть вежливой, но желание поговорить с Малфоем поторапливало меня поскорее закончить этот разговор. — Извините, я...

— О, сама судьба свела нас сегодня. Вы просто обязаны согласиться пообедать с нами, — перебила меня она, а я снова посмотрела на Драко.

Он что-то быстро говорил матери. Я уже была готова отказать матери Блейза, как увидела Паркинсон. Она уверенно подошла к Драко и коснулась его плеча. Малфой мгновенно изменился в лице. Натянув на лицо улыбку, он притянул Паркинсон к себе за талию и что-то быстро сказал ей на ухо, из-за чего она захихикала, потом повернулся к матери и продолжил ей что-то говорить. Я с трудом оторвала от них взгляд, понимая, что молчание затянулось.

— Ох, простите, — произнесла я, стараясь улыбнуться. — Я сегодня немного растерянная. Постоянное чувство, что я что-то забыла купить.

— О, мне это знакомо, — фальшиво рассмеялась она. — У нас, женщин, слишком много мыслей в голове крутится одновременно.

— И я с радостью приму ваше предложение, — с легкостью согласилась я, чувствуя, что если сейчас не уберусь отсюда, то произойдет что-то нехорошее. Например, я сожгу Паркинсон ту солому, что она зовет волосами...

— Вот и чудесно, — слишком живо изобразив восторг, сказала миссис Забини. — Мы как раз с Блейзом все купили и можем отправиться прямо сейчас.

Блейз, как истинный кавалер, протянул мне локоть, предлагая за него взяться. Я не стала отказываться и вцепилась в него со страшной силой. Титаническими усилиями я заставила себя не смотреть на Малфоя, но чувствовала на себе его прожигающий взгляд.

— Спокойнее, Венера, — раздался насмешливый голос Забини, который наклонился ко мне слишком близко. — Я не люблю, когда на мне остаются синяки, они ужасно сочетаются с моей кожей.

Я ослабила хватку, а Блейз утянул меня за своей матерью, которая уже что-то наперебой болтала, и ее даже не смущало, что эту болтовню никто не слушает.

— Если вдруг тебе интересно, то я знаю несколько способов досадить Малфою...

Услышав это, я вскинула голову. Слова Забини нашли отклик в моей душе, а желание задеть Малфоя усилилось стократно.

— Расскажешь, если я выживу после обеда с твоей матушкой.