13. Между нами говоря

— Чувствую, мы опоздаем на самое первое занятие, — вздыхает Полина.

Она cидит на комоде в прихожей у меня дома, упершись руками. Мы решили с Полей начать ходить на фитнес, поэтому она зашла за мной. Подругу подвез Никита, теперь она ждет, когда я соберусь. Хожу из комнаты в комнату, вспоминая, все ли взяла.

— Кстати хотела тебя спросить, — Полина хитро улыбается и прищуривает глаза. Где-то слышу, как прозвонил телефон.— Что такое? — Я нахожу телефон и вижу СМС от Саши: «Привет, ты свободна сегодня вечером?». При этом я переименовала его контакт с его имени на то, что ему действительно подходит — кобель. Нет, я не обижаюсь, мне не на что обижаться. Кобели — они и есть кобели.— Ты видела Сашу на вечеринке?— Кого? — Смысл ее слов проходит мимо ушей, пока я думаю, что ответить парню.

Отправляю простое и ясное: «Нет». Это и так для него слишком много, ведь я не отвечала ему все еще с тех пор. Для Саши теперь я не свободна. Стараюсь занимать себя каждый день чем-нибудь, чтобы это было похоже на правду. В воскресенье я сидела с племянницей, в понедельник убирала по всей квартире, выкинув все ненужное и старое, вчера гуляли с Полиной. Я занята.

— Сашу, кого еще? Или ты там еще с кем-то познакомилась? — Недоумевает Поля.— Нет, не знакомилась и да, видела, — я бросаю телефон в спортивную сумку и закидываю ее на плечо. — Ну что погнали? — Улыбаюсь.— Да, — кивает подруга и спрыгивает с комода. — А чем вы занимались?— С кем? — Беру ключи, проверяю все ли выключено. Газ, телевизор. Утюг.— Да, все с тем же, ты меня слушаешь вообще? — Выражает недовольство Полина, складывая руки на груди и встав у двери.

Нет, так нельзя, Саша снова занимает мои мысли. Теперь еще и разговоры о нем. Наверное, все-таки его поступок меня задел. Конечно, моя психика пошатнулась, когда я стала свидетельницей чьего-то совокупления, пускай и не глазами все видела, но и этого хватило.

— Или вы что-то запретное делали? — Полина играет бровями, расплываясь в улыбке. Я закатываю глаза, выключая свет, и мы выходим в подъезд.— Нет, ничего особенного, — закрываю дверь.— Например? — Веселится подруга. Вытаскиваю ключи и смотрю на нее.— Что за намеки? — Улыбаюсь, но хмурю я брови. — Разве не ты говорила про то, что он тот еще Дон Жуан?— А что, хочешь проверить? — Подмигивает и смеется.— Дурочка, — издаю смешок.

Идем к лифту, где Полина нажимает на кнопку вызова. Проверка с Сашей уже сработана, все доказано. Эта теорема подтвердилась множеством доказательств и стала аксиомой — неоспоримым суждением, как общепризнанное правило.

— Между прочим, кто-то вообще забыл про меня, — говорю я ей. Когда мы вернулись обратно, Полина сидела в компании своего парня и еще парочки незнакомых лиц.— Кто-то тоже не скучал на крыше, — от удивления приоткрываю рот и поднимаю брови. Откуда она знает? Я ведь не говорила.

Подруга смеется, а я толкаю ее в плечо и тоже начинаю смеяться. Может, она видела? Двери лифта в этот момент наконец-то открываются. И наши рты тоже.

— Доброе утро, дамы, — прямо в кабине нас встречает Марк.

Как всегда при параде. Тоже слегка удивился, но сейчас сохраняет невозмутимость, приподняв один уголок губ. Совсем забыла, что он знает мой адрес. Значит, пришел ко мне. Зачем? Не мог подождать до пятницы, чтобы испортить мне жизнь?

— И тебе привет, пучеглаз, — не по-доброму усмехается Полина. Она всегда так называла раньше Марка из-за больших зелено-карих глаз и выразительных ресниц. На этом его достоинства заканчиваются.

— Пойдем по лестнице, — беру подругу под руку и злая увожу ее на лестничную площадку.— Вика! — Слышу голос позади. — Что за детский сад?

Детский сад?! Отпускаю Полину после первой лестницы и останавливаюсь, оборачиваясь. Марк медленно спускается к нам. Полина напрягается. Мы готовы отражать нападение и нападать.

— Детский сад? — Уточняю я, сладывая руки на груди. Где-то внутри меня все сжимается, когда он встает рядом. Свой взгляд стараюсь оставить равнодушным и надменным.— Почему ты не приняла цветы? — Делает вид строгого преподавателя, словно я не его цветы не приняла, а не сделала домашнее задание.

Марк снова их присылал, и теперь было новое послание, что-то о моей красоте, не помню уже дословно. Разорвала вместе с прошлыми. А цветы я оставила у двери соседки и потом через глазок наблюдала, как она радостная взяла их себе. Хоть кому-то польза от веников Марка. Но откуда он знает? Может, видел его личный курьер? Сколько же пафоса в одном только словосочетании.

— От тебя я ничего не приму, даже если мне это будет нужно больше всего на свете.— Катился бы ты отсюда в свою оленью страну, — усмехается Полина.

Марк переводит недовольный взгляд на брюнетку, затем смягчает его и делает глубокий вдох, а на выдохе выдает мне:— Я пришел поговорить, — недоверчиво поднимаю бровь. — Один на один.— Ну вот и говори сам с собой, один на один, — не выдерживает подруга. — Пойдем, Вик. — И я собираюсь идти вслед за Полиной, но он хватает меня за запястье. Снова смотрю на него, встретившись с его просящим взглядом.— Это в твоих же интересах, — и Марк отпускает руку.

В моих интересах? С ним лучше не шутить. Полина стоит уже готовая врезать недоброжелателю, но я ее останавливаю:— Подожди меня на улице.

Полина удивляется, бросая взгляд на Марка, а затем уставившись на меня. Она явно не понимает, что происходит. Ее глаза так и кричат: «Ты уверена?» Киваю ей, подтверждая свою уверенность. Поля повторяет жест за мной и уходит к лифту, посмотрев крайний раз на Марка. Прислоняюсь к стене и тяжело выдыхаю. Когда становится слышно, что дверь лифта закрылась, Макаров расслабляется.

Мы сверлим друг друга взглядами. Никогда еще не оставалась с ним наедине после всего того, что произошло. Поджилки трясутся, начинает крутить живот. Стараюсь равномерно дышать, но становится все тяжелее, каждый вдох с трудом дается. Приходится задействовать все силы легких.

— Ну, — наконец говорит он. — Привет.— Давай быстрее, я опаздываю, — насколько сильно заметно мое состояние? Марк снисходительно улыбается.— В эту пятницу ужин, — и он решил напомнить об этом? — Думаю, нам стоит договориться.— О чем? Думаю, тебе надо договариваться только с самим собой, чтобы не лезть в мою жизнь.— Так приятно слышать от тебя хоть что-то, — расплывается парень в ехидной улыбке. Тебе будет приятнее, если ты свернешься в клубок от удара по паху.— А мне от тебя нет.— Викуль, — стошнит сейчас. — Я, да и ты тоже,... мы оба знаем, что это важно для твоей семьи, — с каких пор его волнует моя семья? — Поэтому заранее давай заключим сделку. С меня: ничего того, что может тебе не понравиться в твою сторону. Ты же — не говоришь ничего лишнего, ведешь себя непринужденно.— Я всегда непринужденна, — сдвигаю брови к переносице.— Мы оба знаем, что это не так, — придурок. — Вернемся к теме. Мы с тобой ладим в рамках ужина, — извините? — Никаких споров, перепалок. И если тебе сложно это сделать, может, мои извинения помогут?

Извинения?! Вот так у него все просто?

— Я не собираюсь притворяться, и твои фальшивые извинения мне не нужны, — он грустно вздыхает моему протесту.— Знаешь, ты стала еще прекрасней, чем была, — погодите, что-то не сходится. — Еще женственней, сексуальней. Вредней. И мне, правда, жаль. Если бы я мог вернуться обратно, я бы не стал так вести тебя с тобой, — мои брови поднимаются, чуть ли не улетают к небесам. — Я не думал, что тебя это так сильно беспокоило.— Не думал?! Да, ты... ты...— Прости.

Не могу закончить предложение. Прости? Не верю. Даже его просящий о пощаде взгляд неправдоподобен, это неправда. Он что-то замышляет, это точно. Он псих. Псих!

— Ты под таблетками?— Что? Нет, — его серьезный вид и полуулыбка не сильно-то заставляют поверить в это.

Но как? Это невозможно, это за гранями реальности, в пределах фантастики. Такого не бывает.

— Какая тебе польза от этого?

Хороший вопрос я задала. Действительно, ему здесь нет никаких плюсов. Допустим, все пройдет как нельзя лучше. Контракт о сотрудничестве еще не подписан, потом он подписывается. Может, там есть пунктики, которые ему так нужны?

— Я просто хочу помочь. Не хочу, чтобы ты помнила только плохое от меня, — фыркаю.— Можешь радоваться, я о тебе вообще не вспоминаю, — зря я, наверное, так сказала. Если говорю, значит вспоминала. Чертова реверсивная психология.— Ну так что? — Улыбается Марк.— У меня разве есть выбор?— Выбор есть всегда.

Задумываюсь, отключаясь от внешнего мира. Выбор есть всегда. Нет, не всегда или просто не сейчас. Если такое чмо, как Макаров предлагает сделку, то значит, ты должен ее принять, иначе будешь выкручиваться из такой задницы.

— Я согласна, но с одним условием. Я не собираюсь изображать твоего друга.— Я не просил этого делать. Просто держись уважительного и дружелюбного тона, — но я его нисколько не уважаю, тем более не отношусь дружелюбно.— И ты тоже.— Несомненно.— Теперь-то я могу идти?— Конечно, — отхожу от стены и направляюсь к лифту, а следом за мной Марк.

Сплошная комедия, не верю ни одному его слову. Может, он будет придерживаться сделки, но все остальное театр одного актера. Открываются двери лифта, и я захожу в него, не дав это сделать Марку. Он вопросительно смотрит на меня, он обескуражен. Нажимаю на первый этаж.

— Ножками, — показываю ему пальцами бегущие ноги.

Марк усмехается, и двери закрываются. Слишком много ему привилегий. В его интересах теперь быть тише воды ниже травы, а то сделка сорвется. Выбор есть всегда, и мой выбор: спокойная жизнь. И новых контактов с Макаровым в ней нет.

Время до пятницы пролетело незаметно. Фитнес оказался моим успокаивающим средством, и я легко разгрузилась, поэтому теперь мне было все равно на всех: на Сашу, на Марка, на ужин. Даже на то, что я сожгла свое любимое платье, пока гладила. Все окупится когда-нибудь.

Дом у Макаровых выглядит очень богато, шик и блеск. Дворик перед входом с розами, мраморные полы и лестницы, высокие потолки — можно перечислять бесконечно. Шикарный дом, недостойно доставшийся таким не самым приятным людям.

Ужин уже начался. Сидим, вокруг разговоры ни о чем и обо всем. Я равнодушно поедаю довольно вкусный салат. Без понятия, что это,но там явно ветчина, а с ней все вкусно. Мое место между Марком и Аней, но, благо, между стульями расстояние приличное.

Все проходит как нельзя хорошо. Марк выполняет часть сделки, и я тоже. Пару раз улыбнулась ему: при входе и при вопросе о том, как мои дела. Рожа старшего Макарова напрягает до сих пор, но и тот учится на ошибках, ко мне с глупыми вопросами не лезет, только по существу. А та странная женщина.сейчас одета в прекрасном белом платье и сидит без телефона. Иногда дежурно улыбается, но ей явно неприятна наша компания. В принципе, взаимно. И я узнала, что это не мать Марка, а что-то типа мачехи, так как она его не усыновила и вообще является просто любовницей без свадебного кольца. А, куда делась настоящая мать, понятия не имею.

До моего побега остается час с копейками, и тут время как-то замедлилось. Затем сразу же ускорилось, как только нас пригласили осмотреть сад. Экскурсия! Мы идем по их заднему двору, где сад неописуемой красоты. Запахи различных цветов смешались в один, словно создав новый невероятно свежий парфюм.

— Меня сейчас стошнит от этого запаха, — а вот Аня не в восторге. Она говорит еле слышно, адресуя сообщение мне. Усмехаюсь, смотря на часы: еще пятьдесят пять минут. Время, ты же только что стало идти быстрее!— Что же, Коля задарил тебя цветами, что ты теперь их на дух не переносишь? — Мы с сестрой идем сзади всех в пару метрах.— Ах, нет, мы расстались.— Долго вы встречались, — сарказм. — Что на этот раз?— Не знаю, — пожимает плечами. — Меня раздражает, что он флиртует с какими-то девками на работе.— Он бармен.— И что? В профессии прописано: трахать всех посетительниц глазами? — Отец недовольно оборачивается на Аню, и она стучит себе по губам ладонью. Папа продолжает разговор, отвернувшись, а сестра продолжает тише: — Он не рок-звезда, чтобы так делать. — И все-таки один из немногих парней, с которым она рассталась, как я понимаю, за дело. Может, тут было что-то за пределами любимой вещи или привычки?— Он тебе нравился?— Конечно, зачем встречаться с тем, кто тебе не нравится?

Пожимаю плечами. Наверное, ее просто всегда расстраивает, что внимание молодого человека не распространяется только на нее.

Начинаю чувствовать усталость в ногах через двадцать минут ходьбы (не сад, а целый лабиринт). Видимо, фитнес два дня подряд не для меня. Присаживаюсь на мраморную лавочку. У них фетиш на мрамор что ли? Достаю телефон и отправляю сообщение Полине: «Через полчаса приедете?». Час икс наступает. Час, когда можно снять фальшивую улыбку и расслабить все тело.

Ко мне подсаживается Марк. Смотрю на него, затем в сторону, куда он должен был уйти вместе со всеми: никого нет. Завернули, скорее всего, на повороте.

— Как настроение? — Марк поправляет пиджак и волосы.— Нормально, — пялюсь в телефон, перелистывая туда-обратно страницы главного меню.— Да, жаль, что мы сближаемся при таких условиях.— Мы не сближаемся, — Полина все еще не отвечает. Куда она пропала?— Тем не менее, когда компании грозит обнищание, мало хорошего, — обнищание? Папа говорил, что у него дела идут затруднительно, но он ни слова не сказал о том, что это что-то серьезное. Еще он что-то говорил про потерю части бизнеса, но вся компания — это совсем не часть!— В каком смысле? — Поднимаю глаза на Марка и хмурюсь. Он крайне сдержан, кажется, сочувствует. Но чему?— Ну, между нами говоря, можешь не скрывать, и так понятно, что твоему отцу нужно возрождать компанию. У нее жуткие долги. Сотрудничество с моим отцом стало решением проблемы. Вряд ли вам хочется всей семьей переехать обратно в Финляндию, в этот раз неизвестно насколько долго.— В смысле переехать? — Ничего не понимаю, что он несет?— Ну как. Допустим, мы бы вам не помогли. И все, что вы строили, в любой день могло бы пойти по наклонной. А там сокращения, продажи и так далее. Вплоть до разрушения компании или отдачи ее в чьи-то руки. А так как у твоего отца есть небольшой, но продуктивный филиал в Финляндии, то вам бы пришлось переехать туда, чтобы заново все строить.

Да, у папы есть филиал в Финляндии. Он его сделал, когда мы жили целый год там из-за нашей с Аней учебы. Филиалом управляет мой дядя, но... переехать? Почему отец не говорил мне, что все настолько плохо?

Мои брови медленно поднимаются вверх с каждым словом Марка, взгляд опускается в пол. Почему я вечно ничего не знаю? Почему я узнаю это от него?

— Только не говори, пожалуйста, что ты не знала, — усмехается парень.— Я тебе не верю, — еле произношу.— Но я не вру, — его голос мягок. — И как я понимаю, ты не в курсе, что живешь за мой счет?

Мои глаза расширяются еще больше и обращаются к Марку. За его счет?