4. Я скажу «нет»

Дженни

Воскресенье и похмелье созданы для двух понятий: фастфуда и сна.

Все, чего я хочу - это жирный чизбургер размером с мою голову и двойную порцию картошки-фри.

Вместо этого я сижу в «Старбаксе», и в середине декабря пью латте со льдом с такой скоростью, будто он мне жизненно необходим, и ем одну из этих нелепых «пп»-коробочек, а все потому, что «Макдональдс» откроется только через 15 минут.

Лиса, моя лучшая подруга, удивленно вскидывает идеальную бровь и смотрит на мой напиток.

- Он просто ледяной, Джен.

Я хмыкаю в свою соломинку и прячу руки в рукава свитера.

- Зима близко.

- Зима уже наступила, - отвечает она, отсылка к «Игре престолов» прозвучала там, где я и предполагала - прямо в ее словах. - А ты пьешь гребаный кофе со льдом.

- Холодный латте, - поправляю ее я, ковыряясь в сыре и фруктах в своей коробочке с едой. Натыкаюсь на вареное яйцо. Серьезно, что это вообще за еда? Мне не нравится. Я ем такое с понедельника по пятницу, но точно не в воскресенье утром после того, как накануне вечером выпила пива в половину веса своего тела. Вздохнув, я защелкиваю крышку. Я сдаюсь. Я заставлю Лису зайти в «Макдональдс» по пути к ней домой.

- Мне все равно, что в твоем напитке, Дженни, главное, что он, блять, ледяной.

Я люблю чай. Лиса говорит, что я больная, но от кофеина у меня болит живот и тревожность. Пить кофе для меня - это что-то близкое к кошмару, но сегодня утром он мне необходим. Я уверена, что не функционирую должным образом, но и горячий кофе я не переношу, потому при заказе десять минут назад выбор был ограничен. Бариста посмотрел на меня так, будто у меня пять голов, и попросил повторить заказ.

- У меня болит голова, - протянула я, смотря на Лису щенячьим взглядом.

Она отвечает тем, что выпячивает нижнюю губу до упора и наклоняет свою белокурую голову, соревнуясь со мной в жалостливом выражении лица.

- Ой, кексик. Ты слишком сильно тусовалась.

- Ноги просто умирают, - мне срочно нужна ванна или массаж. Тут же, я закидываю одну ногу на Лису и трусь об нее вверх и вниз.

Она стряхивает мою ногу.

- Я не буду массажировать тебе ноги. Может, когда мы вернемся домой, Чон это сделает.

Я скорчила гримасу.

- Я не стану просить твоего парня о массаже ног.

- Почему? - закидывает она в рот виноградину. - У него отличные руки. Большие. Сильные, - она нахмурила брови. - Творящие чудеса.

- Этого мне лучше не знать, - бросаю я в нее свою трубочку.

Лиса отодвигается, закидывая одну ногу на другую. Ее глаза пристально изучают меня.

- Поговорим о слоне в комнате?

Я потягиваю свой напиток. Боги, он восхитителен. Я могу не спать несколько дней.

- О каком слоне?

- Слон, наверное, не то слово. Как насчет шести футов четырех дюймов сексуальных мышц, напоминающих супергероя «Марвел» или греческого бога?

Мой взгляд скользит по кафе.

- Не вижу такого.

Она проводит языком по внутренней стороне щеки, уголки ее рта приподнимаются.

- Этот чертов слон - Ким Тэхён, Джен.

- А, этот слон, - смотрю я на свои ногти. - Мы уже его обсуждали, - на самом деле, я только что избавилась от образа его раздражающего, самовлюбленного лица в своей голове.

- Во мне было три мохито и пять рюмок текилы. Я не помню ни слова.

Как такового разговора почти не было. Большую его часть Лиса крепко держала меня в и уводила как можно дальше от Ким Тэхёна, капитана команды «Ванкуверские гадюки», мультимиллионера и редкостного плейбоя. Надо отдать ей должное, она попыталась объяснить почему мне следует держаться от него подальше, но было трудно разобрать ее невнятную речь из-за закусок, которые она запихивала в рот каждый раз, когда мимо проходили официанты.

- Ты сказала мне держать дистанцию, а я сказала, что уже установила ее между нами, - был момент, очень короткий, когда моя рука была в его руке, его пронизывающий взгляд изумрудных глаз держал меня, и я могла... обдумать это. Рассмотреть вероятность. Дать себе возможность подумать над этим. В ошибках, которые я чуть не совершила, виноват алкоголь.

Ким Тэхён- это определение сексуальности. Он - это высокомерие, облаченное в дорогую одежду, плавные, точеные мышцы, очаровательная улыбка и, вполне возможно, он - лицо хламидиоза; не могу точно сказать. Я уверена, что он принимает меры предосторожности, но этот человек ходит от одной девушки к другой.

Лиса облокотилась на подбородок.

- Я должна была догадаться, что ты ему понравишься.

- Понравлюсь? Не нравлюсь я ему. Он хочет переспать со мной, и ты не виновата в том, что не предугадала этого. Я полная противоположность всем женщинам, с которыми он когда-либо был.

- Неправда!

- Правда.

Лиса что-то ищет в телефоне, чтобы показать мне фотографию Тэхёна и стройной брюнетки: его рука на ее талии, она целует его в шею. И все это на прогулке на улице - очко в его пользу за то, что он ни с кем не столкнулся.

- Видишь? У вас обеих каштановые волосы!

Я закатываю глаза.

- И она на целый фут выше меня, Лис. И, о, смотри! - я нажимаю на отметку «Инстаграма» девушки и окидываю Лису невпечатленным взглядом. - Она чирлидерша «Далласских ковбоев».

Я не собираюсь акцентировать внимание на том, что я другая, но это правда - я совсем не похожа на тех девушек, с которыми обычно фотографируют этого мужчину.

Если судить по тому, что я вижу в СМИ, Тэхён предпочитает девушек, похожих на Лису: ноги до небес, плоские животы, шелковистые прямые волосы. На самом деле, я убеждена, что эти двое не встречаются только потому, что они слишком похожи - болтливые, показушные и гордые. Звучит как отличный способ взорвать комнату.

- Ладно, неважно, - она отмахивается от меня рукой. - Так, ты миниатюрная, - хмыкает она на мое равнодушное выражение лица. - Ладно, маленького роста. И, хорошо, ты не модель. Но ты учитель физкультуры, а это вроде как одно и то же.

- Это и рядом не стоит.

- Но ты так же великолепна, как и они, - говорит она довольно убедительно, но она всегда была моей самой большой фанаткой.

Я тянусь через стол и дергаю ее за нос.

- Спасибо, но ты ограничена кодексом лучших подруг. Ты обязана была это сказать, - усталый вздох срывается с моих губ, когда я смотрю на людей, выходящих из кофейни, на пакеты с покупками, свисающие с их рук.

Мы с Лисой под руки прогуливаемся по торговому центру. Не знаю, почему я позволила ей убедить меня пойти за покупками сегодня утром. Мне пора прекратить ночевать у нее дома после вечеринок. Она набросилась на меня еще до того, как я вспомнила свое имя, не говоря уже о том, где находится мой позвоночник, вот так я оказалась здесь - в торговом центре в воскресенье утром, и, что хуже всего, без моего похмельного «Макдональдса».

Я же говорила - плохие решения, подпитываемые алкоголем.

- Я голодна, - ворчу я, скрестив руки на груди, пока пальцы Лисы летают по экрану ее телефона. - Хочу чего-то нормального.

- Самое время, детка, - она убирает телефон в сумочку и встает. - Чонгук проснулся и заказывает пиццу на обед.

Внутри меня словно включаются лампочки игрового автомата. Возможно, это мой желудок.

- С беконом?

- С двойным беконом.

Лиса объявляет наше прибытие домой так же, как она объявляет свое прибытие в любом месте: с размахом.

Она широко раскидывает руки, как только мы входим в дом, бросая все шесть своих пакетов с покупками на пол, когда она кружится.

- Мы дома, детка! Джен нужен массаж ног!

- Не нужен, правда, - отвечаю я, пытаясь скинуть ботинки. Я люблю Чонгука, но было бы немного странно, если бы парень моей лучшей подруги делал мне массаж ног. Я и так не могу нормально надеть свой чертов носок. Он болтается на ноге, и я скачу по коридору на одной ноге, пытаясь его поправить, навстречу запаху пепперони и бекона.

Ненавижу носки. Ненавижу ботинки. Ненавижу зиму.

Я мечтательно вдыхаю носом аромат и свободной рукой поглаживаю живот.

- Так вкусно пахнет, Чон. Иди к мамуле.

Мне удается засунуть палец в носок, натянуть его на пятку с «ага», но я неправильно стою - мягкая шерсть на скользком, блестящем мраморе оказывается ужасной идеей. Я падаю, ругаясь и размахивая руками в поисках чего-нибудь, за что можно уцепиться.

Этим оказываются сильные руки. Очень мускулистые. Крепкие. О-о-о-о, эти предплечья чертовски хороши. Они обхватывают мою талию, подхватывая меня прежде, чем моя задница успевает упасть на пол, и когда они поднимают меня на ноги, я чувствую как тепло разливается по всему телу. Я смотрю вниз на невероятно большую руку, обнимающую мой пресс и придерживающую меня, как дрожь предвкушения пробегает по моему позвоночнику от слов, прошептанных мне на ухо.

- Привет, мамуля.

Моя рука медленно скользит по его предплечью, замечая резкий контраст моих и его пальцев. Там, где я молочная и мягкая, он исключительно золотистый и твердый.

Горячее дыхание скользит по моей шее, и я закрываю глаза, когда вокруг меня вихрится соблазнительный аромат с нотками цитруса, смешанного с лаймом и мускусным кедровым деревом.

Я точно знаю, чьи руки обвиваются вокруг меня, чьи руки прижимают меня к себе, чьи губы касаются моей челюсти. Я все это знаю, но это не останавливает меня от того, что я делаю дальше.

Когда мое тело все еще остается в его объятиях, я поворачиваю голову в замедленной съемке. Очень медленной. Я не уверена, что моя челюсть когда-либо свисала так низко. Там бы поместился весь кулак. Мой брат поспорил со мной, когда мне было девять лет, и я проверила это, чтобы доказать, что он не прав.

Когда я вижу эти глаза, эту беспорядочную копну каштановых волос, эту раздражающую, сексуальную, однобокую ухмылку, я совершаю единственное логичное действие: начинаю кричать.

Я отпихиваю от себя Ким Тэхёна и бегу через всю кухню так быстро, что у меня подкашиваются ноги. Чонгук бросается ко мне, приподнимает, обхватывая рукой за талию, и умирает от смеха, а я так сильно ударяюсь, что хочется просто опуститься на пол и плакать в тишине и покое, вместе с моей пиццей разумеется.

- Жаль, что я не сняла это, - хрипит Лиса, смахивая стекающие по ее щекам слезы. - Тэхён, держу пари, что это впервые, когда девушка так сбегает от тебя. Боже! - она жестикулирует между мной и Тэхёном куском пиццы. - Это просто лучшее, что можно было увидеть.

По мне пробегают мурашки, когда я беру тарелку и собираясь идти выбрать кусочек, безуспешно пытаясь притвориться, что Ким Тэхён не стоит у меня над душой, и не наблюдает, как я выбираю.

Я чувствую тепло его тела, когда он нависает надо мной, а его ладонь лежит на столешнице рядом с моей, прижимая меня к себе. - Коротышка, поторопись и выбери уже? Большой человек голоден.

- Я выбираю ломтик, где бекона больше всего. Не торопи меня, здоровяк.

Его глаза сияют. Он опускает голову, касаясь своим дыханием открытого участка моей кожи в районе ключицы, и бормочет: - Я и не думаю торопить тебя. Все, что я хочу сделать, это растянуть удовольствие, Дженни.

- Да ради Бога! - я поворачиваюсь к Лисе и Чонгуку, упираясь кулаком в бедро. - Кто из вас забыл сказать мне, что он придет?

Лиса вскидывает руки вверх.

- Я понятия не имела.

Чонгук захихикал.

- Конечно, блять, не имела она понятия. Я написал те... - его слова замирают под ладонью Лисы.

Эта женщина любит драмы, и я могу предположить, что именно поэтому она согласилась снова поместить нас с Тэхёном в одну комнату. Или она просто очень хочет увидеть, как я динамлю его разочек или еще два. Предполагаю, что надо дать людям то, что они хотят.

Тэхён наблюдает за мной, ожидая моей реакции, поэтому я делаю самый большой укус, на который только способна, и смотрю ему прямо в глаза, прежде чем проскочить мимо него и сесть на диван. К несчастью, через пятнадцать секунд он опускается рядом со мной и ухмыляется.

Его глубокие ямочки невероятно очаровательны. Я их просто ненавижу.

Он толкает меня в плечо своим.

- А у меня бекона больше.

- Нет, - я наклоняюсь, чтобы осмотреть его тарелку. Ну, чтобы проверить? - Да блин, - бормочу я, когда вижу, что он прав.

Он тихо хихикает, кладет свой кусочек ко мне на тарелку, заменяя его одним из моих, где бекона меньше. Это милый жест, и именно поэтому у меня возникают подозрения. Вчера он купил мне пиво, и делая это, он будто надеялся, что позже мой рот окажется на одной из частей его тела.

- Это просто кусок пиццы, Дженни. Если ты не хочешь, то его съем я.

Я прижимаю свой кусок к груди.

- Отвали, Ким.

Проходя мимо, Лиса бросает упаковку соуса мне на тарелку. Я поливаю всем содержимым два своих ломтика. Тэхён наблюдает за каждым движением, и под его пристальным взглядом мое лицо краснеет.

- Могу я тебе помочь? - наконец спрашиваю я.

Он слегка улыбается половиной рта.

- Нет. У меня все хорошо.

Пока я доедаю свои два куска, он проглатывает четыре, возвращается на кухню, берет еще два и съедает их.

- Ты медленно ешь, - замечает он, наклоняясь вперед, чтобы опустить свою тарелку на журнальный столик. Я стараюсь не замечать, как под рубашкой проступают мышцы его широкой спины, но, боги, я все вижу.

Я хочу сказать ему, что это не я ем медленно, а он пылесос, но слова застревают у меня в горле, когда он поднимает мои ноги к себе на колени и стягивает с меня носки. Его большие пальцы впиваются в мои ступни, и я очень благодарна Лисе за то, что вчерашнее утро мы провели в спа-салоне.

Тэхён поглаживает малиновый лак на моих пальцах.

- Миленько.

- Что ты делаешь? - наконец спрашиваю я, а потом постанываю, когда он нажимает на особенно больную точку.

От звука Тэхён закрывает глаза, и начинает массажировать это место сильнее.

- Лиса сказала, что тебе нужен массаж ног. Вот я и делаю тебе массаж ног.

Стоит ли мне ответить: - Благодарю, не нужно? - вероятно. Но вот в чем дело: у него большие руки, широкие пальцы, сильное прикосновение, а я слишком много выпила прошлой ночью, а значит, слишком много танцевала. И его прикосновения чертовски приятны. - Господи Иисусе, - непроизвольно завываю я, наклоняясь к нему. - Спасибо.

- Да не за что. Если ты любишь массаж, мы можем вернуться в мое...

- И ты все испортил, - я вырываю ноги из его волшебных рук и подбираю их под себя. - Зачем тебе нужно было портить что-то настолько хорошее?

Его взгляд оглядывает меня сверху вниз, и наоборот.

- Я жажду разрушить тебя, и поверь, это будет прекрасно, - на мое ошеломленное выражение лица, Тэхён смеется, ловя джостик Xbox, который Чонгук бросил ему. - Ты часто краснеешь, Дженни.

Лиса фыркает из другого конца комнаты.

- Я уверена, тебе трудно это понять, но она не заинтересована, Тэхён.

Он пожимает плечами.

- Сомневаюсь, но ладно.

Они с Чонгуком садятся играть в НХЛ, вероятно потому, что, когда они не играют в хоккей, им нужно делать это виртуально. Несмотря на то, что Тэхён сосредоточен на игре, он не перестает болтать.

- Любишь снег, коротышка?

- Не очень.

- Почему?

- Потому что мне приходится носить носки.

- Весна или лето?

- Лето.

- Сладкое или соленое?

- Сладкое.

- Как ты вчера добралась до дома?

- Я спала здесь.

Тэхён ухмыльнулся, и у меня возникает желание ощутить его.

- Если бы я знал, что ты ночевала здесь, я бы вернулся сюда, а не поехал домой. Мы могли бы поговорить еще немного.

Неужели это правда? Неужели он не помнит девушку, которую прижимал к себе через полчаса после того, как я ушла? Он не мог забыть ухмылку, которую бросил мне, подмигнув при этом и наклонив голову. Это могла быть ты, вот что говорил этот взгляд; я уверена в этом.

- Ну, твои руки были заняты невысокой хорошенькой блондинкой.

Он впервые отрывает внимание от игры, и переводит его на меня.

- Не такой красивой, как ты.

Это должно быть комплиментом? Девушка, с которой я переспал прошлой ночью после того, как ты мне отказала, не дотягивала до тебя, но я все равно ее трахнул? Он такой блядушник, мне не хочется стать еще одной хоккейной зайкой, которую он использует, поэтому я в отвращении закатываю глаза.

- Она не поехала со мной домой, Дженни.

Я фыркнула в недоверии. И вообще мне наплевать.

- Сомневаюсь, но все равно.

- Похоже, ты ревнуешь.

- Поверь мне, это не так.

- Не мог заставить себя сделать это, когда смотрел на тебя всю ночь, - он забивает гол и бормочет о, да, черт возьми под нос, пока Чонгук проклинает все, а потом заявляет, что ему нужна еще пицца.

- Мне наплевать.

Тэхён кладет джойстик на колени и поворачивается, и с нечитаемым, почти пустым выражением наблюдает за мной. Не нравится мне это. Из-за его взгляда у меня опускаются плечи, мне хочется спрятаться. Если я не могу прочитать его, то я не хочу, чтобы он прочитал меня.

- Думаю, так и есть, - наконец отвечает он хриплым шепотом.

Его пальцы скользят по моему бедру, по рваному разрезу на колене... Его прикосновения на моей коже так нежны, что я не уверена, что это действительно происходит. На мгновение я наслаждаюсь ощущением его теплых, мозолистых рук. На мгновение я хочу большего.

На мгновение. А потом я включаю свой мозг.

Какого черта я здесь делаю? Почему я развлекаю этого эгоистичного придурка? Я могла бы сидеть дома, без лифчика и дремать.

- Мне пора идти, - говорю я. - Спасибо за обед.

- Что? Уже? - в отражении двери во внутренний дворик Лиса сердито угрожает Тэхёну пальцем.

- Мне нужно заглянуть к Юнги, - это полуправда. У меня есть пара часов, прежде чем мне нужно будет куда-то идти.

Я целую в щеку Лису и обнимаю Чонгука, игнорируя Тэхёна. Это бессмысленно, потому что он встает и идет за мной по коридору, наблюдая, как я натягиваю сапоги до колена.

- Кто такой Джереми? Это твой парень?

Я колеблюсь, потом вру.

- Да.

- Ты заскочешь к брату? - кричит Чонгук из коридора. - Скажи Юнги, что я буду в сети в десять вечера, если он захочет поиграть!

Вот дерьмо. Чонгук. Он серьезно?

Я виновато улыбаюсь Тэхёну сквозь зубы.

Он скрещивает руки на широкой груди и в удивлении вскидывает темную бровь.

- Ты маленькая грязная лгунья.

Да, что ж, так и есть. Я невинно поднимаю плечи и опускаю их, натягивая пальто. Тэхён хватает меня за воротник и притягивает к себе. На мгновение я пугаюсь того, что он попытается меня поцеловать, а еще сильнее того, что я его не остановлю, но вместо этого он застегивает пуговицы моего шерстяного пальто.

Ким Тэхён застегивает мое пальто.

- Могу я взять твой номер?

Я моргаю и смотрю на него.

- Э-э... - я хочу сказать - нет. Я не уверена почему не получается.

Он видит в моей нерешительность возможность, и начинает подкрадываться ко мне, с каждым шагом продвигаясь вперед. Я прижимаюсь к входной двери спиной, когда грудь Тэхёна касается моей, пульс зашкаливает. Господи, он потрясающий. Теплый и крепкий, широкий и сильный. И высокий. Черт, он такой высокий. Моя вагина начинает танцевать, будто думает, что сейчас ей что-то перепадет. Но это не так.

Его ладонь скользит по моему боку, и мое сердце бьется чуть быстрее, когда он вытаскивает мои волосы из пальто и кладет их мне на плечо.

- Вот что я тебе скажу, коротышка. Я дам тебе свой номер. Я никогда не даю его девушкам. Ты будешь первой, - в его глазах светится самодовольство, он думает, что это сработает. Это меня точно зацепит. - Потому что ты особенная, Дженни.

Вот оно. Это действительно его лучший подкат? Как, черт возьми, этому человеку удается уговорить стольких девушек переспать с ним?

Положив ладонь на его ключицу, я слегка надавливаю, достаточно, чтобы он отступил на шаг, и следую за ним. Когда я флиртующе улыбаюсь ему, его улыбка растет, как и ямочки с морщинками.

Сейчас он крайне самоуверен.

Не могу дождаться, когда лишу его этого.

- Да... - я провожу кончиком пальца по горловине его рубашки. Моя ладонь огибает его затылок, когда я направляю его лицо к своему. Он кладет руки на мои бедра, крепко меня обхватывает, а мои губы касаются его уха, и меня бесит что он так приятно пахнет. Какая-то безбашенная часть меня хочет лизнуть его, как чертово мороженое. - Я скажу нет.

Я смотрю на то, как самодовольная улыбка исчезает с его прекрасного лица, которое скрывается за захлопнутой мною дверью.

Черт, это было приятно.