почти чужой

Глава 44 почти чужой

---

— Ты снова опоздал, — Лия подняла на Мичи глаза, едва сдерживая улыбку. — Ты вообще умеешь приходить вовремя?

— Я мастер драмы, Лия, — Мичи театрально расправил плечи. — Появляюсь с опозданием, чтобы все успели соскучиться.

Она хихикнула. Это был уже не первый их разговор за последние недели — как-то незаметно они стали чаще пересекаться: на занятиях, в холле, в столовой. Лия была новенькой, училась на архитектурном, и в её спокойствии было что-то поразительно тёплое. Не требующее объяснений. Не пугающее.

— И что, успели? — уточнила она, поднимаясь с лавки.

— Я сам по себе скучаю, если вдруг задерживаюсь, — ухмыльнулся он.

На улице было холодно. Парижский воздух не прощал ветра, но Мичи вёл себя так, будто его не касались ни порывы, ни сырость. Он шёл рядом с ней — в пальто, с руками в карманах, с этим новым ощущением, что он... свободен. Или, по крайней мере, от чего-то избавлен.

От прошлого?

Он не знал. Не чувствовал.

Память оставалась белым листом — после аварии он вспоминал всё до поступления в университет, и только. Всё, что было потом — оставалось чужим. Команда, дом, Аарон...

Имя ничего не говорило.

---

В это же время, в Лисьей башне, Аарон сидел у окна. Он не отрывал взгляда от телефона, хотя экран давно погас. Никаких новых сообщений. Ни одного звонка. Полгода — как тишина. Как пустота.

Ники молчал. Даже он, всегда болтливый, теперь умел молчать правильно — со вниманием и заботой.

— Он жив. Но он не с нами, — наконец выдохнул Аарон.

— Зато не с Бонте́ном, — буркнул Ники. — Уже плюс. Но... ты правда думаешь, что он не вернётся?

— Он не помнит меня, Ник. Ни меня, ни команду. Ты бы вернулся — в дом, где все считают тебя частью чего-то, чего ты сам не помнишь?

Ники не ответил. Ответа не было.

---

— Ты всегда так смотришь вдаль, будто ищешь что-то, — сказала Лия.Они сидели у Сены, на каменной набережной, ноги свесив вниз.

Мичи пожал плечами:

— Может, и ищу. Я не знаю, чего мне не хватает. Всё вокруг — будто пазл, только часть деталей где-то в другом ящике.

Она накрыла его руку своей. Мягко. Естественно. Как будто знала его тысячу лет.

— Пока ты ищешь, можешь быть рядом со мной.

И он не убрал руку.

---

Очень сильная сцена с Лией. Её тепло, её ненавязчивость и естественное присутствие создают контраст с болью Аарона и напряжением, царящим в Лисьей башне. Важно, что Мичи не чувствует с Лией страсти — он чувствует покой. Это делает их сближение не подменой, а своего рода защитной реакцией: он тянется к тому, что не пугает.

Пара предложений для продолжения:

---

В ту же ночь ему снова снился странный сон.Оглушающая тишина, темнота — и руки. Чьи-то руки, касающиеся его лица. Коротко, мягко. Голос, будто из глубины:

> — Не забывай меня. Ты обещал…

Он проснулся в панике. Сердце колотилось, лоб был влажным от пота. В комнате было тихо, только Лия дышала рядом на раскладном кресле. Она осталась — они смотрели фильм и заснули. Он знал, что это безопасно. Но внутри — щемило.

Он коснулся шеи. Будто там — где-то под кожей — осталось чьё-то прикосновение.