Часть 34

- И что ты думаешь по этому поводу? По поводу всей ситуации.

- Я услышала от тебя то, что полностью перевернуло мое мировоззрение. Но это был только твой сон. На яву я не могу тебе верить. Как бы ни хотелось. А ты?

- А мне только остается поблагодарить Гарри за подставу. А если ты мне дашь шанс...

- Он был. Еще в Риме был. Это ты всё испортил!

- Я не хотел, чтобы всё так получилось. - мы начали повышать громкость.

- Ты сам ушел.

- Ты меня прогнала! - я практически кричал.

- Неужели было не понятно, что я хотела, чтобы ты остался?! - прокричала она, и воцарилась тишина. Я поднял одну бровь вверх и посмотрел на нее совершенно афигевшими глазами. Она поняла, что сейчас только что сморозила и безвыходно зарылась лицом в подушку.

Где-то через минуту я решил нарушить эту тишину.

- Видимо за те семь лет, пока я был один, я совершенно перестал понимать, что ты хочешь...

- Прости меня, - вдруг сказала она и подняла голову с рук. Ее глаза были полны слез, вся тушь стекла на щеки и руки, губы скривились, как от боли... - Прости меня, Луи, - она смотрела мне прямо в глаза, у меня аж мурашки по телу пробежали...

Я подошел к ней и сел на подлокотник кресла. Она уткнулась мне грудь, и я обнял её. Всхлипы, которые теперь не подавлялись, содрогали все тело под моими руками. Я прижался щекой к её макушке.

- Я люблю тебя, Эмили Твист... - прошептал я. От этого она еще раз вздрогнула и подняла голову.

- Назови меня Эми Томлинсон. Пожалуйста! - я улыбнулся.

- Я люблю тебя больше всей жизни, Эми Томлинсон.

- Первый раз был лучше, - вздохнула она.

Я отпустил ее и недовольно посмотрел в глаза:

- Ну вот, всю романтику испортила...

Вдруг она за рубашку притянула меня к себе. Я прильнул к её губам и провалился в ощущения. Её губы такие мягкие, что мне не хотелось отпускать их. От нее пахло как всегда, чем-то пряным и сочным (единственное, что в ней не изменилось за 7 лет), что я хотел съесть её целиком, лишь бы она не смогла отойти от меня ни на шаг.

Но мне пришлось оторваться, чтобы не упасть с подлокотника. Может и к лучшему, не хотелось бы заниматься любовью у Стайлсов в гостиной. И всё бы ничего, если бы Эмили не сказала вдруг:

- Я люблю тебя, Луи Томлинсон.

Я не нашел ничего лучше, чем прижать ее к себе и чмокнуть в макушку. Поверить не могу, что всё это происходит.

- Ну что, я в Рим, или ты в Лондон? - усмехнулся я.

- Разумеется, ты в Рим! У Эллисон там роман намечается... Я не могу переехать.

- Мам, я могу его бросить, если мы будем жить здесь! - вдруг послышался голос Эль со стороны двери.

- Тааак, кажется, пора выбираться из заточения... - я встал и направился к полке.

- Луи, там его нет, - сказал невозмутимо Гарри и щелкнул ключом. - Он здесь. И вы свободны.