Десять миллионов широких путей надежды

   В обмен на посланное нами второе, значительно расширенное и дополненноелионское издание "По всему миру на воздушном шаре" (от 1892 года) наконец-топрибыло знаменитое  "Международное расписание"  Эдуарда  Сама, раритет средипубликаций   такого   рода,  мечта   любого   более  или  менее   серьезногоколлекционера.  Таким образом,  с поступлением  этого  исключительно ценногоэкземпляра,  украшенного  символическими  изображениями  вагона, парохода  исамолета,  количество  книг  в  библиотеке Андрея  возросло ровно до  тысячитрехсот пятнадцати названий.     Можно с уверенностью утверждать, что на земном шаре не было такого хотьчем-то  известного  места,  которое  не  было  бы  указано  в одном  из этихмногочисленных   томов,   охватывавших   область   отправления  и   прибытиятранспортных  средств.  Его не  столь  уж большая,  однако  со  знанием делаподобранная   библиотека   путеводителей,   портулаков,   маршрутных   схем,расписаний  движения  поездов,  пароходов,  самолетов,  вариантов  возможныхпересадок,  списков  стоянок,  источников питьевой  воды  и речных  переправохватывала самые отдаленные края и  даже вроде бы исчезнувшие и  вымышленныегорода  и государства. Из  карманных и энциклопедических изданий, инкунабул,брошюр и современных  путеводителей  можно  было узнать,  как  добраться  доСаутгемптона,  Атлантиды,  Гербиополиса,  Ура,  Львова, Маконда  или  любогодругого  населенного пункта,  расположенного на любой географической широте.Караван   до  Хартума  отправлялся  по  средам,  ночью   на   Море  Ясности,расположенное на Луне, можно было попасть на  ладье из бумаги с парусами, накоторых написаны стихи,  а как утверждалось в  одной средневековой рукописи,рассказывающей о  древних обычаях и законах,  лодка Харона  пересекала  рекуСтикс каждые четверть часа (поэтому, чтобы душе не пришлось ждать на берегу,окна  в  комнате  умершего   следовало   открывать  с  таким   же  временныминтервалом).     Сидя  за  диваном  посреди  царства  цифр  и  названий  далеких мест, вокружении холодных на вид книг, Андрей неутомимо читал, изучал, подчеркивал,подсчитывал  этапы,  повторял  вслух  факты и  пытался связать их.  Ему былоизвестно уже более десяти  миллионов способов добраться до  Града  из разныхконцов  света. И он надеялся на такое  же количество возможностей,  что  Этавернется  к  нему.  Ежеминутно  где-то  отчаливал какой-то  пароход, взлеталкакой-то самолет,  прибывал на станцию какой-то поезд. Ежеминутно Эта  имеетвозможность  отправиться в  путь,  к нему, поэтому,  естественно, ежеминутноможно ожидать - хоть сейчас! - ее  появления  на пороге дома без крыши. Еслиона движется с востока - здесь увидит росу,  если приближается с запада - неразминется  с полуднем, со стороны  юга -  значит, приедет  послушать закат,если же  ехала  с севера - может быть,  она уже  прячется  здесь,  продолжаяначатую игру в прятки.     Андрей не  только изучал возможности Этиного возвращения  в город, но иособым образом расположил  книги своей библиотеки.  За  диваном  возвышалисьмощные   пирамиды  томов  в  твердых  переплетах,  тянулись  стены  печатнойпродукции  в  глянцевых  суперобложках,  смело возносились  вверх  башни  изроскошных изданий  с позолоченными обрезами. Нужно ли повторять, что к этомуукреплению вело по меньшей мере десять миллионов широких путей надежды'.