Увертюра

    -  Эстер,  знакомая  по кинотеатру, - коротко сказал  Богомил, войдя  сдевушкой в гостиную.     -- Привет, Эстер! Добро пожаловать, Эстер! -  сердечно здоровались мы сней.     -   Я   правильно   понял,   из   кинотеатра?   -   спросил   Подковникмногозначительным тоном.  -  Значит,  юная дама  разбирается в  искусстве. Яблагодарю Бога, мои  молитвы услышаны,  я больше  не буду так одинок  в моихпривязанностях, которые я так ценю.  Вы  меня понимаете, я  думаю?  Любителипрекрасного должны помогать друг другу.     - Да,  - сказала гостья несколько смущенно. -  Но  я не вполне уверена,что смогу  быть  вам  полезна,  из  всего  искусства я люблю только  одно  -известного артиста Аугусто.     -- Это хорошее занятие? - включилась в разговор и Саша.     - Кино, можно сказать, потомственная профессия  в моей семье. Мать  моятоже из этой области, - объяснила гостья.     -  Ваша  мать   была  актрисой?  -  снова  поинтересовался  неисправимолюбопытный Подковник.     - Не  в буквальном смысле этого слова, моя мать любила  "Бал на воде"1,вы ведь  знаете эту известную  историю, там плавают среди букетов орхидей, -встрепенулась Эстер. -  А вот я люблю Аугусто. Это великий артист, настоящаязвезда. Я смотрела все его фильмы раз по десять, я знаю о нем все. На правомбедре у меня родимое пятно  в форме зернышка  граната. Точно такой же формы,как и в фильме"Лето в ноябре".     -  Любить артиста -  это очень хорошее занятие,  -  разнеженно произнесПодковник.     -  В  этом фильме есть одна  сцена,  очень известная, когда Аугусто естгранат  и ужасно страдает, потому  что  влюблен в замужнюю женщину. Она тожеего любит, но не может бросить детей...     - Как это грустно! - загоревал Подковник, а глаза у него просто полезлина лоб, так высоко он поднял брови.     -  Очень  грустно!  -  согласились  все мы,  закивав головами. Возникланебольшая пауза.     Лунные рыбки невидимыми плавали в аквариуме (ведь был день).  Андрей задиваном  шуршал  страницами  "Расписания наземного,  морского  и  воздушноготранспорта  средиземноморских  стран".  Он хотел запомнить время  прибытия вГрад всех поездов. Надежда не  оставляла  его - Эта вернется, возможно даже,одним  из  этих  поездов. Драгор  постукивал пальцами по  переплету  толстойкниги. Подковник  уставился в свою Воображаемую  точку.  Молчаливая  Татьянамолчала. Богомил встал, чтобы принести кларнет. Саша повернулась к Эстер.     - И в горе, и в радости мы обычно предлагаем музыку, - объяснила она.     - Спасибо, не откажусь, - сказала Эстер и убрала волосы за уши.     Богомил вернулся с инструментом в руках. Ногами он крепко уперся в пол,а глазами в потолок гостиной. Он заиграл...