22. Пол - это лава

Последний день Помпеев глубоким шрамом отразился на истории Италии. Первые ассоциации тут же бьют в голову: грязный белый, как разрушение древней архитектуры; зеленый, приятный оливковый, конечно, в сочетании с адским оранжевым — редкая природа, пушистые деревья, охвачены жаркими языками пламени; вспышка красного, а потом затяжной черный — короткий крик отчаяния и наступление вечной тьмы.

Конец лета наверняка особо грел ласковыми прощальными лучами солнца, хоть жители и понимали, что и осенью от назойливой жары им не убежать. Было около двух часов дня, когда Везувий, сукин сын, решил начать свое мучительное шоу. Над вулканом возникло белое облако с бурыми пятнами. Оно быстро набирало свои размеры и, поднимаясь в высоту, начало растекаться во все стороны. Почва у вулкана пришла в движение. Чувствовались непрерывные подземные толчки, а из недр слышался дикий грохот, будто предупреждая о конце света.

Толчки набирали такую силу, что казалось, разрушаются статуи и дома, которые бросало из стороны в сторону. В это время из вулкана продолжала вырываться газовая струя. Она, обладая невероятной силой, выносила из кратера огромное количество кусков пемзы. Обломки поднимались на высоту около двадцати километров. Это длилось все 10-11 часов извержения.Из Помпеев не смогло выбраться около двух тысяч человек, останки людей были обнаружены и вне города. Накрытые с ног до головы пеленой паники, многие бежали в гавань в надежде спастись. Но вулкан не подарил им и такого счастья. Были и надеющиеся отсидеться в закрытых помещениях или в глухих погребах. Потом они, правда, пытались выбраться наружу, но было слишком поздно.

Из записей Плиния Младшего

Не знаю, что обычно приносит больше боли: чувствовать, как раскаленная магма растекается внутри тела, обжигая каждый его миллиметр, заставляя задыхаться жарким паром; или же наблюдать, как эта лава уничтожает тела блуждающих вокруг существ, рисуя картину их физической боли и терзающих мук, пока Подсознание продолжает повторять: «Ты это сделала. Ты несешь собой вечные страдания и смерть. Ты — чертов Везувий».

Мне жаль. Мне так жаль… Сожалел ли он?

***

Очередной удар в челюсть заставил меня разъяренно зашипеть. Я откинула влажные волосы с лица, дернув головой. Спину ломило, а руки, намертво связанные за спиной жесткой веревкой, уже начинали затекать.

— Сука ты, Евгений, — протиснула сквозь зубы я, о чем вскоре пожалела, ведь в этот раз его кулак встретился с моим носом.

Вспыхнула моментальная боль, что с одной горячей точки расходилась по всей области лица, но она вмиг исчезала, потому что на моем пальце больше не было дьявольского украшения, что раньше удерживало меня уязвимой. Ко рту тонкой струей потекла густая жижа, но я только провела языком по губам, ощутив металлический привкус собственной крови, и зловеще ухмыльнулась.

— Тебе смешно, значит, — прорычал мой палач и достал непонятно-откуда бензопилу. Мои глаза тут же округлились, а сердце больно екнуло, и я задумалась: как же будут заживать мои раны, если части тела будут разбросаны по этому полутемному подвалу? Рыжий мужчина включил устройство, и оно издало свой оглушающий вереск. Палач проорал сквозь шум, преподнося пилу ближе к моей шее: — Я спрошу еще раз: кто тебя подослал?!

Какие только молитвы не пронеслись у меня в голове за этот короткий отрезок времени. Вспыхнула даже моментальная мысль, что мои отважные напарники Мстители бросили меня умирать. Захотелось выпустить на волю свою силу. Но потом в ухе, которое было подальше от жужжащей бензопилы, пронесся сладкий, но слишком серьезный голосок:

— Потяни еще время, я уже на подходе.

Ну конечно, так ведь легко вести беседу с громилой, приставившего к твоей шее гребаную бензопилу.

— Хорошо, хорошо, — выдохнула я, хоть и пришлось мужчине читать по губах. Он выключил источник шума и полными угрозы, налитыми кровью, глазами посмотрел на меня. — Я скажу, только пообещай не убивать меня.

Естественно, я понимала, что злодей не собирается меня отпускать в живых, но доброжелательно улыбнулась ему в ответ на сдержанный кивок.

— Не томи, — проворчал он, буркнув еще себе под нос что-то похожее на «Стерва».

— Как ты меня назвал? — надев обидчивую рожу, протянула я, продолжая со всех сил тянуть время.

Черт возьми, где носит Наташу?

***

Рыжеволосая девушка в обтягивающем агентском костюме мчалась на мотоцикле сквозь заторы машин. Ветер бил в лицо, заставляя прижмуриться, но зато раздувал волосы, творя на голове объемную укладку. Конечно, она не наденет шлем — слишком крута для этого.

В голове в Наташи Романофф витали мысли, которые не давали ей спать уже три дня, с тех пор, когда объявилась Тесс Ли. Она прекрасно понимала, что Мстители так просто ее не оставят, ведь у них в планах — превратить девушку обратно в Тессеракт, чем она была изначально. Возможно, Старк переоценил свои возможности, выдвигая слишком закрученные версии того, как у него получится это сделать. В конце концов, он не маг, не какой-то всесильный бог, который способен на такие шутки.

Наташа чувствовала сочувствие к юной девушке, ведь своей вспыльчивостью и смелостью она напоминала ей сестру. Конечно, она никогда не признает это в голос, как и не утратит своей обычной строгости к «ученице», но внутри нее были уж слишком смешанные эмоции по поводу Тесс Ли, что колебались от резкого раздражения до еле сдерживаемого смеха над саркастичным юмором девушки.— Ей, Байрон, продержишься еще с полтора минуты? — сквозь бьющий в лицо ветер крикнула она в наушник, в ответ на что только получила краткий кашель, что подразумевал собой «да».

Она поднажала на газ и на бешенной скорости, словно бушующий ураган, пронеслась по пустым проулкам: ими будет быстрее Нат ухмыльнулась про себя, удивляясь стойкости брюнетки, ведь она давным-давно могла применить свою силу и сразить ублюдка, но девушка послушно следовала плану Мстителей.

В подвале было мрачно, неприятный запах тусклости витал в воздухе. Мужчина ростом с два метра стоял, держа в руках электрическую бензопилу, и агрессивно разговаривал с бледнокожей брюнеткой, намертво привязанной к стулу. Та держалась крепко, хоть и в мыслях время от времени мигала доля сомнения. Они гневно сверлили друг друга глазами, когда девушка услышала тихий скрип со стороны двери и ухмыльнулась краем окровавленных губ.

Не успел громила повернуть голову, как дверь с грохотом распахнулась, а в подвал ворвалась рыжеволосая агентша, направив дуло пистолета ему в лицо.

— Брось, — ровным тоном молвила она и указала взглядом на бензопилу в руках мужчины. Тот недовольно зашипел и бросил так званное оружие. Она кинула холодный взгляд на, с интересом наблюдающей за сценой, Тесс Ли и додала. — Медленно подойди и развяжи ее.

Тот послушался приказа и приблизился к привязанной девушке. Но, согнувшись, делая вид, что тянется к веревкам у тонкой лодыжки, он быстрым движением вытянул складной нож с ботинка и приставил его к горлу брюнетки. Наташа мысленно обматерила себя.

— Не делай глупостей, — пробормотала она, сама не понимая кому: мужчине или девушке, в которой глаза уже заискрились голубым сиянием. — Если с ее шеи польется хоть капля крови, я выстрелю тебе прямо между глаз.

Но громила даже не собирался отодвигать нож, он выглядел одержимым, будто стал жертвой самого черта, и от этого по коже пробегались мурашки.

— Мне это наскучило, — вздохнула Тесс Ли и, не успела Наташа даже опомнится, как та сожгла веревки с помощью голубого пламени и силой откинула мужчину на несколько метров. Потом переместилась в пространстве и, став позади него, начала душить внутренней стороной локтя. — Теперь ты расскажешь нам все, что должен был рассказать мне с самого начала, Евгений, — прошептала над его проколотым ухом она.

— Я не Евгений, — выдавил из себя тот, пытаясь отцепить руки девушки от своей шеи, но все было бесполезно.

— Должна же я как-то называть своего палача, раз уж он не удосужился представится, — Тесс Ли продолжала медленно лишать его воздуха, но потом встретилась с горящим, испепеляющим взглядом Наташи и, недовольно закатив глаза, отпустила мясистую шею.

Скрестив руки на груди и опершись спиной о сырую стену, она наблюдала, как Нат привязывает Евгения к стулу и начинает допрос о Зимнем Солдате. Ее лицо невозмутимо, но действия говорили о переполняющей изнутри злости. Мужчина продержался дольше, чем ставила на него Тесс, но после мучительных избиений агентши, весь в крови и ссадинах, начал выдавливать из себя некие слова.

Брюнетка была совершенно не заинтересована. Она закинула голову назад и начала рассматривать тусклый потолок. Темные волосы длиной немного ниже плеч небрежными локонами спадали на шею и лицо, раны на котором наконец зажили, но кровь запеклась алыми пятнами на светлой коже. Глаза были подведены черным карандашом — так она любила подчеркивать цвет, итак невероятно ярких, небесных глаз. Черный обтягивающий костюм она искренне возненавидела, так как комфорта в нем было ноль. Она совершенно не понимала, что делала, но, сказать честно, ее забавляли эти небольшие секретные задания. Не будь она в ссоре с лучшим другом Беном, вероятно, без умолку тараторила бы про свои достижения, хоть тот и вовсе не рассказывал ничего о своих заданиях в академии.

Она все еще тяжело справлялась с бушующей внутри хрупкого тела энергией, что каждую минуту каждого дня будто только пыталась разорвать ее на части. Когда туман углубился в ее глазах, Тесс Ли смогла уловить единый четкий силуэт, который стоял возле стены прямо напротив ее. Это был чернокожий мужчина з яркими глазами цвета огня, или же раскаленной лавы. У него были длинные волосы, завитые в дреды, и накаченное тело, слегка спрятано за простой белой тканью. Он выглядел как один из древнеримских богов, но такого девушка, определенно никогда не встречала в старых учебниках и энциклопедиях. Дав возможность вдосталь насмотреться на себя, мужчина наконец заговорил глубоким низким голосом:

— Ты хотела спросить у меня что-то, дитя. Разве нет? — эти слова застали Тесс Ли врасплох, и она попыталась выдавить из себя одно тихое предложение.

— Кто вы такой?

Необычный человек сверкнув белоснежными зубами, а глаза его загорелись еще ярче.

— Мое имя Везувий, Тесс Ли, но я предполагаю, что ты итак это уже знала.

— Это ты убил Помпею. Всех тех невинных… — в приплыве осознания прошептала девушка, но тут же вздрогнула от громкого рыка:

— Не все они были невинными, — он превышал голос, но лицо и крепкое тело не выказывали ни единого знака несдержанности. — В любом случае, я сделал это не нарочно. Магма поднималась из самих недр астеносферы Земли, я не смог бы контролировать ее, даже если бы захотел, — он глубоко вздохнул и махнул на девушку рукой. — Теперь давай, я вижу, что ты жаждешь спросить.

— Тебе жаль? За то, что произошло. Чувствуешь ли ты вину? — она затаила дыхание, предполагая, что ответ Везувия поможет ей понять, на что, возможно, следует ожидать от самой себя в будущем.

Он колебался, выжидая достаточную паузу, наблюдая, как Тесс Ли мучает эта бездыханная тишина, но в итоге спокойно ответил:

— Нету разницы. Что сделано, то сделано. Вина будет меня медленно убивать, разрушать сознание, шипами врезаться в легкие, терзать последние ясные частички разума, — он замолчал и оценил разочарование, и даже печаль, на лице у брюнетки, но потом продолжил: — Но, если бы у меня была возможность, я бы нашел в себе силы сдержаться. По крайней мере, старался бы лучше.

Мужчина тут же начал исчезать, расплываясь вместе с туманом, будто его вовсе здесь и не было. Девушка грустно улыбнулась. Она очнулась с кратковременного помрачения в виде галлюцинации, встряхнув головой, и обратила взгляд на приближающуюся Наташу. Чуйка подсказывала ей, что лучше эту женщину ближайшим временем не злить.

— Он ничего не знает, — разочарованно проворчала она, взглянув через плечо на еле дышащего мужчину. — Только не умолкает о какой-то сыроватке суперсолдата. Похоже, подслушал в кого-то повыше должностью.

— Значит мог подслушать что-то еще. Я его допрошу!

— Нет! — Тесс Ли рухнула с места, но Романофф быстрым движением схватила ее за руку и вернула в то место, где та стояла раньше.

— Это чертовски глупо, оставлять… — начала Тесс, но ей тут же прикрыли рот ладонью.

— Чшш!.. — шикнула рыжеволосая и вмиг примолкла, прислушиваясь к дальним звукам.

Тесс Ли вскинула брови и у нее в голове вспыхнула кратковременная мысль о том, что это действие, наверное выглядело очень горячо сбоку. Она зачарованно всмотрелась в круглые глаза Наташи, что настороженно смотрели в дверь в нескольких метрах от них. Она подумала, что, пообщавшись подольше с агентшей, она бы, несомненно, ощутила сильную симпатию, но тут же отмахнулась от этой мысли, сосредотачиваясь на сложившейся ситуации. Снаружи было слышно шорох, и человек там явно было не меньше десяти.

— Я могу нас телепортировать, — испуганно прошептала Тесс Ли, пока их глаза были на расстоянии нескольких сантиметров друг от друга.

Наташа быстро отпрянула и направилась к двери.

— И так справимся, — она распахнула помятую дверь и, покачивая бедрами, покинула подвал.

Проклиная себе под нос все вокруг, Тесс Ли вздохнула и вышла вслед за девушкой, приготовившись принимать тяжелые мужские удары.

***

Тесс Ли Байрон

Драка затянулась. Чем больше парней мы мочили, тем больше новых бралось из ниоткуда. Я до последнего не хотела использовать в бою свою силу, так как побилась со Старком об заклад, что стою чего-то и без своего «дара». Я была горда собой, ведь не получила ни единой кратковременной травмы, только несколько раз перемещаясь в пространстве и используя простые удары в лицо или закручивание рук со спины врага, чему поверхностно научил меня Локи на Сакааре. Наташа же дралась отлично, мне не верилось, что обычный человек способен на такие трюки. Когда все ублюдки уже валялись на холодном асфальте, мы обе облегченно выдохнули и Нат повела меня за собой к своему транспорту.

— Садись за мной, — кинула она, оседлав черный лаковый мотоцикл, пока я с опущенной челюстью смотрела на эту картину. — Скорей.

И хоть девушка была не в наилучшем настроении, я знала, что она точно усмехнулась краем губ в ответ на мое приглушенное «вау». Мы мчались по, полной транспорта, широкой дороге, и я ощутила огромную дозу облегчения и, даже, наслаждения. Как полагается, я держалась за талию Наташи, хоть и прикасаясь только кончиками пальцев, чтобы не возобновить витающую раньше неловкость между нами. Кончики ее рудых прядей на ветру щекотали мне лицо, но она вовсе этого не замечала, будучи целиком сконцентрированной на дороге.

— Мне интересно, — сказала я ей над ухом, чтобы можно было услышать сквозь безумный ветер. — Если бы тот тип разрезал меня по частям, вы, ребята, оплакивали бы меня?

— Несомненно, — резко кинула через плечо она, пока я так и не смогла разглядеть выражение ее лица.

Я вдохнула поглубже загрязненного гигантским городом воздуха, закрыла глаза и запрокинула голову назад, наслаждаясь приятным до дрожи моментом, позволяя ветру обвевать усталое лицо и непослушные волосы. В голову ударили воспоминания того дня, когда мы с Беном украли с антикварной лавки шкатулку с кольцом и возвращались под утро на велосипедах, полны энергии и жизни. Хоть тогда и был конец лета, но погода была такая же: слишком теплая для марта и слишком холодная для августа.

Но, как уж заведено, хорошим моментам не суждено длится слишком долго.

Взрыв. Удар головой. Белая вспышка перед глазами.

— Дерьмо… — послышалось откуда-то сбоку.

Я открыла глаза и поднялась на локтях, осматриваясь вокруг. На одной из тех людных улиц Нью-Йорка теперь царил полнейший хаос. В поле зрения яркие языки пламени охватывали машины по одной, вызывая этим новые взрывы. Люди кричали и разбегались в разные стороны. Среди этого шума я пыталась отыскать глазами снайпера, но никого поблизости не было.

Наташа лежала на краю дороги, обездвиженная мотоциклом, который крепко сдавил ей ноги. Я подбежала и с помощью силы откинула байк.

— Что, мать твою, происходит?! — пыталась перекричать весь шум хаоса вокруг я.

— Это он, — девушка сорвалась на ноги, хоть и далось ей это тяжело. Выглядела она слегка потерянной, но я заметила на ее лице еле заметную ухмылку, что пустила дрожь по моему телу. — Он охотится за нами.

Я пыталась спросить наш последующий план действий, но взгляд мой уловил растекающееся красное пятно на одежде моей напарницы, и эта картина заставила меня ужаснуться. Наташу подстрелили.

«Какого дьявола Мстители не носят бронежилеты?!» — мельком пронеслось у меня в голове.

— Тебе нужна срочная помощь, — я схватила ее за предплечье и воспользовалась ее секундной растерянности, чтобы усадить на землю, выбрав для укрытия серый минивэн, что сам спрятался за грузовиком.

С груди ее ручьем лилась красная жидкость, а на лице отображался настоящий болевой шок. Сначала рыжеволосая пыталась вырваться, глазами ища нападающего, но почувствовав наконец острый укол боли, поддалась моей помощи. Паника начала зарождаться глубоко внутри меня, но я со всей силы подавляла ее необходимостью сохранять чистый ум. Нужно было срочно помочь раненой. Я стянула с нее куртку и, не в силах освободить ее от обтягивающего костюма, оценила местоположение и тяжкость раны. Но более точный вывод можно было сделать с поведения Наташи: она начинала задыхаться и закатывать глаза.

Пытаясь остановить кровотечение, я надавила руками на рану, от чего девушка больно заныла. Я, в свою очередь, истекала холодным потом, пока сердце вылетало из груди, а дыхание никак не могло прийти в норму. Я поняла, что это вовсе не помогает, я только пачкала руки чужой кровью. В спешке, с окровавленными ладонями и безумным видом, я подбежала к первому попавшемуся на глаза парню, что не мог найти себе места среди всего шума.

— Дай рубашку, — бесцеремонно обратилась я и указала пальцем на, судорожно хватающую воздух ртом, Наташу. — Она ранена, нужно перевязать рану. Ну же!

Испуганный до смерти парень мигом стянул с себя рубашку в клетку и, поставив ее мне в руки, пропал с виду. Оторвав часть одежды, я взялась крепко стягивать ее вокруг груди девушки, пока веки ее глаз медленно опускались.

— Черт возьми! — вырывалось у меня. — Не закрывай глаза! Слышишь меня?

Я дала ей несколько пощечин, после чего та открыла глаза, быстро моргая. Она с трудом дышала, и я молилась, чтобы Наташа не умерла у меня на руках.

«Что делать, что делать, что делать…» — в приплывающей панике повторяла в голове я. Громкий грохот в десятке метров от нас заставил мое сердце застыть, а глаза вылезти наружу. Высокий мужчина в серебряном костюме и c металлической рукой, которая мертвой хваткой держала автомат, взялся из ниоткуда, приземлившись прямо на крышу несчастного BMW, поднял свой взгляд на нас и решительной походкой рушил с места. У него были длинные волосы, и половину лица, а точнее рот и нос, прикрывала черная маска. Все, что я могла увидеть на его лице, это хмурые брови и светлые глаза.

Времени не оставалось, нужно было действовать. Крепко сомкнув глаза, я попыталась сосредоточиться, чтобы транспортировать нас прямо в штаб Мстителей. Последнее, что я видела перед тем, как вместе с Наташей раствориться в воздухе — устрашающая мужская фигура, которая со стремительной скоростью бежала на нас. Похоже, я остаточно проиграла спор со Старком.

Как всегда, Тесс, ты убегаешь от проблемы.

Все еще не находя в себе силы открыть глаза, я пыталась отдышаться, чувствуя под оббитыми коленями плиточный пол, и слушая полнейшую тишину вокруг.

— Что за!.. — услышала я вскрик и, приставив достаточно усилий, подняла тяжелые веки.Тони подбежал к ослабленной Наташе и, нажав на кнопку у себя на поясе, вызвал докторов.

— Она не умрет? — с почти незаметным отчаянием в голосе спросила я. Старк молчал.

Нат отнесли в операционную, а я тихо сидела на полу в коридоре, пока в голове все не умолкали голоса.

Ты могла сразиться с ним. Ты могла спасти напарницу. Ты могла быть смелей. Решительней. Полезней. Ты могла…

— Ради всего святого, заткнись, — простонала я, закрывая уши ладонями.

— Сама с собой ссоришься? — вышел из-за угла Тони, засунув руки в карманы.

Я подняла голову и недоверчиво взглянула ему в черные проницательные глаза. С этим мужчиной отношения у меня не задались, несмотря на то, что на вечеринке с ним было довольно весело. Казалось, он видит меня насквозь, всю тьму, ту демоническую энергию, что кроится внутри меня и время от времени показывает себя.

— Чего сидишь одна на полу? На каких пилюлях теперь? — пробормотал он.

— Я трезва уже три дня. Хуже некуда, — холодно ответила я, надеясь, что отстанет он скоро.

— Ага, а я Бейонсе. Видел, как ты закидалась два дня назад и несколько раз вчера.

— И я все равно остаюсь трезвой, — я драматично отвела глаза к потолку, прижавшись затылком к холодной стене. Из-за отсутствия кольца я не могла больше получать удовольствие от запрещенных средств. И я совершенно не понимала в чем проблема, ведь еще до того, как я впервые надела украшение, эффект всегда был, хоть и достичь его было намного тяжелее.

Старк продолжил, будто в ожидании чего-то, смотреть мне прямо в глаза. И затем я глубоко вздохнула:

— Да, я проиграла спор, — осознав, зачем он сюда явился, закатила глаза я. — Чего ты там от меня хочешь?

Мужчина задумчиво прищурил глаза, глядя в потолок, и почесал элегантную бородку.

— Даже не знаю, синеглазка… Расскажи мне о том кольце, о котором ты без умолку говорила с Северным Оленем, — он присел на пол возле меня в ожидании на захватывающую историю, а я только усмехнулась, покачав головой. Вот засранцы.

— Значит вы, все-таки, подслушивали.

— Ну а как иначе, — пожал плечами он, будто я сказала слишком очевидную вещь.

«Оно валялось у меня на чердаке и так бы там и осталось, если бы моему дяде не пришло в голову сделать там уборку. Кольцо я отнесла в антикварную лавку, чтобы там определили его ценность, но ценность оказалась слишком большой, поэтому хозяйка решила, что ей позволено оставить кольцо себе, как «исторический экспонат». В итоге я украла кольцо, и оно простояло у меня в доме на полочке еще пару лет. Пока не объявился Бенедикт и не убедил надеть на палец. Кольцо впитывало мою силу, а если говорить языком Локи, то «дар», позволяя взамен держать ее под контролем. А когда Змей смог надеть его на себя, временно завладел мой силой, которую успело впитать в себя кольцо».

Конечно, я этого никому не расскажу, особенно ученому. Но в голове уже начала расти цепочка разнообразных мыслей, абсурдных идей. И я начала:

— У меня был жених, — я сделала паузу, будто задумчиво глядя в пол. — Мы были знакомы всего полгода, но я полюбила его так, как не любила еще никого в мире. У него было ужасное чувство юмора, но он был невероятным романтиком, — Старк прочистил горло, намекая: «Ближе к сути». — И на весенних каникулах на фестивале в Калифорнии он подождал нужный момент — песню, ради которой я туда приехала — и высунул с кармана серебряное кольцо с камнем зеленого лабрадорита. Я подозревала, что кольцо краденное, слишком уж дорогое. Но я сказала «да».

— Это ведь не конец истории? — подозрительно прищурил глаза Тони в ответ на затяжную паузу.

— Если бы ты имел терпение, понял бы, что нет, — раздраженно буркнула я и продолжила. — Свадьба так и не совершилась, потому что у жениха появился любовник. Так мы и познакомились с Локи. Все это время он гонялся за кольцом, потому что твердил, что Луис любил его больше, и оно по праву — его собственность. Представляешь?

Я встретила его каменной взгляд с опущенными веками и черными глазами-пуговицами. еще несколько секунд он продолжал вот так всматриваться мне в душу, но потом открыл рот и с еле искривленной злорадной ухмылкой молвил:

— Ты промахнулась. Я слышал, как ты спрашивала у Локи о том, как он связан с этим кольцом. К тому же, между вами, голубками, уж слишком много искорок летает, чтобы подумать, что дело тут в еще одном любовнике.

— Видимо искорки летали только в твоих глазах от количества спирта в крови после праздника, — сострила я. — Вопрос о кольце был с подвохом. Не стала бы я распространять свои секреты, зная о кучке подслушивающих супергероях в костюмах.

Еще один серьезный взгляд прошелся по мне с ног до головы. Он скрестил руки на груди и устало закатил глаза.

— Ты все еще должна мне желание, — протянул он на выходе из комнаты.

— Да я ведь серьезно! — еле сдерживая смех, кинула ему в спину я, а потом рассмеялась, удивляясь собственной шутке.

***

Наташа лежала на кровати, недовольным взглядом провожая доктора. Желая спасти девушку от гиперопеки медика, я вбежала в комнату со словами, что прибыл еще один раненый Мститель, и тот в спешке оставил нас наедине.

Романофф окинула меня скептическим взглядом с еле заметной усмешкой на лице и приподняла бровь в ожидании моих последующих действий.

Неудивительно, что даже после длительной операции она выглядела безупречно: прямые красные волосы средней длины тонкими пасмами спадали на подушку, холодные ярко-зеленые глаза вовсе не выглядели усталыми, острая линия челюсти выдавала нотки напряженности. Единственное, что не было идеальным в этой картине — это тонкие серые разводы туши под глазами и на щеках, хоть я и в этом видела что-то особенное. Когда я опомнилась от мимолетных раздумий, заметила ее взгляд, все еще выжидающих моих слов.

— Неплохо выглядишь, — с поддерживающей улыбкой обратилась я, пытаясь понять, куда деть руки. В итоге по старой привычке сунула их в узкие карманы агентской одежды.

Она попыталась приподняться на локтях, чтобы сесть, хоть ей и, очевидно, запретили делать это.

— Да, меня тут неплохо подлатали, — скривившись от боли, ответила она.

Рыжеволосая размяла шею и прочистила горло перед попыткой подняться на ноги. Но и вмиг остановила ее, удержав за плечо.

— Я бы не рекомендовала тебе это делать, — серьезно сморщила брови я.

Она пустила быстрый смешок и сделала очередную попытку, не смотря на мои старания воспрепятствовать.

— Да брось, я и не такие ранения получала, — она подняла на меня раздраженный взгляд, но я ответила таким же. — Нужно съесть что-нибудь.

Я фыркнула и тихо рассмеялась.

— Так бы и сказала. Кажется, я видела на столе в гостиной еду.

Закрыв на миг глаза, чтобы сосредоточиться, я щелкнула пальцами, и комнату залило мягким голубым светом. Но вместо того, чтобы ощутить то приятное облегчение от использования силы, я только заныла от резкого укола боли в сердце. В Наташи на коленях появился контейнер с едой, но она не обратила на это внимания, обеспокоено наблюдая за мной.

— Что с тобой? — быстро спросила она.

Я встряхнула головой, прогоняя «букашек» перед глазами, и почувствовала облегчение. Боль прошла, но меня охватило предчувствие чего-то крайне плохого.

— Я в норме. Приятного аппетита, — я кивнула на картофель в контейнере, желая побыстрее перевести тему. Она впервые искренне улыбнулась и подняла на меня свои тонкие брови.

— Если это была еда Клинта, тебе не жить, — и в то же время закинула кусочек себе в рот и протянула мне, угощая.

Ее компания была приятной для меня, хоть мы еще не были искренними друг з другом. У Наташи милый смех и хрипловатый голос, круглые щеки и тоненький вздернутый нос, большие глаза и коралловые пухлые губы. Я понимала, почему она очаровывает всех вокруг, но не понимала, почему первое, о чем говорят, вспоминая ее, так это об очаровательной внешности. Ведь душа у нее была намного глубже, и это я поняла всего за три дня коротких суховатых разговоров.

— Я думала, ты умрешь, — вдруг ни с чего сказала я, шмыгнув носом.Романофф только выгнула бровь и покачала головой. Я прочитала по ее глазам: «Видно, что ты еще тут новенькая».

— Мстители так легко не погибают, — с иронической улыбкой она устремила свой взгляд в пол, потонув в раздумьях над чем-то.Я также умолкла на некоторое время, пока в голове все вертелось: «Зачем люди становятся героями?», а потом быстро вздохнула и направилась к выходу, решив дать рыжеволосой возможность побыть наедине с самой собой. Но у самой двери меня остановил тихий хриплый голосок:

— Тесс Ли, — я кинула на нее чуткий заинтригованный взгляд через плечо. — Спасибо.

Ничто не могло согреть меня в этот день больше, чем то краткое «спасибо». Я быстро кивнула и вышла с комнаты, даже не заметив, как на лице расцвела радостная улыбка от уха до уха.

***

Принц лежал пластом на земле устремив задумчивый взгляд в потолок. Штучный свет белого цвета выделял его аристократичные черты лица: выразительные скулы, острый подбородок, углубленные мешки под глазами, ровный нос. Я села на холодный пол в полуметре от разделяющего нас стекла, а он медленно повернул голову ко мне.

— Ты вся сияешь сегодня, — в полголоса молвил он, а я обрадовалась голосу, за которым, признаться честно, немного скучала.

Винила ли я себя за то, что навещала Локи, несмотря на боль, которую он мне причинил, или был намерен причинить? Нет. Я себя ненавидела. Ненавидела за то, что меня тянуло к нему, за то, что пыталась, но не смогла отказаться от него. Я думала, что, если и прощу когда-либо Бена, то Локи — никогда. И я все еще не хотела его прощать, но не хотела прерывать наши отношения, какими они бы не были.

Ты больна, Тесс Ли.

— У меня был неплохой день, — призналась я.

— Общаешься с той… с Романофф? — кинул он, а когда я удивленно вскинула брови, объяснился: — Я заметил твой восхищенный взгляд на нее еще на празднике. Надеюсь ты не собираешься влюбляться в Мстителя.

— Конечно нет, Господи, — я закатила глаза и хотела что-то добавить, но вмиг передумала.

Меня удивило, как просто он об этом говорил, будто между нами вовсе ничего не происходило еще несколько днями ранее. Локи выглядел подавленным, он разговаривал ровным тоном, лишенным каких-либо чувств, как на самом начале нашего знакомства. Казалось, будто все начинается заново. Вот только в клетке теперь он.

— Я нашла интересную книжку, — перед глазами вспыхнул голубой свет, и в меня в руке явилась книга. Сердце вновь больно сжалось, но я пыталась не подавать виду, крепко сцепив зубы.

Но он заметил. Локи округлил свои, все еще кристально-голубые, глаза и резко поднялся. Он сел на полу, скрестив ноги и наклонился ближе ко мне.

— Я знаю, что с тобой происходит, — прошептал он, прищурив глаза. — Давно это у тебя?

— Понятия не имею, о чем ты, — отмахнулась я, опустив глаза, но принца уже было не угомонить.

— Со дня вечеринки Мстителей, не так ли? — будто настоящий змей, он медленно приближался к главной сути, дразня меня тягостной интригой. — С того времени, когда ты сняла кольцо.

— Нет, не начинай это.

— Я уже начал, — безумно искривил губы в ухмылке он. — Эта боль в сердце… она ведь не преследует тебя все время.

— Нет, — вздохнула я. — Только когда пытаюсь воспользоваться небольшим количеством энергии.

Он будто почти незаметно улыбнулся самому себе, радуясь подтверждению собственных мыслей. Мне эти мысли вовсе не нравились, даже если они были в какой-то степени верными.

— Но, когда ты пытаешься откусить больше, чем нужно, получаешь только наслаждение от использованной энергии, — я молча кивнула и отвела взгляд от принца. — Ты же понимаешь в чем проблема?

«Да, » — ответила в мыслях я, но по какой-то причине не смогла выдавить с себя ни слова вслух.

— Кольцо, — пробормотал Локи, сомкнув губы ниточкой. — Ты долго без него не продержишься, ведь тебе нужен стабилизатор. И ты это всегда понимала, Тес Тес, твоя милая головка содержит в себе достаточно смышлености. А все то, что ты называешь «силой», с каждым днем, с каждой секундой, все больше вырывается наружу.

— Ты не…

— И рано или поздно перед тобой предстоит выбор, — прервал он. — Надеть вновь кольцо или позволить Камню Пространства разорвать себя и все вокруг в клочья.

Его слова ударили меня, словно пощечина. Я больше не пыталась расшифровать, ложь это или правда, ведь трезвый разум позволял мне видеть четкую картину перед глазами такой, которой она есть. Я вновь должна поддаться манипуляции. Но что, если не стану? Настолько ли быстро приблизится моя кончина?

— Так вот, — выдохнув весь воздух с легких, я открыла первую страницу книги.

— Ты что, сказки читать мне собралась? — скептически вскинул бровь он.

— А ты предпочитаешь, чтобы я ушла? — прикусив нижнюю губу, взглянула я на него. Та бунтарская улыбка и огонек в глазах вновь украсили лицо Одинсона — его забавляло то, что мы сидели на коленях друг напротив друга, вновь чувствуя электрический ток в воздухе, хоть и портил всю картину, или же додавал ей особой иронии, стеклянный барьер посредине, который позволял видеть на себе наши собственные отражения. — Жил на опушке дремучего леса бедный дровосек со своей женой и двумя детьми. Мальчика звали Гензель, а девочку — Гретель…

Если уж знала я что-либо точно, так это то, что и Локи, и я, ненавидели одиночество, хоть и большую часть жизни провели одни. Возможно, это то, как мы дополняем друг друга. И все же, наше расставание может произойти быстрее, чем мы могли даже себе представить.

***

Тяжелая дверь позади меня открылась, заставив меня очнуться от дремоты на полу возле Локи. Он не спал, только лениво наблюдал через стекло за тем, как я просыпаюсь. Я быстро поднялась на ноги, встречая взглядом того, кто только что вошел в помещение и шагал в мою сторону.

— Агент Коулсон, — с непонятным облегчением встретила мужчину я.

— Тесс Ли, — он кивнул мне и проигнорировал стоящего позади меня с сомкнутыми за спиной руками принца. — К нам прибыли гости, на которых мы все это время ждали. Прошу за мной, — боюсь, даже несмотря на загадочную формулировку агента, Локи понял, о ком идет речь и тихо выругался себе под нос, пока я покидала помещение, а в голове крутились мысли о том, какой разговор меня сейчас ждет.