Глава 32. Право Чонгука

Чонгук

В тронном зале поднялся шум. Люди возмущенно переговаривались, вскакивали с мест и даже смеялись, посчитав мои слова забавной шуткой. Суета нарастала, и на секунду мне показалось, что в толпе промелькнул рыжий кошачий хвост. Однако стоило Тхэджо поднять руку, воцарилась тишина, куполом накрывшая все помещение.

Приблизившись к королю, я рванул рукав рубашки, обнажая оставленную артефактом метку. Чешуя вспыхнула пурпурным — будто нарочно выбрала королевский цвет, — а огненные искры затанцевали на коже. Личина, слепленная Лисой, слезла с меня, словно старая змеиная шкура, и в зале раздались удивленные возгласы.

Тхэджо скользнул внимательным взглядом по руке и нахмурился. Прочесть выражение его лица было невероятно сложно, но он точно знал, что представляет собой эта метка.

Принц задвинул Руми за спину и настороженно уставился на меня.

— Чонгук? Что это значит?

— Это значит, что твой «друг» вовсе не тот, за кого себя выдавал. Вы ведь не имеете отношения к вистрейским лордам, верно? — Голос Тхэджо был спокоен, пугающе спокоен, и мне это не нравилось. Кажется, он попросту не воспринимал меня всерьез. — Хартия существ — давно забытый документ. Даже не известно, был ли он действительно подписан.

Тхэджо сделал знак страже: двое громил отлепились от стены и направились ко мне, еще двое нацелились на Лису. Мраск! Внутри всколыхнулась сила, готовая сорваться с кончиков пальцев, а беспокойство за девушку пробудило моего дракона: он яростно рыкнул, едва не сорвав «заплатку» ведьмы.

— Не так быстро! — усмехнулся я и вытащил из кармана обсидиан — тот самый, что нашел в Драконьих горах. — Я предполагал, что вы не захотите меня выслушать, и подстраховался.

Тхэджо непонимающе нахмурился, и я щелкнул пальцами. Черная поверхность обсидиана вспыхнула, и напротив него прямо в воздухе соткалось изображение: старинная книга с ветхими страницами. Внизу стояли подписи всех пяти народов: четыре — алые, и одна — перламутрово-голубая.

— У обсидиана множество свойств, главное — уметь использовать их, — жестко произнес я. — Драконы называли это явление проекцией. Хартия существовала, более того — она была подписана кровью.

Король поджал губы.

— Драконье отродье! Мало мы истребляли вас, вы умудрились пролезть в самое сердце Фроукса — королевский замок. Я и не подумаю исполнять волю какой-то древней бумажки! Потоки магии изначально должны принадлежать людям: нам ведь не нужно питать вторые ипостаси, на которые уходит прорва сил.

Искоса я посмотрел на принца: он переводил взгляд то на отца, то на меня и, кажется, сомневался. Пожалуй, Джин не зря понравился мне — он был куда благороднее, чем король, игнорировавший древний порядок мира в угоду своих интересов.

Тхэджо махнул магам, чтобы те продолжили работу над ритуалом, однако его ждал сюрприз — как они ни старались, ничего не вышло. Пентаграмма больше не светилась, напротив, линии поплыли, будто их смазали — хартия работала.

Король скрипнул зубами, с ненавистью уставившись на меня. Приблизившиеся ко мне стражи замерли, ожидая приказа. С Лисой церемониться не стали — скрутили руки за спиной. Сердце болезненно екнуло. Если она пострадает, я никогда себе этого не прощу.

— Разве вы не знали, что подпись кровью включает в себя магическую клятву? — Я вновь посмотрел на короля. — Я в своем праве.

— Только до тех пор, пока обсидиан у тебя, — раздалось позади. Обернувшись, я увидел лорда Мина, пробирающегося сквозь образовавшуюся вокруг толпу. — Если уничтожить и носителя этого права, и сам обсидиан, то ритуал состоится. Да, возможно, придется немного подождать, но уже к вечеру Джин будет коронован.

Ухмылка на его лице стала шире, и я понял: больше медлить нельзя. Решить вопрос миром не удастся, люди не отдадут то, что привыкли считать своим. Глубоко вдохнув, я позвал с радостью откликнувшегося дракона. По венам промчался жидкий огонь, обнаженная кожа рук покрылась чешуей, и «заплатка» ведьмы окончательно слетела. Если понадобится, я спалю к мраскам этот замок.

— Не так быстро.

Ухмылка на лице Мина стала шире, а мои руки и ноги налились свинцовой тяжестью. Сознание оставалось ясным, но тело будто больше не принадлежало мне — я не мог и пальцем пошевелить! Других гостей постигла та же участь, но, в отличие от меня, они потеряли даже дар речи. Женщины беззвучно кричали, испуганно вращая глазами, лица некоторых мужчин натужно покраснели, но никто не двинулся с места.

— Прошу прощения, — учтиво улыбнулся Мин ближайшей леди. — Придется немного потерпеть, пока я закончу с нашими гостями. Артефакты включаются все сразу, времени на разработку выборочного действия мне не хватило. Когда все закончится, я сотру вам память, и вы будете помнить только чудесный праздник в честь Его Высочества — лучший в вашей жизни. — Заложив руки за спину, лорд продолжил: — С самого начала я подозревал, что наши гости не те, за кого себя выдают. Даже попросил прислугу присмотреть за вами. Однако бумаги были в порядке, горничная не заметила ничего необычного. И тогда я решил, что надо подстраховаться.

Повинуясь воле лорда, я залез в карман и вытащил портсигар — один из подарков, что по приказу Мина раздавали лакеи. Но ведь я знал, что добром это не кончится, потому не брал его с собой! Намеренно оставил в коридоре. Неужели короткого контакта с ним хватило, чтобы одурманить меня? Заставить вернуться за ним и надеть?

Я даже не мог повернуть голову, чтобы посмотреть на Лису! Дракон внутри бился, но раз за разом натыкался на глухую стену. Я чувствовал, что он может пересилить действие артефакта, но ему требовалась время.

Мин не отказал себе в удовольствии насладиться моей беспомощностью. Он подошел ближе и, остановившись напротив, издевательски протянул:

— Я уже говорил, что мои артефакты таят секреты? И один из многих: от них невозможно избавиться. Нам не нужны драконы. И даже обсидиан, который ты так любезно предлагал несколько лет назад. Я получил гораздо более многообещающий материал. На эксперименты ушло немало сил, а у драконьеров было полно работы — драконьи внутренности отлично усиливают заклинания. Но результат вышел впечатляющим! Правда, ты этого уже не увидишь, — тебе придется умереть, чтобы коронация состоялась. Давай сюда обсидиан.

Я скрипнул зубами, но послушно протянул камень стражнику. Тот передал его лорду, и зрелище перелистываемых страниц Хартии истаяло. Мин взвесил обсидиан на ладони и бросил его подбежавшему слуге.

— В лабораторию. Так просто его не уничтожить, но есть идея… А этого, — он указал на меня, — в подземелья, не будем портить праздник. Да и девчонку его тоже прихватите.

Вперед вышел принц.

— Но так нельзя! Я читал о Хартии. Если мы действительно забираем все потоки магии себе, то нарушаем закон.

Ища поддержки, Джин повернулся к отцу, но на его лице не было ни капли сочувствия или стыда. Казалось, он изнывал от скуки, ожидая, пока все закончится. Похоже, именно Мин и выполнял всю грязную работу за короля.

— Наше королевство процветает: с каждым годом рождается все больше магов, земля плодоносит, и даже бедствия обходят нас стороной. Как думаешь, почему?

«Продолжай, Джин», — мысленно молил я. Понемногу, но артефакт Мина сдавался — чистая огненная стихия дракона брала верх. Я уже мог шевелить мизинцем, но этого мало, чтобы спастись. Нужно еще немного времени!

Внезапно раздался крик — кажется, одного из стражников, схвативших Лису. Лорд Мин нахмурился, а я усмехнулся. Я верил, что он нас не бросит.