Глава 45. Ломать тебя.

—Виктор приедет за тобой ровно в шесть, – сказала мама и скрылась за стеной кухни. Я играла на фортепиано целый час, от чего пальцы слабо покалывали от напряжения. Захлопнув крышку, я встала и осмотрела свой внешний вид в зеркале холла. Бальное платье с V-образным вырезом декольте из бисероплетения, пышная юбка с шифоном тона серой палитры. Волосы в аккуратной шишке, а некоторые локоны распущены по плечам.

—Нет слов, – Габби спустился вниз, поправляя галстук, а увидев меня, довольно улыбнулся.

—Как бы я хотел, чтобы ты не доставалась ему, – его слова горели отчаянием, от чего я сжала руку, чувствуя кольцо и дорогой, золотой браслет, который шёл подарком Виктора, специально для сегодняшнего вечера.

—Как бы мне хотелось, чтобы мой младший брат научился завязывать галстук, – Габби фыркнул, позволяя мне правильно завязать синий галстук.

—Я слышал твою игру, – я часто играю, но обычно мелодия полностью описывает моё настроение.

—Догадался кого я играла сегодня? – Габби поднял глаза в потолок, видимо вспоминая мелодию.

—Бетховен – Тишина, я уверен, – я кивнула, проигрывая пальцами в воздухе.

—Что ты чувствуешь? – я сглотнула ком от вопроса Габриэля, пожав плечами, снова посмотрела в зеркало.

—Думаю, я рада, что сегодня бал, – Габби от чего-то вздохнул и слабо ударил меня по плечу.

—Врёшь, – дверь слева от нас открылась, Гарри увидел меня и серьёзным голосом сообщил о прибытии Виктора. Накинув на себя накидку из серой органзы, я вышла на улицу под сопровождением Гарри. Машина Виктора стояла прямо у ворот, водитель почтительно открыл мне заднюю дверь, и я села, подобрав под себя подол платья.

—Здравствуй, милая, – я вздрогнула от ласкового голоса Виктора, который наклонился ко мне, притягивая ярко красную розу. Я выдохнула, заглядывая в чёрные глаза итальянца.

—Спасибо, Виктор, – он улыбнулся, возвращаясь обратно к своему месту. Водитель выехал на трассу, а я сложила розу на колени.

—Ты выглядишь, как и всегда, изумительно. Так тонко подобраны ткани и линии под твою фигуру, не могу описать твою красоту, принцесса Палмер, – я поджала губы, но ослепительно улыбнулась.

—Ты тоже выглядишь неплохо, – Виктор вскинул брови и бесшумно посмеялся.

—Будь готова к папарацци и расспросам на красной дорожке, – конечно, мама предупредила меня ещё утром о возможных вопросах. Если я покажу свою слабость, или не желание этой свадьбы – за дело возьмётся мой отец.

—Я живу под вечной слежкой папарацци, – ответила я, ощущая запах дорого одеколона.

—Мы все так живём, – последнее, что было произнесено Виктором за нашу поездку. Я была счастлива, что он не начал разговор о Рэйдене.

Ресторан Le Bernardin, который для сегодняшнего бала украшен под честь праздника. Я сразу же увидела толпу людей у входа, где только охрана могла перегородить им путь. Но я знала, без разговоров с ними не обойтись.

—Готова? – спросил Виктор, перед тем как выходить.

—Да, – конечно нет. Кто будет готов к такому потоку людей, камер, вопросов и голосов? Как только Виктор вышел из машины, толпа переключила всё внимание на него, гул и шум доносился даже из салона. Виктор открыл мне дверь и подал руку, я сделала один уверенный шаг навстречу толпы и мужчина придержал меня за руку. Как только я почувствовала крепкую опору под ногами, легко отпустила Виктора и обняла его за предплечье.

—Как вы прокомментируете новости о вашей свадьбе? – доносится столько голосов, Виктор берёт инициативу на себя и отвечает:

—Это правда. Всё, что говорят. Наша свадьба состоится уже через две недели, – публика ожила, камеры и вспышки щелкали со всех сторон. У меня закружилась голова от количества яркого света и помех.

—Эвелин-Анна, что думаете Вы? – я сглотнула, улыбнулась, как только смогла. В горле пересохло, а грудь сдавило неприятным покалыванием.

—Свадьба стала неожиданной новостью. Но у нас с Виктором прекрасные отношения, – нас снова сфотографировали, и пока папарацци отвлеклись, Виктор повёл меня вперёд ко входу.

—Прекрасные отношения? – шепнул он, когда открывал мне дверь. Я сверкнула в него своей синевой глаз и замолчала. Пусть идёт к чёрту. Меня принудили соврать... Меня встретили высокие позолоченные колонны под потолок, зал украшенный хрустальными люстрами, каждая из которых отражала мягкий свет сотен свечей. На стенах тёмные бархатные драпировки, золотые узоры в стиле старого венецианского величия и зеркала, в которых танцевали отражения гостей.

—Боже, как прекрасно вы вместе смотретись, jeune Evelyn et Victor, – акцент французского владельца ресторана, он обнялся с нами и пригласил внутрь. В воздухе витали ароматы дорогих вин, пряных специй и едва уловимый запах воска от свечей. Густой, манящий звук сливался с мелодией скрипок, а голос певицы звучал как мягкий шелк. Нас облепила толпа, поздравляя и выражая свой восторг.

—Спасибо, – отвечали мы, синхронно улыбаясь и вздыхая. Мои родители прибыли через пол часа, и мне пришлось ходить вместе с ними, чтобы общаться с новыми гостями и принимать поздравления. Народу набралось достаточно, чтобы давить на моё тело грузом. Мужчины в безупречных смокингах и масках, скрывающих их намерения, женщины в платьях, отливающих драгоценными цветами, с перьями, вуалями и глазами, полными игры.

—Обещаю организовать на вашу свадьбу самого лучшего французского музыканта, – пообещал мистер Бернар, а женщина, находившаяся по руку от него, мило пошутила.

—Лучше организуй лучшего повара, – Виктор, стоявший рядом переглянулся со мной и тихо засмеялся, отворачиваясь. Неплохо, его серьёзность треснула.

—К сведению, Эвелин может сама сыграть на фортепиано, – напомнила всем мама о моем умении играть и люди закивали.

—О, миссис Палмер, Эвелин будет так занята свадебной организацией, что на самой свадьбе последнее, что ей захочет это играть на фортепиано, – отозвалась миссис Бернар. Они все знаю, как будет лучше для меня, кроме меня самой.

—Непозволительно! – громко вскрикнула одна из женщин за моей спиной, и я нахмурилась, а когда развернулась, застыла на месте. Смокинг сидел на нём идеально, подчёркивая широкие плечи и силу, скрытую под элегантной тканью. Черная рубашка без галстука только добавляла этому образу вызова, как если бы он хотел показать, что следовать правилам не в его стиле. Тёмные волосы были чуть небрежно зачёсаны назад, но несколько прядей всё же выбились. Но больше всего цепляли глаза — холодные, пронизывающие, насыщенного зелёного цвета, с опасным блеском, будто он привык видеть людей насквозь. Чёрт. Я укусила губу, смотря на деловой и сексуальный вид Рэйдена.

—Он здесь что делает? – отец уже хотел сделать шаг вперёд, но ему помешал владелец ресторана. Мистер Бернар осмотрел отца и двинулся прямо к Рэйдену. Мои ноги подкосились, когда я посмотрела на правый нижний угол от Рэйдена. Фрэнсис стояла в бордовом, обтягивающем платье, совершенно не по дресс-коду бала. Её короткие волосы и выразительные черты лица в красивом макияже смотрелись контрастно.

—Добро пожаловать, мистер Хартман. Кто ваша очаровательная спутница? – значит, он сам пригласил его. Я не могла сдвинуться с места, чтобы подойти и просто поздороваться с Рэйденом. Его лицо – резкие, грубые черты, высокие скулы, сильная линия челюсти. Он впервые появляется на виду у всех, мои родители отреагировали очень бурно. От чего отец даже вышел на улицу, оставив нашу компанию без него.

—Меня зовут Фрэнсис, – девушка протянула руку Жану Бернару, а тот почтительно поцеловал её. На этом моменте наши глаза встретились, и я готова была упасть намертво. Холодный, пронзительный взгляд зелёных глаз заставлял меня дрожать от страха и предвкушения. Его глаза лишь на секунду задержались на мне, после чего вернулись к Фрэнсис.

—Это ведь он, – сказал Виктор позади меня, а я кивнула, сама не заметив этого жеста.

—Этот тот парень, которого ты любишь, Эвелин, – прошептал Виктор насмешливо, намекая на девушку рядом с ним.

—Это его подруга, – я злобно посмотрела в тёмные глаза, пытаясь доказать, что Рэйден мой.

—О, думаю уже нет. Я чувствую горячую энергию, они спали и не раз, –вздрогнув, я хотела ударить его, но вместо этого вздохнула.

—Мне плевать, – нас позвали к центру ресторана, а я больше не смогла сделать и шагу. Только когда потеряла с виду Рэйдена, Виктор потащил меня за руку к самому центру. Только не речь... Но вместо этого заиграла красивая мелодия. Точно. Как я могла забыть о официальном танце. Сейчас будем танцевать только мы вдвоём, потому что праздник в нашу честь. А к середине песни должны танцевать все, имеющие пару.

—Готова? – второй раз за день спросил Карбоне, прижимая меня вплотную к себе. Его горячая рука покоилась на моей талии, а моя на его плече. Я вспомнила голос Рэйдена и наш ночной танец в моей спальни. Играла совсем другая песня, песня его голоса. Была совсем другая атмосфера и обстоятельства. А теперь я, кружусь по овалу ресторана с человеком, ничего для меня не значащим.

—Ну же, где твоя улыбка, – произнес Виктор, когда начали танцевать и остальные. На его замечание я только нахмурилась. Медленные движения, касания ладоней, встречающиеся взгляды из-под полумасок. Здесь каждый был кем-то другим. Или, может быть, собой — без лицемерных рамок.

—Улыбнись, ведь следующая картина причинит тебе боль, – произнес Виктор и я автоматически вздрогнула, панически стала осматриваться по сторонам. О чём он говорит?

—Мне причиняют боль каждую секунду, – сказала сквозь зубы я, он пожал плечами и кивнул на правую сторону. Моя голова медленно развернулась, среди остальных пар я разглядела одну единственную, после взгляда на которую я сгорела. Рэйден крепко держал Фрэнсис за талию, близко наклоняясь к её лицу и шепча что-то милое, наверняка милое. Ведь от этих слов Фрэнсис заливается смущающим смехом. Я остановилась, но Виктор всё равно продолжил кружиться со мной на руках.

—О чём думаешь? О том, как ты ошиблась в выборе парня? – в голове пробегал ветерок, напоминающий мне о настоящей сущности Рэйдена Хартмана. О его наркотиках, убийствах, алкоголе и прошлом. Как такой человек может испытывать ко мне настоящую любовь? Может в этих отношениях люблю я одна? Я дарю любовь, я пытаюсь спасти её. Пока он смеётся с Фрэнсис, а я танцую с будущим мужем.

Глаза Рэйдена точно нашли мои, стоило нам только встретиться, сердце сжалось в тиски. Виктор наклонился к моей шее и оставил на ней короткий, но мокрый поцелуй, а в следующую секунду точно так же посмотрел на Рэйдена. Будто ждал его реакцию, будто этим он только что сказал: «видишь, она теперь моя». Зная характер Рэйдена, в его бурлящем организме происходит настоящая ядерная война. Я толкнула Виктора за слишком сильное дозволение и отошла, произнеся:

—Даже не смей искать меня, – и бросилась прочь, проходя компанию танцующих людей. Чёрт возьми. Что же он такое вытворяет? Для чего весь этот цирк? Чтобы убедить Рэйдена отстать от меня? Чтобы убедить его бросить меня? Мои руки дрожали, я не знала по каким коридорам и куда иду, но вовремя поняла, что осталась одна. Длинный холл с несколькими дверями вели в отдельные, личные комнаты для бизнес-переговоров. Но зайти туда я не смогла, ноги подкосились от слабости, и я облокотилась о стену, тяжело и через силу дыша. Моё сердце так громко стучало в ушах, что я перестала слышать остальные звуки.

Успокойся, Эвелин. Приди в себя.

—Они хотели, чтобы птичка сидела в клетке, исполняя песни, которые она никогда не любила, – голос Рэйдена стал для меня не неожиданностью. Я знала, что он идёт за мной по томным шагам. Я не осмелилась поднять голову, ведь понимала, что он зол и ревнив сейчас.

—Птичке нужна свобода, – ответила я, борясь с хриплым голосом.

—Птичке нужен я, – он стал ближе, его рука подняла меня на ноги и всё же заставила посмотреть на него. Как я и думала, зверский гнев в глазах и брезгливая гримаса.

—Я хочу убить его, – прорычал парень, я обвила свои руки вокруг его талии, и улыбнулась.

—Ты меня ревнуешь, не так ли? – решила позабавиться я.

—Ревную, – без промедления ответил Рэйден, заставляя меня улыбаться ещё шире.

—Она думает, что сможет сравниться со мной, – ответила я, намекая на Фрэнсис, вызывая у Рэйдена маленькую улыбку. Он смотрел на меня так, будто больше не мог ждать. В комнате повисло напряжение — густое, горячее, опаляющее.

—Моя маленькая, ревнивая сладость, поцелуй только для тебя, – наши губы сомкнулись в ярости друг друга. Поцелуй был требовательным, горячим, проникающим до самой сути. Его правая рука провела большую линию вверх, задевая мой живот, грудь и остановилась на шее. Слабо сжав мою шею, Рэйден оскалился.

— Ты сведёшь меня с ума... – его голос был низким, хриплым, полным сдержанной жажды. Его рука сжалась, я улыбалась, смотря в его потемневшие глаза.

—Чувствуешь, как ладонь нежно оборачивается вокруг твоей шеи, – голос хриплый и возбужденный. Моя нога задралась, Рэйден поднял её на себя заставляя меня чуть не упасть, но грубая рука на горле не давала этого сделать. Я смотрела в его глаза, прикусывая губу от нарастающего возбуждения и волнения в животе. Вторая его рука прошлась по моей талии, остановившись на спине.

—Как эта рука обвивает твое тело, словно ты ничего не стоишь, – его ревность и задатки собственника играют со мной в горячую шутку. Я вскрикиваю от сжатия его ладони на своей ягодице и Рэйден обвивает мою талию, открывая соседнюю дверь. Темнота, но справа включается свет, давая нам вид на большой стол и два дивана. Рэйден поднимает меня и тащит к одному из них, кровь бурлит на моих щеках, но ещё сильнее снизу живота.

Меня грубо кладут на диван, а Рэйден остаётся стоять, наблюдая за моим лежащим и покорным телом. Я ожидаю только его. Ожидаю дальнейших действий. Парень снимает пиджак, кидая на другой диван и нависает надо мной.

Стоило ему только провести руку по моей голой ноге, как дрожь и мурашки выдают меня.

—Твоё тело жаждет меня, – говорит тихо и снимает моё платье через ноги, ведь пышный подол будет слишком сильно нам мешать. Когда Рэйден видит мою голую грудь и одно, единственное нижнее белье, его злобный голос услышит каждый в городе.

—К чёрту тебя, – целует мои губы и с силой кусает их, пока я прохожу руками по его плечам и пытаюсь расстегнуть пуговицы на рубашке. Как только Хартман остаётся в одних штанах, наше желание уже не остановить. Мои пальцы зарылись в его волосы, потянули чуть сильнее, а он лишь тихо застонал в мои губы, углубляя поцелуй. Мир вокруг исчез и остались только наше горячее дыхание, колотящееся в унисон сердца и пламя, разгоравшееся с каждой секундой. Я не осознаю, как оказываюсь совсем голая и дрожу, как листик на ветру.

Губы парня медленно изучают мою кожу, спускаясь ниже и ниже, специально дразня меня желанием.

—Хочу почувствовать тебя в себе, – выдаю на удивление я, получая обжигающее дыхание смеха на своём животе.

—Хочу толкаться в тебе, пока мне не станет просторно, – слышу щелчок расстёгивающихся штанов и замираю. Всего секунда и не только его слова, но и ощущение его в себе сводят с ума. Я непривычно выкрикиваю от неожиданности, заставляя Рэйдена укусить моё плечо.

Его толчки были грубыми, иногда жестокими, но поцелуи и комплименты такими ласковыми и нежными, будто он одновременно извинялся за свою грубость. Мы чувствовали себя на пределе, чувствовали, как нам не хватало именно нас двоих. Воздуха не хватало, но разорвать это было невозможно. Я тонула в нём, растворялась, оставляя друг другу только вкус страсти, которой уже не было сил сопротивляться. Он покусывал, щипал мои соски и оттягивал их, от чего я стонала сильнее. Моя голова опьянённо кружилась, голос срывался, но он не говорил мне быть тише. Он забавлялся моими стонами и вздохами, иногда целуя меня, крадя их с моих губ. Рэйден сжимал, брал, давил и кусал. Всё моё тело было его искусством, с которым он с наслаждением играл. Покусанная шея, ключицы, грудь, живот. Я ощущала его поцелуи везде.

—Я жажду тебя, хочу быть с тобой грубым и ломать, пока не признаешь, что ты моя, – последние два точка были особо страстными и злыми, будто парень только что сказал мне всё, чего желал все эти дни. Наше дыхание соединилось и медленно выравнивалось.

—Я твоя, Рэйден, – он тихо засмеялся, поднимаясь на руках, чтобы видеть моё лицо. Молча смотря друг на друга, мы будто обрабатывали то, что только что произошло.

—Я был груб... – я закрыла его рот своей ладонью и отвела смущённые глаза. Моя краснота на щеках была из-за секса, так теперь ещё и из-за слов, которые сейчас скажу.

—Мне понравилось, – Рэйден шумно вздохнул, заставляя меня засмеяться от его удивления.

—Что же я с тобой сделал... – улыбчиво ответил парень и притянул меня к себе.

—Я ещё с того дня в душе была такой, – буркнула я, он обвёл пальцем мою шею и злобно улыбнулся.

—Теперь ты помечена мной, а не каким-то мудаком, – я вздохнула, представляя какие могут быть сильные пятна. Вряд ли я скрою их сейчас.

—Мы не можем на долго пропасть, – признала я, он кивнул и чмокнул моё плечо, а именно свой сделанный укус. Встав с дивана, он быстро надел штаны и застегнул рубашку, помог застегнуть моё платье и осмотрел меня с ног до головы.

—Ты красивая, – я застыла на месте, улыбаясь и отводя взгляд в пол.

—Замолчи, иначе я не смогу уйти, – я сделала два шага к нему и прижалась поцелуем к губам.

—Я люблю тебя, – произнесла я и открыла дверь в коридор, не дожидаясь выхода Рэйдена, пошла первая.

Что, чёрт возьми, произошло? Моё сердце, как бешеный барабан, отбивал самую громкую песню. Из-за давления, я не слышала музыки, не слышала голосов, а как только рука Габриэля коснулась моего плеча, я улыбнулась. Искренно, по-настоящему улыбнулась. Брат пару раз проморгал ресницами, будто не поверил своим глазам и шуточно ткнул указательным пальцем в мою щёку.

—Вы всё же встретились, – с братом я не могу поговорить на эту тему.

—Где Виктор? – нужно как можно скорее найти его, ведь не могла же я просто так пропасть на двадцать минут. Габби оглянулся, но я не успела сказать что-то ещё, моего плеча грубо коснулись.

—Где Рэйден? – Фрэнсис хмуро и злобно осматривала моё лицо, конечно же, наклонилась и прищурилась, чтобы рассмотреть шею. Как оказалось, пятна были не такими заметными на первый взгляд. Но долго находится под взором людей, я не могу.

Фрэн закатила глаза и пробубнила себе под нос:

—Сдержаться что ли не мог, – я удивилась такой реакции девушки. Фрэнсис окликнули и в голосе я узнала Джонни, идущего в одежде официанта. Что происходит? Он то что тут делает? Фрэнсис оскалилась, злобно схватила меня за предплечье, надавливая ногтями в кожу.

—Виктор пропал, а Рэйден... – Джонни останавливается на мне и переглядывается с Фрэнсис. Что? Что с Рэйденом? Девушка молча кивает, на немой вопрос или рассказ Джонни и я совершенно ничего не понимаю. Почему Рэйден решил показаться на балу? Почему именно с Фрэнсис и что здесь делает Джонни, под прикрытием официанта?

—Эвелин, Рэйден ждёт тебя за рестораном. Как можно быстрее беги к нему, – я нахмурилась и убрала её руку, но бежать не стала.

—Почему ты здесь с Рэйденом? – она надула губы и закатила глаза.

—Мне на него плевать, совершенно не интересен, – грубо ответила она, от чего голос Фрэн показался мне низким. Я посмотрела на улыбку Джонни, он то почему улыбается?

—А вот я гей, и могу побороться с тобой за сердце Хартманёнка, – я прикрыла рот рукой, чтобы не засмеяться, как сделала это Фрэнсис. Джонни гордо поднял голову и щёлкнул пальцами на дверь заднего выхода.

—Беги, солнце, – я не знаю, что происходит, не знаю почему Рэйден ждёт меня снаружи и почему мы бежим. Но я доверяю им, доверяю этим ребятам безопасность своего брата. Я развернулась и быстрым шагом незаметно прошла через дверь заднего хода. За дверью был длинный и тёмный коридор, через который даже музыку еле слышно. Взяв себя в руки, я уверенным шагом направилась к выходу, слушая отбивание собственных каблуков и шуршание подола платья. Открыв дверь, я закрыла глаза от ослепительной вспышки.

—Не успела добежать.