Глава восьмая

Мне странно повезло. Очень сильно странно повезло, потому что, черт возьми, Билла не было дома вечером и я легла спать счастливая почти впервые за последнее время. Даже забыла о все еще спрятанном под подушкой лезвии и моих на него планах.Именно поэтому, стоя перед Трэвисом этим утром и пытаясь объяснить свою "беспричинную" улыбку, я просто пожимаю плечами и выдавливаю из себя смешок.- Ладно. - отвечает он, также улыбнувшись и закинув руку за те самые плечи. Улыбаюсь чуть шире, окутанная его запахом. И как я не замечала его раньше?..Серьезно, ходила по школе словно гребанное привидение, боясь наткнуться на Уолиса и его шайку. Кажется, Трэв был там с самого рождения, но черт возьми, как я могла ненавидеть его просто за то, что он существует?.. Я ведь совсем не знала его. Не знала этих пронзительных зеленых глаз, заставляющих меня растекаться по полу лужицей детского восторга, не знала этих губ, постоянно искривленных в отвратительной усмешке, которая ему так идет. Не знала этих рук, прижимающих меня к себе. За них можно держаться как за спасательный круг. И самое главное - они удержат. Я не замечаю как проходит первый урок. Со мной это бывает редко, ведь я чертова заучка. Ботаничка, не поднимающая носа от учебников. Гермиона нахрен Греинджер. Да, я всегда слушала любого учителя, даже мистера Хейстака с его долбанной биологией, аденином, тимином, гуанином.. Серьезно, зачем мне это? Только чтобы плоско шутить?..На перемене я захожу в туалет и подхожу к зеркалу (!), дабы поправить похожие на патлы светлые волосы (!!!). Никогда раньше этого не делала (!!!!!!).. Это становится необходимостью, когда у тебя появляется парень, да?..Неожиданно, дверь открывается (на секунду голову посещает мысль о том, что это Барби, пообещавший подождать меня у этой самой двери) и с характерным стуком каблуков ко мне подходит Бриттани с двумя своими "рабынями". Я вижу насмешку и неприкрытое раздражение в ее глазах. Напоминает чертов фильм, не несущий в себе ни капли смысла. О, я бы обрадовалась, если бы это было фильмом. Потому что я бы выключила его к чертям собачьим. - Макконахи.. - протягивает черноволосая, облизав ярко - красные губы и сложив руки на груди.- Я и без тебя знаю что это моя фамилия, Бриттани. - вижу проскользнувшее в ее глазах раздражение.- Закрой свой поганый рот, мелкая сучка и слушай сюда. Ты считаешь, что тот спектакль, что ты устроила с Трэвисом - это смешно, да?Приподнимаю брови, искренне не понимая о чем идет речь.- Изъясняйся попонятнее, пожалуйста. - слышу напряжение в собственном голосе.Девушка фыркает, будто только что интеллектуально пошутила, а ее никто не понял.- Черт подери, Макконахи. Не прикидывайся. Оставь его в покое. Неужели ты настолько глубоко зарылась носом в свои учебники, что не понимаешь?.. - она хлопает ресницами, состроив сочувствующее выражение лица - Ты ему не нужна. Не знаю что с Барби произошло и почему он вдруг захотел трахнуть тебя - недоразумение счастливого союза алкоголички и наркомана. Когда там твой папаша всадил себе столько героина, что подох?..Воздух покидает мои легкие, словно слова Бриттани крепкими кулаками выбили его оттуда. "Не поддавайся. Не поддавайся. Не поддавайся, Эллисон!"Наивная. Думала, что все забыли эту историю, сделавшую твоей семейке чертову славу. Такую, что с самого рождения тебя занесли в список ничего из себя не представляющих отбросов постиндустриального общества. Вот оно какое, значит. И стоило вообще к нему переходить?..- Так или иначе.. - продолжает девушка, расплывшись в отвратительной усмешке - Неужели ты считаешь, что он делает это потому, что влюбился? Трэвис Барби? Влюбился? Ха, очень смешно. Можешь придти с этой новостью в какое-нибудь юмористическое шоу, я уверена, зал будет апплодировать стоя. Хотя нет.. Туда, к счастью, не пускают таких тупых и уродливых сук, как ты. - она выдыхает, на сто процентов счастливая от того, что смогла подобрать нужные слова для того, чтобы вывести меня из равновесия.- Неужели твой отчим, твоя мать и сама блять жизнь трахают тебя настолько плохо, что ты решила воспользоваться услугами шлюхи-Барби?..Вот что стало последней каплей. Я пытаюсь убедить себя, что это всего лишь неудачная шутка Бриттани, но.. Но. Из моих глаз брызжут горячие слезы и вся компания с отвратным хихиканьем смотрит на меня как на гребанный музейный экспонат. Захлебываюсь в слезах, когда пытаюсь сказать что-то, чего сама не поняла. - Плачь, детка, плаачь.. - протягивает Бриттани, наклонившись вперед, чуть ли не касаясь моего носа своим.Дверь резко открывается, с силой ударившись о стену и в помещении появляется Трэвис. - Эллисон?.. - зовет он, но я не поднимаю головы, упрямо сверля пол взглядом, все еще отчаянно пытаясь сдержать текущие по моим щекам слезы.Вокруг меня вьется гул голосов, один из которых, обычно бархатистый и приглушенный, сейчас непривычно резкий и грубый. -.. сказала ей? Что вообще за херню ты себе надумала? Ебись отсюда к Уолису и не пихай своего кривого носа в эти дела, Брит.Девушка отвечает что-то бессвязное и мне, кажется, почти удается понять что именно, когда слезы капают на напольную плитку и я судорожно вытираю щеки трясущимися ладонями. Хлопок двери выводит меня из непонятного состояния неопределенности. Всхлип вырывается из моего горла, когда я встречаюсь взглядом с мечущими молнии глазами Трэвиса, тут же обхватившего меня за плечи и придвинувшего к своей груди. Комкаю края его джемпера в пальцах, закусив губу, сдерживая громкий стон и закрываю глаза. - Шш, Эллисон.. Ангелок, эй, тише. Не плачь. - с силой мотаю головой. "Я не плачу!" - хочется крикнуть мне, но из горла вырывается лишь приглушенный хрип. Ну да. А что ты сейчас делаешь, позволь спросить?..- Ты же знаешь Бриттани. Знаешь эту сучку. Она сделает все, что угодно, чтобы вывести тебя из равновесия. Не нужно. Эй, Эллисон. - он приподнимает мой подбородок, хотя я отчаянно сопротивляюсь, сжав веки, чувствуя как мокрые ресницы касаются моей кожи - Не нужно, слышишь? Я здесь. Я рядом. Порывисто киваю, проглотив очередной всхлип и восстанавливаю сбившееся дыхание. Мне даже кажется, что я почти спокойна, когда Барби мягко тянет меня к выходу из туалета. Послушно следую за ним, потерев воспаленные от слез глаза. Мы садимся в машину. И как же я благодарна Трэвису за то, что он не пытается нарушить тишину между нами, не пытается спросить что произошло, не пытается сделать ничего лишнего, кроме как выполнять свое обещание. Обещание быть рядом.Интерес к тому, куда мы едем появляется у меня спустя минут двадцать нашего "путешествия", когда я понимаю, что не узнаю пейзажа вокруг. Вообще, для меня это нормально, так как в пространстве я ориентируюсь мягко говоря хреново и даже дорога до дома порой вызывает у меня вопросы. Почти смущенно кашляю, приподняв аккуратные брови и спрашиваю - Трэвис?.. А.. Куда мы едем? - вышло слишком тихо, но я знаю, что Барби меня услышал. На губах парня появляется слабая усмешка, когда он включает поворотник, повернув направо и отвечает - Мы едем ко мне. Он смеется, заметив, что я замерла, закусив губу. На моем лице написано полнейшее изумление и я почти прошу повторить сказанное несколькими секундами ранее, когда Трэвис вновь поворачивает, правда уже на подъездную дорожку своего огромного дома. Да, я была тут один раз, на этой проклятой вечеринке. Вернемся к ориентации в пространстве. Ясно, да, что мне с этим не повезло?..Трэвис выходит из машины (а я уже по привычке жду, когда он откроет мне дверь). Странно вновь осознавать, что то захолустье, в котором ты живешь - полнейшее дерьмо. Хотя нет, не странно. Вполне привычно. Просто с Трэвисом о прошлых привычках забываешь, потому что появляется одна новая. Самая вредная. Как введенная под кожу доза. Мне становится интересно что чувствовал отец, когда всаживал шприц себе в вену. И почему кажется, что сейчас я чувствую то же самое, лишь поймав на себе взгляд этих теплых зеленых глаз?..Мы заходим в дом. Без такого огромного количества людей, он кажется уютней и мне предоставляется возможность рассмотреть его получше. Кремового цвета стены выглядят просто, но дорого. Винтовая лестница, ведущая на второй этаж кажется слегка грубой, но на самом деле только дополняет общую атмосферу теплого спокойствия. Большие окна впускают лучи тусклого осеннего солнца и все кажется таким умиротворяюще родным, что я шумно вздыхаю, слабо улыбнувшись и оглядываюсь на Трэва.- А вот сейчас мне стало стыдно за то, что ты появлялся у меня дома..Парень усмехается, бросив свой черный рюкзак на пол и подойдя ближе ко мне. Запах одеколона тут же ударяет мне в ноздри, заставив с наслаждением глубоко вздохнуть. Еще раз.- Да ладно тебе, Ангелок. Я наоборот рад, что был у тебя дома. Там все.. по-настоящему. Без капли фальши. А у меня дома.. - я замечаю, как лицо его на секунду меняется и он хмурит широкие брови - А у меня сплошной фарс.Я думаю улыбнуться, но сжатые в тонкую линию губы Барби заставляют меня прильнуть к его груди, уткнувшись носом в горловину его джемпера. Не хочу спрашивать в чем дело, потому что чувствую, как внутри него закипает холодная ярость. Не хочу портить и так уже испортившееся настроение своими глупыми расспросами. Он молча принимает некое подобие поддержки, пройдясь длинными пальцами правой руки по моим лопаткам. Нащупав позвонок сквозь плотную ткань черного свитера и чуть надавив, придвигая меня еще ближе к себе. По всей моей спине проходит волна мурашек, заставив меня дрогнуть и приподнять брови, отпрянув от груди Барби. Его губы резко сталкиваются в моими, словно лавина сталкивается с глыбой льда, стоит мне поднять голову, пронзив его своим вопрошающим взглядом. Чуть приоткрываю рот, почти приглашая его внутрь. Трэвис обводит контур моей нижней губы своим языком, поймав резко сорвавшийся выдох и проводит ладонью по моей талии, спустившись ниже и зацепившись пальцами за пояс джинс. Притягивая ближе к себе, чуть приподняв, заставив меня встать на цыпочки, вцепившись тонкими пальцами в его широкие плечи.- Эллисон.. - на выдохе выдает Трэвис, коснувшись губами моего подбородка, линии челюсти и шеиВ ответ я лишь коротко выдыхаю в его ухо и прикрываю глаза, приподняв подбородок, даря Барби пространство. Он впивается в мою шею и я почти чувствую, как на ней расплываются фиолетовые пятна. Следы его губ. - Трэвис.. - дрожащим голосом шепчу я, вцепившись в воротник его джемпера - Пожалуйста.. Парень приподнимает меня на руки, прижав к своей груди и несет наверх. В ту самую комнату, стены которой оклеены яркими снимками. В ту самую комнату, по которой я успела соскучиться..Укладывает меня на мягкий матрас, замерев в миллиметре от распухших благодаря ему губ и шепчет- Ангел.. Я хочу.. - прогибаюсь в спине, когда он проводит горячей ладонью по моей голой пояснице, оставляя за собой полосу мурашек - Тебя..Из моего горла вырывается тихий полустон и я обвиваю ноги вокруг его бедер, придвигая ближе к себе. Трэвис вновь целует мои красные губы, руками уперевшись в матрас по обеим сторонам от меня. - Эллисон, если я.. - Барби спускается к поясу моих джинс, попутно задирая края моего свитера. Склоняется над низом живота, оставив пару легких поцелуев на разгоряченной коже, поднимается выше, заставляя меня прогнуться в спине, стремясь оказаться ближе к спасительному жару его тела. Свитер начинает казаться колючим и неуютным, я стремлюсь снять его, чтобы каждой частичкой тела почувствовать того, кого ненавидела.. кажется, что очень давно. Он стаскивает с меня свитер, пройдясь носом по плечу и прикрыв глаза. Стараясь быть нежным. У него очень хорошо получается..Я позволяю себе запустить ладони под серый джемпер Барби, чувствуя его крепкий живот под холодными пальцами, боясь подняться выше и переступить границу дозволенного. Во мне все еще сохраняется эта нелепая скромность. - Эллисон?.. - доносится до меня голос Трэвиса. Открываю глаза, встретившись с его растерянным взглядом - Что это? - он хмурится, приподнимается на локтях, и опустив голову, изучает мой живот и грудь. Ужасная и неуместная догадка пронзает мое сознание, когда я приподнимаюсь вслед за Трэвом и обнаруживаю забытые синяки и отвратные засосы, оставленные отчимом.- Эллисон. - Барби принимает сидячее положение - Не потрудишься объяснить?..Я рвано выдыхаю, пытаясь успокоиться и сглатываю. Как быстро все произошло, черт, как быстро. - Эллисон блять. - его челюсти сжимаются и разжимаются в попытке удержать приступ горячей ярости, охватившей парня с головы до ног. Я открываю рот, пытаясь выдавить из себя хоть звук и хватаю его за ладонь, когда он собирается встать. - Нет, Трэвис, подожди. Пожалуйста. Он замирает, глядя на меня своими холодными зелеными глазами. Мне кажется, что они полны желчного презрения. Оно буквально просматривается в этих невероятных крапинках. А кажется ли?..- Подожди, Трэвис, пожалуйста.. - повторяю я. Руки начинают бесконтрольно трястись. Слишком несправедливо. Это не должно было случиться. Не должно. - Я.. - удается выдавить мне, когда Барби выдергивает свою руку из моих и встает на ноги. Его задравшийся от моих рук джемпер расправляется, когда Трэв яростно всплескивает руками. Его челюсть дрожит и парень наконец выдает - Эллисон.. Меня бросает в ощутимую дрожь от его почти потерянного тона. Яростно-потерянного, если такой бывает. Горячее разочарование накрывает его с головой, когда Трэв запускает руки в волосы, прикрыв глаза. Разочарование во мне. - Трэвис, подожди, я все.. Ты просто неправильно понял..- Неправильно понял?!.. - ревет парень - Неправильно понял?! Как я мог неправильно.. ЭТО понять?!... - его голос дрожит. Непривычно дрожит. Так, как никогда не должен был дрожать. Поднимаюсь на ноги, угрожающе покачнувшись от застилавших глаза слез. Все не должно было получиться так. Только не так. - Трэв.. - почти шепотом выдаю я. Неуверенно облизав губы и вздрогнув от его поразительно тихого, но не требующего возражений тона.- Убирайся. Убирайся, Эллисон. По..жалуйста. Резко киваю головой, тяжело вздохнув. Даже если бы он не выгнал меня сейчас, как бы я объяснила.. это? Извини, Трэвис, это случайность? Действительно. Что-то внутри меня обрывается, словно песочный замок, быстро и, кажется, насовсем, когда я выхожу из комнаты, еле удерживаясь на ногах, впиваясь ногтями в дрожащие ладони. Не должно было случиться. Не должно. Не. Должно. Это единственное, что крутится в моей голове, пока я спускаюсь вниз, пока я выхожу из дома, пока иду по хрустящему гравию, пока выхожу на обочину дороги и позволяю себе разреветься, отвратительно громко всхлипывая, часто и тяжело дыша.