Глава третья. "Неожиданные связи"

    Если бы дождь прекратился, я бы ушла, чтобы не пользоваться чрезмерно гостеприимством. Но он не заканчивался – откуда взялся только такой в этот сезон? – и мне не оставалось ничего, как сидеть и ждать, ведь и зонта, как назло, у меня с собой не было. Кто мог подумать, что погода вот так переменится? Посетители приходили и уходили, а я, будто к месту прилипшая, встречала и провожала их взглядом, то скучающим, то отвлечённым, то равнодушным. В перерывах между принятием заказов и их раздачей, Банчан подходил ко мне ещё пару раз, бросить какую-нибудь вежливую фразу вроде «аж на улице потемнело от туч!» или «ещё кофе?». Я отказалась, мечтая телепортироваться домой от неловкости.   Когда я уткнулась в телефон, силясь не пялиться беспрерывно на время, а смотреть там что-нибудь развлекательное, дверь в кафе снова открылась, впустив порыв свежего озонированного воздуха и шум дождя. Я бы не подняла головы, устав вертеть ею за незнакомыми людьми, поскольку это хоть как-то меня занимало, если бы тотчас помещение не заполнилось голосами и гамом стадионной трибуны. - Банчан!!! Мы их натянули!    Топот ног, гудение, крики «оле-оле!» и гогот. Я вздрогнула от знакомого тембра и, глядя в сторону входа, не верила своим глазам. Там победно приплясывал Хёнджин. Я не сразу смогла прийти в себя и разглядеть кого-то рядом. С ним был Феликс и ещё один парень. Я видела того пару раз в прошлом году – это был сводный брат моего однопартника, кажется, звали его Минхо, но Феликс всегда говорил «Ли Ноу». Видимо, прижившаяся роднее родного имени кличка, но я не вникала, значила она отрицание «Нет» или глагол «Знать». Или вообще он был поклонник китайской марки «Lenovo»? Без понятия. - Вы что, под дождём играли что ли? – отозвался Банчан, протирая стойку. До меня только теперь дошло, что он их знает! Они знакомы! - А чего нам, дуракам? – пожал плечами Хёнджин, скидывая с них мокрую кожаную куртку, под которой он тоже был почти насквозь мокрый. Как и двое с ним. Футболка прилипла к его телу и я ощутила горячее смущение оттого, что вижу это. - Виски победителям! – потребовал Ли Ноу, пока они продвигались вглубь, мимо столиков. Осознание, что кроме меня в эту минуту тут никого больше не было, озарило меня как-то внезапно. - Могу налить только тебе, - сказал Банчан, - не хочу лишиться лицензии, спаивая школьников.    Господи, так он владелец кафе, а не бариста?! - Ничего, мы со своим, - поднял руку Хёнджин, хвалясь алюминиевой банкой пива. Радовавшийся какой-то там победе, возможно в футбол, наименее буйно из троих Феликс первым заметил, что в зале есть кто-то, кроме них. Он остановился напротив меня и, моргнув, опознал: - Юджин? Привет! - Привет... - растерялась я, махнув рукой. До этой секунды я настолько «уплыла» от наблюдения за Хёнджином в естественной среде обитания, что боялась отсвечивать и спугнуть. И, видимо, вжилась в роль зрительницы, которую не видно с той стороны экрана. Хёнджин услышал, что друг с кем-то говорит и, выглянув из-за его плеча, как ни в чём не бывало подошёл к моему столику и заземлился на диванчик напротив. В почти пустом кафе он решил, что надо занять единственный занятый столик. Неужели удача сегодня всё-таки мне улыбнулась?    Вытянутые длинные ноги задели мои, и я дёрнулась, подбирая свои скорее, чтобы не мешаться. - Извини, - бросил Хёнджин, но положение ног не поменял. С его длинных волос стекали капли воды и он, вальяжно поведя головой, пальцами закинул пряди назад. Ли Ноу, договорившийся с Банчаном насчёт горячительного себе, крикнул Феликсу: - Эй, ты что будешь? - Кофе. - Кофе?! - Да. - И ничего туда не капнуть? - Нет, и плевать туда тоже не надо. - Я про ром-виски. - Не хочу проблем Банчану. - Так никто ж не узнает! – Хёнджин кивнул мне: - Старенькая новенькая, ты ж не настучишь? - Я... нет, конечно. - Я присяду? – спросил разрешения, в отличие от товарища, Феликс, и я, сгребая и переставляя в угол рюкзак, подвинулась, позволяя ему занять место возле себя. Он снял брызгающуюся каплями дождя куртку и повесил на вешалку к хёнджиновской. Сел. – Спасибо. - В футбол играли? – тихо спросила я. - Да. И тут такой ливень зарядил! - Да, внезапно он сегодня... - Эти кривоногие и без него бы продули, а с ним и вовсе по полю размазались соплями, - хмыкнул Хёнджин цинично. Упивался выигрышем и пивом одновременно, растекаясь свободно по диванчику. - С кем играли? – спросила его я, но он уставился за окно, мечтательно залюбовавшись дождём. Ответил Феликс: - Да с соседнего района приходили мяч попинать. Второй год пыжатся нас уделать, и всё никак.   Ли Ноу пихнул Хёнджина и пристроился к нему, испортив блаженство вольготности и царское положение единоличия. - Ли Ноу, - представился он мне. - Юджин, - произнесла я.     Банчан подошёл с подносом и, составив с него чашку и стакан – сводным братьям – подставил стул к нашему столику и присел. - А вы, знакомы, значит? – поинтересовался он насчёт парней и меня. - Первый раз эту девочку вижу, - сказал Хёнджин. - Это наша одноклассница, - опроверг его Феликс. - О, вот как! Надо же, - покивал он участливо, чтобы как-то продолжать общую беседу. - А вы... давно знакомы? – спросила я их как бы всех одновременно, уже не надеясь на кое-кого. Уж кто ответит. - Да, почти с детства, - кивнул Феликс. - Наши отцы работали когда-то вместе, - дополнил Банчан. - Понятно...  Очередные посетители отвлекли парня, и он отошёл от нас. - Чего мутить будем вечером? – поинтересовался у друзей Хёнджин. – Может, на мотиках покатаемся? - В такую погоду? – нахмурился Феликс. – Не, я не самоубийца.  Они ездят на мотоциклах? О-о, воображаю себе! Должно быть, это выглядит ужасно круто. Но... разве им уже можно? Разве у них уже есть права? - Но не по домам же сидеть... - А что такого? Твой что ли день? – посмеялся Ли Ноу и, будто опомнившись, бросил мне: - С праздником, кстати. - Спасибо.  Феликс меня поздравил ещё в школе, а от третьего ничего так и не прозвучало. Из поздравлений, я имею в виду, потому что так-то он не молчал: - У меня можно посидеть. - Ты опять один, что ли? - Да, со вчерашнего дня. - Отлично! Что ж ты молчал? Надо будет затариться едой и выпивкой. Чан! – окликнул того Ли Ноу. – Ты до скольких часов сегодня трудишься? - До десяти, а что? - У Хёнджина хата свободна, пойдёшь с нами тусить? - Не знаю пока, в целом не против.  Мне хотелось о многом спросить. А где именно живёт Хёнджин? А с кем? А что они делают, когда собираются? А можно ли мне с ними? Но я не решалась, эта беседа велась так, будто я не имела права в ней участвовать. Или это только мне так казалось, и какая-нибудь Йеджи уже бы запросто ворвалась в диалог? - До этого времени можно погулять где-нибудь, - предложил Феликс и указал за окно, на улицу, - дождь, похоже, притихает. - Ну, тогда мотоциклы не отменяются? – настойчиво повторил Хёнджин. - Дороги скользкие, ну тебя! Пошли в парк? Там наверняка что-нибудь происходит в честь восьмого марта. Может, выступает кто-нибудь... - Какие-нибудь девочки в коротких юбчонках... - улыбнулся лукаво Ли Ноу. - Ага, мальчонки в трусёнках, женский праздник всё-таки. - Фу, тогда не пойдём! - Пойдёшь с нами? – вдруг спросил меня Феликс. Я словно проснулась, вновь каким-то образом оказавшись участницей событий. В школе мы с одноклассником нормально общались, помогали друг другу по учёбе, но никогда это не выходило за рамки школы, да и, к тому же, в основном при сборе компании парни перестают замечать девчонок. А тут чудо какое-то! Чуть не ляпнув «а можно?», я остановила себя. Раз спрашивают, значит, можно, почему бы и нет? Я не могу упустить такой шанс! Только не сегодня! - Да, почему бы и нет!  На лице Хёнджина промелькнуло что-то непонятное. Ему не понравилась перспектива моего присутствия? Что это было? Господи, а не поздно ли уже будет? Я не предупредила родителей, а они скоро приедут с работы, и дома пусто. Надо бы позвонить, но при ребятах я не решалась. Примут за тупую несамостоятельную малолетку, которой нужно разрешение мамы и папы. - Отлично, - допив кофе, Феликс поднялся, - тогда идёмте. Чан, встретимся после десяти!  Я закинула рюкзак на плечо, поблагодарила доброго бариста и поспешила за ними. Неужели это происходит на самом деле? Неужели я проведу вечер рядом с Хёнджином? Если бы я знала, то принарядилась бы... хотя, как? Я же не могла прийти разнаряженной в школу, а после неё возможности переодеться не было.     Ли Ноу и Хёнджин шли впереди, болтая о чём-то, а я шагала возле Феликса. - А как вы катаетесь на мотоциклах? Разве у тебя есть права? – теперь, без двух лишних пар ушей, осмелела я. - Нет, у брата есть. Я иногда катаюсь на его моцике. А Хёнджин... ну, это Хёнджин, - посмеялся друг, непонятно что имея в виду. Что тому закон не писан? Или у него каким-то образом права всё-таки имеются? Быть такого не может, ему ведь лишь в этом месяце будет восемнадцать, как выяснилось.    Когда мы были на подходе к парку, из которого доносилась музыка, у меня зазвонил телефон. Все среагировали на рингтон – ничем не выделяющуюся мелодию саундтрека из одной дорамы – и повернулись в мою сторону. Я поспешила достать сотовый и приняла вызов: - Да? – И хотя на экране отобразилось «Мама», я старалась говорить так, чтобы не было понятно, кому подняла. - Дочка, ты где? Мы с папой пришли домой, а тебя нет. - Да, я гуляю с друзьями... - Долго ещё будешь? Мы ждём тебя на праздничный ужин!    Блин, мама, ну неужели ты думаешь, что с тобой и папой вместо Хёнджина он у меня будет более праздничным? Может, ты и поняла бы меня, но нет никакой возможности объяснить. - Не знаю, мы только идём в парк... - На улице уже стемнело! Тебя проводят? - Да, да, конечно, - пообещала я, лишь бы скорее закончить разговор. - Не задерживайся, Юджин, ждём! - Хорошо, - едва я положила трубку и убрала телефон в боковой карман рюкзака, как Хёнджин, ухмыляясь, сыронизировал: - Мамуля уже потеряла?    Я чуть не огрызнулась «не завидуй!». То есть, я бы и не огрызнулась, вслух бы никогда такое не сказала, но про себя подумала, и сама же себя одёрнула. Да, он сирота, и ему нельзя такое сказать. Возможно, эта насмешка вызвана тем, что ему никто не позвонит вот так вот. И в то же время я ощутила стыд и ущербность из-за того, что находилась среди трёх молодых людей, которые ни перед кем не отчитывались, спокойно гуляли допоздна, если хотели, вели взрослый, беспечный образ жизни без оглядки на кого-то. - Там действительно движняк! – отвлёк нас Ли Ноу, топая дальше по направлению в парк, и никаких словесных перепалок между мной и Хёнджином не состоялось. До чего же он был ядовитой заразой! И хотелось бы его возненавидеть, но не получалось, слишком уж хороши были его глаза, губы, пальцы, волосы, плечи, ноги, по следам которых я безвольно, как загипнотизированная, пошла бы куда угодно.    На открытой летней площадке выступала какая-то команда кавер-дэнса, вдоль дорожек раскинулись аниматоры, лоточники с горячей уличной едой и сладостями, там и тут предлагались всякие развлечения. Феликс направился в тир, где удивил меня невероятной меткостью. Он выиграл главный приз – большого плюшевого цыплёнка, и сунул мне, попав в десяточку всеми попытками. - Я не знала, что ты так здорово стреляешь! – восхитилась я. - Я в детстве перечитал «Властелина колец» и мечтал быть эльфом-лучником, - признался он, - поэтому часто хожу в тир и тренируюсь. Мне нравится. - Круто!     Хёнджин купил себе ещё пива и залип перед сценой. Они с Ли Ноу опять что-то там обсуждали на двоих. Я представления не имела, как завести разговор с тем, с кем мне хотелось. Каждую минуту мне приходило в голову что-то новое, но я не решалась озвучить это, потому что сама же фантазировала продолжение, и оно было непременно неудачным. Например, я могла бы спросить: «А у тебя какие таланты есть?». А он бы, в своей манере, сказал: «Я весь состою из талантов». И что дальше? А если он не в духе, то скажет: «Никаких, я бездарь». И снова тупик. - Много пива вредно пить, - вместо всего этого невпопад сказала я. Хёнджин опустил на меня взгляд с высоты своего роста и лениво, почти зевая, сообщил: - Так ты и не пьёшь.   И вот как с ним быть после этого? Он будто за каменной стеной, хотя всего в шаге от меня. Как найти общий язык, узнать, чем он интересуется? Мотоциклами, судя по всему. А что я сама о них знаю? Ничего. Приду домой и поищу в интернете, чтобы было о чём поговорить в следующий раз. И чем я интересовалась до этих пор? Почему оказалась совсем не подкованной в подобном? - Пошли на каруселях покатаемся? – предложил мне Феликс, указывая на аттракцион. - А они, - указала я на наших спутников. - Идите-идите, - махнул нам Ли Ноу, услышав, - мы тут подождём.    Ничего не оставалось, как поддаться и пойти развлекаться вдвоём с другом. Возможно, эта короткая передышка даст мне собраться с мыслями и придумать что-то. Но что? Чем пробудить к себе интерес Хёнджина? Спросить у Феликса? А вдруг он передаст тому? Нет, не буду рисковать. Поэтому, вернувшись с каруселей, я была всё такой же безыдейной, как и до этого. Вновь начинал накрапывать дождь, и Хёнджин изрёк: - Скучно тут, пошлите ко мне.    Я впервые вдруг ощутила что-то непреднамеренно противоречивое в нём. А что, если всё его поведение раздолбая и мерзавца основывалось на каком-то личном, драматичном расколе? А если он просто скрывает какие-то свои слабости, хотя бы и тоску по погибшим или бросившим его родителям? Я ничего не знала о его прошлом, ничего, по сути, не знала о нём, ведь наблюдение внешних признаков – это так далеко от понимания души человека! И эти его порывы что-то делать, куда-то идти, «мутить», как он сам выражался, приводящие к итогу «скучно» задели меня за живое. Хёнджин сам рвётся туда и сюда, хватается за футбол, баскетбол, гулянки, выпивку, нахальство, и в то же время всегда в глазах его сквозит вот эта утомлённая печаль. Зачем же столько суеты, если не находишь в ней удовольствия? Хотя суетливым он тоже не выглядел, скорее неприкаянным и внутри себя бездомным.    На улице было уже темно и прохладно, когда мы брели к нему в гости. Я шла и думала, прилично ли идти с ними, ведь Феликс позвал меня прогуляться, а Хёнджин к себе не звал. Стоит ли разделять одно и другое? Или одно из другого следует? Мне снова позвонила мама, но я, сбросив её, написала сообщение «ещё гуляем!». В ответ пришло недовольное: «Юджин, так не делается! Это некрасиво! Мы с папой ждали тебя к ужину! Ты время видела?». Было совестливо и неудобно, но бросить всё сейчас и бежать домой? Нет, невозможно! «Мам, извини, я буду где-то через часик!» - написала на ходу ещё раз я и, отключив звук, опять убрала мобильный.    Подходя к финальной точке, я до последнего не понимала, куда именно мы идём и будто в упор не видела здоровенного особняка – замка в миниатюре, похожего фасадом на жилище главного героя дорамы «Гоблин» - стоявшего чуть в стороне от других зданий. Окружённый с трёх сторон садами, он имел к себе индивидуальный подъезд, не сквозной, чтобы мимо не носились автомобили. Двухэтажные башенки с третьим мансардным этажом под крышами со шпилями придавали вид старины, хотя по всему было видно, что постройка вполне новая. - Ого! – не удержалась я, распахнув глаза. – Ты тут живёшь? - Нет, мы собираемся взломать дверь и проникнуть незаконно. – Я застопорилась, остановившись, как и они, на крыльце. – Испугалась? – ухмыльнулся Хёнджин, доставая ключи. - Нет, я... очень классный дом! - Он не мой, а дядин, - сказал парень и, открыв замок, вошёл первым. - У тебя богатый дядя? – вопрос, пожалуй, некрасивый, но он слетел с языка сам собой. - В определённых кругах ещё и знаменитый, но ты вряд ли его знаешь. - А чем он занимается? - Он писатель. Пишет книги и сценарии к фильмам, у него своё издательство, и он очень авторитетный литературный критик. А ещё у него куча всяких премий и наград. - Вау! – Никогда бы не подумала, что ближайший, а возможно единственный родственник Хёнджина такая интеллигентная личность! – А как его зовут? - Что тебе это даст? Говорю же, ты вряд ли его знаешь, - и всё же, включив свет и озарив им большущий зал, он сказал: - Чжан Гынсок. - Чжан Гынсок! – взвизгнула я. – Я читала его роман! Боже, серьёзно, это твой дядя?! - Ты ещё и книжки читаешь? – без особого восторга покосился на меня Хёнджин. - Да, я люблю читать! «Свет сквозь тьму», так, кажется, его роман назывался. Мне понравился, хоть и довольно тяжёлая штука... Но я никогда не видела, как выглядит автор. - Дядя нелюдимый немного, и избегает публичной жизни. - Часто уходит в творческие запои, - шепнул мне Ли Ноу, подмигнув. - Как и большинство творческих людей, - не стал спорить Хёнджин и тотчас достал из-за пазухи ещё одну банку пива. – Надо позвонить Чану, скоро он там закрывается? - Уже десять, - посмотрел на время Феликс, - скоро притопает, но я позвоню.    Я, наконец, отходя от шока, стала оглядываться. Закручивающаяся лестница вела на второй этаж, напротив был стеклянный выход во внутренний дворик, потонувший во мраке. На стенах висели картины, по большей части бессюжетные, с пейзажами, шкафы были забиты книгами. Во всём чувствовалось своеобразие владельцев этого «замка». И неужели в таком огромном пространстве Хёнджин обитал совсем один? А кто убирал все эти помещения? Он сам? Вид покрытых ковром ступенек невольно заставлял меня воображать, как я прошлась бы по ним в свадебном платье. Боже, Хёнджин – настоящий принц, и я могла бы стать его принцессой, мы бы зажили тут долго и счастливо, как в сказке! Подумать только, такие апартаменты! Понятно, откуда его надменность и презрение к окружающим. Я бы, вероятно, тоже зазналась и вознеслась, как аристократка, живи вот так. - Так разглядываешь, как будто в музее, - подошёл ко мне Хёнджин, попивая своё пиво, запах которого я не любила, но исходящий от него он был не так уж и нестерпим. - Но тут действительно как в музее! – посмеялась я. - Хочешь второй этаж посмотреть? – вдруг спросил Хёнджин, и я, замерев от услышанного, посмотрела на него. Он в самом деле приглашает меня показать дом? Он видит меня, слышит, обращает на меня внимание? Побыть наедине с Хёнджином, боже мой! Я робко кивнула. – Тогда пошли, - поманил он меня за собой и двинулся к лестнице. Скинув рюкзак на ближайшее кресло, я посеменила следом.