Обольстители Роялхелвена.

Сама не знаю, как Мелани согласилась поехать домой к малознакомому парню. Но о чудо!

Эти парни хороши собой, буду честна. Особенно темноволосый. О его острые скулы можно порезаться, а какие глаза! Пронзительные, словно лезвие. Не могу поверить, что он настоящий и что посмотрел на такую, как я. Ты же богатый, ты можешь встречаться с кем захочешь! Нет, он забросил меня на плечо и унёс со свадьбы.

Свадьба, кстати, всё-таки состоялась. Другой вопрос — насколько удачно.

После того как мы вчетвером покинули ресторан, благополучно разрушив башню из шампанского, начался хаос.

Платья и туфли девушек промокли насквозь шампанским, кто-то вдобавок разлил красное вино. В общем, им было весело.

Кадры кричащей Аманды и шокированного Логана теперь во всех новостях.

Нам удалось оставить свой след. Вернее, Мелани, хоть она и осталась без туфель. Пожертвовала ради благого дела.

Дом одного из парней, чьё имя я даже не запомнила, был шикарным. Я никогда в жизни не видела подобных домов, разве что в фильмах. Каменные стены, тёмная черепица и массивные двери с витражами, а эти огромные окна с арками... Снаружи — аккуратные дорожки и фонтанчик с фигуркой в центре.

— Охренеть, — это Мелани ещё мягко выразилась.

— Что-то не так? — Кудрявый остановился. — Пройдёмте внутрь?

— Хочешь сказать, ты тут живёшь? — я уставилась на дом в полном шоке. — Я имею в виду, в этом доме?

Парень кивнул.

Я забыла, что они богатые. Для них это всё, наверное, обыденность.

— Охренеть! — произнесла она громче.

Двое только молча улыбнулись.

Кудрявый взял на руки Мелани, тёмноволосый жестом указал мне на вход.

Так странно и волнительно переступать порог такого дома. Сколько же у них денег, если они могут позволить себе такой особняк? Наверняка очень много.

И не боятся ведь, что мы воровками окажемся. Им повезло, мы приличные.

— Проходи, — тёмноволосый улыбнулся и коснулся моей поясницы, — не бойся, не съем, — подмигнул он.

Нахал. Мне такие нравятся. Ой, как нравятся.

Мне не терпелось разуться. Туфли я скинула у самого входа. А парни ходили по дому прямо в обуви.

Мелани скрестила руки, как только кудрявый посадил её на кожаный диван.

— Ну и? — с лёгким возмущением в голосе. — Вы привезли нас к себе домой, поздравляю. А теперь что?

Я села рядом с ней, а парни — в кресла напротив нас. Так мы и сидели — по две стороны. Очень иронично, ведь в жизни мы точно так же живём по разным берегам. Они — на берегу радости, счастливых семей и бесконечных богатств, мы — там, где отцы уходят из семьи, потому что слишком дорого содержать женщину, которая родила от тебя двойню.

Да, наш отец от нас ушёл. Сбежал.

— Думаю, нам следует начать сначала, — он так и сверлил взглядом Мелани, а ей было всё равно, — это будет непросто, ведь, как я полагаю, вы уже сложили о нас определённое мнение.

Мы с Мелани переглянулись. И думали об одном и том же: «два богатых психа».

Почему мы сейчас с ними, раз считаем их больными? Не знаю.

Есть такой тип людей, которым хочется доверять. Не из-за денег или внешности, а просто потому что чувствуешь исходящее от них спокойствие. Даже если они чёртовы психи...

А может, я просто ищу оправдания. В конце концов, они могут прикончить нас в любой момент. Если так случится, то будет очень жаль.

— Я уже говорил, мы хотели с вами... пообщаться. Расспросить, — продолжил второй. — В более спокойной обстановке. Тем более что вы — две мошенницы.

— Мы не мошенницы! — выпрямилась я.

Нарушительницы — возможно, но не мошенницы.

— Это была хорошо реализованная месть! — Мелани стянула со своей ноги второй каблук и замахнулась. — Возражения?

— Никаких, — кудрявый нервно усмехнулся, — только не бросайся обувью. Пожалуйста, — добавил он уже тише.

Тёмноволосый даже не пошевелился. Так и сидел, раскинув локти на подлокотниках. От него так и веяло уверенностью.

Таких принято называть гордым словом — «мужчина».

— И как вас зовут? — Плевать на кудрявого зануду. Скажи мне своё имя, темноволосый красавчик.

— Я Винсент, — ответил он, будто ждал этого всю жизнь, — Винсент Вандербильт, если понимаешь. Шестой в Золотом списке.

Хватит подмигивать мне, иначе я правда уеду с тобой. На деле же я только кивнула.

Винсент. Красивое имя, солидное. Только слышишь его — и сразу понимаешь, что человек непростой.

В душе не чаю, кто такие эти Вандербильты. Наверное, важные шишки, известные в узких кругах. Это интересненько. Узнаю о них потом. И о списках никаких не слышала, но не думаю, что цифры важны.

— Кристиан Ороузен, девятый, — он не сводил взгляд с Мелани, — могу узнать твоё имя?

— Мел, — бросила она, глядя в сторону.

Ей хотелось домой. Мне тоже. Но я ещё не решила, куда именно: к себе или к Винсенту. Это всё шутки и фантазии. Доверять такому парню очень опасно. И делать этого я не собиралась.

Просто пообщаюсь. Пусть он и считает меня мошенницей...

— А ты?

— Что? — я задумалась и пропустила вопрос мимо ушей.

— Как зовут тебя, красавица? — Винсент был так доволен, словно что-то замыслил.

— Хлоя.

Мы не углублялись в разговоры, не поднимали душевные темы. Обычные вопросы из разряда: «Любишь кошек?». Обо всём этом можно было поговорить в любом месте, не обязательно тащить девушек к себе.

Понизился ли у нас с Мелани социальный статус от того, что мы поехали в чужой дом с почти незнакомцами? Надеюсь, что не слишком.

Всё вернулось к началу.

— И почему же Аманда Бенкер не пригласила вас на свадьбу? — Винсент ждал ответа только от меня.

— Потому что новые друзья оказались для неё важнее, разве мы не говорили? — вместо меня вступила Мелани. — Эта стерва забыла, с кем провела большую часть жизни.

Ситуация не отпускает нас обеих.

Инцидент со свадьбой покончил с моей злостью. Не искоренил, но потушил. А вот Мелани вспыхивала подобно спичке, стоило упомянуть имя Аманды. Ей это свойственно.

— Согласна с Мел, — киваю, — но мы уже отомстили. Теперь пусть Аманда запомнит свою сказочную свадьбу.

— Какие же вы злопамятные крысы, — рассмеялся Винсент, а во мне нарастало желание плюнуть ему в лицо.

Красавчик, а язык острый.

Я вскакиваю от неожиданности. В секунду чёрное нечто пролетает мимо меня. Знакомая картина...

Её туфля попала точно в цель.

— Твою ж нахрен!

Парень схватился за лоб и застонал, склонив голову от боли.

— Винсент! — я бросилась к нему. — Убери руку. Сильно больно?

— Мел, — укоризненно хмурится Кристиан.

— Он сам виноват, получил по заслугам, — она сложила ногу на ногу и равнодушно отвернулась, — будет знать, как обзываться.

Мне удалось уговорить Винсента показать свой лоб. Слева красовалось красное пятно, уже переходившее в синеву. Выглядело болезненно.

Впервые мне было стыдно за Мелани.

— Винсент, извини, — я осторожно дотронулась до его лба, — в присутствии Мел тебе лучше молчать. Мне жаль, что так вышло.

— Я принесу лёд, — Кристиан скрылся в дверях. Наверное, не хотел мешать.

Молчание парня нервировало меня.

Он ведь мне так понравился, я правда хотела с ним немного пообщаться. А теперь он сидит побитый. Заслуженно, конечно, но его так жалко... Красивый же парень.

— Винсент?

Я сидела побитой собакой рядом с ним. В светлом платье, на полу. Как это унизительно.

Отвечать, а тем более извиняться, за поступок другого человека глупо, но Мелани — моя сестра. И она умело игнорировала происходящее. Ни на меня, ни на Винсента не смотрела.

— Хлоя, — на выдохе произнёс он, — сходишь со мной на свидание?

Я застыла и заморгала. Он серьёзно?

— Ты серьёзно? — фыркнула Мелани, озвучив мои мысли.

— Я потерпел ранение, — он с явной претензией указал на свой лоб, — у меня трещит голова. Я имею право на одно свидание с твоей сестрой, Мел? — добавил он громче, глядя в сторону Мелани.

***

Домой мы вернулись поздней ночью.

Совершенно уставшая и разбитая, я рухнула на свою кровать.

Кристиан предоставил для Мелани кроссовки. Женские, её размера, по очень странной случайности. А Винсент уехал домой с синяком на лбу.

Не знаю, как он будет объяснять это своим крутым родителям, но это уже не мои проблемы.

— Зачем ты только уговорила меня поехать, Хло?

Всю дорогу до дома Мелани жалела о том, что мы согласились остаться с парнями. Даже таксист устал от неё.

— Я хотела поехать, — пожала я плечами, — мы ведь ничего от этого не потеряли. Только твою вторую туфлю.

— Ты видела, как облизывался на меня этот Кристиан? — она кричала так, будто это катастрофа. — Мне его внимание не нужно, у меня есть парень!

— Вот и сказала бы ему об этом, — я швырнула в неё колье из бирюзовых бусин, — вместо этого ты покалечила Винсента.

Мелани замолкает. Мы смотрим друг на друга как идиотки. И вдруг она улыбается.

Спорить бесполезно, и мы прекращаем. Взглядом я указала на свою кровать.

— Винсент... — она садится рядом со мной, — как он тебе?

— Он симпатичный. Но рано делать выводы, — моя голова мягко падает на её плечо, — они думают, что мы богачки, да?

— Наверное, — Мелани пожимает плечами, — разве мы вели себя как богачки?

— Если у человека есть деньги, то он ведёт себя так, как хочет.

Нет большей правды, чем эта.

С тех пор как у Аманды появились деньги, она потеряла смысл дружить с теми, у кого их нет. Причина проста — с Логаном и его друзьями больше свободы. А может, и наоборот, я могу только догадываться.

Вдруг она бегает вокруг Прескотта, подобно собачке, и выполняет все его прихоти. Или он вокруг неё бегает... В общем, кто-то из них бегать любит.

Странно возвращаться в свою маленькую квартирку после того, как целый вечер провела в роскошных хоромах. Хотела бы я жить так, чтобы мне не нужно было думать о финансах.

Да уж, после поступления это стало моей главной заветной мечтой.

***

Я поспала от силы часа три.

Утро следующего дня после свадьбы встретило меня тёмными кругами под глазами. Ноги гудели оттого, что я полночи проходила в туфлях.

Я забыла обо всём на свете.

Образ молодой миллионерши всё ещё меня не отпускал. А разжал он свои пальцы тогда, когда я на скорую руку расчёсывала колтуны и натягивала на себя старое худи с каким-то глупым принтом.

Худи. В мае.

Со всех ног мы с Мелани мчали на автобус, чтобы доехать до университета. Растрёпанные, в чём попало, со случайными тетрадями в сумках. Снова проспали.

Я засыпала на каждом шагу.

Благо, мы успевали. И даже толпа в автобусе не смогла заставить моё настроение опуститься ниже нуля.

Университет. Не могу сказать о нём ничего плохого, но и хорошего тоже. Много знакомых, ни одной подруги, кроме сестры, и куча придурков.

— Выглядите ужасно, — улыбнулась мне одногруппница, а я только закатила глаза.

— Не спрашивай, Моник, — Мелани устало вздохнула и потянула меня вперёд, чтобы отвязаться от девушки.

Моник учится вместе с нами. Дружелюбная девушка, если не брать в расчёт того, что её общительность не знает границ.

— А что вы ночью делали? — не отставала она.

— Каблуками кидались, — язвительно буркнула я. И ведь не соврала.

Наша с Мелани парта свободна. Мы уселись за неё и расслабились.

Утром я собирала сумку в спешке. Бросала туда всё, что видела. Потому тетради, которые я взяла, были сегодня не нужны.

Мелани положила голову на парту и задремала, а я уткнулась в телефон. Глаза слипаются, но нужно потерпеть четыре пары. Потом я вернусь домой и сразу лягу в тёплую кровать.

Спокойствие было недолгим.

— Девочки, а вы знали, что сын Колтона Прескотта вчера женился? — Моник уселась за парту перед нами.

— Знали, — киваю я, не отрываясь от экрана. У меня там, между прочим, были видео со смешными котами.

— Иии?... — очень странно тянет она.

— Что ты хочешь от меня услышать, Моник? — положила телефон на парту экраном вниз и колко посмотрела на девушку.

— Мне просто было интересно, — она пожала плечами и включила свой телефон, — почему вы так похожи на девушек с этой фотографии?

Все чувства в миг пропали, даже спать уже не хотелось.

На экране её телефона были открыты новости Спринквуда.

Фотография, где я стою возле Винсента, а Мелани висит на плече у Кристиана без одной туфли. Момент сразу после того, как мы уехали. Отчётливо видно моё лицо. И лицо Мелани.

Читаю подпись. «Скандально известные обольстители Роялхелвена снова покоряют женщин на свадьбе Логана Прескотта».