Глава 48. Наказание. (Часть 2)

Дворецкий Фалькон, проходя мимо столовой на кухню, заметил леди Грейс, которая, как обычно, бранила и унижала кого-то из служанок или других слуг дома Куиннов.

Однако, присмотревшись, он понял, что это была не служанка и не кто-то из других слуг, а рабыня хозяина Демиана. Его шаги замерли, и он задумался, что же теперь делать. Леди Грейс не щадила никого из работников и даже тех, кто не принадлежал к особняку. Он тоже не был исключением, хотя и был дворецким. Ей нравилось унижать слуг для собственного развлечения, чтобы они знали, кто является хозяйкой особняка.

Услышав, что сказала рабыня, Фалькон сжал губы, понимая, что стены особняка вскоре рухнут.

- Он мой брат, так что косвенно ты обязана служить мне так же, как служишь ему, - леди Грейс ткнула пальцем девушку в лоб, усмехнувшись над ее глупостью, - Разве ты не понимаешь? Пойдем в мою комнату, - тут же велела она, но рабыня не сдвинулась ни на сантиметр. - Ты что, оглохла?

Пенни же в это время думала, а не притвориться ли ей, что она действительно оглохла? У нее уже был один достаточно проблемный хозяин и она не хотела добавлять еще одного вампира в свою «тарелку», но казалось, что эта леди насильно пытается стать следующей проблемой для неё.

Краем глаза она заметила кого-то, кто стоял рядом. Приглядевшись она поняла, что это дворецкий, который спокойно наблюдал за ними. Видя, что он почти готов скрыться из виду, чтобы его не поймали, Пенни заговорила:,

- Простите меня, госпожа Грейс, но мне велели не выполнять ни чьих приказов, кроме господина Демиана. Дворецкий уже здесь. Позвольте мне попросить его приготовить чай для вас, чтобы вы могли насладиться им в своей комнате, - сказала Пенни, что, соответственно, не очень понравилось вампирше.

Грейс ужасно разозлилась из-за дерзости, которую этот человек проявлял по отношению к ней, поэтому подняла руку, чтобы ударить девушку. Увидев это Пенни на секунду растерялась, не зная, принять ли ей удар или остановить его. В эту секунду она забыла о своем положении и о том, кто перед ней, поэтому инстинктивно подняла свою руку, чтобы остановить вампиршу. Она поймала руку леди, остановив ее прямо перед своим лицом.

Дерзость рабыни привела Грейс в ярость. Ее глаза были широко раскрыты, но в то же время темны от злости, когда она смотрела на рабыню. К несчастью для Пенни, она не только забыла о том, что в то время была рабыней, но и забыла о том, что девушка, стоявшая перед ней, хотя и выглядела на год или два старше, была благородной леди.

Грейс использовала свою силу вампира, чтобы вырваться из хватки Пенни, а затем схватила её за руку. Сила девушки казалась нечеловеческой, в конце концов, она всё-таки была вампиром. Она продолжала выкручивать руку Пенни за спину, заставляя ее морщиться от боли, однако она ни разу не вскрикнула.

Даже дворецкий, который ранее планировал сбежать из зала, теперь чувствовал, как сильно бьется его сердце. После стольких лет, что он работал в особняке Куиннов, он никогда не видел, чтобы кто-то из слуг осмеливался выступить против леди Грейс. Но, по правде говоря, ни один слуга, работающий в доме вампира, никогда не осмеливался делать то, что было не по душе его хозяину или хозяйке. И на то была веская причина.

Вампирша всегда била и унижала слуг так, как считала нужным. Даже в своих безумных мечтах он не ожидал, что кто-то решится не подчиниться леди Грейс, а эта девушка не просто не подчинилась, она еще и осмелилась остановить леди, когда та хотела дать ей пощечину. И не стоит забывать о том, что она всего лишь раб. Гнев мгновенно испарился с лица вампирши, когда она вывернула руку девушки еще сильнее, и он увидел, как лицо рабыни скривилось от боли.

Дворецкий был уверен, что леди собирается сломать рабыне руку, чтобы она больше не могла её использовать. Не в силах сдержаться, он подошел к молодой хозяйке и рабыне.

Стараясь действовать быстро, он сказал: - леди Грейс, чай с кровью…

- Разве я спрашивала тебя, ты ни на что не годный дворецкий? - Хозяйка сердито посмотрела на него, недовольная тем, что он пытается вмешаться в то, что она собирается сделать с этой рабыней.

Пенни же, в это время, уже поняла, что, скорее всего, сегодня лишится руки. Вампирша ни на миг не ослабляла хватку, а только выкручивала ее все сильнее и сильнее, как будто хотела помучить ее, прежде чем сломать руку. Ее дыхание стало прерывистым, когда ее разум начал концентрироваться на боли.

- Что ты делаешь, Грейс? - Раздался голос Демиана.

На нем была та же самая одежда, но две верхние пуговицы рубашки были расстегнуты. Спускаясь вниз, он держал в руке сложенный листок бумаги, а глаза его были устремлены на сцену, где его любимицу держала за руку его сводная сестра.

- Ты что, никогда не наказывал своего раба? Мне кажется, она все еще думает, что может делать все, что захочет. Только не говори мне, что она так же относится к тебе за закрытыми дверями твоей комнаты, - Грейс еще сильнее вывернула руку Пенни, наконец-то обрадовавшись тихому звуку, который вышел изо рта рабыни.

- Я и не знал, что тебе так любопытно, то, что я делаю в своей спальне. Кто же знал, что ты интересуешься таким, Грейс. Мы же все-таки сводные брат и сестра, не так ли? - Насмешливо сказал Демиан.

Молодая вампирша раздраженно посмотрела на него, стиснув зубы.