Разные пути

Адель с трудом сдерживала слёзы, глядя в экран телефона. Сообщение от Егора светилось в диалогах, и каждое слово врезалось в её сердце словно нож.

«Давай поговорим. Нам нужно это сделать.»

Она знала, что этот разговор будет тяжёлым. Они уже несколько недель будто балансировали на краю пропасти, но никто из них не решался сделать шаг вперёд или назад. Всё больше недосказанности, напряжения, раздражения на пустом месте. Сначала они оправдывали это усталостью, потом — разными графиками, но в глубине души оба понимали, что причина была куда глубже.

Адель тяжело вздохнула, сжав телефон в руке. Она не хотела идти на этот разговор, но откладывать больше не имело смысла.

— Ладно… — выдохнула она, набирая ответ.

"Хорошо. Где встретимся?"

Они встретились в его квартире. Когда-то это место было наполнено смехом, уютом и их общей любовью. Сейчас же оно казалось чужим.

Егор сидел на диване, его взгляд был напряжённым.

— Ты пришла, — тихо сказал он, поднимая глаза.

Адель кивнула, не решаясь сесть рядом.

— О чём ты хотел поговорить?

Он провёл рукой по лицу, как будто собираясь с мыслями.

— Адель… я устал.

Её сердце болезненно сжалось, но она ничего не ответила.

— Мы оба устали, — продолжил он, его голос дрожал. — Мы любим друг друга, но почему-то каждый день чувствуем себя всё хуже.

Она резко вскинула голову.

— Ты хочешь сказать, что наша любовь ничего не значит?

— Я этого не говорил, — спокойно ответил он. — Но разве ты не чувствуешь, что мы стали друг для друга больше источником боли, чем счастья?

Адель сжала кулаки.

— Значит, ты хочешь расстаться?

Егор посмотрел на неё долго, будто надеясь увидеть в её глазах тот самый ответ, который боялся услышать.

— А ты? — спросил он.

Её дыхание перехватило. Она не могла сказать «нет». Не могла солгать.

— Я… я не знаю, — прошептала она.

И в этом-то и была вся суть. Они оба не знали.

Молчание повисло между ними. Оно было оглушающим.

— Я больше не могу жить в этом вечном напряжении, — наконец сказал он. — Мне больно видеть, как ты страдаешь. Мне больно от того, что я сам страдаю.

Адель прикусила губу.

— А ты думал, мне легко? — её голос дрогнул. — Думал, я не чувствую эту пропасть между нами? Но я хотела бороться, хотела спасти это… нас!

— Иногда любовь — это не борьба, Адель, — горько улыбнулся он. — Иногда любовь — это умение отпустить.

Она резко встала, схватившись за голову.

— Как ты можешь так спокойно говорить об этом?! Как ты можешь просто взять и решить, что всё кончено?

Егор вскочил следом, его терпение лопнуло.

— Потому что если мы продолжим, мы разрушим друг друга! — он повысил голос. — Разве ты не видишь?! Мы ссоримся, мы отдаляемся! Ты плачешь ночами, а я не могу больше смотреть, как тебе больно!

Адель вздрогнула.

— Значит, ты… хочешь, чтобы я ушла? — её голос был тихим, почти сломанным.

Егор закрыл глаза, сдерживая эмоции.

— Я хочу, чтобы ты была счастлива. Даже если это будет без меня.

Адель смотрела на него, и в её груди что-то надломилось. Она любила его. Боже, как же она его любила.

Но он был прав.

— Хорошо, — выдохнула она, чувствуя, как её голос срывается.

Она подошла к нему, едва касаясь пальцами его щеки. Последний раз.

— Я тебя любила, — прошептала она.

Егор сжал её руку, закрыв глаза.

— И я тебя.

Она забрала свою руку первой.

Развернулась и ушла.

Не оглядываясь.

Когда дверь закрылась за ней, Егор провёл ладонями по лицу, чувствуя, как горячие слёзы текут по щекам.

Они до безумия любили друг друга.

Но теперь они стали друг для друга воспоминанием.