26

Эсфирь намеренно избегает взгляд короля. Смотрит на эполеты Паскаля, на пуговицы Брайтона, на землю, макушки солдат и восходящее солнце. В груди неприятно жжёт.

Король, сам того не осознавая, сказал правду – она всегда будет принадлежать ему, мечтать о руках, быть его сердцем и душой, вопреки своим псевдожеланиям. Она ощущает себя марионеткой в лапах Хаоса, Всадников, Кровавого Короля. Безвольная игрушка, подаренная королю, чтобы создать сильный союз, укрепить власть, разгромить от его руки Узурпаторов, снова не дать Тьме права голоса, потому что Всадники ставили на наследника Каина, на тёмное создание света. Ему пророчили стать во главе нового мира.

Эсфирь подкусывает губу, украдкой скользя взглядом по рукам короля, которые он держит скрещенными на груди. Выше поднимать взгляд опасно.

Больная мысль вспышкой ослепляет рассудок. Ведь она могла бы принять родственную связь, а вместе с тем и принять его. Могла бы стать для него той единственной, что вечерами после тяжелого дня будет пропускать пальцы сквозь чёрные пряди, что поддержит каждое решение без принуждения.

Могла.

Но он ненавидел её с самой первой незначительной встречи. Помыкал и относился, как к мусору в своем дворце, а сейчас и вовсе повысил до статуса личной вещи. Может, он и чувствовал тягу души к ней. Может, его сердце тоже обливалось кровью и рвалось на части, но ненависть возвышалась над даром любви в несколько существенных раз. И к чему юлить, такой, как он, попросту не умел любить. Его научили любить только собственную страну.

— Где ты была ночью, Эффи-Лу? — тихо спрашивает Паскаль в момент, когда король отвлекается, чтобы что-то объяснить Файяллу и его подчинённым.

— По лесу гуляла, — хмыкает ведьма, нервно одёргивая изумрудный камзол.

Большинство военных снова косились на одежду.

— Всю ночь? — дёргает бровью Кас. — Я почти до утра прождал тебя.

Уголок губы Эсфирь тянется вверх. Если бы она выбрала свои покои, вместо королевских – Паскаль проткнул бы короля мечом, наплевав на титулы и звания.

Жаль, что не выбрала.

— В лесу на меня напал салам. Я развлекалась с ним до утра.

— Эффи!

Паскаль строит укоряющее лицо, параллельно осматривая ауру. Та сверкает, как новая, без каких-либо прорех.

— Он в меня терновую стрелу выпустил, — как ни в чём не бывало пожимает плечами.

— Ну, зато из плюсов – ты не слышала развлечений альвийского короля. Видимо, подцепил себе papilio из местных, — хмыкает Кас, прикусывая изнутри щёку.

Эсфирь с трудом сдерживает себя, чтобы не залиться краской. Не подозревая, что брат всё знает. И более того, не догадываясь, что именно он и стал одним из катализаторов её близости с королём.

— А я-то думаю, что он ко мне не цепляется? Удовлетворён, — хмыкает Эффи, совладав с собой. — Нужно почаще подкладывать под него особей женского пола, глядишь, превратится в нормального.

Паскаль фальшиво хмыкает, сочувственно оглядывая сестру.

— Хорош трепаться, не на прогулке! — выговаривает Брайтон, выразительно глядя на младших.

Паскаль отвешивает шутливый поклон, а Эсфирь делает два шага назад, лишь бы не сгореть со стыда под взглядами братьев. Яркая вспышка разражается рядом с ней. Едкий дым с нотками аниса пропитывает воздух. Проходит не больше секунды, как она чувствует крепкие мужские руки на своей талии.

Панике в лагере не дано случиться, король реагирует мгновенно: вскидывает руку, призывая армии приготовиться. Ржание лошадей затягивает смогом.

— Стоять на месте, иначе не ручаюсь за последствия! — озорной голос слышится отовсюду.

Дым постепенно рассеивается, являя невысокую фигуру. Мужчина стоит в нескольких тэррлиях от последней палатки, крепка держа в объятиях Верховную Ведьму Кровавого Короля. Его яркие рыжие волосы будто бы покрыты копотью, а неестественные чёрные глаза мерцают безумством. Улыбка мертвеца красуется на аристократичном лице. Внезапно он перемещает ладонь под щёку, нежно поглаживая кожу Эсфирь.

— Кванталиан?

Она улыбается так искренне, что в глазах Видара вспыхивает настоящая ярость. Себастьян, быстро отметив перемены в друге, неопределённо хмурится, готовясь к худшему раскладу.

Видар плотно стискивает зубы. Это должно было случиться ещё вчера, в лесу. Бес должен был спасти её от Охотника, он должен был утащить её в замок к королю Третьей Тэрры. За этим, демон их дери, не должен наблюдать весь лагерь, и он в том числе.

Его бесит ситуация, вышедшая из-под контроля. Но больше всего раздражает её улыбка. Когда она улыбалась Себастьяну, и тот терял голову, он знал, что может пресечь их общение в один миг. Но сейчас. Сейчас он должен следовать демонову плану, должен выжидать, как цепной пёс, не смея вырвать свою ведьму из рук беса. В тайне мечтая, что, когда всё закончится, она так же улыбнётся ему. Зная, что такого никогда не произойдёт.

— Я скучал, Луна! — нагло хмыкает бес, а затем с жаром целует Эсфирь в губы.

Она в замешательстве пытается сделать шаг назад, но замирает, чувствуя на губах привкус терновника и холода, будто её обдало лёгким ветерком. Бес решил обездвижить её... На дне зрачка мерцает хитрость. Что же, она примет условия игры.

Эсфирь осматривает его. Привычного длинного шрама на щеке нет, как и в целом ни единой родинки или морщинки. Эффи закатывает глаза. Ну, конечно, трус Кванталиан отправил вместо себя двойника-проекцию, пользуясь магическим арсеналом фокусов. Настоящего беса здесь нет.

— Командуйте стрелкам, генерал Себастьян!

Эсфирь слышит ухмыляющийся голос Видара. Доля секунды, чтобы осознать, насколько её жизнь никчёмна для короля.

— Дёрнешься, и я убью её, — ухмыляется Кванталиан. — В ней уже прорастает терновник.

Ведьма переводит настороженный взгляд на беса. Тот смотрит лишь на Кровавого Короля, будто внушительной армии, способной исполосовать их к демоновой матери, не существует.

— Сукин ты сын! — шипит Брайтон, сильно стискивая зубы.

— Ты не ту тактику выбрал, Кван, — Эсфирь шепчет бесу одновременно с выкриком брата.

С каждым словом она старается замедлять речь и движения в принципе, чтобы Кванталиан поверил ей.

— Думаешь, она важна для меня? — расслабленно улыбается Видар.

Но сердце. Демоново сердце трясётся. Снова. В страхе. В гневе. В ярости. Он не знает, как с ним управиться. Оно словно сошло с ума, обезумев от одной лишь улыбки другому, от мысли, что она сейчас исчезнет с ним. А там всё пойдёт не по плану, как вчерашней ночью, когда сорвался за ней. Он никогда не боялся чувств, презирал страх и привязанности, но сейчас... Сейчас он боялся, что она сбежит со своим бесом, наплевав на узы партнёрства, наплевав на него самого.

Эсфирь медленно прикрывает глаза. А пусть стреляют. И к лучшему. Не придётся искать Старожилов. Не придётся истекать любовью к Видару. Она покинет мир. Но, вслед за ней, и Видар скончается от разрыва сердца. Холодная усмешка касается губ Эсфирь. Так ему и надо.

— Думаю, если бы она была не нужна – мы бы были мертвы, — нагло улыбается бес-копия. — Смотри, Кровавый Король, когда она приведёт к тебе армию саламов и самого короля – тогда она приведёт сюда смерть.

Видар раздраженно дёргает носом, пока Поверенные бросают на него осторожные взгляды.

Последнее, что видит Эсфирь – уверенный взгляд короля.

Дымный смог окутывает их, растворяя в себе.

Стрелки в замешательстве переглядываются с солдатами. По Теневому отряду прокатывается волна недоумения. Их Верховной и след простыл, а король стоял с расслабленным видом и безмятежной ухмылкой на губах. А вместе с ним, с таким же невозмутимым спокойствием, его Поверенные.

Первым отмирает Паскаль, бросаясь на альвийского короля.

— Вот, что ты имел в виду под её отправлением к хреновым саламам?!

— Умерь пыл своего брата, — Видар обращается к Королю Пятой Тэрры, и, одновременно с тем, невозмутимо отходит в сторону, ловко минуя разъярённого Карателя.

— Генерал Бэриморт! — Брайтон строго обращается к брату, в тайне ликуя, что тот не слушается.

— Какого, нахрен, демона ты позволил этому случиться?!

Паскаль делает ещё одну попытку, всё-таки хватая Видара за лацкан камзола. Даже не подозревая в слепом гневе, что король позволил ему это сделать.

Видар с напускным спокойствием поднимает ладонь, говоря своей армии, что всё под контролем. Он внимательно осматривает Паскаля, с ужасом осознавая, насколько они похожи с сестрой.

— Какого демона?! Я тебя спрашиваю! Какого демона ты снова не посчитался со мной, далбанный ты альв! — Видар медленно моргает, стараясь вышвырнуть из головы голос ведьмы. — Какого демона ты не рассказал ей о своём плане? — звуки снова обретают голос братца.

— Моя Верховная лишь выполнит задание, — Видар растягивает губы в улыбке.

— Ты решил сделать из неё приманку? У тебя есть мозги в голове?

— Всё хорошо, — Видар снова кивает своей армии. — Она лишь своим присутствием вызовет в саламском короле тщеславие. Ведь поймали мою Верховную. Он захочет реванша и притащит её к нам, на поле боя, чтобы я видел, кого упустил. Так что да, мозги у меня есть. Завидовать не стоит, это дурной тон.

— Ты хренов идиот! — глаза Паскаля полыхают тем же безумством, что и глаза его сестры. — А ты! — он обращается к брату. — Полный придурок, если считаешь, что она такое простит!

Брайтон тупит взгляд. Список немилости Эсфирь расширялся с каждой секундой. Соврав однажды – он уже не мог остановиться, искренне считая, что делает это во благо.

— А ты – щенок, что руководствуется горячим рассудком... — От Видара веет непривычной альву малварской мерзлотой. — Поэтому ты никогда не станешь королём, Паскаль. Для тебя это станет невыносимой ношей.

— И слава Хаосу! — яростно выплёвывает Кас. — Лучше быть без королевства вовсе, чем такими оледенелыми идиотами, как вы двое!

Он делает шаг назад, словно в первый раз видит королей. Да, он тоже не без греха, возглавлял самую кровожадную армию Малвармы. Но, демон, он никогда бы не позволил себе отправлять на явные пытки ту, которую любит всем сердцем – какая бы цель за этим не стояла. Паскаль неодобрительно качает головой.

Знай Видар, что она бы разнесла всю Тэрру в пух и прах только по одному его зову, потому что ему так хочется, повторил бы свой поступок? Раскаялся бы в содеянном? Король боялся её непокорности, но бояться нужно гнева.

— Тормози, Паскаль! — Брайтон равняется с Видаром. — Иди, подыши. Приведи мысли в порядок, а затем подготовь Карателей к битве. Это приказ.

Старший брат ненавидел себя даже больше, чем младший сейчас ненавидел его.

— Так точно, Мой Король, — сквозь зубы проговаривает Кас, а затем натянуто улыбается, еще раз скользя взглядом по Видару. — Немыслимо... Из всех существ на этом шаре именно ты. Немыслимо нахрен...

Он уходит, оставляя Видара в замешательстве. С ощущением пробитой дыры в грудине.

Видар зачем-то заверяет Брайтона:

— Она не даст себя в обиду.

— Ты уже сказал мне это вчера, — сухо кивает тот, а затем разворачивается в сторону палатки.

Лагерь начинает готовиться к наступлению саламов.

— Ваше Величество! — Себастьян догоняет Видара. — Дальше по плану работаем?

— Это точно была проекция Кванталиана? — уточняет Видар, наблюдая, как с ним равняются Файялл и Изекиль.

— Абсолютно. Нас в этих лесах не найти, — отвечает Себастьян. — Он двигался по запаху Эсфирь, но нас не почуял, как и не почуял, какая именно численность прячется в лесах. Судя по тому, что говорил он только с тобой – лишь ты попал в поле его зрения.

— Почему она не ушла вчера? — раздраженно спрашивает Изи.

— Она ушла, — в тон ей фыркает Файялл. — Но видимо решила вернуться.

Видар нервно подкусывает щёку. Он пустил под откос идеальный план.

— А ты не мог проследить, чтобы она осталась там и подкупленный салам взял её? — В её глазах сверкает огонь.

— У меня целый отряд ждёт приказов! Я что похож на идиота бегать за ней?

Видар едва заметно ухмыляется. Это он был тем самым идиотом, у которого при виде ведьмы отключался мозг.

— Более чем, Фай! — закатывает глаза Изекиль. — Твоё счастье, что, он увидел одного Видара. Только вот бесёнок вообще не должен был узнать о нём!

— Бес – это случайность, не более, — хмыкает Видар. — Если бы он не оказался при дворе Энзо – мы бы положили их всех, чего так не хочется нашему белоручке-малварцу, — небрежно пожимает плечами.

Да только всё это напускное. Он корил себя за слабость. За огромную промашку перед целой страной.

— Давайте так – я думал он в принципе не появится, — пожимает плечами Себастьян.

— Но появился. План сработал, хотя и криво, — удовлетворенно хмыкает Фай, но тут же хмурится.

— Случайность или нет, но везение точно, — улыбается Изи. — Я даже представить не могла, что у неё действующий роман с этим бесом.

— Это не роман, Из, — фыркает Баш. — Это неадекватные отношения.

— С каких пор трахаться – это неадекватно? — с губ Файялла слетает смешок.

Видар сильнее закусывает щёку. Интересно, как давно они виделись в последний раз? И какова вероятность, что сейчас у них не вспыхнет страсть? Да, какого демона он вообще думает об этом!

— Хватит! — Видар осекает их резче, чем сам того хотел. — Позанимайтесь чем-нибудь, а!

— К слову о соитиях, кому-то бы не помешало, — Себастьян задорно играет бровями, получая от Видара локтем по ребрам.

— Придурок!

— От придурка слышу, — фыркает тот в ответ. — Всё, я серьёзно, тема закрыта.

Изекиль поднимает ладошки, сворачивая к своей палатке, а Себастьян удаляется к офицерам.

— Видар... — Файялл окликает Видара. — Если я пойму, что они причинили ей сильную боль, я прошу разрешения на особые условия их казни для Теневого отряда.

Просьба друга ошарашивает короля. В первые несколько секунд он медленно моргает, а в оставшиеся понимает, что в таком случае самолично разнесёт эту Тэрру.

— С чего вдруг? — холодно роняет он.

— Я признаю её Моей Верховной. Она сегодня полностью доказала верность нам, — пожимает плечами Фай, видя растерянность на лице друга. — Не говори, что ты не знал!

— Не знал чего? — настороженно спрашивает Видар.

— Ну... — Фай озадаченно чешет затылок. — Терновник для Верховной не опасен. По крайней мере, для этой.

— Что? — зрачки Видара расширяются.

Что этот Фай, демон его дери, несёт?

— Она принимает его по капле каждое утро. У неё типа иммунитет. Да не смотри так на меня! Я просто как-то флакончик увидел на кухне тётушки До. Она сказала, что это ведьмы. Я... думал ты знаешь...

Видар с минуту молчит, отвернувшись, а затем, словно вспомнив о безумно важной вещи, поворачивает голову на Файялла.

— Что такое? — неопределённо дёргает бровями тот.

— Кажется, я забыл отвар.

— Какой отвар? — неопределённость сменяется настороженностью.

— Кошмары мучают, — ухмыляется Видар. — Вот же ж демон...

— Может, по старинке, свежими травами? Могу принести.

— Лучше сигаретой, — Видар хлопает капитана по плечу, а затем скрывается в палатке.

Странно, он точно помнил, что клал флакончик во внутренний карман... Но к демону отвар! Образ ведьмы снова прокрался в мысли, вытеснив всё и вся.

Она подыграла двойнику-бесу. Стояла недвижимо, не боясь стрел. Знала, что он не сможет отдать приказ? Поняла его план? Или попросту хотела умереть? В любом случае, она позволила бесу забрать её. Позволила думать ему, что обезврежена. Самолично отправилась в логово старого короля.

Видар проводит ладонью по лицу. Она определённо точно всё поняла. И пошла исполнять приказ. Ему стоит радоваться... Но тогда почему сердце так ноет?

Может, потому что шанс на побег запредельно возможен?

Закурить. Срочно.