Глава 22
25 июня 2020, 11:46Pov AmaliaСегодня я поняла, мы того не замечая, перешли на новый уровень «отношений». Хотя думаю, Арман, давно это предвидел и стремительно добивался задуманного. Теперь я стала чуточку смелее, хотя нет, я стала не смелее, а сильнее, ведь терять мне было уже нечего. Да, моя девственность осталась давно позади. Почему же для меня было это так важно? Потому что это единственная вещь полностью принадлежавшая мне и зависящая от меня. Так мне казалось. У меня не было семьи, чтобы дорожить ею. Не было друзей, не считая Киры и то, с ней я была не так долго. У меня не было дома, даже домашнего питомца не было. И мне нужно было найти что то, чему я бы придала ценность и что бы оберегала. Нет, я не монахиня, но мне хотелось чего то своего, что я бы могла подарить дорогому мне человеку. Как забавно, но в итоге этот подарок достался человеку, который дорого обошёлся мне. Так что да, это было важно для меня, но совсем с другой стороны. Однако, я помню, все что нас не убивает, делает нас только сильнее. Так и здесь, он забрал это, забрал единственное что у меня было, но теперь я могла полноценно вступить в его игру, не боясь потерь. Он эмоционален, он агрессивен, и я могу контролировать эти эмоции. Ну так мне кажется. Когда ты играешь в игру с кем то, то есть два варианта, бороться за выигрыш или насладиться игрой. Спорный момент, ведь казалось у меня не было ни того, ни другого. Выигрыша мне не видать точно, но вот удовольствие зависит от меня и моего поведения. А значит это мой единственный вариант.
С такими мыслями я спустилась на первый этаж и смиренно села в машину. Сегодня это чёрный Roll Royce. В машинах я мало что понимала, но эта выглядела потрясно. Как чёрная пантера, такая же грация и стиль. Внутри все было обтянуто бежевой кожей, которая мягко подстраивалась под твоё тело.
Я села рядом с Арманом, нас разделяло лишь ещё одно место. Он был на удивление спокоен, ни слова мне не сказал. И впервые я не боялась этой тишины, мне не казалось, что это затишье перед бурей или что он зол на меня. Он был спокоен, расслаблен и невозмутим. В руках он держал очередную газету, которой был увлечён. Я же смотрела на него, пытаясь не вызывать подозрений, а потому делала вид, что смотрю в его окно. Тем более он совсем не обращал на меня внимания, ни то что бы мне это не нравилось, но все же.
- Амалия, ты всю поездку будешь разглядывать меня? - грубый голос вырвал меня из моих мыслей. Ах, посмотрите-ка, он даже не оторвал свой взгляд от газеты. Даже не взглянул на меня.
- Эм что? Я вообще то не на тебя смотрела, а в окно. И вообще.. - я пыталась отвести подозрение, но все было четно. И самое главное, он даже не поднял на меня глаза, хотя слушал что я говорю.
Честно, что то во мне не давала покоя. Я была зла, ведь мы ехали уже минут 20, а он не обращал на меня никого внимания. А я ведь уже нацелилась, что буду достойным соперником в его играх. Теперь же он перестал замечать меня, отлично.
- ... Вообще то меня укачивает в машине, так что мне необходимо срочно лечь. Тем более уже позднее время, и я не намерена нарушать свой режим сна из за твоей газеты!- я была заведена, я была как ребёнок. С этими словами я сняла обувь и улеглась ему на колени.
Наконец на его лице пробежались эмоции, сначала непонимание, а затем что то наподобие радости. Я же уже лежала головой на его коленях, с специально закрытыми глазами, свернутая клубочком, и при этом в душе победно улыбаясь. Я перевернулась на бок, ведь свет от лампы, которая была включена Арманом для чтения, светил мне прямо в глаза. Но я не собиралась сдаваться, ведь он все так же продолжал читать.
Недолго полежав, я начала ерзать, тем самым вызывая его раздражение, но в тоже время и желание. Лёжа на коленях у мужчины, вы чувствуете как он всеми силами пытается не возбуждаться. Да да, ведь ваше личико, так близко к этому заветному месту, что если не ваша, то фантазия вашего мужчины быстро возьмётся за работу. А когда ты начинаешь двигаться, даже издавать хоть какие то малейшие движения, то берегись, ведь его тело уже передаёт импульсы в мозг, который будет стараться сдерживать их всеми силами, однако никто из вас не может знать, что окажется сильнее.
Арман делал вид что он в порядке, он все так же не отводил взгляд от газеты, но я знала, что ему сложно. Сложно сдерживать себя.
Поворочавшись ещё пару раз, терпение Армана начинало давать сбой.
- Амалия, ты можешь лежать спокойно и не отвлекать меня - он сказал это строго, как злобный учитель. И признаюсь, это сравнение вызывало мурашки по моему телу. Напомню, по моему максимально изувеченному телу. Но тело есть тело, и возбуждаться оно может в любом состоянии.
Его строгость раззадорила меня ещё больше, но я не могла переходить границу. Кто знает, может он не прислушается к словам доктора и поимеет меня прямо здесь. А это нельзя допустить.
- Это ты виноват! За окном уже ночь, а ты тут включил свет и решил почитать. Как мне уснуть, если твой бесячий светильник мешает мне?!- да детка, режим недовольного ребёнка был включён. Что это? Может у меня скоро должны пойти месячные? Или почему я так себя веду? Почему играю в эти игры?
Он аккуратно сложил газету пополам. Вальяжно отложил ее в сторону и уставился на меня.
- Скажи мне, дорогая моя, ты хочешь чтобы я разозлился и поимел тебя? Разорвал на тебе этот чёрный шёлк. Нагнул тебя раком, одной рукой держа за волосы, а другой снимая твои трусики. Прошёлся бы руками по твоему телу, смотря на оставленные мною узоры, а затем вошёл бы во всю длину и трахал бы тебя до нашего приезда. С перерывом на перекур, пока ты бы делала свои отчаянные глотки воздуха, а я бы уже думал куда бы на этот раз кончить, ведь ты бы и так была бы уже переполнена моей спермой. Это тебе по нраву, любимая?- на его лице появилась ухмылка, ухмылка принадлежавшая только ему, ухмылка того, кто всегда остаётся победителем. Он прекрасно знал, что его слова и ранили меня, делали больно, заставляли вспоминать прошлые ночи, и возбуждали. Он знал это, и потому так легко дергал за нужные ниточки.
Я злобно развернулась на бок и теперь смотрела на перегородку из темного стёкла, которая разделяла нас и водителя. Я уже думала, что на этом мы закончим наш разговор.
Однако, спустя минуту его рука опустилась мне на плечо. Будто тяжелый камень. Его ладонь сжала мое плечо, от чего я захватила дыхание, было довольно больно, у меня даже промелькнула мысль, что он вполне может сломать мне что-нибудь. Но я понимала, что он точно этого не хотел. Так что мне оставалось лишь лежать с зажмуренными глазами и следить за каждым его движением.
Его ладонь спускалась ниже, проходя по руке, а затем опускаясь на мои ягодицы. Но и там он не остановился. Дрожь прошла по всему телу, доходя до спинного мозга и заставляя испытывать холод. Его же горячая рука проникала под мою рубашку, так медленно и осторожно, словно змея. Которая вот вот и укусит.
Говорят сердце девушки находится в животе, разумеется в переносном смысле. То есть душа обитает именно там. Так говорят, и я начинаю в этом убеждаться. Вроде бы что такого, живот и живот. Но когда его рука находится на нем, мир внутри меня рушится и воскресает в один момент. Все бабочки в моем животе отзываются и начинают порхать, вызывая очень бурные и непонятные ощущения. И это не мысли о сексе, не узел завязывающийся при возбуждении, это нечто куда глубже. Ты словно в тумане, но рука такая горячая и тебе так тепло, что ты находишься словно под эффектом. И этот эффект, эффект его рук. Чего бы они не касались, все подчинялось им. Не нужны были слова, не нужны и деньги. Ты сразу понимал, кто в этом мире хозяин, и это был он. Он, чья рука сейчас чувствовала мое сердцебиение, и сердце в этот момент билось не потому что должно, а потому что он этого хотел. Мое сердце всегда приклонялось перед его желаниями. Вы подумаете, о Амалия ты влюбилась, но нет. Влюбленность это пустяк, сегодня есть, а завтра нет. На ней ничего нельзя построить и ничего нельзя удержать благодаря ей. Это же ощущение, ощущение будто ты нашёл то, что искал. Будто испытал свою судьбу. Это совершенно не людское ощущение, это что то на грани молекулярной связи. Как бы ты не желал, все его естество доказывало что он сильнее, а ты.... ты принадлежишь ему, совсем не в физическом, хотя и это тоже, но и на более глубоких уровнях . Здесь все мысли о том, что ты сильный и независимый растворяются. Растворяются и убеждения, что ты не нуждаешься в мужчине, что тебе и одной хорошо. Все уходит и ты остаёшься наедине с тем, что творится на самом деле. Мы все кому то принадлежим, и иногда это могут быть плохие люди, которые любят причинять боль и страдания, такое правда бывает. Ведь это чувство не ведёт за собой любовь, и это может быть проблемой. Но глупо отрицать это чувство, эти ощущения. Ты всегда будешь знать, не нужно ни время, ни ещё что то, с первого момента, с момента как он коснётся твоего живота, ты понимаешь. Понимаешь, кому ты принадлежишь, кто твой пазл в этой проклятой судьбе. И если это мудак, то уходи, будет сложно, но ты сможешь, ведь возможно единственный уровень над которым он не властен, это духовный. Духовно ты ему не принадлежишь, ведь это уровень любви. И поверь мне, любовь может быть гораздо сильнее чем это. Да ты не испытаешь конкретно это ощущение с другим человеком, но поверьте это ощущение не внушает счастья, даже наоборот ты начинаешь немного бояться. Бояться что вот ты такая самостоятельная, и в друг все твои убеждения рушатся и ты понимаешь, что какой бы ты не была, ты принадлежишь ему. Это страшно, так что наверное я завидую людям, кто не встретит такое в своей жизни. А тем кому «посчастливилось» либо идти наперекор судьбе, либо гордо и усердно бороться за неё.
Я уснула, наконец то. Я была совсем ещё слаба, физически, мне нужно хорошенько восстановиться, чтобы смочь как то через это пройти. Так что сон сейчас был просто необходим.
Pov Arman
Мы ехали уже пару часов на моем Rolls Royce, Амалия смиренно спала у меня на коленях, я же не переставал работать. Я видел как она злилась, что я не обращал на неё внимание, но ещё больше ей не нравилось, что она так реагирует. Мне же было довольно забавно.
С ней я совсем отвлёкся от дел. Потому сейчас наступало время усердной работы. То чем я занимаюсь возбуждало меня, да, но ничто не возбуждало меня так, как ее вид ,когда она хочет меня.
Я отложил бумаги и взглянул на неё. Ее тёмные волосы рассыпались по моим ногам, губы были слегка приоткрыты. Она лежала на боку, но так чтобы я мог лицезреть ее невинное личико. Да, она была ангелочком, по крайней мере для меня. И Боже мой, вы не представляете как это приятно, когда ты трахаешь ее, выбивая из неё стоны и мольбы о пощаде. Когда ты видишь ее зареванные глаза, потому что твой член слишком велик для ее горла. Это ангел, но я трахаю ее так, что она попадает в ад.
Моя рука опустилась на ее талию. Медленно я залез ей под рубашку, я не хотел ее будить, действовал тихо. И вот моя ладонь снова у неё на животе. Я чувствую как поднимается ее животик, когда она дышит. Но теперь мне хочется идти выше.
Я веду руку выше, медленно, вырисовывая узоры. Ее дыхания учащается, а значит она возбуждается. Мой ангелок хочет меня даже во сне. Я накрываю ее маленькую грудь рукой, чувствуя как ее затвердевший сосок упирается мне в кожу. Она начинает ерзать, тем самым переворачиваясь совсем на бок. Это было мне не по нраву, ведь теперь большая часть ее лица лежала на моих коленях, и я не мог видеть как она поджимает губы или как морщит брови, все ещё не понимая, что мои руки нагло лапают её.
Поглаживая сосок, я начинал терять контроль. Ее грудь была не большая, я бы сказал маленькая. Она с лёгкостью умещалась у меня в руке, и признаюсь мне это нравилось, ведь я мог закрыть всю ее грудь, и никогда не выпускать ее из рук. Прокручивая разные мысли, я был на взводе. Меня бесило то, что я вынужден ждать ее восстановления. Какая мне должна быть разница, если у неё ещё что то разорвётся. Я найму лучших врачей и снова они ее подлатают. Мне нет дела до слов врача, я привык получать то что желаю немедленно. А здесь мне приходится ждать.
Не сдержавшись я сжал ее грудь, впиваясь подушечками пальцев в ее нежную кожу.
Она дёрнулась, максимально сжавшись в клубочек и простонала от боли.
- Шшшш, спи, все хорошо - я ослабил хватку, и поцеловал ее в лоб, ядовито улыбаясь.Она же послушно расслабилась, так и не проснувшись.
Люблю когда она слушается. Она такая наивная, спит у меня на коленях и даже не знает о том, какие мысли приходят в мою голову. Она слушает мой голос и беспрекословно выполняет то, что я скажу.
Питавшись своими мыслями, я развернул ее поудобней. Как куклу. Моя рука теперь направлялась к следующей остановке. Неторопливо спускаясь ниже пупка, выжидая ее реакции, я просунул руку в ее шелковые штанишки, а затем и под трусики.
Она выгнулась мне на встречу, но как только я коснулся клитора, она заволновалось. Я чувствовал ее волнение, она крепко спит, но тело отзывается на мои прикосновения и она понятия не имеет что здесь происходит. Хах, после морфина сон всегда очень крепкий.
Немного подождав, дав ей привыкнуть к знакомым пальцам, я шёл дальше. Мое дыхание участилось, это была и пытка для меня. Я делал все осторожно, хотя хотел порвать ее на кусочки.
Закрыв глаза, я вошёл в неё одним пальцем. Средним. Резко. Она дёрнулась, и все внутри неё сжалось. Ее внутренние стенки там, обхватили мой палец. Она вот вот проснётся, ведь ей больно. Она начинает выгибаться, пытаясь отдалиться от меня.
- тихо тихо тихо, я рядом с тобой- я шептал ей на ухо эти слова, обжигая дыханием. Как только ее мозг распознал чей этот голос, она тут же открыла глаза.
Амалия машинально отвернулась от меня, от чего я не видел ее взгляд. Она была такая мокрая, что уверен ей было стыдно. Мой же палец все ещё был в ней, и на подходе у меня был второй. Я не намерен останавливаться. Просунув второй палец, я рывком ввёл их чуть глубже.
- Нет, прошу тебя - незамедлительно последовала ее реакция. Она сжимала все внутри, пытаясь облегчить боль, но это лишь заставляло ее течь как сучку.
- Что нет, малышка? - я заводился все сильнее. Мои пальцы начали медленно двигаться. Так медленно, что это было просто невыносимо для неё. - Разве ты не течёшь от моих рук? Разве тебе не нравится то, что я делаю? Ты даже во сне готова кончать лишь по одному моему слову. Разве не так? - я говорил и каждый раз ускорялся, видя как волны наслаждения окутывают ее тело.
От моих слов она зажмурилась, я знал что ей не приятно это слышать. Потому что это ещё раз доказывало, что всё в ней - моё.Но она заводилась, закусывая губу, каждый раз как я входил и выходил из неё.
Она ничего мне не отвечала, но была уже на пределе. Она бы кончила прямо здесь, но я вынул пальцы и она в непонимании открыла глаза.
Одной рукой я схватил ее за скулы, разворачивая к себе. Достал два пальца, которые были полностью в ее соках и облизал.
- Ну если ты просишь, любовь моя - сказал я, отпуская ее голову.
Пока она все ещё была в недоумении и приходила в себя, я надел на неё трусики и натянул штанишки.
Когда я был в ней, то я чувствовал нитки, только лишь они остановили меня. Снятие швов ещё только в конце недели,но это единственное что ее спасало. Если я разорву ее здесь и сейчас, то велик шанс что она истечёт кровью быстрее, чем приедет мой врач.
- Ты совсем больной? Я ведь спала, как ты мог так со мной поступать? - она перевернулась на бочок, теперь смотря мне на рубашку. И злобно уставилась на меня.
- Может и больной, кто знает. Ну тогда ты не лучше, раз течёшь так от психа - сказал я наклонившись к ее лицу.
Моя рука пробежалась по ее щеке, задерживаясь на ее прекрасных губах.
- Твоё место в психушке, псих -
Ее словам я был совсем не удивлён. Моя девочка смелая, пока ее швы не сняли. Улыбка с моего лица сползла, оставив за собой лишь ухмылку. Я похлопал ее по щеке, как шлюху которая хорошо отсосала. Она не успела ничего мне ответить, как я взял стопку документов и продолжил работать, с полным безразличием.
Амалия же не смела даже вставать. Она лежала лицом в мою сторону и ее дыхание проникало мне под рубашку, знатно щекоча нервы. Но все же работа была важнее. Ведь мы едем в Детройт.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!