Глава 23.

В гостиной Слизерина за письменным столом сидела темноволосая девочка и пыталась дописать третий свиток эссе по трансфигурации. Но, очевидно, профессору МакГонагалл было не суждено получить ее работу. А дело было в том, что рядом со столом стоял черноволосый мальчик в круглых смешных очках. Он, усиленно жестикулируя (при этом совершенно случайно пару раз смахнув чернильницу со стола), пытался донести до подруги свою проблему.

– Пэнси, Рождество через десять дней. Десять! – при этом он, видимо, решив, что девочка плохо его понимает, показал десять пальцев. – А мы не устроили ни одной шалости! – Гарри был расстроен. – Мы ведем себя отвратительно хорошо. Нам даже отработок не назначают!

– Тебе мало дополнительных занятий у нашего декана? Подумай о празднике.

– Вот о нём-то я и думаю. У Уизли просто праздник!

– Он что, опять доставал тебя?

– Да. Подкараулил после травологии. Вы же меня не дождались! Ну и... в общем... Не хочу говорить об этом, – Гарри устроился в кресле у камина. – Где бродят Драко и Блейз?

– Они в библиотеке, – Пэнси подошла и села напротив. – Ты письмо родственникам отправил?

– Нет. Но я его уже написал, – мальчик порылся в сумке, стоявшей рядом с ним, и протянул Пэнси конверт. Та достала из него пергамент и принялась читать.

– Хм-м... Мне кажется, можно кое-что добавить.

– Может, рассказать им про тролля?

– Нет, это лишнее. Кто ещё читал письмо?

– Никто, ты первая. Я его на чарах написал.

В этот момент проход в гостиную Слизерина распахнулся, и в него ввалились (в прямом смысле этого слова) двое рассерженных первокурсников.

– Я убью Уизела! – Драко в гневе швырнул сумку в угол. – А убивать я его буду очень-очень медленно.

– Вставай в очередь, первым его будет убивать Гарри.

– А может, вместе? Тогда и Блейз к нам присоединится, – Драко провел рукой по волосам.

– Ну, и что он вам сделал? – Пэнси приготовилась выслушать новую историю.

– Он... он... он...

– ...Он проехался по нашим родственникам, – Блейз опустился на пол возле камина. – Он может обзывать нас, но когда это касается наших родных...

– Так. И что мы будем делать?

– Месть! Страшная месть по-слизерински.

– Декан нас убьет.

– Если он узнает, – Гарри привстал в кресле; в его глазах разгорался такой знакомый озорной блеск. – Если узнает! Мы и так слишком долго были хорошими.

– Ну и как ты собираешься провернуть это?

– Для начала следует узнать, чего Уизел боится больше всего на свете, – Гарри обвел друзей лукавым взглядом. – Это будет нашим подарком на Рождество для самих себя.

– Ну что, пишем близнецам? – Пэнси протянула руку к своим вещам. – Кстати, необходимо еще разобраться с твоим письмом Дурслям.

– Неужели ты его написал? А я уж начал бояться, что праздник ты хочешь встретить с ними.

– Уймись, Драко.

– Простите, меня этот Уизел достал. Никак не могу успокоиться.

– Мальчики, давайте подготовим письмо Дурслям. Гарри, бери пергамент и перо.

Подростки задумались. Как же правильно написать? Ведь если не будет разрешения, то не будет и поездки в Малфой-мэнор и, скорее всего, на каникулах Гарри отправится или к родственникам, или же останется в школе под присмотром директора.

Через час перед ними лежало довольно длинное послание:

«Дорогие тетя Петунья и дядя Вернон!

У меня все хорошо, просто замечательно. Меня научили всяким веселым и интересным заклинаниям. В общем, жизнь наладилась.

Представляете, здесь я не просто известен, я сверхзнаменит. В школу началось настоящее паломничество магов, которые хотят увидеть меня, поговорить со мной (помните, как мы с Дадли смотрели по телевизору про папу Римского? Так вот, со мной - то же самое!).

Меня расспрашивают и про вас: как вы ко мне относитесь, как мне живется в вашем доме. Да, их это очень интересует. Кстати, представьте, у меня появился новый питомец – змея. Она такая прикольная! Я ношу ее на руке, и она всегда спит рядом со мной. Правда, она очень любит переползать с места на место, но, в конце концов, всегда возвращается ко мне.

Как вы знаете, через десять дней наступит Рождество, а потом начнутся зимние каникулы. В прошлом письме вы сообщили, что я могу отправиться к друзьям. Но директор нашей школы настаивает на том, чтобы я провел каникулы с вами. Конечно, для вас это будет хлопотно, но, боюсь, никуда нам от этого не деться. Правда, мой декан, профессор Снейп против того, чтобы я ехал к вам, но директор, к сожалению, решил по-другому. Так что ждите. Я еду к вам не с пустыми руками.

Ваш любимый племянник Гарри».

– Простенько и со вкусом, – Гарри помахал пергаментом, чтобы чернила высохли побыстрее.

– Когда отправим?

– Если никто не возражает, то сейчас. Ещё предлагаю написать близнецам.

И, засмеявшись, друзья взялись за второе письмо.

Вот уже почти четыре месяца каждое утро у Петуньи Дурсль начиналось хорошо. Проводив мужа на работу, она устраивалась у открытого окна и принималась шпионить за соседями. Это было её главной задачей. И с момента отъезда детей в школу, ничего не отвлекало её от этого увлекательного занятия. Правда, скоро должен был вернуться Дадли. Как же она по нему соскучилась!

Петунья прошла в кухню и, взяв толстую книгу «1001 рецепт для хозяйки», принялась выбирать, что бы такого особенного приготовить для любимого сыночка. Он же так соскучился по домашней еде! Правда, в прошлые выходные он не выглядел истощенным, но мать-то лучше знает, что нужно её ребёнку.

Именно в этот момент в кухню через приоткрытое окно влетела полярная сова.

– Нет! Нет! И еще раз нет! – она схватила полотенце и попыталась выгнать наглую птицу, но та, посмотрев на женщину осуждающим взглядом, бросила конверт прямо на стол. После этого сова взлетела на самый высокий кухонный шкаф и принялась ждать. Петунья, устав носиться кругами, размахивая полотенцем из стороны в сторону, устало опустилась на стул и хмуро уставилась на конверт.

– А если я его не прочитаю? Возьму и случайно брошу в огонь? – странно, но Петунья адресовала свои вопросы сове.

Та, как будто поняв, о чем идёт речь, пару раз ухнула.

– Да, пожалуй, ты права: он же снова напишет.

Сова снова ухнула.

– Тогда, – Петунья в ужасе взирала на конверт, – тогда я позвоню Вернону.

И она пулей вылетела в гостиную звонить мужу на работу. Тот, как, оказалось, иногда мог соображать на редкость быстро, и через каких-нибудь полчаса ворвался в дом.

– Пет, где ты?

– На кухне, дорогой.

Он прошёл на кухню и увидел свою жену, понуро сидевшую за столом. Прямо перед ней стояла бутылка ликера и рюмка. Вторая рюмка стояла перед полярной совой. Насколько Вернон помнил (а помнил он хорошо), эта птица принадлежала его племяннику.

– Пет, милая, с тобой все в порядке?

– Конечно, а почему ты спрашиваешь?

Решив, что сейчас не лучшее время, чтобы вдаваться в подробности, Вернон спросил:

– И где оно?

– Вот... – Петунья взяла письмо и передала его мужу.

Вернон вскрыл конверт и, бросив на сову недобрый взгляд, принялся читать. К концу письма он покраснел и, схватив рюмку, стоявшую возле птицы, залпом опустошил её.

– Нет, Пет, я не хочу, чтобы он был здесь.

– Я тоже, Вернон, но что же нам делать?

– А мы напишем его декану о том, что у нас нет возможности принять Поттера. Петунья, милая, принеси письменные принадлежности.

Утром в Большом зале Гарри сидел за столом и размазывал кашу по тарелке.

– Знаешь, Гарри, от этого вкуснее она точно не станет.

– А вдруг? – и Гарри снова принялся за свою тяжелую работу. Ну что же делать, если он не любил манную кашу, а сегодня на завтрак была именно она?

– Ладно тебе. После зельеварения сходим на кухню и попросим что-нибудь более или менее съедобное, – Драко хлопнул друга по плечу.

- Менее – уже некуда.

В этот момент в зал с громким уханьем ворвались почтовые совы.

– Хедвиг нет? – не поднимая головы, поинтересовался Гарри.

– Есть. Но... – Драко замолчал.

Это крайне заинтересовало Гарри, и он наконец-то смог оторвать глаза от каши.

Его сова влетела в зал, но направилась не к его столу, а к столу преподавателей. А если точнее, то к его декану.

– Я не понял, что это с ней?

А в это время Хедвиг, подлетев к декану Слизерина, бросила письмо прямо ему в тарелку.

Сову Гарри узнали многие. Альбус Дамблдор не спускал с письма пристального взгляда. Северус Снейп невозмутимо вытащил конверт из каши и, очистив его заклинанием, убрал в карман.

– Северус, мальчик мой, это же сова Гарри?

– Да, Альбус, вы абсолютно правы.

– А почему тогда она принесла письмо тебе?

– А почему бы и нет? Я их декан, и если я попрошу сову для личной переписки, мне не откажут, – Северус приподнял бровь. – Тем более, эта сова производит нужное впечатление на женщин.

Услышав это заявление, профессор МакГонагалл, сидевшая рядом с ним, подавилась и закашлялась.

– Минерва, вы не согласны со мной? – та, отрицательно помотав головой, потянулась за кубком.

– Конечно, Северус, ты прав. Просто это как-то... неожиданно, – директор продолжал сверлить его взглядом.

– Простите, я спешу. Через двадцать минут у меня урок, – Северус поднялся из-за стола, и, ни на кого не обращая внимания, вышел из зала.

Гарри проводил его взглядом.

– Интересно, что в письме? И почему оно адресовано нашему декану?

– Я так полагаю, что после урока мы об этом узнаем. Ты кому посылал письмо?

– Дурслям, – Гарри непонимающе посмотрел на Драко.

Тот вздохнул и переглянулся с Пэнси.

– Тупица! А о чем ты писал Дурслям?

Несколько минут Гарри пытался вспомнить содержание своего письма.

– Про каникулы!

– Десять баллов Слизерину, мистер Поттер, – Блейз очень точно изобразил декана.

– Блейз, а где ты был?

– Я тут был, – Блейз посмотрел на друзей невинным взглядом.

– Нет, я уверен, что тебя здесь не было.

– Наверное, ты плохо смотрел. Ну что, пошли к Северусу?

Блейз вскочил и направился к выходу. Драко, Пэнси и Гарри последовали за ним.

– Ничего, прижмем его к стенке в подземелье и всё узнаем, – прошептал Драко на ухо Поттеру.

На занятия, спаренные с Хаффлпаффом, они пришли традиционно первыми, но кабинет оказался закрытым. Это было странно.

– Ну ладно, Блейз, признавайся, – Гарри схватил друга за руку и, переглянувшись с Драко, потащил его к пустующей каморке, находившейся неподалеку от кабинета зельеварения.

– Эй, отпустите меня! – Блейз попробовал отбиваться, но быстро понял, что это ничего не даст. – Я вам и так всё скажу.

Подростки остановились перед закрытой дверью.

– Заперто?

– Ага.

– Она же всегда была открыта.

– Проверь сам, если не веришь.

– Ой, и правда - закрыто.

– Так, у кого какие предложения?

В это время за их спинами раздалось покашливание.

– Я бы высказал следующие предположения, мистер Поттер: урок начнется через десять минут, а профессор Снейп не обрадуется, если вы опоздаете.

Четверо ребят обернулись. Напротив них стоял профессор Квиррелл.

– Здравствуйте, сэр.

– Простите нас, сэр.

– Видите ли....

– О, мистер Поттер, я полагаю, что это какая-нибудь тайна, поэтому не стоит рассказывать ее мне. Тем более - рассказывать ее кому-либо в коридоре, где вас могут подслушать. Не правда ли?

– Да, сэр, – Гарри смотрел зачарованным взглядом на стоявшего перед ним мужчину. – Спасибо за предупреждение.

– Я же преподаватель Защиты, правильно?

Подростки кивнули.

– Вот я и показываю, как вам стоит защищаться. Кстати, красивая змея, Гарри.

– Что? Ах, да, сэр. Это Лиссси, – и Гарри протянул руку со своей любимицей Квирреллу.

– Это очень редкий вид змей. Считается, что он исчез много веков назад.

– Исчез?

– Да, именно, не вымер, как другие виды, а исчез, – профессор ЗоТИ протянул руку и погладил змею. Та приподняла голову и посмотрела на него.

– Ззздравссствуй...

Квиррелл вздрогнул.

– Вам пора. А то профессор Снейп на самом деле снимет с вас баллы.

– Сэр, вы должны знать, что со своего факультета наш декан баллы не снимает, – усмехнулся Драко.

– Сэр, а вы не могли бы рассказать мне про исчезновение этих змей? – Гарри не сводил с профессора глаз.

– Хорошо, приходи сегодня после занятий. Нет, лучше завтра.

– Спасибо, сэр.

– Ххххитрецсс... – прошипела Лиссси.

Квиррелл еще раз посмотрел на Гарри и, не выдержав, кончиками пальцев погладил змею.

– До встречи, – он поспешил к лестнице. – Кстати, вы все тоже можете прийти.

– Интересно, а что он здесь делал?

– Так, а мы-то чего стоим? Побежали!

– Но учти, Блейз, это всего лишь вопрос времени.

– Да понял я, понял.

Снейп, как всегда, лишь нахмурил брови, когда они с опозданием ворвались в класс. Зато Уизли бросил на них злой взгляд. Еще бы! С него уже успели снять двадцать баллов за неправильный ответ.

– Внимание, контрольная работа по пройденным темам. Задание перед вами. Первая часть письменная, вторая практическая. Приступайте.

Профессор зельеварения сидел за рабочим столом и читал письмо.

«Уважаемый мистер Снейп!

Мы знаем, что вы являетесь деканом факультета, где учится наш непутевый племянник Гарри Поттер.

Обращаемся к Вам с большой просьбой. Пожалуйста, избавьте нас от его приезда в наш дом на зимние каникулы. Если можно, то и на летние тоже. Мы готовы оплатить все Ваши хлопоты. Сумму назовите сами. Прилагаем разрешение на то, чтобы Гарри отправился на каникулы к своему другу, поэтому даже директор не сможет придраться.

Гарри написал нам, что знаменит. Это правда, или он опять придумывает? Но не это главное. Мы были бы счастливы вообще не иметь с ним дела. Когда мы согласились взять его в свой дом, то надеялись избавить его от уродства. Но так как ничего не получилось, то видеть его мы больше не желаем. Поймите, у нас у самих сын: прекрасный, добрый, умный мальчик. Мы беспокоимся, что паршивец будет плохо воздействовать на Дадли.

С уважением,

Вернон и Петунья Дурсли».

Проклятые магглы! Как две родных сестры могут быть настолько разными?! Лили была доброй, веселой. А Петунья... Северус встречался с ней несколько раз в далеком детстве. Да как вообще директору могло прийти в голову отдать Гарри на воспитание этим Дурслям? Ведь Петунья с детства ненавидела Лили!

Снейп поднял глаза и посмотрел на Гарри: мальчик быстро отвечал на вопросы, лишь изредка подсматривая в ответы Драко. Ну, да и Мерлин с ним. Благодаря дополнительным занятиям, этот материал они прекрасно усвоили. За этих двоих он не беспокоился. Ему было омерзительно содержание письма. Как же легко рассуждают эти люди: нам не нужен мальчик, возьмите его себе!

– Так, время, отведенное на письменное задание, закончилось. Подойдите к столу и сдайте свои работы, – он окинул аудиторию грозным взглядом. – Если через пять минут на руках у кого-нибудь останется его работа, то я поставлю неудовлетворительную оценку. Время пошло.

Почти все успели сдать вовремя. Только Кребб и Гойл задержались, но, как говорится, «своим всё можно».

– Прекрасно, теперь вы будете готовить зелье против экземы. Рецепт его довольно простой. Так что даже вы, – он выразительно посмотрел на хаффлпаффцев, – сможете его приготовить. За ингредиентами подходят по двое. Гарри, Драко, ко мне.

Мальчики переглянулись, но встали и направились к декану. При этом Гарри совершенно случайно, проходя мимо стола Уизли, уронил его чернильницу на пол.

– Эй, ты, приду...

– Мистер Уизли, минус десять баллов!

– Но я...

– Минус ещё десять баллов за пререкания с преподавателем.

Рон посмотрел на всех злым взглядом. Ничего, он ещё расскажет обо всём этом директору. Интересно, чего это Снейп подозвал этих гадюк к себе?

Северус взмахнул палочкой, и вокруг его стола образовался «круг тишины».

– Вы можете себе представить, мистер Поттер, от кого я сегодня получил письмо?

– Нет, сэр, – Гарри лукаво улыбнулся и пихнул Драко в бок. – От вашей поклонницы?

– Нет, от ваших опекунов. И, как я понимаю, то, о чем они пишут, для вас тоже секрет?

– Конечно, сэр. Надеюсь, они хорошо себя чувствуют? Как Дадли? Не болеет?

– Не имею ни малейшего понятия, – Северус внимательно смотрел на своих подопечных. Два месяца они не доставляли ему никаких хлопот, Дамблдор почти успокоился. И поэтому поездка Гарри на две недели к Малфоям станет для него ударом.

– Гарри, ты едешь на каникулы к Драко.

– Правда, сэр?

– Да. А теперь отправляйтесь варить зелье. И еще, Гарри, если ты действительно чем-то удивлен, то нужно выглядеть убедительнее.

– Да, сэр.

– И кое-что ещё: зелье против экземы вы уже готовили, поэтому варить вы будете зелье родства. Кто из вас расскажет мне о его свойствах?

– Зелье родства помогает выявить, являются ли два человека родственниками. Если ответ положительный – зелье становится желтым, если же отрицательный – то красным.

– Молодец, Драко.

– Но, сэр, оно готовится десять дней!

– Правильно, Гарри. Мы его испытаем на каникулах.

– Что? – воскликнули мальчики хором. Ужас! Это несправедливо, на каникулах нужно отдыхать!

– Успокойтесь, от одного маленького эксперимента ничего страшного не случится. Вам всё ясно?

– Да, сэр.

– Тогда живо отправляйтесь работать, – и взмахом палочки декан убрал «круг тишины», позволяя мальчикам отправиться за свой стол.

Все это не укрылось от зоркого глаза Рона. И то, как обрадовался Поттер, и то, как в конце разговора расстроился. Что-то здесь было не так. И это надо обязательно выяснить.

Зелье родства оказалось не слишком сложным, только готовилось оно долго, требуя в процессе приготовления повышенного внимания. Так, например, в течение первых пяти дней его следовало готовить на среднем огне. Потом два дня настаивать, потом день варить на очень слабом огне, помешивая дважды в сутки по часу против часовой стрелки, и три дня настаивать в темном холодном месте. Зато считалось, что оно дает стопроцентный результат.

Гарри периодически бросал взгляды на Блейза. Тот, казалось, раздулся от важности.

– Скоро будет обеденный перерыв, и уж тогда мы точно у него всё узнаем.

– Непременно.

На обед ребята не пошли. Схватив Блейза под руки, они направились к Эльзе.

– Да, давненько мы у нее не были.

– Честно говоря, почти два месяца.

– Может, сначала пообедаем?

– Нет, Блейз, мы больше не в силах ждать.

– А если...

– Нет!

Наконец, они добрались до нужной двери и вошли.

В классе (хотя теперь это была очень уютная комната с низкими удобными диванчиками, круглым столиком и большим камином) на полу возле горящего камина сидели близнецы, и, не обращая на вошедших ни малейшего внимания, играли в карты.

– Ты жульничаешь!

– Я?!

– Да, ты. Я видел, как ты вытащил карту из рукава!

– Когда?!

– Да вот только сейчас!

– Неправда. Я вытащил её уже давно! Сам дурак!

Не выдержав, Гарри заливисто рассмеялся. Уж очень забавно они выглядели.

– Привет!

– Фред?

– Джордж!

– Фред – это я.

– Мы вам не помешаем?

– Нет.

Гарри, Пэнси и Драко устроились на диване, а Блейз встал перед ними.

– Ну, Блейз, признавайся.

– Да, покайся, и тебе сразу станет легче!

– Давай, давай.

– Эй, а чего вы от него хотите? – Фред подошел к ним и уселся на противоположный диван. – Джордж, иди сюда.

– Он где-то был, но не хочет нам об этом рассказывать.

– Когда был-то?

– С утра.

– Идиоты, я на кухне был.

– На кухне? – глаза Гарри округлились.

– Ну, да. Мне не очень нравится то, что дают на завтрак, и поэтому я иногда хожу на кухню.

– А чего же ты нам об этом ничего не сказал? – Пэнси непонимающе смотрела на него.

– Как почему? Вы были такими смешными в своих догадках.

Этого уже ни Драко, ни Гарри выдержать не смогли и, вскочив с места, они набросились на Блейза. К этой возне через минуту присоединилась и Пэнси. Класс наполнился визгом и смехом.

Фред с Джорджем переглянулись и, вздохнув, принялись разнимать их.

Эта возня разбудила и Эльзу.

– А, наконец-то вы решили обо мне вспомнить! Конечно, кто я такая? Обо мне можно и забыть. Только мои мальчики и заходят ко мне, – и она погрозила пальчиком. Правда, в этом шуме ее обвинения услышаны не были.

Минут через десять четверо слизеринцев сидели на одном диване, а на диване напротив них расположились близнецы.

– Хорошо, что вы сами нас нашли.

– Мы не...

Но Драко самым наглым образом перебили.

– Да, мы как раз хотели с вами поговорить. Правда, Джордж?

– Точно, Фред!

– Послушайте, мы... – эту попытку предприняла Пэнси, но, к сожалению, и ей не повезло.

– В общем, мы вчера получили ваше письмо. Оно с тобой, Фредди?

– Если ты еще раз назовешь меня так, Джорджи, то я тебя... – и Фред треснул Джорджа по голове.

– Кхм-кхм, у нас, между прочим, перерыв не резиновый! – Гарри насмешливо смотрел на близнецов. – И, в отличие от вас, пропускать трансфигурацию мы не можем.

– А причем здесь мы? – Фред отпустил мантию брата и удивленно уставился на Гарри.

– Ну, МакГонагалл же - декан вашего факультета, и поэтому, если вы опоздаете, то вам ничего не будет. А вот если мы... Сами понимаете, мы же слизеринцы.

– Ладно, ладно. Так, о чем это мы, а, Фред?

– Так вот, по поводу вашего письма. Неужели это произошло? – Фред поднял к потолку руки. – Свершилось!

– Хм-м. Вы о чем? – Гарри переглянулся с друзьями.

– Мы о том, придурок, что вы наконец-то решили выйти из подполья! Это правда?

– Да! И это будет наш подарок как самим себе, так и всей школе.

– Великолепно! А то мы уже стали сожалеть, что подарили тебе карту. Кстати, ты её еще не потерял?

– Уверяю вас, нет. Она спрятана в надежном месте.

– Мерлин, и почему мы такие хорошие?

– Так, не будем отвлекаться. Вы знаете, чего больше всего боится ваш брат?

Близнецы переглянулись и прыснули.

– Вы не поверите: крошка Ронни больше всего боится, что крысы откусят ему пальчики на ногах.

– Подождите, а как же Короста?

– Ну, Короста принадлежала Перси и досталась Ронни в наследство.

– Да, а на самом деле он ее терпеть не может и порядком побаивается.

– Вы себе не представляете, как мы раньше развлекались...

– Наверное, из-за этого братец и начал опасаться за свои конечности!

И близнецы, очевидно вспомнив одну из своих веселых шуток, снова рассмеялись.

Эльза тоже с удовольствием прислушивалась к общей беседе. Правда, время от времени она бросала странные взгляды на Гарри, но тот уже успел привыкнуть к ним.

– Значит, крысы?

– О, да.

– У вас уже есть идея?

– Завтра в это же время, – Гарри вздохнул. – А сейчас нам уже пора спешить, не хотелось бы расстраивать МакГонагалл.

– Точно, Джордж, и нам пора. У нас сейчас маггловедение.

Все встали и направились к выходу.

– Эльза, пока!

– До завтра!

– Не скучай.

– А я буду! Всё равно буду скучать.

Гарри, выходивший последним, заметил, как она достала кружевной платочек и промокнула глаза.

– Неблагодарные! Совсем меня забросили!