Белые тени

Лу

Огонь - это такое дерьмо.

Я уже горела однажды, горела на метафизическом костре, пока не превратилась в прах внутри себя, но, похоже, того пламени было недостаточно для меня. Они хотели попробовать еще раз.

Что ж, очень жаль.

Я бросилась к Риду, когда паб взорвался вокруг нас, и вскинула руку к узору, мерцавшему между нами и пламенем. Золотой шнур выкачал ледяной страх из моей груди, обернув вокруг нас защитный барьер из холодных, сверкающих кристаллов, а затем рассыпался в пыль. Мы прижались друг к другу, не шевелясь, пока вокруг бушевал огонь.

Охотникам за головами не так повезло.

Я старалась не смотреть, как они сгорают заживо. Я наслаждалась их агонией. Страха не было, я им только что пожертвовала, осталась только ярость, ярость, которая пылала жарче и ярче, чем даже пламя вокруг нас. Кровь из горла Рида все еще стекала на его воротник, окрашивая его. Даже во время нашего отвратительного похода через дикие земли, и недельного пребывания в Лощине, ему удавалось сохранять свою одежду безупречной. Но не сейчас. Они все испортили. Пара охотников за головами обошла бы нас, если бы не Клод Деверо.

Кстати говоря... где сейчас Клод Деверо?

Все еще злясь, я осмотрела пылающий паб в поисках его следов, но его нигде не было.

Рид крепче прижал меня к себе, когда бутылки виски за баром взорвались. Стекло ударилось о наш плавящийся щит, а под ним заклубился черный, ядовитый дым. Я закашлялась, притянув его ухо к своему рту.

- Нам нужно уходить! Щит долго не продержится!

Он быстро кивнул, его глаза метнулись к выходу.

- Щит двинется с нами?

- Я не знаю!

Он кивнул, схватил меня за руку и бросился сквозь пламя к двери. Я бросилась за ним, на ходу подхватывая его Баллисарду, и заставила себя дышать мелкими прерывистыми вдохами. Один нитевидный вдох за другим. Грудь болела, а голова все еще раскалывалась. Зрение быстро затуманилось. Дым обжег мне нос и горло, и я закашлялась, когда первые нити жара лизнули мой позвоночник. Он охватил мои плечи и шею, и паника окончательно вернулась, когда растаяли последние остатки щита.

Воспоминание о другом пожаре пронзило меня насквозь.

- Рид! - Я со всей силы толкнула его в спину, и он вывалился за дверь, упав на колени. Я рухнула рядом с ним и зарылась в ледяную грязь, не обращая внимания на приличия, перекатываясь с боку на бок, как свинья, попавшая в курятник. Из моего горла вырвался всхлип.

- Нужно бежать! – Повторил Рид, его руки схватили мои собственные, и он поднял меня на ноги. Нас уже окружила толпа людей, в руках у каждого было самодельное оружие. Вилы. Молотки. Пламя паба отражалось в их полных ненависти глазах, когда они нависли над нами, и их крики эхом отражались от моего затуманенного разума.

- Ведьма!

- Держите ее!

- Приведите шассеров!

Тяжесть осела в моих конечностях. Застонав, я уткнулась в бок Рида и осталась там, доверившись ему, чтобы он удержал меня на ногах. Он не разочаровал меня. Мой голос звучал приглушенно, когда я сказала.

- У меня болит спина.

Он не ответил, вместо этого вырвал у меня свою Баллисарду и с размаху замахнулся на стоящих ближе всего мужчинам, расчищая путь. Голова закружилась. Мир начал дрейфовать в приятной, отвлекающей манере, как мысли человека за мгновение до того, как он заснет.

Неужели тот Клод наблюдал за нами из толпы? Где-то на задворках сознания я поняла, что, возможно, я горела по-настоящему. Но это осознание было тихим и далеким, и единственное, что сейчас имело значение, это руки Рида, обнимающие меня, вес его тела, прижатого к моему...

- Лу. - Его глаза появились прямо передо мной, удивленные, встревоженые и волшебно-голубые. Вот только, их не должно было быть четыре, не так ли? Я хихикнула, хотя это вышло с хрипотцой, и потянулась вверх, чтобы разгладить бороздку между его бровями. Он поймал мои руки. Его голос звучал, то приближаясь, то отдаляясь. Я понимала лишь часть. «Не спи...», «Возвращайтесь в лагерь...», «Шассеры...», «...идут».

Куда мне нужно идти?

Я иду за тобой, дорогой.

Внезапно паника пронзила мой желудок, и мой смех резко оборвался. Вздрогнув, я попыталась обхватить его за талию, но мои конечности не поддавались. Они болтались у меня по бокам, тяжелые и бесполезные, когда я рухнула на землю.

- Она придет за мной, Рид.

Смутно осознавая, как он поднимает меня на ноги, как его рот ободряюще прижимается к моему уху, я пыталась собрать свои беспорядочный поток мыслей, чтобы прогнать гнетущую тень страха.

Но тени страха не бывают белыми, а эта тень была ослепительной, раскаленной, она прорывалась через мое горло и пировала моей кровью...

- Я не позволю ей снова причинить тебе боль.

- Я бы хотела быть твоей женой. Взаправду. По всем законам.

Он напрягся от неожиданного признания, но я уже забыла о своих словах. В последний раз сонно вдохнув запах горящей хвои, дыма и запах своего названного мужа, я погрузилась в темноту.