Или нет...

- Что такое боль? Никто не даст точного ответа... Но все скажут одно: они боятся боли. Человека пугает страх боли, а не сама боль. Если обратиться к какому-либо справочнику по биологии, то боль — это физическое или эмоциональное страдание, мучительное или неприятное ощущение. Значит, мы боимся страданий? Ощущений? А какие это ощущения? Ты не можешь сказать ничего, кроме как боль. Как вообще работает эта самая боль? Она появляется в том случае, если с твоим организмом не все в порядке. А зачем? Ответ очевиден: предупредить нас об этом самом беспорядке. И сила боли зависит от тяжести ранения. Вывод: боль существует для поддержания жизнедеятельности. А зачем эта самая жизнь? Этот вопрос переводит нас к теме смысла жизни. И можно очень долго...

"Как я мог так подставится! - крутилось у меня в голове. - Приняли сразу после поселка..." 

     В комнату вошёл человек, прервав тем самым этот монолог на телевизоре и мои душевные терзания. Сухощавый, немного сгорбившийся, отдаленно напоминал снорка, если того на две ноги поставить.

- Здравствуйте! Как я долго ждал нашей встречи! - с большим восторгом начал мужчина.

     Я опешил от такого... А он, в свою очередь, продолжил:

- За вами было очень интересно наблюдать! Столько нового можно узнать о человеке, просто понаблюдав за ним! Ой, простите мои манеры! Я - Сергиенко Александр Семенович. Являюсь старшим научным сотрудником Научно-исследовательского центра "Монолит".

- Очень... Кх... Кх... Приятно... - прокашлял я.

- Хм... - задумался он на секунду. - Странно... Видимо вас хорошенечко приложили. Ну да ничего! Это мы сейчас исправим.

     Этот "младший научный сотрудник" ушел куда-то за мою спину, а через минуту мне что-то кольнуло в области шеи.

- Должно помочь, - констатировал он.

     Мне машинально захотелось повернуться к нему, но сделать это мне не дала крестовина, на которой я был подвешен.

     "Опять..." - пронеслось у меня в голове.

     - Что ж, - начал Сергиенко, - я проясню ситуацию. Вы уже узнали кое-что от профессора Лебедева, я полагаю. Теперь позвольте и мне просветить вас. Как он и сказал, вы являетесь искусственно выращенным ребенком. Или он это вам не говорил? В общем, с вашего позволения я начну с начала.

     Александр Семенович вынырнул из-за моей спины вместе со стулом, поставил его предо мной и уселся.

- Что ж, извольте.

     Он достал из нагрудного кармана листок, сложенный несколько раз, раскрыл и начал зачитывать:

- Приказом от 12.06.2011 постановить, что проект "Дитя Зоны" должен стартовать 12.07 текущего года. Суть проекта: Выявление Необычных способностей у подопечных, развития у них чувства зоны, а также тестирование оборудования МР-1.Условия выполнения: Подопечные должны быть изучены с целью усовершенствования следующего поколения "МРовцев", а также передача их в главную лабораторию под кодовым название X1, находящуюся по координатам(51°24′ с. ш. 30°03′ в. д.), Улица Леси Украинки 56(подвальное помещение).Срок выполнения: Не более 20 лет со дня начала проекта.Автор приказа: Профессор Лебедев Н. А.

     Лаборант, так я его мысленно окрестил, усмехнулся.

- Сколько нудятины... - заметил он эту досадность. - Ну да ладно, продолжим! Собственно, вы, Алексей, являетесь удачным плодом эксперимента по воссозданию людей искусственным путем. Так называемая машина МР-1 - это аббревиатура. Полное название - Машина рождения первой модели. Скудное название, но как есть. 

     Он откашлялся.

-Продолжим! В целом, из приказа все понятно, и, думаю, объяснений не потребуется. Скажу лишь то, что ваши приключения за всю, довольно недолгую жизнь, меня впечатлили. Особенно последний месяц. Такой скачок в развитии. Конечно, не без нашей помощи, но все же.

- Александр Семенович! Вас требуют в обезьянник. Это срочно! - раздался сухой, слегка хриплый из-за динамиков голос. 

- Ох, - натужно вздохнул тот. - ну что ж, я отлучусь ненадолго. Прошу простить.

     Он встал и вышел из комнаты, закрыв за собой на засов дверь.

      А я... А я просто висел. Слова Лебедева были почти полностью стёрты с моей головной коры. Но тут... Этот свежий поток информации заставил разум наполниться яркими красками. Яркими и темными одновременно...

     "Почему? Зачем? За что?" - крутилось у меня в голове. 

     Я одновременно был спокоен снаружи и убит эмоционально внутри.

     "Прошу, бог, чёрт, не важно кто, скажите что все это сон! Скажите, что я сплю! Умоляю!"

     Почти бесслышно зарычав, как Рекс, я начал плакать. Моя боль, накопившаяся внутри, пробивала меня изнутри по швам и лезла наружу. Я плакал, плакал, и снова плакал. И эта боль лезла из меня. Но внутри сразу рождалась новая. И я не мог выключить этот фонтан, бьющий во все стороны.

     Я долго приходил в себя, чтобы не съехать с катушек. Настолько долго и трудно, что не заметил, как в комнате снова оказался Лаборант.

- Молодой человек, ау! Отзовитесь! - щёлкал он у моего лица пальцами.

- Что с моим отцом? - как и в первый раз прохрипел я, только уже не от физического, а от душевного плачевного состояния.

- Ну... - Сергиенко замялся.

- Что с моим отцом!? - более четко повторил я.

- Он... Умер. Я сожалею, - потупился Сергиенко.

- Твари! Уроды! Выродки! - я начал дергаться, пытаясь выбраться из захватов, установленных по краям креста.

     Лаборант, не говоря ни слова, достал какой-то непонятный, похожий на пистолет, прибор из-под накидки и всадил его мне в горло.

     Я отключился.