Кровь

Я думал, что он пьян, надеялся что он пьян. Я не хотел думать, что это может быть чем то серьёзным. Я бы точно так не сказал. Просто опять Ричи напился. Я надеялся всем сердцем, потому что не хотел, чтобы меня любили. В глубине души, может быть, я хочу этого. И наверное, я боялся не того, что меня полюбят, я боялся, что я полюблю кого-то. Ведь привяжусь я к человеку, доверюсь ему, а потом, раз, и все насмарку. Человек может бросить меня, причинить боль, самое ужасное - причинить боль словами.Когда Ричи уехал из Дерри, я чувствовал себя опустошённым. Мне казалось, что во всем этом виноват только я. Мне было одиноко, мне было больно.«Но ведь это просто твой друг, - говорили мне друзья - почему тебе так плохо?». Видимо, не был другом. В подкорке своего разума я откопал мысль о том, что я люблю Ричи, но каждый раз отгонял её, ну потому что это глупо! Как я могу любить мальчика?«Эддичка, вот когда ты вырастешь, найдёшь умную, красивую жену. У тебя будет много детей! Стремись к этому, это идеальная жизнь» - звучали тогда у меня в голове слова мамы. Был случай, когда по телевизору показывали гей парад, радужные флаги, ну вы знаете. «Фу, какой ужас, Эдди! Ну ты посмотри, как такое вообще уживается в нашем мире! Где семейная идиллия, дети? Эддичка, всегда обходи таких людей! Это какие-то нелюди» - эти слова тогда я запомнил надолго.Сейчас я бродил по Нью-Йоркским улицам и вспоминал все это. Опять я пытался отогнать все мысли про то, что я могу любить мальчиков. Но в моей голове поселились флэшбеки всего дня : Ричи в своём великолепном пальто и прекрасными кудрями, привкус поцелуя со вкусом сигарет и мяты, то как он стоял с ошарашенным лицом, а главное то, как мне было приятно. Как бы противно это не звучало и не противоречило вкусам моей мамы - это было так, я любил мальчиков, нет, не мальчиков, Тозиера. От этой мысли у меня раздирало глотку. То, что Ричи мог быть пьяным теперь казалось мне удушливо грустным, но все же я хотел чтобы он был пьяным. Я должен ответить за то, что уродился таким уродом. Моя мать совсем не хотела этого, она ненавидит таких, как я. Если она узнает, она скажет, что я не ее сын. Боже, да она меня возненавидит. Мысль о том, что моя мама будет ко мне относится как к изгою не давала мне покоя. Я сжимал кулаки, оставляя следы полумесяцев на руке. Я хотел заглушить эту тупую моральную боль физической, но сжимание кулаков не помогало. Мне нужно было найти другой, более эффективный способ. Я начал пытаться разодрать кожу на запястье короткими ногтями, но ничего не получалось. Я злился на самого себя, уж лучше бы я умер, чем чувствовать все это. Резать себя лезвием - не лучший выход. Буду похож на какую-то девчонку из сопливой мелодрамы. Мне нужно было как то причинить себе боль, чтобы я больше никогда не думал о том, что я гей. Чтобы я осознал, что я чудовище, а не человек, что я должен любить девчонок. Боже, да что со мной не так!Впереди был поворот на какую то неприметную и темную улицу и я решил, что мне надо повернуть туда. Там никого не было и было очень темно, так что меня не смогут заметить. Было около 4-х часов ночи. Мой телефон разрывался от звонков Стэна и Бев, поэтому я его вырубил. Я знаю, что с моей психикой что-то не так, но мне уже все равно. Я  начал быть кулаками кирпичную стену, тем самым причиняя себе боль. Боль была так себе, но для такого случая сойдёт. Я сильнее бил эту стену, надеясь, что мне станет больнее. Я разбивал свои костяшки в кровь, она лилась, но не обильно. Я хотел больше, больнее, сильнее. Я долго бил эту чёртову стену и ,наконец, закончил. С моих рук капала кровь, на ладонях красовались кровавые полумесяцы от ногтей. Я ещё долго бродил по Нью-Йорку.                                   *********Когда я заглянул в телефон было почти семь. Этого времени мне хватит, чтобы доехать до университета. Я сел в метро и попытался уснуть. Проспал я примерно час, мне этого не хватило, но я больше не мог спать, потому что мою голову разрывали мысли. Наконец я доехал до университета.Я поднялся в комнату, Стэна уже не было, он ушёл на пары. Я посмотрел расписание в телефоне, быстро переоделся в кофту с длинными рукавами, чтобы никто не замечал моих рук, надел вансы, собрал рюкзак и вышел из комнаты.Первым у нас была математика, в которую я не особо втыкал. Я открыл кабинет и вошёл в аудиторию. Мой взгляд упал на последний ряд. Стэн с кем то нервно говорил по телефону, а Беверли с надеждой смотрела на него, но все это закончилось, когда Уирс увидел меня. Он дал отбой человеку, с которым разговаривал и уставился на меня. В его глазах читалась злость и вопрос «где тебя, черт возьми носило, Каспбрак?!». Он подошёл ко мне и выпихнул меня из аудитории. Он пихнул меня в стену, а сам встал на против меня :- Ну и где ты был, Каспбрак? - спросил он сверля меня взглядом.- Боже, Уирс, да меня не было всего то несколько часов, зачем так волноваться? - спросил я.- Несколько часов - это 20? - нервно спросил он у меня.- Ну, может я гулял там... - начал говорить ему я.- Ты не отвечал на звонки, а потом вообще телефон был недоступен. Ты ушёл пока мы не видели, а потом пропал. Ты не пришёл ночевать сюда, черт возьми, где ты был, после того, как ушёл от Тозиера? - сказал он нервно пожимая ладонью.- От.. Тозиера? - спросил я.- Да, от него. Он сказал, что вы просто прогулялись и поговорили, а потом разошлись, ты сказал, что тебе куда то надо. - сказал он мне, требуя моего ответа.- И всё? Это все что он сказал - я посмотрел на него.- Было что то ещё? - спросил он.- Нет, ничего. - сухо ответил я.- Да где ты, чёрт возьми, был! - Я просто гулял по Нью-Йорку вот и всё. - сказал я, пытаясь не смотреть на свои руки - И вообще, почему ты так волнуешься за меня? Мы знакомы всего 3 дня, какое тебе дело до меня? - спросил я.- Во первых - ты мой друг, во вторых - я взялся за кураторство* по отношению к тебе, и если бы ты не соизволил явиться сегодня на уроки, мне бы пришлось писать объяснительную, а объяснительную без тебя как я писать буду? Мне за это деньги платят. Тем более Беверли очень подружилась с тобой вчера, а она очень привязывается к людям. Она весь мозг мне вынесла! - ответил он. - А теперь, иди на математику и больше не пропадай! - сказал он мне и оставил меня.Урок математики прошёл довольно скучно. Вообщем скучно из-за того, что Ричи нигде не было видно. Он должен был прийти сегодня. Я не знаю, почему я думаю о нём. Я должен выкинуть его из головы, не подпускать к себе, но не могу.Прозвенел звонок и я вышел из класса. Я направился в туалет, чтобы охладить руки, потому что их жутко саднило и пекло, а холодная вода, хоть и на секунд 5, но может помочь. Я вошёл туда и застал Тозиера сидящего на подоконнике и курящего сигарету. Увидев меня, он подскочил с подоконника и ринулся ко мне. Он обнял меня, крепко сжимая.- Боже, Эддс, ты жив - он опомнился и освободил меня от своих объятий. - Извини, я... я не хотел. - его лицо приняло обычный вид тупого безразличия.- Почему я должен был умереть?-удивленно спросил я.- Ну, вдруг тебя твоя мамашка съела - он усмехнулся и перевёл все это в шутку. Я постоял, таращась на него ненавистным взглядом, а потом пошёл к раковине. Я чувствовал на себе взгляд Тозиера. Как только я открыл кран и высунул руки, лицо Ричи заметно поменялось.- Эдди, что... это? - он сказал это абсолютно серьёзным голосом. Сейчас он совсем не казался человеком, который вечно шутит тупые шутки и вечно веселый.Он схватил меня за запястье и потащил куда то. - Тозиер, твою мать, отпусти меня! - сказал я. - Ричи, не трогай меня! - возражал я. Но он только усилил хватку. А как вы знаете, я был не очень силён, тем более, я не спал сегодня, поэтому я только поплёлся за ним.Он завёл меня в свою комнату, где он жил один, и сказал сидеть на кровати. Я сел на кровать, мечтая сейчас умереть. Я хочу оградить себя от общения с Тозиером, хочу чтобы его не существовало. Хочу чтобы я был нормальным человеком. Пока Тозиер что-то искал я погрузился в мысли и, не заметно даже для самого себя, заснул.________________________________Куратор* - человек, который следит за студентами. Не знаю, есть ли такое в Америке, но в моём фанфике будет.